Обрывки мысленной фразы: «Когда она ... такая радостная и веселая...».

Мысленная фраза (ритмично): «Поедет она быстрее тебя, но (ей) никого не добиться» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза (легким женским голосом): «На улице тридцать семь градусов мороза».

Я умираю. То есть не я, а мы - я и молодой мужчина, мой ровесник. Мы лежим в большой двухспальной кровати, заправленной светлым постельным бельем. Она стоит посреди пустой комнаты, стены которой ощущаются как что-то нечеткое, темноватое. Мы оказались здесь, разумеется, совсем не для того, чтобы умирать, но вот почему-то умираем. Не противимся происходящему, ощущение умирания то подступает, то отступает, а потом снова охватывает нас. Слышу вдруг шум струящейся воды. В туалете прорвало вентиль, темная вода под напором хлещет сверху. Забираюсь на унитаз, перекрываю вентиль, возвращаюсь в комнату. Ощущение умирания возобновляется, обнимаем друг друга, чтобы умереть вместе. Умирание отступает, мужчина исчезает. Неведомая Сила подхватывает меня невидимыми руками и осторожно, но твердо перемещает на правую половину кровати. Лежа там, молюсь: «Прими меня, Господи, с милостью. Прими меня, Господи, с милостью». Оказываюсь на своей половине кровати, мужчина — на своей, Смерть опять к нам подступает. Чувствую во рту рвотную массу, не решаюсь сплюнуть, чтобы не запачкать пол. P.S. Ощущение, охватившее меня после того, как я проснулась после этого сна, было очень тягостным.

Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы: «...пошла. ...свидетель, от которого никуда не спрятаться».

Кого-то навещала на военной базе, там в этот день множество посетителей - родственников и подружек солдат. Теперь стою в ожидании поезда или автобуса, чтобы вернуться домой. Начало лета, теплый день, голубое небо. Справа от железнодорожного пути и примыкающего к нему шоссе тянется негустой лес, слева идут поля и посадки. Около меня стоят две женщины в легкой одежде. Высматриваю поезд, но первым появляется автобус. Почему-то сворачивает с шоссе влево, останавливается на краю поля. Иду к нему напрямик (испытывая угрызения совести), осторожно ступаю на рыхлую черную землю, сквозь которую пробиваются ростки картофеля. Вижу трех ребятишек, выкапывающих картофельные клубни (крупные, красивые, ровные). Удивляюсь, как клубни могли поспеть, если кусты только пошли в рост. Стоящие у автобуса пассажиры не делают детям замечания (по тому, как малыши выковыривали руками картошку, ясно было, что делают они это от нужды). Спрашиваю у билетерши, сколько стоит картошка (соблазнившая меня своим видом). Женщина говорит: «Пятьдесят рублей килограмм». Бормочу: «Пятьдесят рублей? Нет, это слишком дорого», решаю картошку не покупать (в этом сне все, кроме лиц персонажей, виделось совсем вживую).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «...ли, ... ли, она решает ситуацию, как Грегори Пек». Видится комната, где женщина складывает свою одежду. Не так, как полагалось бы (и как было намеком показано), а небрежно разбрасывая ее. Сон был в темноватых тонах, единственным светлым пятном являлась поверхность гладильной доски, на которой акцентировано внимание и которая являлась тем местом, куда следовало бы складывать одежду.

Мысленная фраза: «Зуи, отец этого Зуи, который гостит у них».

Незавершенная мысленная фраза (женским голосом): «Они могут быть где угодно, но...».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Во имя ... во время недвижия...».

Возникает маленький светящийся зеленый огонек (похожий на сигнальный). Мысленно сообщается, что это Нечто не является тем, чем оно себя представляет.

Мысленная фраза (задорно, напевно): «К нам в тарелку, в гости к нам, заглянул сосед».

Собираясь бросать жребий, выдвигают ящик письменного стола. Около него сидит дородная женщина с листами вариантов полей. Один из них положат на дно ящика, в который будут забрасывать игральную кость. Женщина заторможенно перебирает листки, как бы не зная, на каком остановиться. Ее действия вызывающе незаконны - выбор должен производиться наугад. Но она продолжает перебирать листы пухлыми, крупным планом показанными пальцами.

Я, в облике Барбары Стрейзанд(!) совершаю череду благих поступков.

Мысленное обсуждение моего пристрастия к лучшим сортам чая. «Откуда это у нее?» - задается вопрос. После непродолжительного размышления следует догадка: «А-а, это...» (окончание не запомнилось). Визуальный ряд был невнятным.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Нам нужно ... но пока есть ... нам ничего не страшно».

Смотрю захватывающий фильм, полный необыкновенных, восхитительных приключений. Фильм развивается в окружающем пространстве, из-за чего создается иллюзия участия в происходящем (с массой вытекающих из этого эмоций). Захотелось сохранить фильм еще для кого-то, и вот мы уже смотрим его вместе. Видим таким же образом, каким я видела его в первый раз.

Мысленная фраза: «Виноградная лоза».

В символической форме предсказывается будущее Нарсты (кажется, ближайшее) - вполне благополучное, спокойное.

Мысленное рассуждение о соотношении Души и Тела. О том, что Тела у всех одинаковы, а Души — разного возраста. Упоминался, в частности, кто-то, у кого очень молодая Душа.

Мысленная фраза: «А может быть и правда надо было выбрать another age, возраст, Бога?» (судя по тому, что фраза содержит перечисление, слово «age» означает, повидимому, эпоху).

Вывалившаяся из сна, отражающая его содержание мысленная фраза: "Фрукты – может быть, я должна была их купить, а может быть, я их видела между ресторанчиком, подвалом и мной ".

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог. Неторопливо: «...товаров».  -  Возбужденно: «Товары, плюсики, всякие отделения».

Мысленные фразы (женским голосом): «А Элене очень понравился. Такой дяденька ...» (фраза не завершена).

Мысленная, адресованная мне фраза: «Приезжай к нам (пожить), посмотреть, как тут красиво». Смутно видится (как на географической карте) восточная окраина России.

Мысленная фраза (энергичным женским голосом): «Остановив эти машины, ты остановила (движение на улице)». Смутно ощущается молодая женщина, своей фразой скорей объясняющая, чем упрекающая.

Мысленная фраза (женским голосом): «Проверка на сообразительность».

Мысленно произношу: «Одежда, в которой я привыкла его видеть...» (фраза приостанавливается). Смутно видится крупный мужчина, медленно снимающий с себя одежду. Продолжаю: «Он медленно раздевается, и я с изумлением вижу...» (фраза обрывается).

Мысленный диалог, принадлежащий не находящимся на Земле персонам (женскими голосами). Глуховато, спокойно, о себе самой: «Увидела, наконец-то, Землю».  -   Бойко: «А то было занавешено окно» (космического корабля).

В числе нескольких визитеров находимся у известного писателя, в заставленной книгами комнате. Сидим в креслах вокруг массивных журнальных столов, писатель расхаживает между нами. Все выбирают себе книги. Петя отобрал (пометил в списке?) несколько, писатель уже вручил мне первый том. Показываю Пете, он говорит: «Это чистая фантастика». Спрашиваю: «А в следующем томе что?» Он говорит: «'Дорога туда' и ...» (окончание не запомнилось).

Пытаюсь забраться на огромную бесформенную гору с крутыми, покрытыми черной землей склонами. Там и сям вижу других людей (в черной одежде), мне же взобраться не удается. Подступаюсь с разных сторон, но проделав несколько шагов, вынуждена спускаться. Оказавшаяся рядом женщина говорит, что нашла участок приемлемой крутизны, зовет за собой. Однако и там через несколько шагов крутизна для меня непреодолима. Опять оказываюсь внизу, но не сдаюсь. Параллельно пытаюсь отыскать пологий склон со ступеньками, и в конце концов, вижу его (слева). По удобному подъему (возможно, без ступеней, но достаточно пологому) широким потоком идет толпа людей. Устремляюсь туда, но не вливаюсь в толпу, а продолжаю (так как находилась уже не у самого подножья) взбираться по обочине. На ней не так удобно, приходится цепляться за старую провисшую проволоку, в две нитки тянущуюся вдоль правой кромки дороги.

У соседа имеются приборы, позволяющие узнавать, правильно что-либо или нет. Приборы имели белый цвет, кубическую форму и выглядели тяжелыми. В них нужно что-то закладывать через верхнее входное отверстие, а на выходе оно появлялось (из решетчатой стенки) в виде фарша. Таким образом сосед получал ответы об истинности нематериальных вещей - фактов, предположений и тому подобного.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «И коробка и обязанность...».

Гуляю (с двумя приятельницами) по красивому, нарядному центру Города. На пути попадается незаасфальтированный участок. Останавливаюсь, внимательно смотрю, ступаю на один из бугорков серой земли (чтобы свести к минимуму контакт с этим участком) — и вмиг  оказываюсь по грудь в густой отвратительной черной жиже. А сразу после этого — стою на прежнем месте, облепленная зловонной грязью, в растерянности не зная, что делать. Эта же участь постигает Люси. Оказываемся в каком-то служебном помещении, где санитарка дает мне коричневатые пижамные штаны и белую рубаху (не новые). Оказываюсь чистой в этой чистой одежде. Санитарка достает комплект чего-то подобного и для Люси. В нерешительности думаю, можно ли будет нам в этом одеянии продолжить прогулку. Появляются Додо, Ролл и их приятель (младшие школьники). Лица Додо и Ролла залиты слезами — якобы по поводу случившегося со мной. Успокаиваю мальчиков (их лица, наша сменная одежда, бугорки серой земли и темная грязь виделись совсем вживую).

Мысленная фраза (бодро, припеваючи): «И пойду детей лечить».

Мысленная фраза (задумчиво): «Н-да, здесь вас просто привяжут к правой ноге».

Один из персонажей сна воспринимает Реальность искаженно. И все потому, что принимает за чистую монету притворство лица, обозначенного во сне инициалом «Т». Этот субъект ловко маскирует злокозненные акции под безобидные шутки.

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Мурату тоже ... суммировать сумку на пятьдесят ...».

Возникают и разрастаются, пока не занимают все поле зрения, заключенные в ажурную рамку слова «ИСТОРИЯ АДОВ».

Мысленная, завершившая сон фраза (экспрессивно): «...почему ты не держишься?!!» (обращение не запомнилось, речь идет о противостоянии трудностям).

Мысленная фраза (издалека, глуховато, спокойно): «Ищите меня, спасите меня».

Мысленный диалог двух голосов — азартного писклявого и обычного, спокойного.

Мысленный диалог (женскими голосами). «Ты знаешь, что с сыром?»  -  «А вот, сыр есть».

Небольшой лист разграфлен двумя жирными линиями. Одна идет по верхнему, другая — по нижнему краю. Одну сопровождает надпись «Похожесть», другую - «Чрезвычайное отличие» (не запомнилось, какую какая). Это заготовка системы координат для графика.

Смотрю на несколько исписанных с обеих сторон клочков бумаги (якобы конспектов снов сегодняшней ночи), слегка удивляясь такому обильному улову.

На траве, на фоне отдаленного леса, привольно растянулся на спине мужчина. Лежит, согнув в коленях ноги и закинув за голову руки (рубашка с коротким рукавом позволяет увидеть мощные бицепсы). Эти, на вид бездействующие руки удерживает (от каких-то поползновений?) молодая гибкая девушка в летнем платье. Она сидит на коленках, за головой мужчины, и все свои силы направляет (миролюбиво) на то, чтобы удержать прижатыми к земле руки дружка (персонажи виделись смутно, темновато).

Незапомнившийся сон, в котором Александра привычно перекраивала под свои мерки доступную ей часть реальности.

Смутно видимое уличное кафе. Сидящая за круглым столиком молодая женщина обращается вслед официантке: «Это...». Не удостоившись реакции, бормочет, ни к кому уже не адресуясь (с вопросительной интонацией): «Вы не знаете, отмечено там...» (фраза обрывается).

Мысленное обращение (равнодушным женским голосом): «Убирайтесь».

Мысленная фраза: «Деревья после выпивки».

Обрывки мысленной фразы (неторопливым женским голосом): «...зеленью. ... оконная зелень». Смутно видится стоящий на подоконнике цветочный лоток со странного вида растением, похожим на приплюснутую румяную булочку. Из его сердцевины торчит что-то ярко-зеленое, напоминающее свежепроросшую курчавую траву.

Молодая женщина безуспешно пытается добиться, чтобы ее дочь, бледная худенькая малышка, уснула. Девочка сидит в коляске, которую тихо везет эта женщина. Малышка наконец засыпает, а проснувшись выглядит преображенной. Теперь это красивый ребенок с округлившимся, посмуглевшим лицом. Сообщаю о метаморфозе ничего не подозревающей матери (видящей ребенка со спины).

Мысленная фраза: «Да, когда поднят ... на завершение спектакля, так он должен петь» (выпало, кажется, слово «голос»).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Лейтенант, не является ли в известных случаях...».

Сон, повторившийся несколько раз (чтобы разбудить меня?) Демонстрируется небольшая конструкция с несколькими широкими вертикальными, открытыми сверху пазами. Она, будто бы, является моим левым плечевым суставом. Мысленно сообщается, что с ним все в порядке. И так несколько раз — демонстрация сустава и сообщение, что с ним все в порядке.

Мысленная, незавершенная фраза: «Я только стремлюсь уведать, правда ли...».

Незавершенная мысленная фраза: «Кстати, не с прибыльным местом...».

Мысленная фраза: «Моим вниманием не были обойдены ни...» (дальше не запомнилось, речь идет о местностях). Фраза сопровождалась беглыми изображениями.

Фрагмент улицы Старого Города, видимый нерезко, но узнаваемо. Внезапно камни мостовой предстают новыми, отчетливо видимыми, крупными (совсем не такими, какими они виделись до этого и какими являются наяву).

Обрывки мысленной фразы: «И он ... а ему...» (речь идет об амнистии, кем-то полученной на словах, а потом в какой-то инстанции, кажется, отмененной).

Молодая служащая за столом разносит груду бумаг по папкам. Возникает мысленная фраза (неполностью запомнившаяся и незавершенная): «...способностями, меньшими, чем должны были быть...».

Произвожу действия на клавиатуре, похожей на гибрид компьютерной панели управления и панели банковского автомата (у этой еще мигали лампочки).

Иду по парку. Замечаю низко летящую между деревьями черную, похожую на ворону птицу, несущую что-то в клюве. Присмотревшись, вижу, что она несет ухваченного за крыло птенца. «Совсем, как кошка своего котенка», - думаю я. Опустившись на кочку под деревом, птица заботливо, бестолково топчется вокруг индифферентно стоящего птенца. Выглядевший в ее клюве маленьким, недооперившимся, серо-черным, он теперь размером почти с саму птицу, с красивым густым оперением коричневого (в белую крапинку) цвета. Птица топчется, намереваясь еще подобрать с земли большое черное перо, оброненное будто бы птенцом. Тот стоит с бессмысленным, птенячьим видом, и вдруг, когда птица в очередной раз оказывается перед ним, стремительно вонзает в ее грудь клюв. Приоткрыв его, раздирает рану (сон показывает этот оказавшийся длинным и крепким  клюв изнутри птицы), черная птица испускает дух.

В возбуждении от необычайной радости изо всех сил колочу лопатой по днищу большой чашеобразной емкости (из металла или стекла). Дикий прилив энергии позволяет продырявить дно в нескольких местах. Действия мои воспринимаются (со стороны) не варварством, а естественной реакцией на радость.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Какая ... по большому счету».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (деловитым женским голосом): «Но от него пошел поток. И...».

Мысленный диалог (мужскими голосами).  Рассудительно: «Да нет, это же мёдик мёда».  -  Капризно, требовательно: «А мне - мёдик мёда настоящий».

Проблемный сон, в котором несколько раз повторяется одна и та же ситуация.

С карниза свешивается мягкая коричневая штора. Нижний край ее, прихваченный под подоконником резинкой, мерно колышится от ветра, приоткрывая угол окна, за которым видится непроглядная темень.

Мысленная фраза (витиевато): «Чтобы один человек объяснил другому, чтО он (другой) понял — чтобы тот понял, чтО он понял».

Готовится угощение для гостей, бутерброды-канапе из квадратных ломтиков черного хлеба с пышно взбитой бело-розовой массой. Эпизод воспроизводится еще раз. На третий раз там приводится рецепт изготовления канапе (не помню, на каком языке, но не на русском). Читаю его вслух, с последней фразой просыпаюсь, записываю ее: «Дать весь вкус, что имеется в доме». Засыпаю, вижу четвертую часть, все о том же самом, где в финале предстает крытая помойка.

Мысленная фраза (ритмично): «А у этой тоже только ...ая защита/ А у этой тоже только маленький живот» (одно слово запомнилось неполностью).

Виден идущий человек в незастегнутом темно-синем рабочем халате, надетом поверх серого костюма. Возникает мысленная фраза, воспринятая мной и тут же забывшаяся.

Сижу с Норой на балконе высокого этажа старого жилого дома. На балконе противоположного дома вижу престарелого мужчину, признаю в нем отца Норы, предлагаю окликнуть. Улица узка, машем руками, мужчина поднимает голову. Несколько мгновений поразительно отчетливо вижу его лицо - старчески бессмысленное, с выцветшими, некогда голубыми, а теперь незрячими глазами, интеллигентное некогда лицо. Я ошиблась, это совсем не отец Норы. Импульс сочувствия к дожившему до такого состояния человеку проходит через мое сознание.

Нам грозит опасность (не очень серьезная), что-то предпринимаем, выходим из темной избы. Холмистая местность покрыта снегом. В какой-то момент остаюсь одна, снег набивается в высокие грубые сапоги, выковыриваю его, спрыгиваю в неглубокую яму. Слышу шум, издаваемый враждебными людьми. Замечаю (внутри ямы) уходящий наклонно вниз, освещенный туннель. В дальнем конце видна большая светлая пещера, где несколько человек в темной одежде пилят и колют дрова (поглощенные делом люди меня не замечают). Понимаю, что создаваемый ими шум и есть тот самый, что я слышала раньше.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Тут несколько ... в общем, вы получите».

Окончание мысленной фразы (женским голосом): «...я не собираюсь вносить изменения».

Мне нужно вернуться в многоэтажный дом, рядом со мной оказывается малыш, будто бы в нем живущий. Спрашиваю, в какой квартире, ребенок ответить не может. Спрашиваю, как его зовут, он ангельским голоском называет имя, а потом, через небольшие интервалы, еще пару слов. Догадываюсь, что это ласковые домашние прозвища малютки, славного нежного ребенка с копной светлых курчавых волос. К фасаду дома примыкает груда рыхлого снега, возвышающаяся на несколько этажей (ни ее появлению, ни тому, что это происходит летом, не удивляюсь). С трудом взбираюсь, проталкивая малыша вперед. Проваливаюсь в снег по пояс, барахтанье отнимает немало сил, но ни на что не обращая внимания, лезу вверх. Пару раз мы с малышом съехали немного вниз — там, где подъем был слишком крут — но преодолели и это. И вот мы уже почти у цели.

Мысленная фраза (возможно, моя): «Семьдесят пять и двадцать четыре».

Фрагмент безлюдной городской улицы. Правая сторона — в лесах, тротуар покрыт строительной пылью, идет ремонт (или реновация).