Чувствую несколько легчайших провалов своей кровати вниз, как бы от слабых толчков. Полупросыпаюсь и ощущаю их уже не во сне, а по крайней мере в полусне.
Трамвайные пути на высокой насыпи. Возле одной из остановок в насыпи имеется тайник, где находятся мои мелкие вещи и черная сумка с деньгами. Стою Петей около тайника. Петя говорит, что мы можем пойти в театр (или на концерт), что он сейчас поедет за билетами, а я чтобы приехала к началу. Вытряхиваю из сумки деньги, Петя берет бумажные купюры и уезжает. Оказываюсь далеко от трамвайной линии. Чтобы попасть на остановку, нужно взобраться по крутому зеленому склону, на котором разбросаны домишки. Мне известны удобные подъемы, но почему-то взбираюсь по старой, полуразрушенной лестнице. Преодолела почти половину, а дальше — никак. Решаю вернуться. Под моими ногами ступени ходят ходуном, осыпаются. С трудом удерживаю равновесие, хватаюсь за невысокий каменный забор (справа от ступеней). Цепляюсь за него изо всех сил, он раскачивается, разваливается, рассыпается. С невероятным трудом (к счастью, не упав) удается завершить спуск. На верхней губе появляется болячка. Оказываюсь около тайника, чтобы взять сумку. По дороге к трамвайной остановке захожу в туалет, взглянуть на болячку, убеждаюсь, что она зажила. Кто-то стучит снаружи в дверь туалета (он расположен в маленьком домике). Открываю, входит Грема.
Ощущаю толчки, как при землетрясении. Из проходящей в моей комнате трубы (парового отопления?) медленно течет вода. В квартире появляется Мими. На наши (с соседом) вопросы говорит, что вернулась сюда, потому что в том месте, где она была, очень жарко. Встречаем Мими приветливо (она лежит в кровати на колесиках), ласково разговариваем. Разворачиваем кровать то так, то эдак, чтобы ей было удобно. Все это происходит в моей комнате. Пол покрыт темно-оранжевым песком (или торфом), поверх которого идет слой чего-то такого же, но темно-коричневого. При движении кровати слои сминаются.
Лежу в своей постели. Вдруг кровать на мгновенье уходит из-под меня, даже немного сдвигается. Вспоминаю, что такое происходит не впервые, пытаюсь понять, в чем дело. Вижу объяснение — тело мое, будто бы, прикреплено к длинной, уходящей в глубь Земли спице, и сдвигается оттого, что спица чуть сдвинулась относительного своего нижнего конца.
Войдя в ванную, вижу слабый, истекающий из сливного отверстия поток мутной воды. Почти мгновенно он превращается в мощную бурную, мутно-грязную струю, хлынувшую вглубь квартиры. Входная дверь открыта, но поток течет в противоположном направлении. Состояние духа спокойное, лишь слабо беспокоюсь насчет вещей. Квартира (в сравнении с реальной) распространяется влево, там ощущается ее темная половина. Поток устремляется именно туда, оставляя нетронутой остальную часть жилья (по крайней мере не заливая ее так бурно). Глубина потока с треть метра, а сила такова, что он мог бы, пожалуй, сбить человека с ног. Однако у меня, пока я перемещалась по квартире, не было с ним контакта. Я была сама по себе, а неиссяемый мутно-грязный поток — сам по себе.
Кровать несколько раз мягко покачнулась из стороны в сторону, я даже полупроснулась от этого. Удивление медленно перерастает в беспокойство, и вот я уже стою, обуянная дикой паникой, в большой светлой комнате, где находятся мама* и сестра (видимые смутно). Отчаянно, в безмерном страхе кричу: «ЧТО ЭТО? ЧТО ЭТО?! ЧТО ПРОИСХОДИТ?!! ЭТО ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ?!!!» Мама и сестра неподвижны и молчаливы. Пытаюсь издать крик, точнее, он рвется из меня сам. После нескольких попыток исторгается дикий звериный рык, и я сразу же после этого (или от этого?) просыпаюсь - испытывая лишь чувство неловкости, если крик слышался вне моей комнаты.
Обрывок мысленной фразы (слегка запыхавшимся женским голосом): «...что вы не представляе...».
Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Там меня бичуют за хорошее».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (мужским голосом): «Будет ... совершенно то же гимнастическое упражнение».
Мысленно, бессловесно сообщается, что энергия отрицательных человеческих эмоций используется некими Сущностями. Все устроено так, чтобы создать у людей впечатление, что они не могут изменить ситуацию. Смутно видится незамкнутый густо-серый тор.
Газетный лист, заполненный квадратами реклам. Одна зрительно выделена и сопровождается мысленным комментарием.
На полу, между плинтусом и задней ножкой дивана, лежит шмат сырого куриного мяса.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом, холодно): «Почему ... почему сегодня не сдали, почему в приклеенном состоянии?»
Мне снится, что я СПЛЮ, но неважно, кручусь с боку на бок, часто просыпаюсь. В очередной раз уснув, воспринимаю в этом "сне во сне" мысленную информацию, что когда-то умела КОЛДОВАТЬ. Видится плоское темное овальное тело длиной метра в полтора, расположенное над смутно различимым ложем и немного развернутое (против часовой стрелки) относительно его оси (непонятно, было ли тело материальным).
Мысленный комментарий (бесстрастным мужским голосом): «Доктор задавал ему упражнения. Семизначный буквенный набор клички собаки начал проявляться». Нечетко, в серых тонах виден человек, замедленно выполняющий физические упражнения. Именно в результате этих, предписанных врачом упражнений и стала проявляться, постепенно выплывать из сознания (или подсознания) пациента умышленно (или неумышленно) скрытая там кличка собаки.
Съемочная группа обращает внимание на попавшегося на глаза грудного ребенка. Точнее, на издаваемые им необычные, своеобразные звуки. Группа решает, что они (а не человеческая речь) как нельзя лучше подойдут к озвучиванию отснятого ими материала. Заключается договор, представителями младенца оформляются находящиеся около него взрослые (младенец выделялся светлым пятном на фоне всего остального, видимого невнятно).
Нахожусь в гостях у своих многочисленных (сновидческих) двоюродных братьев и сестер, в провинции, в большом неуютном доме. Братья, сестры и их друзья поглощены игрой (или подготовкой к ней). Снуют из комнаты в комнату то поодиночке, то тут же распадающимися группками. Спокойно наблюдаю. Кто-то, не отрываясь от дела, говорит (имея в виду меня): «Она играет с нами!» Но никто не делает попытки вовлечь меня в игру, полагая, что мне это неинтересно. Я же, весьма возможно, ожидала первого шага с их стороны. Оказываемся у крупноблочной каменной стены, все хотят забраться на нее (как можно выше). Внимательно осматриваю ее швы и выступы, прихожу к выводу, что взобраться невозможно. Объясняю это так пространно и многословно, будто мои слушатели как бы младше меня по разуму.
По диагонали большой комнаты стоит стол с темным гробом. Изголовье упирается в дальний левый угол, где выставлено несколько цветочных горшков с живыми белыми цветами (типа гортензий). Не находясь в этом сне, хочу (и страшусь) увидеть, кто лежит в гробу. Бросаю опасливые взгляды, тут же отводя глаза. Вижу темную, почти черную ткань, складки которой скрывают от взгляда изголовье. Полупроснувшись, предполагаю, что, возможно, в такой форме приснились мои умершие иллюзии.
Мысленная, незавершенная фраза: «Хлеб, масло, шоколад бери...». Смутно видимый, сидящий за столом человек протягивает руку, берет что-то из одной из посудин.
На размазанном темно-сером фоне высветилось небольшое, с ладонь, четкое изображение. Вид изнутри пещеры на просунувшуюся туда голову динозавра, задумчиво ее осматривающего. Края пещеры, как и видимая часть динозавра, были белого, почти светящегося цвета.
На крышке зеленого уличного мусорного бака громоздится гора керамических облицовочных плиток. По мере того как я на них смотрю, они превращаются в книжки, примерно такого же размера, в той же, песочно-коричневой цветовой гамме.
Призрачно, мимолетно вижу из своей кровати, как из-за левого косяка ведущей на балкон двери бесшумно, украдкой высовывается нога небольшого светлого (возможно, не очень материального) двуногого Существа. Нога высунулась и тут же отдернулась обратно. Не исключено, что Существо отпрянуло, потому что увидело (или почувствовало), что на него смотрят. Ростом оно было меньше полуметра, кроме ноги показалась часть туловища, но все произошло так быстро и неожиданно, что мне не удалось толком его рассмотреть. Я даже не успела задаться такой целью, однако определенное впечатление от увиденного создалось. И если бы наутро, записывая сон, я не обратила бы случайно внимания, что реальный дверной косяк не похож на приснившийся, я могла бы почти поклясться, что это был не сон, а реальное видение.
Сумбурный, плохо запомнившийся сон. Мучаюсь с толстым задачником в руках, не в силах ничего решить. Отложив его, принимаюсь наводить порядок в просторном (в несколько этажей), окруженном садом доме. Все куда-то разошлись, я была там одна. Вдруг вижу, что несколько наших, в том числе молодой человек, возвращаются, почему-то украдкой, через окно. Подхожу узнать, в чем дело. Молодой человек объясняет, что с кем-то случились какие-то беды. Продолжая говорить, снимает со стены ружье, лезет с ним через окно наружу. Берусь за ружье, прошу молодого человека одуматься. Говорю, что этим он не поможет, только себя загубит, даже если кого-то и в самом деле следовало бы убить.
Смутно, не в цвете видны мужчина и женщина. Обращаясь к нему, она кокетливо говорит: «Я могу вам сдавать каждый день по корзиночке...» (последнее слово разобрать не удалось).
Мысленная фраза (женским голосом): «В шесть утра королева перестанет нестись» (откладывать яйца).
Мысленный диалог (женскими голосами). Глуховато: «Десять человек». - Четко, возбужденно: «Я говорю — а что десять человек...» (фраза обрывается).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Из соседней ... понесли, я заметила» (речь идет о фрукте или овоще). Смутно видится крупный, с арбуз, плод, который несут с грядки.
В просторном салоне моей квартиры появляются (небольшими группами и поодиночке) незнакомые мне люди. Рассаживаются на кресла и диваны, заполняют принесенные с собой опросные листы. Сидят, в них уткнувшись, а тем временем подходят все новые и новые. Чувствую, что ситуация выходит из-под контроля, что эти люди могут что-нибудь у меня стащить. Тут же вижу, что те, кто справился с опросниками, озираются (скорей всего, от нечего делать), кое-что потихоньку прихватывают. В руках небольшой, стоящей в дальнем углу группки моя книжка (новая, ясно видимая, с цветными закладками). Деликатно (несмело) протестую. Они дружно, бесцеремонно дают мне отпор. Вспоминаю, что когда-то где-то сама стащила эту книгу. Видя, что мне ее не заполучить, думаю, что раз так, вина за похищение теперь «падет на их головы» (персонажи виделись темными, полупризрачными).
В финале сна одна из женщин высокомерно говорит другой: «Тебе учиться с такой высоты?Что тебя интересует?»
Идем куда-то с Петей, к нам примыкает молодая женщина с тремя детьми. Оказываемся у ручья, русло и прибрежная полоса которого завалены крупными валунами. Нам нужно перебраться на другой берег. Петя (он в младшем школьном возрасте) стоит посреди ручья, на валунах. Передаю ему свою связку ключей на шнуре, хочу передать еще кое-какие мелочи, чтобы освободить руки. Петя раскручивает ключи, беспокоюсь, как бы они не упали, в валунах их будет непросто отыскать. Кричу: «Петя, положи ключи!» Он и ухом не ведет. Кричим теперь вчетвером (ко мне присоединяются дети молодой женщины): «Пе-тя! Пе-тя! Немедленно положи ключи!» (последняя фраза принадлежит лишь мне). Заваленный валунами ручей с проблесками чистой, кое-где пенящейся воды видится (в отличие от людей) ясно.
Мысленный призыв к какому-то действию (мужским голосом): «Ну, так давай!»
В большой просторной комнате спят Петя и мальчуган (мама которого находится тут же). Стою перед раскрытым шкафом, развешиваю петину одежду. Включаю стоящий на шкафу портативный радиоприемник, льется необыкновенная музыка. Громкость резко повышается, поспешно тянусь уменьшить звук. Вешалка с одеждой выпадает из рук, и тут (или от этого?) Петя просыпается, сладко потягивается, шутливым тоном требует подать одежду.
В конце сна спрашиваю одного из мужчин, как его зовут. Он говорит: "Баль-Тан". «А тебя?» - спрашиваю Петю. Он говорит: «Бааль-Итан».
Мысленные фразы (спокойным женским голосом): «Без грешников просто нет. С грешниками (есть, но)...» (фраза обрывается; слова в скобках еще не произнесены).
Мысленная фраза: «Торцевые — (это) мы, когда что-то потеряем».
Мысленный диалог, в котором кто-то подвергает сомнению правдивость только что услышанного. Оппонент в качестве неопровержимого (на его взгляд) довода говорит, что это же самое ему «снилось». Первый скептически замечает: «Но ведь это можно и придумать». Он имеет в виду, что поскольку сны неподвластны проверке, нет ничего проще как апеллировать к ним, проверить все равно не удастся.
Сон, в котором фигурировала собака.
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Я поняла, что скажу им...».
Мысленная фраза: «Она вывозила старых и завозила новых больных». Смутно видится большой больничный (возможно, подвальный) коридор.
«Я сам не знаю, когда я ... отнесусь дома к этим делам», — говорит, не переставая жевать, сидящий за столом, смутно видимый мужчина (часть слов не запомнилась).
Фрагмент безлюдной городской улицы. Правая сторона — в лесах, тротуар покрыт строительной пылью, идет ремонт (или реновация).
Очетливый (не оглушительный) звук взрыва, после чего бегло видится черный рыхлый вертикальный диск.
Мысленные фразы (женским голосом, повествовательным тоном): «Сходила, намочила бабушку, намочила тетку. Два месяца она ходила, и впечатлений (никаких)» (слово в скобках если и не произнесено, то уже заготовлено).
Мысленная, незавершенная фраза: «И когда мы разговаривали, нам часто говорили, что...».
Мысленные, частично запомнившиеся фразы (женским голосом): «Теперь у нас ... Аппарат чудесный, который...».
Фрагмент мысленной, незавершенной фразы (деловитым женским голосом): «... а родиться заново и пославить (послать) свою шкуру...».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Вдруг ... раздается звонок» (телефонный).
Идущий с неба луч яркого света образует на покрытой изрытым коричневым грунтом поверхности большое круглое пятно, разбитое непонятной теневой сеткой на множество мелких квадратных световых пятен. Кому-то (не фигурирующему в этом сне) удалось усовершенствовать систему - устранить часть ветвей теневого переплетения, в результате доля закрытой тенью поверхности уменьшилась. Сон демонстрирует это несколько раз, применительно к разным поверхностям. Возникает мысленная фраза: «Безусловно, Ликид — это герой, разгадавший Ликию» (Ликия является названием страны). Воспринимаю это изучение с помощью светового луча относящимся к объектам, удаленным не только в пространстве, но и во времени (может быть, на это навело слово «разгадавший»?). Мне кажется странным, что достоинство усовершенствования оценивается как сокращение тени. На мой взгляд, смыслом его является все же увеличение освещенной площади (и ничто не мешало именно так его и формулировать).
Мысленная, незавершенная фраза (энергичным женским голосом): «Мне дано более точно узнать об окружающей среде, (а)...».
Обрывок мысленной фразы: «...сто ... сто килограммов картошки...».
Нахожусь у Камилы. Она с Кимом куда-то собирается, в доме кутерьма. Дети (в этом сне младшеклассники) крутятся тут же. У Ролла изумительные кудрявые пшенично-золотистые кудри. Не удержавшись, ерошу их, говорю: «Золотоволосый мальчик».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом, решительно): «...он — одинаковый мужик» (всегда один и тот же).
Полярные льды, подготовка к отбору лучших полярников. Претенденты - шеренга из пары десятков крепких мужчин в толстых темных комбинезонах, сапогах, перчатках, капюшонах и солнечных очках. Силой веет от этих людей, их темный ряд контрастирует с бескрайней белизной снега и торосов. Из находящейся на заднем плане палатки появляется прибывшая с Большой земли отборочная комиссия, состоящая из нескольких, кажущихся изнеженными неполярников. Подспудно навевается сопоставление (противопоставление) силы Выбираемых и интеллекта Выбирающих. Первые - тип исполнителей, вторые - раса вершителей (первые ничего такого не осознают).
Примеряю (на улице) только что купленную пару обуви. Останавливается женщина с девочкой-подростком, с интересом смотрит на сандалеты, хвалит, но говорит, что они велики (я вообще-то и сама об этом подумала). С удивлением убеждаюсь, что обувь мне в самый раз. Потоптавшись и почувствовав небольшое непонятное неудобство, снимаю сандалеты — в глаза бросается, что оба они на левую ногу (непонятно, как я не заметила этого раньше, по форме подметок). Говорю об этом женщине, показываю подметки и думаю, что обувь нужно вернуть в магазин.
Мысленно бессловесно сообщается, что я познАю Сущее глубже, чем это изложено в индийских Ведах.
«Одна ... говоришь?» - переспрашиваю я кого-то по поводу поющей птицы (одно слово не запомнилось).
Мысленный диалог (мужскими голосами). Степенно: «Отдельные весы». - «Отдельные весы на что?» (для чего). - Степенно: «Чтобы они снеслись». - Брюзгливо: «Снеслись, снеслись. Конечно, снеслись» (речь идет о яйценоскости птиц).
Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Но утром я не умею разговаривать по телефону». Фраза повторяется несколько раз, с разной интонацией (в поисках максимальной выразительности?)
Это день прошел под знаком объединения коалиционных сил нашего Города. Выражаю уверенность, что через год этот день объединит людей уже в мировом масштабе.
Мысленная фраза: «В одной седьмой лошади» (имеется в виду одна из семи лошадей). Фраза сопровождается невнятной иллюстрацией.
Мысленные фразы: «Он возвращается, вместе со мной. Он возвращается вместе со мной».
Молодая восточная женщина в национальной одежде произносит страстную речь по поводу успеха восточных кинофильмов на какую-то тему. Отдав должное этой победе на идеологическом, кажется, фронте, горячо призывает свой народ не останавливаться на достигнутом (речь идет не об искусстве, а о политической борьбе).
Восьмигранная, со сплющенными боками, канистра из прозрачной пластмассы. Сквозь открытое отверстие видна черная жидкость, занимающая с половину объема.
Мысленная фраза: «An one black конверт».
Мысленная фраза (весело, нараспев): «У нас тут есть, у нас тут есть семейство Шарлерой».
Мысленный, неполностью запомнившийся диалог. «Есть у тебя двадцатка?» - «Почему...». Обсуждению, возможно, подлежит смутно видимый печатный текст, в одной из строк которого указано «90%».
Мысленные, адресованные подразумеваемому собеседнику фразы (женскими голосами). Авторитетно: «Посчитать, что всё, уже готово». - Мягко: «Потому что мы опробовали его на людях».
Мысленный диалог (мужскими голосами). «Нет, получалось». - «И совсем это место не получается».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (быстрым женским голосом): «...крутишь, у меня и так ничего не получается».
Петя столкнулся с неблаговидными поступками лиц, прикрывавшихся видимостью благих намерений. Узрев неожиданный финал, пребывает в недоумении, озадачен. Говорю, что нужно научиться быть бдительным в отношении истинных намерений людей, с которыми вступаешь в контакт. Следует отдавать себе отчет, что не всегда намерения бывают благими, даже если и кажутся таковыми на первый взгляд. Нужно научиться смотреть на вещи более трезво, не обольщаться. Завершаю эту длинную тираду уже в полупроснувшемся состоянии, не открывая глаз, шепотом.
Мысленные фразы (бодрым женским голосом): «Теперь — сколько я сделаю на пальцах на ногах. Слушай».
Парикмахерская. Прошу Лорэну состричь мне волосы на затылке как можно короче, она соглашается. По окончании стрижки встаю, провожу рукой по затылку, с удовольствием ощущая, какими упругими, приятными на ощупь стали волосы после шампуня. Тут до меня доходит, что Лорэна не выполнила просьбы, волосы недостаточно коротки. Выражаю претензию. На контр-доводы Лорены говорю, что не могу часто ходить в парикмахерскую, поэтому и попросила коротко состричь затылок. Спорим (корректно). Вдруг Лорэна и ее подруга хватают меня сзади за шею, намереваясь, кажется, задушить! Это происходит в тесной прихожей бывшей моей квартиры на улице Рябинной. Ситуация меняется. Теперь Лорэна (или это была не она?) в моих руках. Окунаю ее голову в заполненную водой ванну (или во что-то подобное), держу пару мгновений и отпускаю (не запомнилось, чем закончился сон, в эмоциональном плане он был спокойным).
Происходящее в этом сне вызвало воспоминания о подобных вещах наяву, а сам сон воспринимался как явь.
«Наташа сдает экзамен», - произношу я название начавшегося сна.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Именно ее считали ... экумической Реальности».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «...одеяло. Оно там сбилось, сшерстилось», - произношу, возможно, я сама, извлекая из пододеяльника легкое шерстяное одеяло, сбившееся и немного свалявшееся.
Полновесный сон, в котором что-то неоднократно, терпеливо объяснялось (или советовалось).
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (деловито): «...думает. Ну, пусть сидят, послушаем, что говорят».
Занимаюсь SUDOKU, справилась по меньшей мере с двумя вариантами (сном фиксировались начальные стадии решения). Игровыми полями служат квадраты, расположенные с зазором и изображающие предметы (в одном варианте ими были стиральные доски, нужно выискивать и зачеркивать повторяющиеся числа. Числа торчали из-под стиральных досок).
