2002

Длинная горизонтальная колода с выдолбленной сердцевиной (квадратного сечения). В ней находятся четыре деревянных, не соприкасающихся друг с другом кубика (меньшего сечения). Мысленно сообщается, что представленное иллюстрирует «процесс исправления».
Стилизованное изображение человека, небрежно слепленная темная, высотой с палец, куколка (от талии до колен она имела форму правильного усеченного конуса). Слева появляется заточенный светлый карандаш, его острие втыкают в спину куколки (оно входит легко, как в пластилин), а образовавшуюся воронкообразную вмятину заполняют твердым непластичным материалом того же цвета. Куколку протыкают (заделывая вмятины) еще в нескольких местах. Сон не был законспектирован, но его содержание не давало мне покоя до самого утра. При пробуждении у меня возникла мысль, что он демонстровал приемы духовного лечения (состоящего в замене менее стойкого более стойким).
Мысленная фраза: «Даже в Царство прошлого пришлось прогулять(ся)».
Во дворе, окруженном старыми темными избами, видим симпатичную клумбу. Вдохновившись чужим примером, решаем соорудить еще одну (не имея отношения к этому месту). Вскапываем жирный чернозем, натыкаемся на зарытые в землю алюминиевые кастрюли, они были без крышек, и ни на одну не налипло ни крупицы земли. Самая крупная (пароварка с решетчатым вкладышем) была новой, корпус ее соединен нитью (типа лески) с другой кастрюлей, на верхних ободках обеих выбиты цифры, подтверждающие их парность и указывающие дату, до которой они должны находиться в земле. Не обращая внимания, что дата не истекла, несем кастрюли к знакомой нам в этом дворе женщине. Она с пониманием относится к находкам, говорит, что продаст их. Возвращаемся во двор, держа в руках (и возможно, начав есть) по темной котлете (точнее, у меня с девушкой было  их три, полагаю, что третья предназначена для нашего, оставшегося во дворе товарища). Отдаю ему котлету, вижу у него в руках еще одну такую же, наполовину объеденную (люди виделись условно, а посуда и чернозем — ясно).
Многократно демонстрируется моя реакция на что-то, оставшееся за кадром (неясно, было ли это воспроизведением одного и того же эпизода или изображалась стереотипность моих реакций на раздражители вообще - пожалуй, все же второе). Моя внетелесная Сущность (бесформенная субстанция дымчатого цвета) стремительно подлетает (в поисках утешения?) к правильной четырехгранной усеченной пирамиде. Пирамида образована множеством в беспорядке набросанных, слегка касающихся друг друга, чуть волнистых листов писчей бумаги. Сущность выныривала из-за пирамиды и огибала ее в горизонтальном полете справа, приближаясь к верхнему основанию (сон был не цветным, повторился не меньше пяти раз, и в нем сквозила тончайшая примесь мягкой, необидной насмешки).
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «Если хотите ... хищника, то сделайте это для него самого».
Забегаю в гости к знакомым, они сетуют, что их взрослый сын до сих пор не женат (повидимому, это у них дежурная тема). Дождавшись, когда он выйдет из комнаты, советую прекратить муссировать эту тему, воздерживаться даже от завуалированных намеков, поскольку они подпитывают в их сыне что-то, что мешает ему жениться. Советую предоставить все естественному ходу событий, вот тогда-то их сын и женится.
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «Есть ... и сладкие бибеню типа Святой веревки» (в смысле, имеются).
Мысленно сообщается, что в какой-то ситуации я добилась успеха (или справилась с проблемой, внешней или внутренней). Победа была значительной и вызвала уважение. Информация шла на фоне яркого света, в центре которого был мой темный силуэт.
Мы, две женщины, приходим за помощью (или советом) к старцу, занимающемуся простым ремеслом. Разговариваем в его, похожей на пещеру мастерской. В ожидании чего-то отхожу в угол, сажусь на груду больших камней (сон был необыкновенным, прежде всего в отношении природы).
Мысленно сообщается, что меня пытаются обмануть. Демонстрируется человеческая фигура, уже на две трети (по грудь) заполненная серой субстанцией.
Посетитель технической библиотеки спрашивает: «Do you speak English?» Отвечаю, помогая мимикой: «А little». Человек начинает объяснять, какие источники ищет, раскрывает фолиант, в котором содержатся ссылки (понимаю речь, не вслушиваясь в незнакомые слова, просто по языку телодвижений). Перебиваю, говорю: «It is better go to a second door to secreturity». Кто-то из находящихся рядом пытался дать иностранцу более конкретный совет, но я уверена, что человеку, не знающему языка страны, в которой он оказался, лучше всего обратиться в секретариат.
Лечу в самолете. Отлучаюсь со своего места, по возвращении вижу, что оно занято - в салоне появились новые пасажиры, мужчина с двумя детьми. Мальчик сидит в моем кресле, стою в замешательстве, не желая беспокоить ребенка, потом все же вежливо указываю на оставленные мной вещи, прошу пересесть. Рядом сидел мой знакомый, и это было, наверно, главной причиной просьбы (симптомов полета не ощущалось, появление в летящем самолете новых пассажиров не вызвало удивления).
Рассматриваем фотографии.
Меня похищают два вооруженных молодых человека (сон не был агрессивным).
Работаю патентоведом. Разложив бумаги по новым папкам, обучаю новую сотрудницу приемам составления заявок на изобретения и правилам рационального ведения дел.
В гостиничном номере, где кроме меня находятся мужчина и женщина, пьем с ней у столика под окном вино. Разливаю его из красивой матово-черной бутылки (с элегантными наклейками), каждый раз наливая себе намного больше. Женщина и мужчина уходят в соседний номер, где тоже разместились люди нашей компании. Отправляюсь туда же, проверяю бутылку вина на свет, не верю глазам, появляюсь на пороге соседнего номера, потрясая почти полностью опустошенной бутылкой.
Мысленно рассуждаю (о музыкальных упражнениях?), вскользь мелькает осознание, что рассматриваемых вариантов три, а попарных сочетаний их - шесть. Делаю вывод: «Наименее благоприятное — гамма и лучи» (имеется в виду сочетание такой пары). Возникают иллюстрации. К слову «гамма» - невнятная фортепианная клавиатура и последовательное движение в пределах октавы. К слову «лучи» - четкий кружок с расходящимися в стороны радиальными отрезками.
Являюсь тайным агентом, проводником. Тайно препровождаю двух мужчин в тайное место. Четко выполняю работу, не проявляя интереса к тому, что к ней не относится (мне даже в голову такое не приходит). Меня не интересует, кого я веду, к кому, и что это за место, в которое мы идем. Путь непрост, привычно со всем справляюсь. Прибыв по назначению, привычно собираюсь возвращаться. Руководители предлагают (впервые) присутствовать при демонстрации приведенным мной людям чего-то «Конечного» (интересного, по их словам, и впечатляющего). Остаюсь, но не потому, что пробудилось любопытство, я остаюсь, оставаясь бесстрастной. Начинаются приготовления, и за миг до начала демонстрации я просыпаюсь.
Мысленная фраза: «Человек будет помнить, только если он будет помнить».
Женщина спрашивает, знают ли ее слушатели, как нужно держать себя в тюрьме (имеется в виду психологический аспект гипотетической ситуации). Отвечаю (за всех?): «Нет». Женщина, покачав головой, дает понять, что такое знание необходимо любому человеку.
Несколько военных стреляют из автоматов по автобусу, внутри которого выясняют отношения две враждующие группировки (самих выстрелов не видно и не слышно).
Привожу на консультацию маленькую дочь (сновидческую) по поводу того, что она стала утверждать, что я - инопланетянка. Девочка крутится в холле около детской мебели, мы с консультантом стоим тут же, рассматривая цепочку рассуждений моего ребенка (они содержатся в толстой пачке скрепленных, дымчато-серых листов бумаги, которую держит консультант). Мы не читаем текст (там его, кажется, и не было), а просто смотрим на пачку, в которой даже пространство между полураскрытыми листами выглядит дымчато-серым. Все факты моей жизни, свидетелем которых была моя маленькая дочь, в ее трактовке неопровержимо доказывают, что я - инопланетянка. Череда их быстро (как в кинофильме, но без экрана) прокручивается перед нами. Кадры окрашены в теплые светлые тона и (в отличие от всего остального) выглядят четкими. Меня озадачивает факт такой фантазии ребенка, но ложный (с моей точки зрения) тезис доказывался ею безупречно, то есть две истины — моя и моей дочки — сосуществуют на равных. Проходящая мимо знакомая интересуется, что я тут делаю. Отвечаю: «Да вот, моя дочка говорит, что я - инопланетянка» (в моем тоне звучит досада по поводу того, что я должна разбираться с такой нелепой проблемой).
В качестве иллюстрации к сюжету сна звучал куплет песенки из кинокомедии «Веселые ребята»: «Удивительный вопрос/ Почему я водовоз/ Потому что без воды/ И не туды, и не сюды».
Мысленное сообщение, что-то из истории Мифов. О какой-то их трансформации (возможно, о трансформации первичной формы в ту, что дошла до нас). Сообщение иллюстрировалось незапомнившимися изображениями.
Стою перед несколькими серыми расплывчатыми силуэтами, нас разделяет нескольких метров. Наливаюсь одержимостью, освободиться от которой смогу, лишь выплеснув ее на других, на тех, кто сейчас передо мной. Стараюсь (как при чихании) сконцентрировать энергию, подвести ее к границе, несколько раз энергично, глубоко втягиваю в себя воздух, но результат получается слабый. Хорошо сконцентрированная одержимость должна выплеснуться толчком (как смачное чихание) и выразится в агрессии, в форме яростного нападения на тех, кто находится передо мной. У меня такого не получается. Диким рывком, с яростным криком бросаюсь в их сторону, но до нападения дело не доходит. Повторяю рывки, все более слабые. После неудачных попыток исторгнуть одержимость вовне, она рассасывается (как неудавшийся чих). Проснувшись, обеспокоенно думаю, не просочились ли мои дикие вопли в несновидческую явь. Все происходившее было таким же инстинктивным, как процесс чихания, сравнение с которым введено мной для наглядности (слово «одержимость» используется условно, мне неизвестно название этого состояния).
Человек и окружающие предметы представлены в виде скопления микроскопических темно-серых частиц (энергетических полей). Контуры тел сохраняют при этом привычные очертания.
Мысленно сообщается, что кто-то (возможно, я) воспринимал что-то не в истинном (а в кажущемся) виде, «и даже не подозревал, что это не так».
Моя мысль (в отношении чего-то, лично мне недоступного): «Моей дочери предоставится такая возможность, так что, в каком-то смысле, и (мне)» (последнее слово подразумевается). Имеется в виду, что предок проживает не только свою жизнь, но и (в каком-то смысле) жизнь потомков. А значит, недоступное станет мне доступным (в каком-то смысле) через посредство дочери (в данном примере, сновидческой). Смутно видится полоса (или нескольких полос), прорастающих слева направо, вдоль горизонтальной оси времени.
Мысленная фраза (принятая мной на свой счет): «Но у нее самой есть возможность увидеть в истинном свете, все необходимые для этого средства находятся вокруг нее». Смутно виден сидящий на полу человек в окружении неразличимых предметов.  [см. сон №1782]
Мысленная фраза (принятая мной на свой счет): «Она может увидеть истинное — все, что для этого необходимо, находится вокруг нее (у нее под руками)», слова в скобках если и не были произнесены, то подразумеваются.  [см. сон №1781]
Несколько раз подряд принимаю обильный душ в помещении, где находятся две занятые делами женщины.
Обнаженная (раздевшаяся для принятия душа) молодая женщина с безупречной фигурой и изумительно матовой кожей. Она стоит (в профиль) в ненапряженной позе, чуть изогнувшись и слегка опершись кистями рук на край стола. Женщина является будто бы (но не в данный момент) ОРАКУЛОМ (насколько отчетливо виделось тело женщины, настолько же неотчетливо виделась или вообще не виделась ее голова).
Два сна со сходным сюжетом. Приехав на отдых, селимся в гуще отдыхающих. В обоих случаях хозяева сообщают, что поскольку жившие до нас лица уплатили за весь планируемый срок, но съехали раньше, нам за жилье платить не нужно. Воспринимаем это как приятную неожиданность, переглядываемся, незаметно обмениваемся улыбками.
P.S. Записав эти сны, я задумалась, каков их смысл — ведь глагол «жить» имеет два значения. Эта мысль держалась во мне целый день.
Обрывок мысленной тирады: «Святой Арарта, Святой Арарта и...» (Арарта является именем, в именительном падеже).
Умирающего Уду выставили из квартиры, смутно видна кровать с нависшим над ней лестничным пролетом. Под чистым бельем угадываются контуры грузного человека (возможно, находящегося в беспамятстве). В ужасе плачу. Мне спокойно объясняют, что этот человек что-то нарушил, и не только в процессе умирания, но и раньше, когда был еще здоров. В подтверждение демонстрируют состоящий из нескольких абзацев текст (напечатанный мелким шрифтом и занимающий больше половины нижней части листа) и указывают те из правил, которые были нарушены.
Мысленная фраза: «Вопрошающие слишком снисходительны». Смутно виден Страж с мечом, стоящий у входа в Нижнюю, Подземную область. Ту самую, куда должны направляться (распределяться?) Души умерших (Страж — эти и есть Вопрошающий).
Групповая семейная фотография. На лицах - несовременное выражение спокойного достоинства.
На миг прерывается дыхание. Этого оказывается достаточно, чтобы ощутить мучительность состояния. А когда дыхание восстанавливается - подумать об ужасе настоящего удушья (подумать спокойно, трезво, отвлеченно).
Иду с приятельницами по тротуару Мушинской улицы, огибающему ограду круглого сквера. За нами, громко топая, марширует цепочка солдат в защитной форме. Они сжимают ружья с торчащими штыками, отрабатывают приемы. Вид агрессивный, позы напряженные, шаги сопровождаются ритмичными взмахами штыков. Роняю спутницам что-то язвительное в  адрес солдат, за что получаю легкий тычок штыком (в спину). Становится ясно, что тут не до шуток, молча возмущаемся, понимаем, что лучше уйти, ускоряем шаги. Солдаты исчезают, на их месте появляется командир (низшего ранга) - коренастый тип, совершенный варвар, тоже в защитной форме, без оружия. Он свирепо выговаривает нам что-то на непонятном языке, нам ничего не остается как с возмущением, не оборачиваясь, удалиться. У этого типа был вид человека другой, более грубой культуры, даже внешне он отличался смуглотой и примитивными чертами лица. Мы до глубины души возмущены тем, что произошло (сон пропитан нашим безмолвными возмущением, хотя заварила кашу я).
Сон-урок о трех состояниях (частях) человека и правильном их определении. Бережно, любовно, действительно как на уроке изображается и объясняется то, что наяву принято называть Телом, Душой и Духом. На светло-голубом фоне предстает несколько бесформенных темноватых пятен (символическое изображение Тел). От каждого отходит в обе стороны (под углом градусов в шестьдесят к горизонту) по тонкому темному лучу к двум другим составляющим (частям) человека (не запомнилось, как они изображались). В целом все воспринимается как доброжелательное сообщение какого-то Разума.
Темная деревянная дверь с соосным барельефом-прямоугольником (занимающим с половину ее поверхности). Барельеф внушает непонятный страх. Дверь исчезает. Находящиеся вне пределов видимости Сущности раз за разом воспроизводят ее изображение для моего устрашения.
Снимаю случайно замеченную крупинку отварного риса с одежды мужчины. Присматриваюсь, вижу и снимаю еще несколько, добродушно приговаривая что-то типа того, что «А вы, оказывается, рис ели» или «Так-то вы рис едите».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (возможно, относящаяся к незапомнившемуся сну): «...будет - и силу Единорога отобьешь ты».
«А он готов кататься на машине целый день», - укоризненно говорит женщина. Смутно виден сидящий за рулем грузовика человек, которого ставят в пример. Женщина намекает на обстоятельства, по причине которых (или вопреки им) этот человек готов сутками выполнять развозки. Подразумеваемые обстоятельства повышают оценку того, о ком говорится, и утяжеляют упрек в адрес того, кому адресована фраза (ни женщину ни ее собеседника не видно).
Стою у открытого металлического шкафа, торчащего на обширном пустом пространстве. Шкаф внешне похож на электрический распределительный (даже выкрашен в тот же цвет), но разделен на две секции. Я пришла за нашим мясом, чтобы приготовить его на разведенном дома огне. Ни в левой ни в правой секции нужного мяса не вижу. Убедившись, что оно исчезло, решаюсь взять хоть немного чужого, но тут подходит пожилой англоязычный мужчина. Пока он забирает свои антрекоты, говорю, что мое мясо украли, и все это из-за того, что шкаф не запирается.
Мысленная фраза: «Сто тридцать шестой год Новой эры».
Еду на подножке джипа, двигающегося по темной коричневой земле. Держусь за что-то руками, чувствую себя естественно. Когда машина спускается с небольшого крутого холма и резко сворачивает влево, я спокойно, изо всех сил отклоняюсь назад (не знаю, был ли кто-нибудь внутри машины, я туда не заглядывала).
Нахожусь в гостях. Входит женщина с детьми — одному лет пять, другой  грудной, закутанный во множество одежек. Нагромождаем в изголовье кровати подушки, усаживаем туда малыша (не раздевая). Старший ребенок получил от хозяев дома подарок — стеклянный, заполненный водой призматоид. Показывает его мне, говорит, что можно подумать, что внутри ничего нет, но если присмотреться, видно плавающие в воде крупинки. Спрашиваю, знает ли мальчик, что в микроскоп увидишь крупинок «в сто раз больше». Пропустив это мимо ушей, мальчик с гордостью сообщает: «А я знаю названия всех трикотажных фирм Америки, меня папа научил» (его отец по работе имеет связь с этими фирмами).
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «И в мире все сенсорно, и сенсорно ждет...».
Хронология
Пишу в тетради для записи снов: «Клипэ тоже ... Множество клипэ валялись под стульями, но я не...» (часть слов не запомнилась, кажется, и там, во сне). Неотчетливо видятся клипэ, похожие на сероватые конфетти.

Будто бы проснувшись ночью, вижу на углу постели, справа от подушки, перевернутый вниз текстом лист, якобы с записями моих снов.

Держу листы со статьей, напечатанной на иностранном языке, с включениями формул (или уравнений). Пробегаю текст глазами, задом наперед, чтобы отыскать место, на котором остановилась.

Необычный сон, какое-то время державшийся в памяти, но к утру забывшийся.

Срединная строка сочиняемого стиха (неспешно, с пробной интонацией): «Ледяной Тамарой кроет от дождя».

Отправляющаяся в кратковременную экспедицию группа нанимает носильщиков. Те на группу нападают, мирная экспедиция оборачивается кровавой драмой (эта часть сна не запомнилась). Видимые условно члены экспедиции были хрупкими на вид и олицетворяли интеллект. Носильщики виделись отчетливей и являли пример грубой примитивной, почти неосмысленной физической силы. И вот теперь уцелевшие носильщики мирно сидят у остывшего костра в небольшой лощине редкого леса. Один, поодаль, упорно пытается развязать заскорузлыми пальцами двойной узел на обрывке грязно-серой веревки. Внимание сна некоторое время приковано к его рукам, крупным планом показано, как узел начинает подаваться. Справа к подельникам приближается белобрысый малохольный парень (резко отличающийся от зрелых, мощных остальных). Кто-то говорит спокойно: «Да, ... Зачем же ты поехал, Костя?» (часть фразы не запомнилась; имеется в виду сама по себе поездка с этой экспедицией). Судя по вопросу, с парнем произошло что-то неожиданное как для его подельников, так и для него самого. Он, повидимому, в какой-то момент оплошал, и теперь проникновенно, невразумительно бормочет: «Я хотел понять, что это такое. А они меня обнили...» (фраза обрывается; «обнили» является искаженным «обняли», а «они» - это, вероятно, члены экспедиции).

Мысленно сообщается, что между членами королевской семьи (братом и сестрой) возник спор по поводу владения подборкой раритетных книг. Сестра в конце концов уступила, брат заплатил ей за это 19 миллионов. Бегло видятся упомянутые молодые люди и стеллаж, плотно уставленный древними блекло-серыми фолиантами.

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Как они хохотали. Эта, как была...».

Мысленная фраза (женским голосом): «Жидкость и сметану».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «А вообще-то у нас не было разбора ... У нас был маленький романтический союз».

Мысленный диалог (женскими голосами).  Дружелюбно: «Мне хотелось бы больше позавидовать» (восхититься).  -  Задиристо: «А кто вам прислал домой-то?!»

Мысленная сентенция: «Когда начинаешь усиленно думать, что бы и как бы, то поступаешь неправильно» (последнее слово относится к пристрастию усиленно обдумывать).

Мысленная, незапомнившаяся дословно фраза о том, что многие стараются побывать в Средиземном море на одном из Гавайских островов, потому что там много шпрот.

Мысленная фраза (бесцветным женским голосом, издалека): «Это всё равно, как посмотреть на смеющуюся жабу» (тот же эффект).

Лежащая на полу газета усеяна влажными пятнышками водяных брызг.

Мысленный диалог (женскими голосами): «Ты это сняла, а вдруг она постирает?»  -  «А вдруг пойдет на завещание?»

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «И непонятно, подглядывает ли она в ... или у нее самой есть».

Сон, в котором я (судя по записи в блокноте) щедро проявляла свое благородство.

Сижу на низкой скамейке обувного магазина, собираясь примерять обувь. Два башмака от разных пар, на одну и ту же ногу, темные, пыльные, лежат около меня на полу. Беру один из них - и просыпаюсь.

Сон, похожий на фрагмент романа Дюма. В дальнем левом углу комнаты, на неширокой кушетке лежит больной, которого укрыл у себя владелец богатых апартаментов. Справа входят двое друзей хозяина дома. Он вызвал их, чтобы по каким-то причинам передать беспомощного больного на их попечение. Вошедшие вполголоса обсуждают ситуацию. Хозяин дома подходит к ложу, запускает руку в изножье постели, извлекает пустую стеклянную банку. Со словами «Говорите сюда» протягивает ее пришедшим. Это предпринимается в целях конспирации, во избежание подслушивания.

Демонстрируются экстраординарные события вселенского масштаба. Когда происходит неожиданный сбой, ситуацию возвращает в нужное русло Билл Клинтон (тот самый). Движения огромных человеческих масс (перемещения, взаимные проникновения) представлены абстрактно, в виде занимающих все поле зрения гигантских облаков — размазанных, блеклых, медленно, мощно передвигающихся. Сам сбой не показан, бегло возник лишь Клинтон, быстро (усилием воли?) ликвидировавший его. Озабоченное, сосредоточенное лицо Клинтона виделось совсем вживую.  [см. сны №4645, 4646] 

Выполняю письменную работу (в тетради в клетку). Окидываю взглядом аккуратно исписанный лист, испещренный аккуратными помарками, решаю его удалить и вклеить на его место чистый. Пытаюсь вспомнить, где я купила эту тетрадь. Удается воссоздать в памяти прилавок, потом — торговый зал и, наконец, (не без труда) — сам магазин. Иду туда по незаасфальтированным улицам. Раздается негромкое бренчание. Догадываюсь, что это бежит уличная кошка, к хвосту которой что-то привязано озорными детьми. Кошка появляется в поле зрения, неспешно бежит влево. Решаю ей помочь, она оказывается около меня, осматриваю хвост. Появившаяся справа рыхло-упитанная женщина заявляет: «Но ведь и мы...». Она имеет в виду, что и мы, взрослые, будучи детьми, тоже так забавлялись. Отвечаю, что не избежала этого, но только сейчас осознала свой проступок. Осторожно отсоединяю грузик с кошачьего хвоста (стараясь не напугать кошку — чтобы она раньше времени не убежала или не напала на меня). Когда процедура была завершена, дикая кошка доверчиво приласкалась ко мне. Кошка была довольно крупной и выглядела довольно неопрятно, как и все остальное в этом темноватом, нецветном сне. Лишь аккуратная, показанная в цвете тетрадь составляла контрастное исключение (текст виделся четко, но не осознавался).

Мысленная фраза (неторопливо, размеренно): «Точно так же всем должен — это тот, кто ни на минуту не забывает о себе самом». Фраза относится к поучению, в котором разбираются характеристики человеческих типов.

На широком корытообразном (кажется, жестяном) столике слабо ворочаются новорожденные Существа, похожие на помесь младенцев и птенцов. Их влажная кожа была неприятного буро-серого цвета.

Мысленное намерение предъявить распечатку телепросмотров в доказательство, что передачи просматривались целенаправленно.

Мысленная фраза (женским голосом, кисло): «Там сейчас что-то мне напоминает».

Нахожусь в гостях у Киры. Под влиянием неудержимой сонливости засыпаю на диване. Просыпаюсь, перед зеркалом привожу в порядок всклокоченные волосы, долго прилаживаю берет, одеваю демисезонное пальто. На периферии поля зрения то и дело появляется Унга. Спохватываюсь, что берет и пальто в помещении ни к чему, снимаю их. Кира неуверенно рассказывает, что с некоторых пор к ним стали поступать письма якобы из Высших Духовных Сфер. Говорит, что не знает, как воспринимать эти послания, приносит образцы. Один вид представляет собой полностью заполненный текстом печатный лист. Печать красивая, аккуратная, со щедрыми пробелами между строчками, часть слов выделена цветным подчеркиванием. Здесь излагаются общие положения. Второй вид попроще, монотонный текст занимает лишь нижнюю часть листа. В этих посланиях излагаются (в каждом — своя) частные истории невзгод попавших в тяжелое положение семей. И там и там содержатся просьбы о пожертвовании чисто символических, мизерных сумм (и указывается адрес, куда их отсылать). Кира говорит, что они решили этим посланиям верить. Спрашиваю, что думает Юджин (на миг смутно обозначившийся в недрах квартиры). Кира говорит, что он принимает послания за чистую монету. Я же думаю, что в наше, мягко выражаясь, своеобразное время такого рода послания могут быть как истинными, так и нет (персонажи виделись условно, а письма, особенно первое, - ясно).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «На шее у него ... подорвать который можно, лишь подорвав себя» (речь идет о чем-то типа бронежилета). Смутно видятся нескольких солдат в полной амуниции.

Обдумываю, каким образом уничтожить пауков, находящихся в закрытой чашке Петри (это мое рабочее задание). Вспоминаю, что однажды использовала для этого хищных пауков. Всплывший в памяти опыт бегло предстает — в левой руке у меня чашка Петри с подлежащими уничтожению пауками, в правой - с хищными истребителями. Прижимаю (сверху, не открывая) правую чашку к левой — и дело сделано. Решаю попробовать повторить процесс, тем более, что ничего другого пока в голову не приходит (пауки видятся невнятно, а чашки — отчетливо).

Мысленные фразы: «Чинить хотите? Мы вам дадим денег».

Многоэтажный дом с большим сквозным пустым пространством по центру и узким серпантином лестничных пролетов, площадки в некоторых местах загромождены хламом. Я должна прибыть куда-то с какой-то целью в сжатые сроки. Сначала мешает хлам на лестнице, потом долго жду лифта, он везет куда-то не туда. Вспоминаю, что что-то забыла, вынуждена, с теми же заморочками, вернуться домой (не исключено, что это повторилось не раз). Оказываюсь в подземном метро, состоящем из фантастически разветвленной, запутанной сети эскалаторов, движущихся с угрожающе большой скоростью во всех направлениях. Нужно перепрыгивать с одного на другой, пока не попадешь к месту назначения. Система настолько сложна, что непонятно, как многочисленным пассажирам (в черной одежде) удается с этим справляться, да еще на дикой скорости (жуть какая-то!) Из метро приходится вернуться домой - обнаружилось, что я еще что-то забыла. Вхожу в лифт, теперь вдруг тесный и узкий. Он разгоняется, передняя стенка исчезает. Чтобы не вывалиться, сажусь на пол, упираюсь спиной в  правую стенку, полусогнутыми ногами - в левую, плечом прижимаюсь к задней. Мчусь все выше и выше, в нескольких дюймах от разверзшегося открытого края кабинки. Мне очень страшно, мне кажется, что еще немного - и я вывалюсь. Дом исчез, видится свободное пространство, природа, земля уже далеко. Говорю себе: «Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз!» Возношусь, вжавшись в стенки, изо всех сил отвожу взгляд от открытого края, и уставившись в обшарпанный драный линолеум пола, твержу: «Только не смотреть вниз!»

Обрывки мысленной фразы: «Этот ... зверь принадлежит ... Ина» (Ина — это женское имя).

Мысленная фраза: «Писку было — не переставая» (речь идет о восторженной реакции).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (быстрым женским голосом): «Я пойду ... черными чернилами намажусь».

Мысленная информация о том, что мое положение абсолютно устойчиво. Демонстрируется полое тело вращения. Верхняя часть его - цилиндрическая, усиленная внутренним кольцевым пазом, нижняя имеет форму перевернутого усеченного конуса. Тело это, из грубого, темного металла, символизирует мою защитную оболочку и обеспечивает устойчивое положение в жизни.

Мысленная фраза: «Спусти это, пожалуйста».

Ощущаю слабый толчок вниз, как будто кровать на мгновенье уходит из-под меня.

Мысленные фразы (бойким женским голосом): «В чужой? В чужой квартире вообще не ночевал(а)».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Я не должна никуда ... потому что так любят мои мама и папа». Это произносится отнюдь не детским голосом и являет образец затяжного послушания.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (спокойным женским голосом): «...и бросить работу. Вообще вы ведете себя не очень красиво, как я посмотрю».

Мысленная фраза (мужским голосом): «И потом, из-за машины видишь, зеркало видно».

Мысленная фраза (неспешным женским голосом): «Не знаю, почему это вдруг наступает так внезапно».

Мысленные фразы: «Тебе 'кажется'. Тебе 'кажется', - передразнивая кого-то, грубо говорит молодой мужской голос, и издевательски вопрошает: - А может, и не кажется, а?» (на словах «не кажется» сделано многозначительное ударение). Проснувшись утром, не могу понять, уж не ко мне ли была обращена эта пугающая грубость. Беспочвенное предположение действовало угнетающе до тех пор, пока мне не удалось (не без труда) ОТПИХНУТЬ от себя этот сон.

Мысленная фраза: «Я не могу поделиться жильностью и контактностью с таким человеком, как этот» (под жильностью имеется в виду кров).

Пытаюсь накрыть стаканчиком (чтобы выпустить за окно) сонную муху. Она благополучно этого избегает, каждый раз делая полусонный рывок в сторону и тут же снова впадая в сон.

Вывалившееся из сна число «724».

В каком-то смысле превосхожу условно видимых людей. Радуюсь, что приобрела новое качество [см. сон №0687].

Кто-то (невидимый) мысленно, с мягкой усмешкой говорит о том, что он так устал, что даже отвертка вываливается у него из рук.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «Я не собираюсь ... Собираюсь куда-то поехать. Ведь сколько можно ждать».

Мысленные фразы (женским голосом): «Такая же участь. Он вернулся только под утро и сн...» (фраза обрывается).

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом, задумчиво): «Поэтому, чтобы еще раз не закричать...».

В финале незапомнившегося нецветного сна стою рядом с несколькими, условно видимыми людьми. Один из них, юрист, говорит, обращаясь ко всем, что нечто (которое до этого обсуждалось?) должно быть сообщено мне, я имею на это законное право. В руке моей оказывается (каким-то образом) старый истертый ключ от французского замка.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским, издалека донесшимся голосом): «Юбку ... надо сюда положить».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «Мы в ... ездили в прошлом году. Таких он присосок наделал...» (фраза обрывается).

Мысленный диалог (мужскими голосами). Неторопливо, обстоятельно: «Приезжал. Он долго-долго рассказывал, как...» (фраза обрывается).   -   Желчно: «Ну еще бы!»

Какой-то сон, проворно улизнувший, как только я после него проснулась.

Мысленная фраза (добродушным женским голосом): «Потому что всех любит».

Мысленная, незавершенная фраза: «Они руководствовались такими крепкими молодыми людьми...».

Нахожусь у Фуфу («у них щенки», записала я ночью, но про щенков ничего не запомнилось). Фуфу собирается отправить сына (им был Ролл) в другую, кажется, страну, в пансион. Погода стоит холодная, дождливая, а она одела ребенку сандалеты (на босу ногу). Несколько раз возражаю, Фуфу не слушает моих доводов. Не в силах представить, как бедный ребенок будет топать по холодным лужам почти босиком, решаю перестать у них бывать. Заявляю об этом в проникновенной пространной, спокойной форме. Фуфу и мальчик внимательно слушают, Фуфу иногда кивает головой, а в конце благодарит. Спохватываюсь, что вещала по-русски, говорю, что они же ничего не поняли, повторяю все на их языке. Фуфу, кажется, еще раз благодарит, я удаляюсь. По дороге домой размышляю, почему она предпочла отлучить меня вместо того, чтобы одеть мальчика по погоде. С беспокойством думаю, что нужно срочно искать новую работу. Чем больше об этом думаю, тем большее беспокойство меня одолевает. И вдруг осеняет, что это мне ПРИСНИЛОСЬ. Испытываю заметное облегчение - и просыпаюсь.

Мысленные фразы (женским голосом): «Ты говоришь, (что) никому не скажешь? Ну и пожалуйста, не говори, пусть будет так».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Это очень ... и очень важный штрих нашей жизни здесь».

Мысленные фразы: «Законы движения. Первый раз взять законы движения и попробовать их откомментировать».

Мысленная фраза (мужским голосом, неторопливо, с запинками): «Порция мяса в десять... в десять... в десяти минутах».

Видны голова и плечи малышки, произносящей с простодушно-лукавой улыбкой: «До свиданья, ... До свиданья!» (обращение к женскому лицу не запомнилось).

Окончание мысленной фразы (женским голосом, с упреком): «...просить, должен просить, каждый раз, даже не задумываясь».

Мысленная фраза (сосредоточенным мужским голосом): «Может ли мне школа дать понимание того, чего я сам не понимаю?»

Сначала что-то про меня (связанное с моими гландами). Потом что-то про соседа (направлявшегося к стиральной машине с ворохом белья в руках). Потом что-то про Петю (его лечащего врача подвергали критике за безответственность).

Мысленное слово: «Уязвляемые».

Мысленная полувопросительная фраза (женским голосом, начатая твердо и под конец сбившаяся): «Я совсем не гожусь спм...».

Мысленное слово (четко, по слогам): «Ми-син-то».

Мысленный диалог (женскими голосами).  Спокойно: «Нет, она точно, она по радио сказала».  -  Раздраженно: «Что она сказала?»

Принимаю душ. Занавеска выползает наружу, вода по ней стекает на пол.

Мысленное обращение (энергичным женским голосом): «Вероника!» Оно адресовано мне, и судя по интонации, предваряет сообщение (или вопрос).

Случайно оказываюсь в арендуемой молодежью квартире. Старый холодильник стоит криво и сочится каплями воды. Пытаюсь понять, в чем дело. Сон крупным планом показывает заднюю ножку холодильника, вокруг которой обмотался провод. Вижу, что дверца закрыта не плотно. Вытаскиваю из-под ножки провод, закрываю дверцу. Говорю ребятам, что если они хотят, чтобы холодильник послужил им подольше, они должны всегда тщательно его закрывать.

На упаковке (кажется, электродрели), на фоне рисунка в серо-голубых тонах, крупными буквами напечатано слово «YIOE», которое нужно почему-то читать справа налево.

Мысленный диалог (женскими голосами). «И где вы это нашли?» - «Нашла-то?»

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза (женским голосом): «Он ... и начал ... у нашей первоклассницы».

Убежденно говорю: «Сон, сон это приходил ко мне...» (окончание фразы не запомнилось).

Старый бревенчатый одноэтажный дом с нескольким входами в квартиры и табличками с фамилиями жильцов. Меняем на одной из них фамилию. Обхожу вокруг дома, за одним из углов вижу на выступе около таблички аккуратную кучку осколков керамической плитки и еще какой-то сор.

Чета молодых родителей просит погулять с их девочкой. Прихожу в назначенное время (сама открыв дверь), малышка еще в кровати. Собирая девочку на прогулку, замечаю в комнате Ворхаса (знаменитого певца), киваю ему, мы с девочкой выходим, по пути на минутку заглянув ко мне домой. Спустя какое-то время обнаруживаю, что девочки нет, я гуляю с пустой коляской. В почти зашкаливающем волнении возвращаюсь к себе домой, не сразу отыскиваю малышку. Она спокойно расхаживает по одной из комнат и кажется такой крошечной в своем темном платьице. Боковым зрением замечаю в дальнем углу сидящего с отстраненным видом Ворхаса. Беру девочку на руки, она что-то мне рассказывает, строя совершенно правильные фразы. Они звучат так естественно, что невозможно поверить, что малышка, когда я забирала ее из кровати, еще не умела говорить. С удивлением делаю вывод, что способность к речи может возникать у детей скачком, этот факт завладевает моим сознанием. А у малышки обнаруживается еще какой-то признак развития, тоже проявившийся скачком. Активно размышляю на эту тему, продолжая держать на руках девочку, которой было года полтора и которая было красивым, спокойным ребенком, сосредоточенным на своей внутренней жизни.

Категории снов