Мысленный совет (из нематериального источника). Мне рекомендуется перестать ворочаться по ночам из-за тревог и беспокойств, так как я буду иметь все, что необходимо. Ворочаться по ночам стоит только для пользы тела, чтобы оно не деформировалось от долгого лежания в одном положении.
На большой поляне, в обрамлении густых крон деревьев и высоких кустов возникает зверек. Крупный грызун спокойно стоит на задних лапках, красивая коричнево-рыжеватая шерстка прекрасно гармонирует с окружающей зеленью. Потом там же возникают, одна за одной, с десяток неподвижных человеческих фигур. Они отличаются лишь ростом - от утрированно маленьких (меньше стоящего в центре поляны зверька), до неправдоподобно больших, гигантских. Они выглядят искусственными, манекенами, не гармонирующими с природой, но являются живыми людьми. Понимаю это так (или мне дают понять?), что всю земную фауну можно символизировать одной симпатичной безобидной зверюшкой. Род же человеческий, несмотря на внешнее сходство людей, к одной фигуре несводим.
Кто-то говорит мне (говорящего не видно, может быть это вообще безлично): «Вот сейчас увидим ... врешь ты или нет» (часть фразы не запомнилась). Речь идет о чем-то, связанном с Богом.
Четырехгранный толстостенный, с высоким горлышком сосуд из чистейшего прозрачного хрусталя, заполненный (на три четверти) живой родниковой водой. От него и от воды исходит необыкновенное чувство чистоты, свежести. Это подчеркивается солнечными бликами, играющими на его гранях и на колеблющейся живой воде. Видение символизирует Петю. Был еще и небольшой текст, тоже о нем, без упоминания имени. Просыпаюсь, убеждаюсь, что сосуд запомнился хорошо, а из текста не вспоминается ни слова. Засыпаю, снова вижу этот сон, этот сосуд. Воспринимаю исходящее от него и воды чувство чистоты и свежести. Просыпаюсь, бегло конспектирую, зарисовываю сосуд, смотрю на часы — было без двадцати три часа ночи.
Советы-указания мне, все в серых тонах. В конце появляется изображенное крупными печатными буквами непонятное слово на иностранном языке. [см. сны №№ 0698, 0699, 0701, 0702]
Адресованные мне мысленные рекомендации (с визуальным рядом). Проснувшись, не могу ничего записать. Засыпаю, сон повторяется, просыпаюсь, не могу ничего записать. Засыпаю, вижу сон в третий раз, опять ничего не запоминаю.
Завожу (наяву) будильник, чтобы не опоздать на ужин. Засыпаю. Кто-то мысленно, с явной насмешкой (или легкой издевкой) начинает потешаться над уверенностью человека, воображающего, что он сам программирует свою жизнь. Этот Некто утверждает, что нет ничего проще, чем смешать планы человека (неясно, имелся в виду Человек вообще или конкретно я). В качестве доказательства многократно, мысленно твердится одно и то же: ты, мол, полагаешь, что сможешь проснуться в нужное тебе сегодня время, но ты не проснешься, ты проспишь, ты проспишь. Однако будильник (о котором Некто, возможно, не подозревал) дребезжит в нужное время, и я не опаздываю к ужину в том месте, где наяву гощу эти дни.
Находимся в помещении (кажется, у входа в лифт). Происходит что-то абсурдное (в духе того, что происходит со мной наяву после пережитого год назад потрясения). Мысленно отмечаю (совсем, как наяву), что опять произошло неправдоподобное. Иду куда-то с женщиной. Она говорит, что все, что я предпринимаю (наяву), не только неправильно, но и приносит вред. Говорит, что у нее есть связь с Высшим, поэтому сказанное является истинным. Со всей искренностью отвечаю, что все это время безуспешно ищу помощи, ищу кого-нибудь, кто объяснил бы мне, что происходит, и подсказал бы, что я должна делать. Повторяю это, кажется, несколько раз, но женщина молчит.
Мысленная, неполностью запомнившаяся, адресованная мне фраза (завершившая длинный сон): «...если хочешь увидеть начальную (форму) и форму его освящения».
Мысленный диалог. «Ты не обглодок», - доносится издалека мужской голос. Я повторяю: «Я не обглодок». И снова: «Ты не обглодок». - «Я не обглодок».
P.S. Дело в том, что после того, что со мной произошло (и происходит) с 26 августа 1999 года, у меня часто бывает ощущение, что те, кого я полагаю повинными в произошедшем, обглодали меня (энергетически).
Мысленная, запомнившаяся с пробелом, ко мне обращенная фраза: «Запиши в ... беречь почву не стоит» (имеется в виду, чтобы я сделала пометку на полях своего экземпляра источника). Я удивлена, так как полагаю, что почву всегда нужно беречь.
Длинный горизонтальный ряд одинаковых, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга лунок. Они вырыты в мягкой черной земле и похожи на лунки для гольфа (но более глубокие). Эти, вырытые впрок лунки предназначены для захоронений. В крайнюю правую будто бы только что кого-то захоронили (чей-то Дух). Возникает мысленное недоумение. Дело в том, что некоторое время тому назад эта Сущность уже была захоронена в этом ряду. Она была одной из тех двух, которые умерли тогда почти одновременно. Сон переводит взгляд на пару крайних левых лунок, в которых тогда были захоронены эти двое, остальные лунки пусты. [см. сон №1340]
Петя (взрослый юноша) выделывает на велосипеде немыслимые трюки в большой комнате нашей бывшей квартиры на Мушинской улице, ловко лавирует между мебелью, заезжает и съезжает с широкого подоконника. В смежной, меньшей комнате дело идет не так гладко - иногда Петя теряет равновесие, рискуя ушибиться о мебель, но он так поглощен, что не обращает внимания на неудачи и ушибы (мне даже показалось, что он их не замечает). Так проходит какое-то время, потом все это исчезает. Справа возникает темноватая прямоугольная (вытянутая в высоту) доска с темноватым текстом, в котором невозможно различить ни слов, ни букв, ни языка. Доска и текст выглядят древними, текст несет информацию о Пете. Я имею право прочесть либо начало (повествующее о том, как начался описываемый период жизни Пети), либо срединный участок (относящийся к тому, что происходит сейчас), либо конец текста (сообщающий, чем все закончится). Иначе говоря, мне дается право узнать прошлое, настоящее или будущее Пети. Фрагменты, из которых я могла выбирать, не перекрывают всего текста, это были лишь несколько строк в самом верху, столько же в середине и такой же отрывок в конце текста. Скольжу по нему глазами — без малейших признаков любопытства или хотя бы интереса. Вяло (если не сказать, тупо) пытаюсь решить, на чем остановиться.
Мысленная констатация (мужским голосом): «Десятый раз мне рыло начищают».
Мысленные фразы (женским голосом): «Я положила бумажку читать. Но теперь такое я не пишу».
Мысленные фразы (женским голосом): «А сколько раз по земле складывалось. Читала мама».
В общественном здании толпятся посетители, организаторы мероприятия установили в дальней (левой) части зала тележку с кондитерскими изделиями. Обернутые в целлофан изделия выглядят неаппетитно, на кое-где прилепленных ценниках обозначены непомерно высокие суммы, у меня это вызывает негативную реакцию. Распродажа идет вяло, несколько организаторов суетятся у тележки (сон нецветной, все виделось нечетко, в темных тонах).
В финале динамичного полнометражного сна ненадолго появляется Петя. Спрашиваю его, что означает какое-то слово. Петя дает исчерпывающее объяснение, приводит для примера две формы этого слова.
Отдыхаем с Петей (он в старшем школьном возрасте) в деревне. Предлагаю оставшиеся пару недель провести где-нибудь в другом месте, Петя соглашается, но считает, что хлопотать о билетах рано. «Сегодня у нас что, первое апреля?» - уточняет он и говорит, что до тридцатого числа у нас уйма времени. Хочу сказать, что он считает неверно, ведь тридцатого наш отдых заканчивается, и значит, в нашем распоряжении всего две недели.
Рву лист бумаги на части, складываю их вместе, обрезаю ножницами по дуге. Сложенную в несколько слоев бумагу резать трудно, пальцам больно от впивающихся ножниц. Из-за боли напряжение поневоле ослабляется — и процесс тут же начинает идти совсем легко.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Конечно, .... принять (наркотики), чтобы хоть один раз оказаться выше» (вместо слова «наркотики» использовано жаргонное слово).
Кто-то говорит мне (говорящего не видно, может быть это вообще безлично): «Вот сейчас увидим ... врешь ты или нет» (часть фразы не запомнилась). Речь идет о чем-то, связанном с Богом.
Держу за головку цветок (типа тюльпана), чашечка которого обильно смочена густой темной кровью. Несколько раз осторожно сжимаю пальцами лепестки, выдавливая кровь на подстеленный газетный лист (это видно смутно, не в цвете).
Мысленная, незавершенная фраза: «И выросла в своих глазах...».
Мысленная фраза: «Постарайся, чтобы она переросла в социальную победу». Фраза обращена к женщине, речь идет о достигнутой ею удаче. Смутно, в дымчато-серых тонах, сверху видится женщина, внимание акцентировано на ее правой руке, которую то ли пожимают, то ли настойчиво показывают.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Потом, не ... отвечаю на вопрос».
Мысленная фраза (женским голосом): «Ну, около нашей тетки ведь мы убираем».
Мысленная фраза (женским голосом): «Он слизывал посуды тысяча девятьсот...» (фраза приостанавливается). Мысленно осознается, что сейчас уже не тысяча девятьсот какой-то, а 2007-й год (речь идет о копировании дизайна посуды).
Во все поле зрения простираются верхушки трех многоэтажных городских зданий. Плоские крыши крайних находятся на одном уровне, макушка конической крыши среднего — на пару этажей ниже. На краю левой крыши стоит человек. Отталкивается, прыгает, мягко приземляется на скат крыши срединного здания (кажется, за ним прыжок повторил еще один человек, оба виделись издалека, крошечными фигурками).
Два молодых человека заделывают (кусочками хлеба) дыры, образовавшиеся в результате неумелой установки замков в трех жилых комнатах. В первой двери дыра была большой, на ее заделку ушло много хлеба. Молодые люди идут к следующей, исчезая за границей поля зрения. Я (не находясь в этом сне) решаю взглянуть на результат их работы. Оказываюсь в пустой, свежепобеленной первой комнате. Убеждаюсь, что от дыры не осталось следа, хочу выйти, дверь оказывается запертой. Внимательно осматриваю ее по периметру, нахожу две задвижки, открываю их, выхожу. Раздумываю, как могла пустая комната оказаться запертой изнутри. Решаю, что один из молодых людей закрыл ее и вылез в окно (невысокого первого этажа). То-то они удивятся, обнаружив, что дверь теперь не заперта. В третьем, финальном эпизоде я уже сама заделываю хлебом одну из дыр. Отверстие (размером с блюдо) находится в горизонтальной плоскости (как будто дверь сняли с петель и положили на стол). Запихиваю все новые и новые куски темного хлеба, утрамбовывая их светлой дощечкой (персонажи виделись условно, остальное, в том числе свежий, аппетитный хлеб - отчетливо).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «У меня тоже .... а потом грипп, словом, можно заболеть на десять копеек» (чем-нибудь чепуховым).
Третья реплика мысленного диалога (серьезным женским голосом). «...». - «...». - «Вам сейчас это очень нужно?»
Кому-то строго выговариваю (это видится смутно, не в цвете). Просыпаюсь, пытаюсь (не открывая глаз) воспроизвести в памяти подробности. Сон мигом исчезает, скользнув вниз и влево, за границу поля зрения.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Скоро уже ... Все относятся спустя рукава». Смутно видится плотный мужчина, неторопливо вытирающий руки висящим на стене полотенцем. Фразы принадлежат ему, пауза между ними несет оттенок неодобрения, в этот момент он особенно тщательно трет полотенцем пальцы, скрепляя свое раздражение.
Завершившая незапомнившийся сон мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Но они не ... для них».
Нахожусь в одной из комнат, в соседней находится мама*. Начинаю кричать, чтобы привлечь ее внимание. Кричать стараюсь изо всех сил, но крик получается сдавленным.
Между двумя поколениями живущих под одной крышей людей происходят резкие перебранки. Молодой человек и девушка (сестра?) воюют с четой стариков (бесформенных, дымчатых, почти незаметных). Похоже, что именно те (родители?), умышленно или неумышленно провоцируют молодежь на выпады. Среди этих людей находится молча стоящий у стола мальчик лет десяти. Я (не являясь участницей сна) с сочувствием думаю о бедном ребенке, вынужденном расти в такой нездоровой атмосфере. Сон дает понять, что мальчик находится здесь лишь на время отъезда своих родителей. Мне кажется, что в таком случае ребенка тем более жалко. Я и к юноше с девушкой отношусь сочувственно, поскольку, даже не зная причин раздоров, видно, что они в этой ситуации являются, скорей всего, невольными жертвами.
Неотрывно смотрю на смутно видимый текст. Он вырублен на большой старой темной доске, крупными буквами, старинным, возможно, шрифтом. Упорно смотрю, и не могу ничего прочесть. Буквы видятся, но не осознаются, а фрагменты текста то и дело скользят (аккуратными блоками) с места на место, не выходя за пределы доски.
Снова танцую, это как бы продолжение предыдущего сна. В танце только я и молоденькая девушка. Интерьер тот же, люди те же, музыка та же, но на этот раз у меня почти ничего не получается. Не могу попасть в ритм, двигаюсь скованно, неуклюже, без подъема, без куража — как будто выдохлась. [см. сон №2254]
Мысленная, незавершенная фраза-пояснение: «Ведь следующий — хема, а кра(сный)...».
Мысленная фраза: «Ему надо было отделиться от людей» (следовало бы).
Нахожусь с визитом в селении Адамс, сижу на песчаном косогоре, сбегающем к небольшому искусственному озеру с прозрачной спокойной водой. Селянки удочками вытаскивают из воды странно неподвижных крупных черно-белых рыбин. Знаю, что правее, у меня за спиной, есть больший водоем, еще не заполненный водой, а по другую сторону, слева, находится еще одно маленькое озеро. Спрашиваю (без слов), можно ли к нему сходить, ближняя женщина кивком головы дает разрешение и им же указывает направление. Здесь тоже очень красиво, вода такая же живая и спокойная, только озеро это обнесено каменными бортиками (атмосфера сна была безмолвной, фантастической).
Мысленная фраза: «Горный сок, а?» - с подначкой произнес мужской голос и грубо захохотал (заржал).
Мысленно произносится (мной) и пишется (возможно, кем-то другим) незавершенная фраза: «И тут дверь из стены...».
Мысленные фразы (солидным мужским голосом): «В любом случае. Если бы два последних изделия...» (фраза не завершена).
Смутно, в сероватых тонах видится (как бы немного сверху) большой зал, плотно заполненный массой условных слушателей. Слева, на сцене, стоит за трибуной условный лектор, только что закончивший, повидимому, доклад, и призвавший публику высказаться. Повисшую тишину прорезает возглас из задних рядов: «А мне приснился на эту тему СОН!» Лектор отзывается: «Ну что ж, выкладывай!»
Обеспокоенная петиным молчанием, отправляюсь в селение Адамс. Вхожу в автобус, собираясь сесть на переднее сиденье. Вижу темные, почти сливающиеся с цветом обшивки полосы незасохшей крови, сажусь в противоположный ряд. Автобус пускается в путь. Прикидываю, на какой из промежуточных остановок лучше позвонить и сообщить Пете о приезде. Вспоминаю, что он говорил, что очень занят по работе. Зачем же я еду? Решаю вернуться. Или выйти где-нибудь в незнакомом месте и погулять?
Мысленная фраза (женским голосом): «Ты будешь четыре месяца писАть?»
Мысленная фраза: «Надо менее напряженно готовиться (к эксперименту), и тогда все пойдет как по маслу». Это звучит как умозаключение (за слова в скобках не ручаюсь).
Ласково приговаривая, покачиваю сидящую у меня на коленях малышку.
Смутно видится пара небольших мягких шариков, покрытых сероватым пушком. Это будто бы пара мужских яичек, по поводу которых мысленный женский голос говорит с недоумением: «Их никогда у меня не было».
Мысленные, частично запомнившиеся фразы (женским голосом): «... чтобы с ними ...? Война и мир».
В незапомнившемся сне фигурировали члены жюри, которые любили вставать на голову, и по очереди предавались этому занятию.
Хочу поднять игрушечную наборную пирамиду за верхнее кольцо. Кольцо снимается со стержня, возвращаю его на место.
Сижу на каменной лавке, которыми уставлен банный помывочный зал, неподалеку сидит женщина. Полный неукротимой энергии муж ее (оба видятся условно) раз за разом разбегается и шумно, с удовольствием запрыгивает в старую темную ванну, стоящую за моей спиной. Каждый раз опасаюсь, что он ударится о края, но все обходится, только брызги летят во все стороны.
Мысленный диалог. Неторопливо: «Лопатка такая мокрая». - Возбужденно: «Такая мокрая! Такая мокрая!»
Мысленная фраза: «Поэтому тот, кто пишет, выполняет свое обязательство».
Мысленная фраза: «Соучаствовать в этом будет пять человек».
Идем с Петей по открытому, полному света и воздуха пространству, на периферии которого виднеются купы деревьев. Идем под высоким, бледно-голубым небом, идем легко, молча, неторопливо. Петя вдруг приостанавливается и что-то быстро мне объясняет.
Подметаю пол. Непонятным образом оказываюсь (с метлой и мусором) в соседней квартире. Выйти не могу. Звоню в дверь - то есть находясь внутри, звоню снаружи. Из глубины жилища появляется сосед. Он сильно хромает, опирается на палку. Извиняюсь за беспокойство, он добродушно отвечает, что ничего, «по-простому всё теперь». Открывает мне дверь, на его месте вдруг оказывается диковинная собака с головой, похожей на мордочку енота.
Мысленная фраза, настойчиво (если не сказать, настырно) повторявшаяся, пока не оказалась записанной: «Три имени Ганса...». Выпавшая из памяти фамилия Ганса этнически не подходила к имени, на что я обратила внимание.
Мысленная фраза: «Старым ... другом самогО университета» (одно слово не запомнилось).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: "А это ... двойник-то, наш двойник».
Окончание мысленной тирады (спокойным, уверенным женским голосом): «...хорошо. Не бойся ее ненависти».
Аппетитный свежий круглый каравай с румяной корочкой и торчащими во все стороны изюминками.
Думаю о билете на самолет (из второго сна этой ночи). Проанализировав ситуацию, умозаключаю (мысленно): "Я не виновата". [см. сны №4937, 4939]
По пустому пространству движется (влево) поезд, составленный из старых темных вагонов. Из окон, по обе стороны, то и дело высовываются смутно видимые головы бывших петиных одноклассников (по последней школе). Один высунулся из последнего окна последнего вагона, Петя с ним разговаривает, следуя за поездом по шпалам. Состав движется так медленно (хоть и не казалось, что он тащится), что Пете даже не нужно ускорять шаги. Я (не находясь в этом сне) прошу Петю быть все же осторожней.
Несколько пешеходов бегут (разрозненно) по тротуару.
Обкакавшийся малыш становится на время объектом всеобщего внимания. Кто-то (я?) несколько раз повторяет слово «каки».
Незапомнившаяся мысленная фраза. Визуализируясь, она занимает полторы строчки, слова как бы видятся и не видятся. Удается разобрать содержимое нижней полустроки: «-счет».
Живу на улице (не запомнилось, из каких соображений, но не из-за финансовых проблем). Пристанищем служит сооруженная из подручных материалов маленькая низкая палатка, где умещается матрац и картонная коробка. Чувствую себя абсолютно естественно. Однажды деловито задумываюсь о приближении зимы. Допустим, днем можно будет коротать время в библиотеке, но как справиться с ночными холодами? Пожалуй, никак, а это означает, что к зиме нужно подыскать нормальное жилье.
Мысленная фраза: «Многие вскрикивали от этого, смеялись».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, решительно): «Значит ... боишься. Не сравнить».
Окончание мысленной фразы: "...в том, что она спела все песни для Театра теней".
Блок передних зубов моей верхней челюсти внезапно обрушился на нижние зубы. Это было похоже на крушение, на обвал. Это ассоциировалось (или синхронизировалось) с внезапным обвалом одиноко стоящего старого нежилого мрачного здания с пустыми глазницами дверных и оконных проемов (оно показано бегло, намеком). Полупроснувшись, не могу понять, что произошло. Ощупываю языком полость рта, убеждаюсь, что зубы на месте. Окончательно проснувшись, понимаю, что это был такой странный, необычный сон.
Мысленные фразы (мужским голосом): «Потому что (головы) у нас не очень большой выбор. Смотрим туда» (за слово в скобках не ручаюсь).
Стою между странных зданий, похожих на неестественно, непропорционально вытянувшиеся вверх домишки с балконами. Задрав голову, смотрю на неправдоподобно быстро мчащиеся облака. Они были мелкими, частыми, четкими, очень белыми и неслись лавиной вправо (на фоне божественно голубого неба). Пытаюсь понять, что происходит — ведь в действительности такого быть не может. Это похоже на кинематографический прием, но я-то вижу живую природу, вижу собственными глазами. Начинаю думать, что возможно, в каких-то исключительных случаях облака и в самом деле могут так мчаться. А они, тем временем, превращаются в темные размазанные тучи, так же стремительно несущиеся вправо.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (спокойным женским голосом): «И в Ад (отправишь) на.ильников Рая...» (за слово в скобках не ручаюсь; в предпоследнем слове не запомнилась буква).
Произношу несколько раз мысленно, напевая: «Тыща двести двенадцать», одновременно мысленно выписывая это число в воздухе (не превращая в видимое).
На излучине пустынной улочки, под большим деревом стоит плоский решетчатый пластмассовый ящик. Из него доносятся негромкие протестующие повизгивания животного.
В коонце сна с жаром говорю: «Да, но ведь в то, что им только кажется, они же верят».
Одним из персонажей сна была курица. Белая, голошеяя, она находилась справа, у границы поля зрения. [см. сон №5127]
Принимаю душ. Живущий в этой же квартире парень из вредности выходит на лестничную площадку и трезвонит в наш дверной звонок. Не подозевая о проделке, не могу понять, почему он не открывает звонящему. Поскольку сама не могу выскочить, кричу что-то или соседу или тому, кто (как я думаю) звонит.
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Это было так просто — сколько раз говорила...» (речь идет о несложной операции на лице, свежие результаты которой смутно показаны).
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (спокойным мужским голосом): «... угрести. Так что это не срочно».
