Ложные сообщения о смерти

  • 0129

    Ложные сообщения о смерти
    Появляется внучка Нумы, пухленькая белокожая светловолосая малышка. Разговариваю по телефону с самой Нумой, она говорит, что умерла Версавия. Плачу, спрашиваю, как же так, ведь Фукс недавно говорил, что у Версавии все в порядке, и что в октябре она должна родить. Нума повторяет, что Версавия недавно умерла.
    P.S. Наяву с Версавией все в порядке.
  • 0832

    Ложные сообщения о смерти
    Мысленное сообщение: «Ты знаешь, Мики умерла». Этим вымышленным именем названа реальная женщина преклонных лет, благополучно перенесшая недавно сложную операцию.
  • 0861

    Ложные сообщения о смерти Шутки-Улыбки-Смех
    Красивый зал, очередная вечеринка на годовщину окончания школы. Сюда привозят и кладут посреди зала, на стол, тело убитого Клинтона (того самого). Голова его чуть запрокинута назад, на лице довольная улыбка (оно виделось совершенно вживую). Поблизости стоит киношник из Программы Новостей, бойкий парень с крепкой, коротко стриженой головой. Энергично командует нами, говорит, что и как следует делать, и еще, кажется, сортирует прибывающих на желательных и нежелательных на этой вечеринке.
  • 1941

    Ложные сообщения о смерти
    Смотрю (в видеозаписи) кинематографический шедевр, со мной в комнате находится Андрон, бывший петин одноклассник и товарищ. Появляется Петя, пересказываю ему фильм, он интересуется названием и именем режиссера, ни того ни другого не могу вспомнить, поднимаюсь на второй этаж, в спальню, заглянуть в записную книжку. Вижу на полу темную дорожную сумку и рюкзак - значит Петя приехал не сейчас, а раньше? На глаза попадается записка, из которой узнаю, что он приехал утром, в «10:30» (а сейчас уже вечер), еще там написано, что «раис умер» (остальное прочесть не удается). Беспокоюсь, что Петя голоден, следует срочно заняться ужином, не могу решить, во что переодеться (стоит жара), сную по комнате, вдруг наваливается невыносимая сонливость, не могу ни с места сдвинуться, ни хотя бы открыть глаза, а сознание сверлит мысль, что нужно позаботиться об ужине для Пети и Андрона.
Хронология
Обрывки мысленной фразы: «Возможно ... и, обратно, ...» (речь идет о взаимоисключающих обстоятельствах, ситуациях или исходах).

«Столько авторов. Восемь!» - с удивлением говорит мужчина. Он сидит в помещении химчистки, под гирляндами темной одежды, с увесистой книгой на коленях.

Спускаюсь прыжками по крутому склону, покрытому густым лесом и мшистыми камнями. На ходу даю объяснения группе людей, пытаясь заразить их отвагой. Мне совсем непросто было на это решиться, склон почти отвесен. Покрытые чащобой крутые склоны были вокруг во множестве. В конце концов, бросаюсь вниз наобум, как в холодную воду. Мчусь, не глядя под ноги, по буеракам и мшистым валунам. Быстрыми прыжками спускаюсь вниз, и тут же снова оказываюсь наверху. Раз за разом повторяю спуски, не забывая сопровождать их объяснениями. Спуск с кручи являлся непременным условием (предусловием) для достижения какой-то цели.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... ведь много ребят, из многодетных семей».

Мысленный, неполностью запомнившийся диалог (женским и мужским голосами). «Написано ... А также ...».  -  «Смотри через русские дизели».

Мысленное слово: «Вернусь?» В такт его произнесению смутно видимый мужчина склоняется к сидящему (или лежащему) на земле второму мужчине. Третий стоит справа от первого (все это видится в бледно-серых тонах).

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Перед ... находится второй ... Он ищет способа перетащить изображение» (компьютерное). 

Демонстрируется, ЧТО и КАК мы, люди, просим у Бога. Представление выглядит явно не в нашу пользу. Просимое и формы изложения примитивны, бездуховны, меркантильны. Незапомнившееся изображение было в серых тонах и располагалось у правой границы поля зрения. Условная фигура молящегося обращена лицом вправо. Дано понять, что ни содержание, ни форма мольбы (современных?) людей не соответствуют величию ТОГО, к КОМУ они обращены.

Мысленный, параллельно визуализирующийся рассказ. Запомнилась последняя фраза: «Там находится незнакомая учительница, желая ее определить, ребята забираются на второй этаж». Смутно видятся подростки, бесшумно поднимающиеся по темной металлической наружной лестнице, ведущей на второй этаж старого, похожего на барак строения. Вдоль окон левой стены лестница переходит в узкую металлическую галерею. Похоже, ребята намереваются подсматривать за учительницей через окно.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...кто-то берет письма и складывает».

Мысленная, неполностью запомнившаяся, неторопливая фраза: «Без разрушения соборов и сталкивания вниз...». Смутно, в темных тонах видится верхняя часть старинного (культового?) здания. С кромки его крыши неправдоподобно медленно падает крупное архитектурное украшение (оно видится с уровня крыши).

Перед переходом (уходом) устраиваем вечеринку, к нам приходят веселые друзья со свертками закусок. ПЕРЕХОД (УХОД) имеется в виду эзотерический.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (эмоциональным мужским голосом): «Да Наташка ... я пойду ведь не (с) растопыренными глазами».

Мне поручено написать поздравление и заполнить пару поздравительных открыток. Спрашиваю, можно ли выполнить это завтра, говорю, что за сегодня не успею. Мне заявлено, что нужно сделать все сегодня.

Сон с темной танцующей парой. Повторение (в незапомнившейся форме) предпоследнего сна предыдущей ночи.  [см. сон №7527] 

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (деловитым женским голосом): «...переношусь. Переношусь. Верчусь, верчусь, на самом деле - верчусь».

Нахожусь в гостях у Киры,  в Нью-Йорке. Каждое утро на вбитом в стену гвозде висит приготовленная для меня одежда — новая светлая нарядная ночная сорочка, а поверх нее — легкий светлый халат (тоже каждый день новый). Однажды, по невнимательности, я обрядилась не в свой, а в (точно такой же) комплект Киры. Когда это обнаружилось, в оправдание заявляю, что из-за этих Польши-Болгарии-Америки я перестала понимать, где я (имеется в виду вояж по этим странам?) В финале сна Юджин показывает мне фамильное золото (хранимое на черный день). Открывает простую старую деревянную вместительную шкатулку, наполовину заполненную крупнозернистым грязно-серым песком (якобы золотым). Осторожно сгребает его деревянной палочкой вправо — на дне левой половины шкатулки обнажается с десяток однотипных разновеликих литых металлических лягушек (под цвет песка, тоже якобы золотых). Юджин долго, подробно что-то мне объясняет, взяв в руки пару фигурок. Смотрю на них, потом снова на груду тех, что лежат на дне — одна из них, ОЖИВ, перебирает лапками (все, кроме Киры и Юджина, виделось совсем вживую). 

Утро. В моей просторной (сновидческой) комнате врач и медсестра, мне предстоит несложная операция. Зная об этом, я все же позволила себе легкий завтрак, позже спросив у медсестры, можно ли поесть. Она говорит, что можно, немножко. Врач готовится к операции, я выдвигаю ящик платяного шкафа. В руке у меня чашка, полная прозрачной воды, вода немного выплескивается на дно ящика, вытираю ее, она почти не впитывается. Подходит врач (видимо, закончившая приготовления). Мигом вспомнив про операцию, спрашиваю дрогнувшим голосом: "Уже всё?" Она говорит: "Всё". Прошу дать мне еще минутку, так как боюсь операции. Врач говорит: «Как хотите».

Мысленные фразы (мужским голосом): «И фамилия есть. Вообще-то...» (фраза обрывается).

«Я думаю, что это всё», - подытоживает пояснения солидный мужчина, обращаясь к комиссии, которую водил по торговому залу.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Плата все время будет плохая...» (речь идет о денежном вознаграждении).

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «...тоже интересно. Когда смотришь — очень интересно» (в последней фразе слышится оживленная улыбка).

Мысленная, с пробелами запомнившаяся, незавершенная фраза (женским голосом): «Ну, если ... я сразу ... и скажу, с чего начинается...».

Администрация общежития составила расписание посещения душа таким образом, что ребята одного пола должны входить сразу же после выхода ребят другого пола. Горячо, не выбирая выражений, возмущаемся (в своем кругу): «Нет, ну какие сволочи! Знают, что в подростковом возрасте пробуждающаяся сексуальность неуправляема и готова вспыхнуть, как порох, и специально провоцируют молодежь». Это происходит на фоне плавной череды унылых однообразных школьных зданий с темными угрюмыми стенами и зарешеченными окнами. [см. сон №7328] 

Страничка с текстом. В верхней половине два столбца пронумерованных описаний. Лихорадочно читаю (понимая, что текст в любой миг может исчезнуть?) Так тороплюсь, что не считаю нужным начать с первого пункта, вцепляюсь глазами в ближайший край. Прочла правую колонку (сверху вниз), потом (снизу вверх) - левую. Многие слова исковерканы, многие бессмысленны, но общий смысл понятен. Это что-то типа перечня чьих-то действий.

Мысленная фраза: «Старым ... другом самогО университета» (одно слово не запомнилось).

Кто-то, стоя на почти неправдоподобно высокой стремянке, вворачивает электрическую лампочку.

Фрагмент сна: «Вообще я за тех, кто способен вернуться на Землю за какие-нибудь пятнадцать тысяч лет», - говорит кто-то. Со стороны слушающих раздаются (дважды) одинаковые возгласы: «У меня тоже такое было!», «У меня тоже такое было!»

Мысленная фраза: «Я не мудрый, я хитрый и...» (последним словом было или «умный» или «сообразительный»).

Приходит осознание предыдущего сна. Подоплека в том, что я должна что-то в себе изменить. [см. сон №2533]

Тройное поясное изображение молодого, коротко остриженного мужчины. Внизу они сливаются, вверху расходятся. Одно расположено вертикально, другое отклонено вправо, третье, немного затененное, находится между ними, чуть позади.

«Песни Булгакова хочешь?» - спрашиваю я. Женщина в ответ молча мотает головой, грозит пальцем и указывает на одну из строк печатного перечня. Пантомима имеет целью выразить отказ и сообщить, что интересующие женщину записи песен у нее уже имеются (в моем вопросе вместо Булгакова, Михаила Афанасьевича, подразумевается Розенбаум).

Мысленная фраза (женским голосом): «Я обычно пишу источники» (первоисточники цитат).

Мысленная фраза: «Отдельная квитанция».

Сон о том, как автомобиль невероятным для меня образом преодолевает препятствия. Путь пролегает через заброшенное (возможно, временно) пространство, изобилующее разбитыми пыльными дорогами, колдобинами, старыми заборами и такими же воротами, была там насыпь с бездействующей железнодорожной веткой и прочее. Элегантный автомобиль совсем не предназначен для подобных препятствий, но его ведет уверенная рука, ни одно препятствие даже не замедлило его движения. Сижу около водителя (который лишь ощущается). Мне все время кажется, что проехать невозможно — будь то колдобины, узкий просвет между заборами или запертые ворота. Запертые ворота, в отличие от всего остального, были новыми, набранными из белых пластмассовых планок. Как только автомобиль оказывается перед ними, они с готовностью распахиваются — неспешно, без чьего-либо участия, сами, КАК В СКАЗКЕ. За ними - узкий коридор, образованный старыми заборами. Лишь только успеваю убедиться, что просвет для автомобиля узковат, как автомобиль проезжает коридор, ни разу не коснувшись заборов. Будит меня донесшееся откуда-то сверху мысленное слово «Гундини». Оно воспринялось как искаженное «Гудини» - имя одного из Великих Магов, имеющее будто бы непосредственное отношение к содержанию этого сна (сон был не цветным).

Стою перед комодом, на котором находится простая деревянная черная шкатулка (с каким-то содержимым). Закрываю ее на ключ, пускаю в нее воду, осторожно повернув головку пускателя на ее передней стенке. Слышится шум поступающей воды, слишком, на мой взгляд, сильный. Сон бегло показывает бурлящий, действительно чрезмерно интенсивный поток в левом заднем углу закрытой шкатулки. Думаю, что слишком сильно повернула пускатель, беспокоюсь, как бы вода не потекла наружу, через щель под крышкой (вода была чистой, свежей, а шкатулка ни к чему не подсоединена, на что я во сне не обратила внимания).

Мысленная фраза: «Ноль-пять-два-два-сорок два».

В финале населенного персонажами сна появляется (мысленно или визуально) длинная фраза (замысловато разветвленное сложно-подчиненное предложение). Несущая главную смысловую нагрузку часть ее начиналась словами «одну из которых мне довелось (пережить)...» (испытать в жизни). Эта часть, на первый взгляд соотносящаяся с одним из фрагментов фразы, при доскональном прочтении соотносилась совсем с другим, что меняло общий смысл (кажется, в драматическую сторону). Меня крайне заинтересовала фраза-перевертыш. Снова и снова пытаюсь мысленно воспроизвести ее, однако из-за громоздкости и разветвленности это не удается, ожидаемый эффект не проявляется. Вожусь с ней, как с головоломкой. Пару раз получилось то, что нужно, но получилось случайно, так что не запомнилось, как это вышло. И совсем не запомнилось содержание фразы, несущей что-то типа предсказания (увязанного с запомнившимся фрагментом). То, что увязывалось с этим фрагментом при глубинном прочтении, вызывало во мне почти трепет, поскольку воспринималось как предстоящее мне самой.  [см. сон №5415]

Стою в очереди, чтобы купить входной билет в селение Адамс. Известно, что билеты подорожали с "5" до "11" (денежных единиц), отношусь к этому без эмоций. Подходит моя очередь, никто из сельчан не желает меня обслуживать. Видно, как они (кажется, в основном женщины) с отстраненно-замкнутыми лицами проходят мимо, демонстративно не приближаясь к окошку (отношусь к этому спокойно).

Мысленные фразы: «Где же ливень? Где же ливень

Писатель (с изуродованными кистями рук) впал в творческий кризис. Тонкими надрезами ножа делает на внутренней стороне правой руки пространную запись, отражающую свое состояние (это показано условным намеком). Запись видится отпечатанной изящным курсивом на листе бумаги. Удается прочесть (или воспринять как-то по-иному) два первых слова: «Получилось плохо...».

Мысленная фраза (женским голосом): «Чем дальше, тем больше народу».

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (мужскими голосами). Степенно: «Чернослив».  -  Заполошно: «Черносливов очень много...».

Мысленная фраза: «Третья — Наталья, ей приснилось, что у нее уже есть собственный дом (и семья)» (слова в скобках не произнесены, но уже заготовлены; понятие «дом» обозначает жилье как таковое).

Мысленные, ритмичные фразы: «Крап-крап-крап! Это мальчик ... крап» (одно слово не запомнилось). Это произносится бойким тоном («крап», возможно, подражает шагам мальчика). Возникает отклик, он звучит замедленно, утрированным басом: «Крра-крра-крра! Это...» (фраза обрывается). Смутно видится закрытая жестянка с будто бы собачьим кормом, а правее, совсем уж неразборчиво, темная собака (звуки «крра», возможно, имитируют звук вскрываемой консервной банки). Сон был не цветным, игривым.

То ли вступаю во взаимодействие с клоуном-иллюзионистом, то ли становлюсь клоуном-иллюзионистом во взаимоотношениях с каким-то человеком. Предстают два густо-серых человеческих силуэта, стоящих друг против дуга (видимых в профиль, кажется, по пояс).

Мысленное слово: «Конверсия».

Наливаю чистую прозрачную воду (из-под крана) в почти невесомую старинную, тончайшего фарфора чашку. Ставлю на пластмассовый поднос, чтобы отнести в ту часть квартиры, где хочу эту воду выпить (чашка и поднос виделись реалистично).

Иду за покупками. Как почти всегда в такого типа снах, нахожу магазин далеко не сразу. Мои бедра непомерно широки, трусики съезжают вниз, врезаются в тело (платье из тонкой ткани не может этого скрыть). Посетители магазина периодически указывают мне на беспорядок в моем облике. Подтягиваю трусики, но скоро они опять оказываются не там где надо, и снова кто-нибудь из доброжелателей обращает на это мое внимание.

Мужское лицо, попеременно закрывающее то один, то другой глаз. Удивленная, пристально смотрю на него. Оно плавно, ловко превращается в другое мужское лицо - нарисованное, с закрытыми глазами, длинными густыми волосами (и с похожим на петин носом).

Меня навещал Петя. После его отъезда мной овладевает (без видимой причины) неопределенное предчувствие ареста. В соседней квартире раздается телефонный звонок, иду туда, чтобы ответить. Квартира пуста, разговариваю по этому ложному вызову, входят трое полицейских. Молча, с деловитым видом арестовывают меня. Обвязывают (на уровне локтей) тесьмой, болтая друг с другом и не обращая на меня внимания (будто я - вязанка дров). Прошу хотя бы объяснить, за что я арестована. Бурчат, что у любого человека найдется (имеется в потенциале) повод для ареста. Стою, обвязанная веревкой, понятия не имея, как дать знать Пете, где я. Тем более, что все произошло не в моем жилище (и затруднит поиски). Думаю об этом спокойно, а полицейские, по-прежнему не обращая на меня внимания, знай себе болтают, вспоминая случаи из своей практики.

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог. «Они тут...».  -  Неуверенно: «Они тут двигают». Видится подготовляемое к ремонту помещение, отодвинутая от стен мебель частично накрыта полотнищами ткани.

Петя гостил у меня, а теперь собирается обратно, в селение Адамс. Ушел за покупками, внезапно возвращается, говорит, что пора ехать. Кудахчу, к чему такая спешка, он что-то отвечает (так, как делает подчас наяву, когда слова произносятся, но информации не выудить). Вижу у него на голове белую повязку, из-под которой, справа, выступают капли крови, в тревоге спрашиваю, что случилось. Он опять увиливает, я, разумеется, не успокаиваюсь. Действие переносится в селение. В старом сарае женщина ждет для разговора того, кто ударил Петю. Кручусь поблизости, решаю уйти, потом думаю, что следует послушать, что случилось. В сарай входит чернявый парень (временный работник). Говорит мне, что деньги ему нужны для оплаты учебы дочки. На поляне перед сараем появляется малышка в школьной форме. Спрашиваю, не его ли эта девочка, он отвечает, что его. Объясняет про Петю. Говорит, что тот зашел в его жилище и сказал отнести на место лопаты, которые бросил этот работник. Работник разозлился на замечание, ну и...

У молодого мужчины возникла проблема. Смутно видится человек и символизирующий проблему предмет. Проблема характеризуется настолько сложной, что у человека, казалось, не было никакой возможности с ней справиться. Высшими Сферами человеку придаются дополнительные качества, которые слившись (или дополняя друг друга) идеально подходят к ее решению, она перестает быть непреодолимой. Новые качества символизируются парой плоских прямоугольных металлических пластинок. Они выползают из какой-то щели и располагаются одна над другой, почти вплотную. Дополнительные качества казались (с точки зрения обычной логики) не имеющими к проблеме ни малейшего отношения (грубо говоря, как если бы человека, которому предстоит поднять тяжелый груз, одарили бы абсолютным слухом или умением слагать стихи). Эта несообразность вызывает у меня удивление. Но решение с их помощью проблемы было принято почему-то, наоборот, как само собой разумеющееся.

Русский нувориш в телевизионном интервью солидно излагает эпопею с местными медицинскими светилами, за консультации у которых приходится неофициально доплачивать. «Как в Палестине», - говорит он, как бы в оправдание. Действие перемещается в спальню этого человека. Он лежит на роскошной кровати. Напротив стоит горничная, простецкая деревенская девчонка в безупречной темной униформе с белой наколкой и белым фартучком. Безапелляционным тоном дает медицинские советы, демонстрирует появляющиеся у нее руках препараты, и некоторые даже применяет.

По ходу дела возникает толпа, в которой присутствует Дана Интернейшнл. Факт ее присутствия придает важность и ценность происходящему.

Мысленная фраза (женским голосом): «Идите и увидите в тайном дворике ее».

Отпечатанный на белом листе текст, содержащий что-то типа перечня. Каждая строчка начинается с порядкового номера (или буквы). Удается прочесть и почти полностью запомнить пару соседних строк: «Отдел приятной опасности» и «Отдел опасной приятности».

Обрывок мысленного диалога. Я, с улыбкой:  «...это я помню».  -  Собеседник: «Помнишь?»

Неотчетливо запомнившаяся мысленная фраза: «(Кто-то) не рассчитал, считая, (что) этим поездом (можно) отправиться в путь».

Сон-рассказ, без визуализации.

В моей памяти появляется что-то подспудное, как бы всплывшее из глубин. Начинаю обдумывать появившееся.

Обрывки мысленной фразы (женским голосом): «Вера ... зато мамка Вера ...» (речь идет о двух матерях девочки, обеих женщин зовут Верами, говорится о том, как их можно было бы различать).

Мысленная фраза (торжественным тоном): «Двадцать шестого сентября во имя брачной славы прошел концерт по поводу...» (дальше не запомнилось). Фраза сопровождалась неразборчивым изображением.

Мысленная, незавершенная фраза: «Наиболее конкретной личностью, стоящей за (мысленной) фразой...».

Мысленная фраза: "Пять шесть одна шесть тринадцать".

Мысленная фраза (бесцветным женским голосом, издалека): «Это всё равно, как посмотреть на смеющуюся жабу» (тот же эффект).

Молодая женщина, моя дочь (сновидческая) собирается в краткодневную поездку с молодым мужчиной. Поездка предпринимается по ее инициативе. Мужчина, на мой взгляд, внешне интересней, но она вот такая, напористостью компенсирует скудность внешних данных. По возвращении рассказывает, что они познакомились с талантливым, самобытным художником, а спустя немного времени сообщает, что снова уезжает на несколько дней. Спрашиваю, с кем, оказывается, что уже с художником. Дочь уезжает, а я, обескураженная ее взбалмошностью, удивляюсь, как она умудряется заполучить все, что ей приходит в голову. Успокаиваю себя тем, что она, наверно, таким образом взращивает уверенность в себе. Окончательно отстраиваюсь испытанным приемом — мысленно переношу ситуацию на другую семью, что позволяет взглянуть на происходящее со стороны, более беспристрастно. Дочь возвращается. Каким-то образом превращается в Петю, который оживленно рассказывает, что поездка была необыкновенной, что они только очень устали, потому что пришлось много выступать перед группами людей, и что «только бы никто не узнал, откуда они знают то, что рассказывали другим». Говорит, что должен быстро набраться сил, потому что выступления не закончены, сейчас только короткая передышка. Во время его рассказа сон бегло показывает берег озера, где много смутно видимых людей сидят на траве и слушают Петю и еще одного молодого человека. Сон возвращается в комнату, вижу Петю стоящим на фоне окна (против света) с вязаным пестро-светлым чехлом, полностью скрывающим голову. Петя раздувает щеки (как бы полоща рот воздухом) и прижимает к ним пальцы.

Сон, в котором что-то сообщается про Петю (без визуального ряда). Проснувшись, я помнила последнюю фразу. Сосредоточилась на попытках вспомнить предшествующие, но уснула, не записав даже то, что помнила.

Мысленные фразы (женским голосом, проникновенно): «Лапочка, тут полностью. У меня вообще никто не разбирается».

Мысленная, незавершенная фраза: «В школе он был нелюдимым...».

Выпроваживаю обнаруженного в своей комнате паука прочь, за окно, используя стаканчик и лист бумаги (кажется, был даже не один, а несколько пауков, которые вели себя спокойно).

Мысленные фразы: «Не вдумайтесь. Не вдумайтесь. Если она захочет стать артисткой, она станет».

Задняя стенка общественного туалета (похожая на внутреннюю сторону дверцы холодильника) так грязна, что я беру скребок и начинаю ее очищать. Слышу, как посетительницы ругают смотрительниц туалета за грязь, те невозмутимо отвечают, что за всем следит начальство, не позволяющее ничего делать без специального указания - раз начальство ничего по поводу туалета не приказывает, значит тут чисто. Закончив скрести стенку, заявляю, что ничего подобного (кабинки туалета были без дверей).

Мысленная, незавершенная фраза: «Смотри, я что хочу сказать...».

Мысленная, частично запомнившаяся фраза (женским голосом): «... другой будет вид сзади, с дополнением».

Смотрю на титульный лист книги. С удивлением вижу в его нижней части вместо полагающихся исходных данных краткие характеристики Знаков Зодиака. Отчетливо вижу название первого: «Рыбы», ниже ухватилось взглядом еще одно: «Близнецы».

Мысленная, незавершенная фраза (неторопливым женским голосом): «Кто не выкупает, тот не выкупает...» (речь идет о выкупе). Смутно, неразличимо, на темном фоне видится пара темных фраз, первая из которых и была произнесена мысленно.

Иду по проспекту, проезжая часть которого разделена узким газоном. В потоке машин одна движется задом наперед, на довольно большой скорости, немного боком (такое впечатление, что не едет, а скользит). Улица идет под уклон, решаю, что машина, возможно, сорвалась с тормозов, смотрю в кабину - водитель, повернув голову назад, совершает задуманный маневр. Переключаюсь на свои заботы. Я ищу организацию, расположенную «в доме номер семь» (название улицы не помню или не знаю). Неторопливо обхожу улочки, отыскивая на каждой дом номер семь, искомое место находится где-то здесь, но пока что попадаются лишь ординарные темные жилые многоэтажки. Оказываюсь далеко от этого места, покинутый город видится слева, за большим полем, оврагом и полосой леса. Бреду, заглядывая в непрезентабельные безлюдные кафе, нахожу маленькую невзрачную, но действующую кофейню. Она пуста, сажусь за столик, от нечего делать счищаю с подноса налипшие по углам крошки. Замечаю слева, у входной двери, официанта (подростка в несвежем белом фартуке), молча, терпеливо ждущего, когда я закончу свое занятие и пожелаю сделать заказ (а он сможет забрать поднос). Спрашиваю, можно ли получить кофе, он говорит: «Да, но я пойду через балку». Он хочет сказать, что пойдет за кофе в оставленный мной город (балкой назван овраг). В кофейню входят, весело гомоня, новые посетители, официант с удивлением говорит: «Ой, все из Ленинграда», берет поднос и удаляется. Пытаюсь догадаться, по каким признакам он опознал ленинградцев.

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза (женским голосом): «Мать ... меня, усевшись в сытом кругу, или (только) делала вид, что можно...» (сытый круг матери противопоставляется менее благополучному состоянию говорящей).

Категории снов