Июль 1997

Были какие-то слова, и не просто слова, а игра слов, но к утру все забылось.
Просыпаюсь, пытаюсь хоть что-то запомнить, сон облекается во что-то непонятное и ускользает. Засыпаю, опять вижу этот сон, просыпаюсь, пытаясь его ухватить, но он упорно ускользает. Сделала около пяти попыток, в итоге имею непонятный клочок – светлые, почти белые стержни, из которых собирается несложная пространственная конструкция, и на некоторые из которых насаживаются перевитые блекло-красные полые пульсирующие трубки.
Мысленная фраза: "Мы думали, что ты певец, а ты певица". Предстает тот, о ком идет речь - это мужчина среднего роста, среднего возраста, средней упитанности.
Что-то примеряю в небольшом магазине, заставленном длинными стойками с одеждой. Ничего не подобрав, снимаю со стойки плащ, застегиваю его на кнопки. Обнаружив перекос, начинаю рывком расстегивать. Вижу, что застежки могут оборваться, расстегиваю аккуратнее. Наматываю на шею длинный светлый шарф, с которого скатывается несколько капель воды, и иду к выходу.
Передо нами встала масса проблем, мы в затруднении. Меня осеняет замечательная идея. С воодушевлением предлагаю искать решение в игровой форме (я назвала ее "Игра в компромиссы"). Предлагаю временно раскидать проблемы любым простейшим способом (они бегло предстают небольшими бесформенными, разбросанными в вертикальной плоскости элементами), а полученную отсрочку использовать для отыскания компромиссного, на хорошем уровне решения. Мне кажется это не только целесообразным, но и увлекательным, полезным. Отыскивая в игровой форме компромиссы, мы будем оттачивать ум и решать проблемы без нервозности. Помню свое оживление, и помню, что несколько раз повторила слова "игра в компромиссы".
Больничная каталка с измятой пластиковой пленкой, покрытой бурыми засохшими полосами крови предыдущего пациента. На этой каталке меня собираются везти в операционную, но я отказываюсь на нее ложиться. Медсестра в белом халате оттирает влажной тряпкой кровавые полосы. Вижу, что и руки мои испачканы кровью, только кровь эта свежая, алая. Стираю ее (возможно, с чьей-то помощью), стоя на площадке перед больничным лифтом.
С помощью вилки производят манипуляции с буро-серым мясным фаршем. Кто-то интересуется, для каких целей это производится, ему отвечают. Спрашивающий (которого, как и отвечающих, не видно) не понимает. Ему несколько раз пытаются втолковать элементарные (для отвечающих) вещи. Однако для спрашивающего это было что-то непостижимое, с чем он никогда раньше не сталкивался. Это лежит за пределами его понимания, все объяснения обречены на провал.
Записанное на листе бумаги слово "Milim".
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы, являющиеся фрагментом рукописного текста и заканчивающиеся многоточиями: "Вокруг собралось что-то около ... ...дцати Духов... Дух посмотрел и увидел её...". Фразы прокручивались до тех пор, пока я не проснулась окончательно и не записала их.
Мысленная фраза, отражающая одно из условий (или достоинств) какого-то времяпрепровождения: "Если ты хочешь, ты можешь ничего не делать".
Мысленная фраза: "Они сделали по всем правилам, будьте спокойны".
Один из периодически повторяющихся (с разными вариациями) снов о прекрасном море, к которому нужно спускаться с кручи. На этот раз там были короткие тексты-абракадабры, которые выглядели как бы правильными, но прочесть их было невозможно. Они появлялись в воде, у берега, только по выходным дням, и составлялись из живых рыбок. Рыбки изгибались так, что из каждой получалась буква или часть буквы. Рыбки знали свое место и не двигались, слабо пошевеливая плавниками. Лишь одна находилась в беспрерывном движении. Она то занимала место почти в конце одной из фраз, то выплывала оттуда, то снова возвращалась, как будто не была уверена, что это действительно то место, которое надлежит занять именно ей. Наблюдаем за славной рыбкой, вызывающей симпатию своей живостью. Решаем ее угостить, протягиваем что-то белое, пушистое на прутике. Рыбка перестает сновать, подплывает и бесстрашно и весело угощается, захватывая кусочек за кусочком с отменным аппетитом.
Группу людей обучают премудростям, в том числе способу соединения соосных систем с помощью стопорного винта. Говорят, что если резьба винта не совпадает с резьбой высверленного для него отверстия, то винт можно не завинчивать. Переходят к практике, каждому выдается по паре отрезков труб и винт. Большинство слушателей, вставив одну трубу в другую, не завинтили винты, так как резьба у всех не совпадала. Лишь несколько человек,  понимая абсурдность сказанного, настойчиво пытаемся вогнать винты и в конце концов нам это удается.
Мысленная фраза: "Она готовилась к пятнадцати годам заключения" (тюремного). Этой фразой завершается сон о женщине, собирающейся сделать (или уже совершившей) что-то противоправное, что пошло бы во благо, но с официальной точки зрения являлось наказуемым.
Приезжаю заграницу, навестить Петю. В квартире застаю мальчика лет десяти и молодую женщину, грустно сообщившую, что Петр от них ушел. Ждем его. Готовлю что-то вкусное, вегетарианское, появляется Петя. Я безмерно рада, он начинает есть, нахваливая стряпню. Вспоминаю о женщине (мальчик находится около нас). Говорю, что она дома, только вышла в другую комнату, Петя отмахивается. Разговариваем, входит женщина, они достаточно дружелюбно здороваются, продолжаем беседовать все вместе. Спрашиваю Петю, где он живет, он отвечает, что в гостинице аэропорта. Объясняет, что если купить билет на самолет, то до даты отправления там можно жить бесплатно. Говорит, что хочет пожить так еще с полгода. Мне подумалось, что поскольку аэропорт находится далеко от города, это, наверно, не лучший вариант, но сыну виднее. Плавно переходим на разговор о том, как важно уметь правильно оценивать ситуацию и понимать, чтО ты действительно хочешь. Говорю (совсем не хладнокровно), как плохо, когда человек не может хладнокровно разобраться в самом себе. Когда он слепо упирается в стену (подхожу к стене, упираюсь в нее руками). Когда он пытается сдвинуть стену (демонстрирую и это). А ведь всего-то и нужно оставить стену в покое, посмотреть по сторонам (отхожу от стены, взглядываю направо). И ты непременно увидишь выход, вот он, рядом (справа в стене появляется дверь).
Снятся пустые тарелки, несколько произвольно расставленных простых суповых тарелок. Можно было бы сказать о них просто тарелки, но я их восприняла именно как пустые тарелки.
Мысленная фраза: "Депрессия мафринного состояния".
Несколько магнитофонных кассет, аккуратно сложенных в две стопки. На каждой записан вид танцев, запомнилось, что на одной из них было написано "Танго".
Взбираемся по крутой, густо заросшей горе, по невообразимой чащобе. Мало того, что из-за крутизны и густой растительности трудно подниматься, так еще, как я записала ночью, нас "ЦЕПЛЯЕТ КОЛДОВСТВО". Прицепляются эластичные жгуты из чего-то вроде паутины. Одним концом они прикреплены под кустами, вторым цепляются за человека, и пружиня, замедляют передвижение. И все это молча, внезапно, в диком темном лесу. Жгуты, толщиной с пару пальцев, хватали нас осознанно (чтобы не позволить подняться). Но как оказалось, их не трудно отодрать - они на нас охотятся, а мы отбрасываем их и поднимаемся дальше. В общем, все не так страшно.
Делаем последние шаги по направлению к вершине красивой пологой горы. Вокруг другие вершины, покрытые короткой зеленой травой, простор, голубое небо и больше никого и ничего - только мы, небо и горы.
Поднимаемся в лифте куда-то высоко, где много света и воздуха.
Убегаем от преследования (помню Петю, но кажется, были кто-то еще). Оказываемся в страшном подвале с неисчислимым количеством мрачных захламленных, лабиринтообразно соединенных помещений. Все они разновелики, у многих высокий порог, у некоторых массивные тяжелые (кажется, ржавые) открытые двери (у некоторых дверные проемы пусты). Плутаем, Петя все время впереди на пару комнат, мы даже, кажется, переговариваемся, но я его не вижу.
Пасу малышей на площадке, покрытой кочками и влажным мхом. Детская песочница в центре площадки до краев заполнена дождевой водой. Ребятишки (в демисезонных пальто) вдруг забираются в нее, и чуть ли не ложатся в воду. Но ничего страшного, солнце пригревает так сильно, что детям не холодно в мокрых пальто, да и сами пальтишки подсыхают на глазах.
Мимо проезжает легковая машина, и то ли я прошу меня подвезти, то ли мне это предлагают (скорей всего, второе). Почти на ходу открывают дверцу, за что-то цепляюсь и еду, находясь почти снаружи машины.
Мысленная фраза: "Их можно назвать Ангелами вне Периодической системы" (имеется в виду Периодическая система Менделеева).
Ряд одинаковых плоских светлых, скругленных с одного торца элементов (плотно прижатых друг к другу). Тот, кто подойдет и, кажется, наступит на два соседних (со стороны скруглений), будет мне парой. Безразлично, кто именно, хоть ребенок.
Незапомнившийся сон, в котором фигурировала Леся.
Небольшая карточка с изображением пирамиды из шариков. Рядом - сама пирамида, составленная из черных блестящих шариков (возможно, это была не пирамида, а треугольник).
Просыпаюсь после мысленной фразы. Полусонное Я решает ее не записывать (на том основании, что фраза возникла не из неведомых глубин, а соскользнула с поверхности, как оценка сна). Более ответственная часть сознания добивается, чтобы фраза была записана (к сожалению, лишь фраза, и ничего о самом сне, а к еще большему сожалению, в сокращенном виде): "К/м фильм А корабль плывет...".
Кто-то, перепрыгивая с островка на островок, направляется к какой-то цели.
Фрагмент мысленной фразы: "Примерно тридцать девять...".
Длинный сон, каждое последующее событие (или действие) которого являлось следствием предыдущего. Как, например, при заплетании косы (сравнение с косой было, кажется, порождено самим сном).
Режу буроватый, обветренный снаружи, сырой мясной рулет. Срез мне не виден (заслоняет рука). Лишь ощущая, как нож входит в мясо, могу оценить, какое оно мягкое, свежее, сочное.
В возбуждении от необычайной радости изо всех сил колочу лопатой по днищу большой чашеобразной емкости (из металла или стекла). Дикий прилив энергии позволяет продырявить дно в нескольких местах. Действия мои воспринимаются (со стороны) не варварством, а естественной реакцией на радость.
Хронология
Сижу на низкой скамейке обувного магазина, собираясь примерять обувь. Два башмака от разных пар, на одну и ту же ногу, темные, пыльные, лежат около меня на полу. Беру один из них - и просыпаюсь.

Развитие сна предыдущей ночи про лекаря-МАГА. Там затрагивалась также тема болгарского освободительного движения [см. сон №0377].

Мысленная фраза: «Ну, у вас здорово — интернат знаний».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Они ... в одной из тусовок они встретились, встретились и полюбили друг друга».

Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Я не хочу вас ничем затруднять».

Обрывки мысленной фразы: «Но больше всего ... которые ... не собаке и кошке, а...».

Подхожу к выходу из квартиры. Толкаю, и даже легонько трясу решетчатую (со сквозными отверстиями) дверь, убеждаюсь, что она заперта. Ничего не остается как позвать хозяина жилья, отлучившегося в продуктовую лавку на противоположной стороне улицы. Кричу находящимся там, смутно видимым людям: «Вы можете позвать...?» (имя хозяина не запомнилось или не воспринялось).

Мысленные фразы (женским голосом, как ремарка к предыдущему сну): «Они имели дело с Жанной Кис. На самом деле псевдоним продолжается» (то есть он упомянут здесь в сокращенном виде). [см. сон №8783]

Мысленный диалог (вялыми женскими голосами). «В другую сторону».  -  «Подыматься ты еще не успеешь».

Мысленные фразы (женским голосом): «Из Москве. Он был очень неаккуратный, я помню».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «И только ...ая различные шансы упасть на русских» (на территории России; речь идет о воздушных полетах).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (решительным женским голосом): «А что, если (не) ...  а поместить мои сожаления?»

Прохожу мимо установленного на морском берегу небольшого темноватого судна. Корму украшает скульптурное изображение передней половины рыбы. Говорю: «Всё рыбкой (быть) мечтает. А назад — в форме рыбки быть хочет».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом, эмоционально): «...ее выкусывали зубами, саблезубыми».

Мысленный призыв: «Ну, поднялись вместе и всё. Поднялись вместе, посмотрели...» (фраза обрывается). Невнятно видится несколько движущихся людей.

Мысленный инструктаж: «В сторону налево, в левее стороне. Так, теперь дальше» (к следующим этапам).

Держу пару листов с записями снов и считаю: «Четыре, пять».

Мысленная фраза (женским голосом, с укором): «Вероника, за нами следить надо было».

Петя (в студенческом возрасте) рассказывает кому-то по телефону фрагмент своей частной жизни, что-то про свою девушку, точнее, про свой звонок ее родителям.

В финале незапомнившегося сна говорю: «Но я его так люблю».

Идем по громадному карьеру. Сажусь на движущуюся вправо вагонетку, спустя какое-то время вижу остальных у левой границы поля зрения. Покидаю вагонетку, пробираюсь к группе, преодолевая сложные препятствия. Наконец меня отделяет от нее только неширокое глубокое ущелье. Мне остается перешагнуть через него, но я не могу решиться - очень уж страшно. С той стороны кто-то готов мне помочь, протягивает руку. Цепляюсь за какие-то трубы, с диким страхом делаю над ущельем шаг, с той стороны меня подхватывают за руку. Оказываюсь там, страх отпускает. Испытываю непонятное удовольствие от того, что страх был, что я его испытала, что теперь он не кажется таким ужасным, каким только что казался, - и просыпаюсь. [см. сон №7901]   

Молодая женщина, моя сновидческая дочь, живущая в общине, в красивом сосновом лесу, признается, что принимает наркотики (и уже давно). Мы впервые смогли (и сумели) поговорить откровенно. Когда я услышала то, что услышала, боль и любовь затопили меня. Я поняла, как ей трудно, я поняла, что у каждого человека свой путь, я поняла, что ее путь очень трудный, но не ведет в тупик, я поняла, что приобрела сейчас неоценимое сокровище — доверие дочери. Наркотики, которыми пользовалась она и ее товарищи, были двух видов, один курили, другой жевали (тот, который жевали, был похож на массу листьев алоэ). Когда я спросила, часто ли она их принимает, она солгала мне, просто из жалости. Но мы обе понимали, что главное преодолено, у нее есть силы рассказать, у меня - услышать, понять, принять. Кроме того, мне стало ясно, что она справится со всеми своими проблемами. Когда я спросила, часто ли она принимает наркотики, она несуразно ответила, что это происходит только в последний день месяца, и в то же время только по пятницам, и в то же время, кажется, лишь по вечерам. Пока мы разговаривали (в сумерках, у стола, под соснами) подошел парень и умыкнул дочкин наркотик, слабо тлеющую в пепельнице крупицу. Прижал крупицу кончиком своей сигареты и поднес сигарету с прилипшим наркотиком ко рту. P.S. Сон был очень эмоциональным.

Мысленная фраза (женским голосом, решительно): «И вообще куклы мне наименьше всего понравились».

Мысленное число: «Сто пятнадцать» (означающее количественную, весовую или стоимостную оценку).

Мысленная фраза (небрежной скороговоркой): «За все надо платить».

Мысленные фразы, в ритме которых звучит чуть ли не патетика: «Не надо ничего просить. Передо мною ... в порядке, в каком их создал Бог» (не запомнилось существительное множественного числа).

Мысленная фраза: «Не знаю, я заменяю силу напряженную на силу магнетизана».

Серая упитаная кошка неторопливо вгрызается в брюшко второй, тоже упитанной, серой, неподвижно свернувшейся и кажущейся мертвой. В результате она начинает проявлять признаки жизни, чуть-чуть изменяя положение и слабо пошевеливаясь.

В компании (или общине) оказывается катастрофический дефицит стаканов. Кто-то со смехом предлагает убрать из лексикона слово "стаканы", будто ни слова такого, ни обозначаемых им предметов не существует. Предлагает скрыть стаканы за шифром «зеленые кристаллики мусора», чтобы ими могли пользоваться лишь те, кому известен шифр.

Мысленная, незавершенная фраза: «Всегда, когда я не знаю, что делать...».

В символической форме дается прогноз в отношении столицы Нарсты, он был неблагоприятным, но изображения были светлыми.

Мы с Васей, бывшие одноклассники, оказались (в нынешнем возрасте) на Мушинской улице, где когда-то жили. Вася медленно едет на велосипеде, я иду рядом. Он говорит, что только что сдал экзамен по философии. Спрашиваю, помнит ли он, что в школе всегда пользовался моими конспектами, он отвечает, что помнит. Приступаю к делу, говорю, что хочу попросить у него конспекты (по сданному предмету) для сына. Вася признается, что так и не научился их писать, к экзамену готовился по книжкам, они у него с собой. Прошу - и получаю - хотя бы книги (наяву Вася был отличником, и никакими моими конспектами не пользовался).

Морской международный круиз. Обсуждаем предстоящую вечеринку. Предлагаются к приготовлению различные (любимые) закуски, повторяю в уме (или записываю) перечень продуктов, которые следует закупить. Всё готовим, и вот уже сидим за столом. Вижу блюдо с обсыпанной тертым сыром клубникой. Оно тоже было упомянуто, но мы, как я вспоминаю, забыли его приготовить. Встречаюсь взглядом с одной из наших попутчиц (кажется, француженкой), предложившей это блюдо, а теперь с упреком сказавшей: «Я приготовила сама».

Мысленная фраза (запальчиво, женским голосом): «Нельзя быть счастливым, ставя капканы другим людям» (невозможно).

Мысленная фраза: «Чья, если она будет такая здоровая?» (большая). Смутно видится сидящий на земле мужчина, которому будто бы принадлежит фраза. Он пошевеливает пальцами вытянутой вперед ноги, как бы пытаясь что-то с них стряхнуть.

Мысленная (моя) фраза: «У меня глаза прямо не открываются, спать, что ли, хочется».

Чтобы получить академическую степень по истории, я должна сейчас, в присутствии оппонентов, сделать сообщение. С нужными источниками я не ознакомилась, но за выступление берусь. Оно проходит гладко, в дискуссию включаются присутствующие, я спокойна и сосредоточена.

Мысленный, неполностью запомнившийся диалог. «Смотри, как бы ... не попали в западню».  -  «Ты думаешь?»

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Нет, ... поддаешься».

Мне нужно вернуться в многоэтажный дом, рядом со мной оказывается малыш, будто бы в нем живущий. Спрашиваю, в какой квартире, ребенок ответить не может. Спрашиваю, как его зовут, он ангельским голоском называет имя, а потом, через небольшие интервалы, еще пару слов. Догадываюсь, что это ласковые домашние прозвища малютки, славного нежного ребенка с копной светлых курчавых волос. К фасаду дома примыкает груда рыхлого снега, возвышающаяся на несколько этажей (ни ее появлению, ни тому, что это происходит летом, не удивляюсь). С трудом взбираюсь, проталкивая малыша вперед. Проваливаюсь в снег по пояс, барахтанье отнимает немало сил, но ни на что не обращая внимания, лезу вверх. Пару раз мы с малышом съехали немного вниз — там, где подъем был слишком крут — но преодолели и это. И вот мы уже почти у цели.

Мысленные фразы: «Говорить. Ничего не говорить голословно».

Тяжело заболевший человек рассуждает о постигшей его участи. Монолог состоит из фраз-противопоставлений. Одну (возможно, главную), я записала ночью в блокнот: "Раньше я видел помощь на Небесах, а теперь меня..." (одно слово не запомнилось). Записала лишь одну, хотя в памяти держались по крайней мере две. Смутно припоминается, что первая имела отношение к пище, что-то типа того, что человек думал, что каши полезны, а оказалось совсем наоборот.

Неторопливо, наугад открываю старинную книгу в темно-коричневом переплете. Посредине левой страницы - изображение, предваряющее начало очередной главы. Книга производит впечатление светлой (в буквальном смысле слова), изображение выполнено в приглушенных светлых тонах, оттенок шрифта тоже мягкий. Удивляет лишь странный формат, книга выглядит слишком зауженной.

«Это, может быть, открыть дверь? Вам душно, а вы не открываете», - говорит мама*, появившаяся в дверном проеме маленькой комнаты нашей бывшей квартиры на Рябинной улице. Фразы обращены к нам с сестрой, спящим (или уже проснувшимся). В комнате светло, как днем, мама видится неотчетливо, темновато, а сестра, кажется, лишь подразумевается.

Мысленный комментарий (бесстрастным мужским голосом): «Доктор задавал ему упражнения. Семизначный буквенный набор клички собаки начал проявляться». Нечетко, в серых тонах виден человек, замедленно выполняющий физические упражнения. Именно в результате этих, предписанных врачом упражнений и стала проявляться, постепенно выплывать из сознания (или подсознания) пациента умышленно (или неумышленно) скрытая там кличка собаки.

«М-м-м, пока нет», - говорит мне человек, отвечая на вопрос, поступили ли на мое имя сообщения по Интернету. Слушая ответ, вижу (бегло, нечетко) компьютерный экран со строкой о поступлении нового сообщения. Увязав это с невнятным ответом, принимаю ответ за ложный (просто констатирую факт).

Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы: «(Чтобы) не вырастить ... детей. (Чтобы) не вырастить детей без души» (речь идет о детских душах).

Длинный сон о моем визите к Пете, в большой стан, состоящий из множества разбросанных по голому пространству домишек. Приближаясь в конце сна к жилищу, в котором меня разместили, вижу спешащего уйти Петю. Думаю, что возможно, он спешит, чтобы избежать встречи со мной. Не желая мешать, замедляю шаги.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: (мужским голосом): «Если ... говорит, то это вообще чудо, - и в ответ на последовавший неразборчивый отклик добавляется:  - Нет, там какая-то машина появилась».

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог. Нерешительно: «...о-ой, нет».  - Издалека,  уверенно: «Это наши Духи».

Полнометражный сон, среди персонажей которого была и я.

Завершивший какое-то дело мужчина поднимает с тротуара два доверху заполненных пластиковых мешка и куда-то с ними шагает (это видно смутно, не в цвете).

Прямоугольная, обшитая рассохшимися побуревшими досками яма в иссушенном зноем лесу. Яма замаскирована, но по периметру, между обшивкой и землей, идет предательская канавка. Как бы от нечего делать, канавку засыпаю.

Окончание мысленной фразы (быстрым женским голосом): «...но ему, конечно, не успеть уже».

В сопровождении Пети иду в родильный дом. Входим в большое здание со множеством больничных отделений, плавно переходящих одно в другое. Не сразу находим нужное. Не по вывеске (их там нет), а по медперсоналу - я узнаю многих, так как прихожу сюда уже второй раз. Петя дал мне там попить.

Мысленная фраза (женским голосом): «Самое близкое от меня, самое близкое и удобное от меня».

Мысленная фраза: «Через эти лапки».

Мысленная фраза (женским голосом): «Нашими газетами стирать можно позвоночник» (возможно).

Мысленный, с пробелами запомнившийся диалог. «Дай мне ... балет ... русковью».  -  «Нет, русковью тут и всё...» (фраза обрывается).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: "Я хочу услышать ... из «Тристана и Изольды», причем авторскую (изначальную) версию" (слово в скобках передает суть незапомнившегося дословно).

Мысленная фраза:«А? Ну, только десять минут».

Мысленная фраза (женским голосом): «Самое неизвестное всегда предварительно старается пукнуть». Было такое впечатление, что последнее слово помыслено мной самой, не имеющей понятия, о чем идет речь (слово это не несет оскорбительного оттенка).

«А кончилось тем же. У нас температура тридцать восемь», - возбужденно говорит молодая женщина, устремляясь к детской кровати, и перегнувшись через решетку расправляет и без того безукоризненно застеленную простыню (женщина виделась нечетко, а кровать — отчетливо).

Мысленная фраза: «Я услышал, за глаза, только что сказанное мной».

На листе писчей бумаги вычерчено карандашом большое широкое кольцо. Вписываю в поле его левой половины (горизонтально) слово «отход».

Раскрытая книга, напечатанная похожим на препринтовский шрифтом. Вижу отделенный пробелом от предыдущего абзаца заголовок «Потом». Под ним тянется (почти на полторы строки) предложение, предваряемое индексом (обозначением пункта?) Удается прочесть его первое слово: «Плёнка...». [см. сон №3506]

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...не маркируются антисоциальным значком, так что (радуйтесь)» (слово в скобках не произнесено, но уже заготовлено).

Стою около веретенообразных светлых, чуть выше человеческого роста, Существ. Спрашиваю у ближнего, кто они такие. Их было порядка четырех, но лишь ближний виделся отчетливо. Остальные - гораздо хуже, возможно, из-за того, что они стояли позади и правей первого. Те, остальные, не виделись такими светлыми, они были как бы подернуты легкой серой дымкой.

Находимся в открытом море, далеко от невидимого берега. В нашем распоряжении большие плоты, обтянутые яркой нарядной тканью. Мой находится дальше всех от берега, я распласталась, тихо блаженствуя, наслаждаясь колышущейся прекрасной живой водой, ощущая ее неизмеримую глубину. Мне нет дела ни до кого и ни до чего на свете. Слева появляется каменная гряда, у торца которой, в нескольких десятках метров от меня стоит женщина... заурядная тетенька в немыслимом бикини... вода не достает ей даже до пояса... И это в открытом море, толщу которого я так хорошо только что ощущала... Недоумение сменяется догадкой, что мелко там из-за гряды. Прикидываю, что если захочу вернуться на берег, смогу воспользоваться этой грядой. Предполагаю, что смогу доплыть до нее (хоть пловец я не ахти какой). Мне даже пришла идея попробовать проплыть, просто так, чтобы быть уверенной в случае чего (тут я впервые подумала, что на море могут подняться волны). Дальше идеи дело не пошло, оставляю эту затею, еще какое-то время бездумно блаженствую. Возвращается мысль о волнах, толща воды пару раз вздувается бугром. Нестрашным, сразу улегшимся, но показавшим, что в случае чего с морем шутки плохи. Деловито размышляю, что мы тогда будем делать. Раздается треск моторов. Со стороны берега подлетают два несуразных летательных аппарата, опускаются на крышу появившегося справа сооружения, частично торчащего над водой. Из аппаратов выскакивают похожие на десантников американцы, скрываются в подводной части строения. Наша группа тоже вроде бы там, все чем-то заняты, одна я не могу понять, в чем дело. Я уже нахожусь на крыше сооружения, вижу Лейлу, прошу объяснить, что происходит. Говорю, что сама понять не могу из-за слабого знания английского языка. Поколебавшись, Лейла соглашается объяснить, зовет меня для этого в подводную часть. Оказываемся там (не запомнилось, делали ли мы там что-нибудь, помню лишь, что в помещении больше никого не было). По инициативе Лейлы лезем опять наверх. Она впереди, с легкостью, я позади, с трудом (Лейла виделась условно, а женщина у каменной гряды — отчетливо, хоть и без лица, но со всеми своими жировыми складочками).  [см. сон №7171] 

Мысленная фраза (женским голосом, официально): «Гарри Нэхиджеру, основателю ... школы в Египте» (одно слово не запомнилось).

Перед визитом квартировладельца выхожу во двор, укрываюсь среди густых кустов. В сумерках смутно вижу остановившуюся на дорожке машину, за рулем которой сидит хозяин, а рядом еще один человек. Решаю вернуться, но не по дорожке, а правее кустов. Совсем стемнело, земля, к моему удивлению, превратилась в густую черную грязь. Не могу понять, в чем дело. Обнаруживаю, что идет дождь. Его редкие чистые капли контрастировали с тем, чему именно они, и только они, были причиной — с черной густой размокшей землей под моими ногами. Было довольно мрачно. В одном месте вижу большую, в рост человека, фигуру, слепленную из размокшей земли. Думаю, что в снегопад лепят из снега, а во время дождей — из размокшей земли. Добираюсь, поплутав, до парадной, с удивлением вижу, что хозяин уехал.

В финале сна спохватываюсь, что  вставши с постели, не причесалась, и представляю, как всклокочены мои волосы.

Терпеливый, доброжелательный сон-поучение, где меня последовательно проводят через множество положений, ситуаций, обстоятельств. Это предстает как перемещение от позиции к позиции в открытом трехмерном пространстве. Начав просыпаться, делаю вывод, что должна направить помыслы на постижение того, на что получила намеки всем тем, что произошло со мной наяву (сон был полупризрачным, в серых тонах).

Смутно запомнившийся сон, действие которого происходит в моей (сновидческой) комнате. Кроме нескольких знакомых мне людей здесь присутствуют два (незнакомых мне наяву) человека из селения Адамс и пара неопрятных уличных кошек. Люди селения Адамс ведут себя непозволительно бесцеремонно, по-хозяйски, что вызывает у меня недовольство, которое я (неагрессивно) демонстрирую. К финалу сна все персонажи исчезают. Оставшись в комнате одна, вдруг вижу на лежащем на полу матрасе двух маленьких кротких чистых котят. Решаю было отправить их на улицу, но через незакрытую дверь вижу, что идет дождь. В замешательстве не знаю, что предпринять (сон был нецветной, в неопрятных темноватых тонах, все виделось нечетко, исключение составляли эти два светлых котенка и прозрачные капли дождя).

«Заочные скобаря, рисуйте на картинах Меллюзы усы», - глумливо распевает вульгарная девица.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (мужским голосом, обстоятельно): «...заметила, что тут же танков — тут же вылетела из этого лагеря» (имеется в виду коалиция, спешно покинутая той, о ком идет речь).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, издалека донесшаяся фраза (женским голосом): «Оттуда ... более низкое качество».

Мысленная фраза: «Икры не, ну у нее масло, представляешь?»

С упоением гоняю (по местности со сложным рельефом) на невысокой самоходной табуретке, снабженной рулем и подставками для ног. Останавливаюсь на взгорке, в сквере.  Глядя на свежие темно-зеленые кроны деревьев, вспоминаю, что у Кастанеды где-то говорится, что если пристально смотреть на лист дерева, то непременно куда-нибудь унесешься, окажешься в красивом незнакомом месте. На миг предстает светлое, сказочное место. Решаю попробовать. Встаю справа у крайнего левого дерева, пристально смотрю на лист. Его изображение расплывается, исчезает, это место заполняется облачком серого тумана. Перехожу к противоположной стороне кроны, где все повторяется. Продолжаю попытки. И в какой-то миг, не успев ничего сообразить и превратившись в точку, стремительно, чуть ли не со свистом уношусь — наискосок и вверх - в темноватое Космическое Пространство.

Мысленная фраза-сообщение (женским голосом): «Там ласточки бьют гнездо, со свинками».    

Категории снов