Сон об энергетических манипуляциях, производимых – во благо – группой людей, обладающих высокой энергетикой. Участвую в их действиях, но что мы делали и во имя чего, не запомнилось. Помню, что цель была благая, и еще помню, что там был "реанимационный хор" (но и про хор ничего не запомнилось).
Молодая девушка лежит в постели, одеяло чуть отброшено в сторону, на свободном краю кровати стоит блюдо с испеченным тортом. Намазываю на него крем, начала наносить второй слой, крем кончился, иду за добавкой. Вернувшись, не вижу торта. Девушка по-прежнему в постели, одеяло закрывает всю кровать, а торт исчез. С недоумением смотрю на то место, где он был, замечаю под одеялом его слабые контуры. Девушка отбрасывает одеяло. Торта мы не видим (есть еще простыня), но контуры проступают отчетливей. Отбрасываем край простыни, с легким омерзением ожидая увидеть испачканную кремом простыню и безнадежно испорченный торт. Но видим белую, без единого пятнышка простыню и неповрежденный торт.
0058
Предстоит тестирование. Вижу пачку больших белых листов со множеством вопросов (сложных) и пачку узких длинных листов с ответами. Обращаю внимание, что часть ответов повторяется из билета в билет.
0059
По ходу дела возникает толпа, в которой присутствует Дана Интернейшнл. Факт ее присутствия придает важность и ценность происходящему.
Живем с Петей в светлом красивом, окруженном садом доме (одноэтажном, многокомнатном). Кто-то дал нам трех больших беспородных котов. Они принимаются носиться по саду, оттуда через окна в дом, по всем комнатам, шкафам, кроватям, устроив бесконечную чехарду и затаскивая налипшую на лапы землю. Опасаюсь, что они могут переколотить мои безделушки, но самое неприятное, конечно же, это комья черной земли на покрывалах. Решив вернуть троицу обратно, обсуждаю этот вопрос с Петей.
0061
Снимаю красивый коттедж. Однажды слышу, что кто-то пытается открыть входную дверь. Перепугавшись, сажусь на пол в укромном углу между стеной и, кажется, книжным шкафом. Входит хозяин коттеджа с еще одним мужчиной. Что-то обсуждаем, прошу (в числе прочего) заделать безобразный несквозной пролом над входной дверью.
Сегодняшние сны можно объединить общим названием "Мухобойка карающая". В первом луплю огромной мухобойкой тех, кто мешает мне запоминать сны (понятие "те, кто мешает" являлось абстрактным). [см. сны №0063, 0064]
Во втором сне мухобойкой досталось тем, кто создает пробки на дорогах - смутно показаны пробки, а процесс с мухобойкой был так же абстрактен, как и в первом случае. [см. сны №0062, 0064]
В третьем сне луплю мухобойкой мачеху малышей, дурно с ними обращавшуюся. Помню детей и неотчетливые сведения о том, что они попали к жестокой мачехе. Помню, как нервничали бедные дети перед ее возвращением домой. При первых же признаках ее придирок к детям я налетела на нее и принялась лупить, вкладывая в удары всю свою силу и злость, удвоенные видом испуганных детей. Мачехе это не причиняет страданий - обряженная, на манер прошлого века, в пышные юбки и белоснежный фартук, она хоть и валялась во время экзекуции у меня в ногах, но не вопила, не стонала, не защищалась от ударов, и вообще была, как манекен. [см. сны №0062, 0063]
Чтобы понять суть трех, приснившихся прошлой ночью коробок (размером с кирпич, каждая своего цвета, но я не помню их из прошлой ночи), нужно на одну налепить аппликацию, и тогда все станет ясно. Вижу, как кто-то (возможно, я) приклеивает аппликацию, представляющую собой абстрактную вязь со множеством закруглений, но до сути трех коробок дело не дошло.
0066
Нахожусь в гостях у Пети, в селении Адамс. Запомнилось, что мне было там хорошо. В этом сне возникли три слова, разнородные, не взаимосвязанные. Первое означало абстрактное понятие, остальные – понятия предметные. Я повторяла их ночью в одном и том же порядке: то-то, то-то и "перекладина". А окончательно проснувшись поутру, помнила лишь последнее.
0067
Молодая женщина с маленьким ребенком занимает пару смежных комнат. Одна комната не примыкает к внешним стенам, и посему не имеет окон. Условия в ней становятся так плохи, что женщина вынуждена переместиться целиком во вторую, стена которой намокает от дождей (чем оказалась плоха первая комната, неясно).
0068
Я должна срочно заказать для кого-то такси, а кого-то другого дожидаться на улице, чтобы передать несколько сумок с вещами (одним из этих людей - кажется, вторым, был Петя). Оставляю сумки на улице, захожу в заведение (типа билетных касс), чтобы заказать такси. Заказ принимают, но не выполняют. Иду снова, спорю. Служащие несут чушь - то, что у них не принимают такие заказы, то, что заказ исполнен, а несколько раз утверждают, что "заказы сегодня только на четвертое число". Издергавшись и так и не решив вопрос, возвращаюсь к сумкам. Время, назначенное для встречи, прошло, теперь придется идти в другое, запасное место. Вижу среди сумок сетку с черными сапогами. Не могу вспомнить, была ли она раньше. И если была, то почему я сейчас думаю, что ее не было, а если ее не было, то откуда она взялась. Вещи не мои, не помню, сколько их было, решаю, что сетка, наверно, была. Беру ее, но лишь только трогаюсь с места, подходят две девушки. Вежливо объясняют, что сетка принадлежит им, что они ненадолго оставили ее возле сумок. И я возвращаю им ее.
0069
Откуда-то из глубин сна выплывает мысленное слово "Индесит".
0070
Кем-то энергично проповедуется в массы тезис о дифференцированном отношении к женщинам, в зависимости от нравственности (или безнравственности) каждой из них.
0071
В бескрайней толпе демонстрируют меткость стрельбы. На голове человека из толпы укрепляют мишень. Сверху, издалека, производят выстрел. Попадают именно туда, куда было задумано.
В огромной толпе выделяется человек в ярком, типа клоунского, красном комбинезоне. Рядом с ним стоит двойник, одетый точно так же.
0073
Фрагмент сна. Большой, диаметром в несколько метров, пластмассовый стакан со светло-бежевым дном и скругленным ободом. Не запомнилось, находилась ли я внутри стакана.
0074
Случайно встречаю Лику, она с мужем расспрашивают меня про дела. Почему-то забираются для этого в свою машину, мне приходится последовать их примеру.
0075
Девушка истово молится, посвящая этому много времени. Замаливает свои грехи.
Смотрю на отпечатанный жирным шрифтом абзац, читаю крайнее правое слово одной из строчек: «Элем».
Мысленные фразы (женским голосом, с крайним недоумением): «По Азе ? А как же ты приехала?»
Мысленная фраза (весело, нараспев): «У нас тут есть, у нас тут есть семейство Шарлерой».
Смотрю на листы с аккуратным печатным текстом (на незнакомом мне наяву языке). Легко перевожу и записываю пару фраз и показываю их Пете (содержание фраз не запомнилось).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (мужским голосом): «И лучше, и лучше ... на математики».
Незапомнившийся сон, в котором фигурировала кошка.
Обрывки мысленных фраз: «...в Ганновере. Места паники...».
Мысленные фразы (женским голосом): «В центре города. В центре города! Здесь наверняка еще что-нибудь...» (фраза обрывается).
Сон, среди персонажей которого был Лучик (младший школьник). В финале сна он по какому-то поводу расплакался. Пытаюсь отвлечь малыша, мягко подшучивая над нелепым двухцветным матерчатым колпаком, красующимся на его голове.
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «Есть ... и сладкие бибеню типа Святой веревки» (в смысле, имеются).
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Чтобы понять, что происходит. А также (чтобы) дать понять, что тот, кто ждет, подождет, он отвечает...». Смутно видится тот, о ком идет речь.
Сон, имеющий отношение к предыдущему сну о захоронениях. Видятся две колонки слов (по пять-семь слов в каждой). Левая содержит перечень старых захоронений (того, что похоронено давно), правая относится к захоронениям свежим. Читаю два слова правой колонки: «Угрожало» и «Косность». Думаю, что теоретически они могут относиться к старым захоронениям, по каким-либо причинам не вписанным туда своевременно и поэтому оказавшимся в правой колонке. [см. сон №4340]
Разговариваю по телефону. Находящийся рядом человек дает понять, что я должна немедленно разговор записать. Протягиваю свободную руку к корпусу телефона, не могу вспомнить, какие кнопки нужно для этого нажимать.
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «А когда светит, но не греет, и я ... то тогда тоже можно видеть...».
Мысленная фраза: «Девять и девять — восемнадцать».
Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женскими голосами). Озадаченно: «...мужчины моются». - Снисходительно-пренебрежительно: «О-ой, ты что, мужчин не видела? Мойся!»
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «И непонятно, подглядывает ли она в ... или у нее самой есть».
Мысленные фразы (похожим на петин голосом): «Телефон общий. Или когда телефон такой, общий».
В первом эпизоде, в присутствии маленького ребенка, мое состояние чуть не приводит к смерти. Лежу на спине, вытянувшись в детской песочнице, как в постели. Руки заложены за голову (или вытянуты вверх), при поворотах с боку на бок в плечевых суставах ощущается сильная боль. Эпизод повторился дважды. В финальном эпизоде, в туалете, спуская чистую воду, испытываю удовлетворение по поводу основательной очистки организма, избавившегося от ненужного. Фекалии выглядят по-деловому, функционально, максимально эстетично.
Мысленная фраза: «Они заканчивали урок раньше, чтобы к звонку оказаться в школе последними» (речь идет об учительницах).
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Но ему нельзя ... на этом настаивает...».
Обрывок мысленной фразы: «...так же, как мажорные музыкальные фрагменты, которые продолжают звучать...».
Мысленная фраза, завершившая сон: «Так вот кто, оказывается, зачинщик!»
Поселившийся в Крыму Польк приглашает меня на несколько дней в гости. Иду на запутанный вокзал (снящийся не впервые), покупаю билеты (туда и обратно) на "11-е" и "16-е" число. Даты привязывались мной к яви - пытаясь определить, на какие дни недели они выпадают, я отталкивалась от теперешних январских чисел. В определенное время необходимо было сообщить Польку дату приезда, для чего следовало вернуться на вокзал. С возрастающим беспокойством вспоминаю об этом, тут же непостижимым образом забывая, но в итоге, кажется, на вокзал все же возвращаюсь.
Мысленный, частично запомнившийся диалог (мужскими голосами). «Нужно...». - " ... " . - С улыбкой: «Надо нудника испытать».
Мысленный оклик: "Вероника!", на который я, тоже мысленно, откликаюсь: «А?»
Идем, весело гомоня, к морю. Путь не был простым. Что-то фантастическое было как в окружающем пространстве — мы пересекали темный городок — так и в том, что с нами по пути происходило. В конце сна все разбрелись. Иду с одной из девушек, видим в отдалении, на темном крыльце, еще одну. По ее мимике и телодвижениям предполагаем, что что-то случилось, опасения оказываются ложными. Со смехом пересказываю виновнице переполоха наши немыслимые предположения. Она что-то отвечает, причем одну из фраз произносит, как бы невзначай, на русском языке. Я ошеломлена. Дело в том, что девушки, среди которых я нахожусь, русского языка не знают, мы общаемся на их языке. Как это часто бывает с сильными, неожиданными впечатлениями, это мигом куда-то провалилось. Мы опять сбились в ватагу, все опять наперебой гомонят. Но вот то одна, то другая повторяют проделку первой — с их уст изредка срываются фразы на русском. Я настолько сбита этим с толку, что ничего не в состоянии понять. Тем более, что все держатся непринужденно, будто не замечая срывающихся фраз. Никто никак не реагирует — ни испускающая фразу, ни слышащие ее. Не знаю, что и думать, и вид у меня преглупейший.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Но в ... жизнь казалась ей (приемлемой)» (последнее слово передает смысл дословно не запомнившегося).
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Не только ... но и харизма. Харизма».
Обдумываю, каким образом уничтожить пауков, находящихся в закрытой чашке Петри (это мое рабочее задание). Вспоминаю, что однажды использовала для этого хищных пауков. Всплывший в памяти опыт бегло предстает — в левой руке у меня чашка Петри с подлежащими уничтожению пауками, в правой - с хищными истребителями. Прижимаю (сверху, не открывая) правую чашку к левой — и дело сделано. Решаю попробовать повторить процесс, тем более, что ничего другого пока в голову не приходит (пауки видятся невнятно, а чашки — отчетливо).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Потом услышала шум, услышала, что повидимому ... и проснулась».
Никак не удается выйти к месту, где припаркован одолженный у Киры автомобиль. Бегло, смутно, не в цвете видится он у поребрика пустынной улицы. Снова и снова выхожу из похожего на площадь двора, обрамленного величественными, дворцового вида зданиями, и неизменно возвращаюсь обратно. Надеюсь, что ноги выведут меня к нужному месту, но пока этого не происходит. Всякий раз оказываюсь на запруженной пешеходами улице, рядом с остановкой, на которой стоит производящий посадку автобус. Вот я опять вернулась во двор. Случайно замечаю еще один выход из него, решаю попробовать воспользоваться им. Оказываюсь в полном неуловимого волшебства и очарования старом сквере. Со множеством скульптур (на мотивы произведений Пушкина), с огромными, вековыми деревьями и широкими, прихотливо извивающимися дорожками, вдоль которых стоят старинные массивные скамьи. Наверно, была весна, сквер усыпан опавшими сережками. Справа, на излучине дорожки кошка деликатно лакает воду из прозрачной лужицы, на поверхности которой тоже плавают сережки. Из сквера выхода нет, возвращаюсь во двор. Думаю о том, что не помню обратную дорогу, а ехать нужно будет через весь, большей частью незнакомый мне город. Бегло, сверху видится бескрайний мегаполис. Как же я доберусь до места? Знаю, что ехать нужно на восток, ориентироваться можно, допустим, по солнцу. Справа, над крышами домов на миг возникает красный солнечный диск, единственный тонкий красный луч которого направлен в мою сторону. Но у меня нет карты города, улицы могут петлять. А вдруг я въеду под «кирпич», это без водительских-то прав. А вдруг в машине мало горючего, и мне его не хватит? Но даже если хватит, и мне удастся добраться до восточной части города, мне что же, придется прочесывать там улицу за улицей? Похоже, что придется, пока на глаза не попадется знакомый ориентир... И тут я просыпаюсь, с фрагментом непонятно кому принадлежащей мысленной фразы: "...несмотря на то, что это была настоящая жизнь...".
Мысленная фраза: «А так — в штаб».
Мысленная, незавершенная фраза (медлительным женским голосом): «Кто-то говорил, что освоение темных и горячих вещей...».
Мысленная, незавершенная фраза (задумчиво): «Нельзя видеть в каждом...» (имеет место констатация факта).
Мысленная фраза (женским голосом): «Ну что ты, парадную, древнюю-древнюю, ну, прямо, неузнаваемую» (слово "парадную" является прилагательным).
Смутно, в расплывчатых, сероватых тонах видится спокойно танцующая (по-старинке) пара, мужчина и женщина. Вдруг женщина резко сокращается в размерах (до трети метра ростом), однако танец не прерывается, просто мужчина теперь держит ее левой рукой на уровне своей груди.
Городок подвергся нападению орды. Сон смутно показывает вступивших в предместье захватчиков. У них грубые темные примитивные лица, это вообще какие-то другие люди, варвары, непохожие на нас. А городок похож на любой, достаточно древний городишко среднерусской полосы. Сейчас он (по причине нашествия или по какой-то другой) пуст, все дома заперты. Мы (небольшая группа) пытаемся скрыться от захватчиков. Поскольку те движутся медленной лавой, цель наша не быстро убежать, а надежно спрятаться. Перебегаем по пустым улочкам, заходим (каким-то образом вскрывая двери) в дома, проходим насквозь, ни в одном не чувствуем себя надежно защищенными. Перебираемся от дома к дому в полной тишине и молчании. Не запомнилось, испытывали ли мы страх, - кажется, это был не страх, а сосредоточенность на поиске безопасного места. И было еще своеобразное чувство (мне его не сформулировать), навеваемое пустым городом, безмолвными улицами, покинутыми, запертыми домами. В одном обнаруживаем двух-трех молодых девушек, решивших переждать опасность дома. Судя по их виду, они не были напуганы, а лишь больше обычного сосредоточенны. Их дом не показался нам надежным, проходим его насквозь, устремляемся к следующему.
Мысленная фраза (женским голосом): «Мы сейчас с больной тебе на эту голову?» (в смысле, с больной головы на здоровую).
Мысленно, протяжно произносится: «Го-о-ол!» (спортивный). И, после небольшой паузы: «Физик!»
Мысленная фраза (женским голосом): «Нет, у нее плохо держатся волосы» (речь идет о прическе).
Будучи в командировке, вхожу в заводской туалет. В большом помещении, по виду и содержимому больше похожем на склад рухляди, установлены три унитаза (без перегородок). С интересом рассматриваю помещение, кошусь на не блещущие чистотой унитазы, пытаясь выбрать самый сносный. Вниманием завладевают старинные массивные столы и стулья, темные, почти черные, в деревенском стиле. Они нравятся мне все больше и больше. Вдруг понимаю, что помещение СНИТСЯ, что я нахожусь ВО СНЕ. Решаю выжать из ситуации максимум, досконально исследовать это состояние, вот только воспользуюсь все же унитазом. Подхожу к тому, что почище, вешаю сумку на торчащий из стены гвоздь. Начинаю было пользоваться унитазом, слышу шорох (как от сминаемых листов бумаги), решаю, что звук означает, что кто-то посягает на мою сумку. Поднимаю, не меняя позы, взгляд вправо и вверх, к гвоздю, на котором она висит, глаза от этого движения открываются (по-настоящему), и я просыпаюсь. Точнее, по неразумности вылетаю из сна, где впервые чувствовала себя так уверенно.
Находимся с Петей в просторной комнате нашего жилья, каждый занят своим делом. Невольно подмечаю кое-что из того, чем занят Петя, изредка докучаю комментариями (на которые он не обращает внимания).
Мысленная, незавершенная фраза: «Они руководствовались такими крепкими молодыми людьми...».
Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог. Я: «Нам это можно ...?» - Спокойный женский голос (издалека): «Да, в общем-то, можно». - Я, удовлетворенно: «Ну, всё, пока-пока».
Мысленная фраза: «Эта неприятность стала непроходимой».
Фраза, завершившая сон: «Хорошо, отвечаю я спокойно, но внутренне содрогнувшись».
Мысленная фраза (полувопросительно): «Не очень приятное знакомство».
Мысленные фразы (мужским голосом): «Ты живешь в какой стране? Чтоб не под стеклом».
Несколько невнятно видимых детей жалостливо выпрашивают кусочки сахара.
Мысленная фраза: «Счет начинается теперь с двадцати четырех часов» (возможно, вместо «счет» было сказано «отсчет»).
Мысленный диалог (женским и мужским голосами). Неуверенно: «Нет, я ищу...» (фраза не завершена). - С готовностью соглашаясь: «Хорошо».
Кто-то (возможно, я) режет на тонкие прозрачные ломтики (как копченую колбасу) большой кусок сырого мороженого мяса.
Мысленный рассказ о политических аспектах жизни американцев. Рассказ излагается мужским голосом, эзоповским языком, с мягким сарказмом, и смутно визуализируется. Запомнился обрывок последней фразы: «... в семь пятьдесят семь заходит солнце, в семь семьдесят семь — в крайнем случае приглашают объясниться».
Несколько раз повторившаяся и наконец-таки осознанная мной мысленная фраза (с потерявшимся последним словом): «Он сказал, что не знает, действительно ли he want ... ».
Собираюсь одеть блузку. Машинально скользнув взглядом по изнанке ворота, с изумлением обнаруживаю, что он покрыт толстым слоем грязи. Не представляя, как такое могло произойти, и опасаясь, что это могут увидеть находящиеся поблизости люди (две-три смутные фигуры), быстрым вороватым движением запихиваю блузку в мешок для грязного белья (покрытый коркой грязи воротник виделся отчетливо).
Во все поле зрения разбросано (в вертикальных плоскостях) множество одинаковых кадров с изображением сидящего на правом боку человека в бледно-зеленых брюках. Края кадров размыты, что создает впечатление, будто в воздухе висят видения сидящей фигуры.
Мысленная фраза: «Только ...ной порошок оставить на местах» (прилагательное запомнилось неполностью).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Он примчался, как ... на горячем белом короле» (имеется в виду, на белом коне). Смутно видится конь.
Обрывок мысленной фразы: «И я, охваченная благодеянием деяний...» (благодеяние означает творение благих дел, а деяния являются плодами благодеяний). Это я творила благие дела и была эмоционально охвачена этим творением, это было что-то возвышенное.
Предстоит рыбная ловля. Несколько невнятных сероватых фигур (и я) стоим в пустой комнате, около находящегося у задней стены старого темного платяного шкафа. Стоящий справа от нас мужчина то и дело ловким движением выхватывает из-под шкафа рыб, безошибочно определяя тех, которые даются в руки. Выхватывает и тут же снова выпускает обратно, в воду — пространство под шкафом одновременно является рекой, и видится то так, то эдак. Удивляемся способностям мужчины, заинтересованно следим за его манипуляциями. Возвращаемые им в реку (забрасываемые под шкаф) рыбы, как и те, что в руки не даются, будут в скором времени ловиться (с помощью удочек) мужчиной и/или нами. Мужчина объясняет: «В каждом месяце они (рыбы) оживают». Я мысленно напеваю: «В каждом месяце они оживают, в каждом месяце они бегут». Сон не был цветным, рыбы в руке мужчины были темными, почти черными, змееподобными, разной величины, и виделись вживую.
Мысленная фраза: «Хотя нередко после таких занятий вес превосходил семьдесят — восемьдесят процентов своего первоначального значения». Имеется виду, что в результате каких-то практик вес человека снижается до указанных значений или еще ниже.
Группа специалистов осматривает территорию строящейся тюрьмы. Большая прямоугольная площадка уже обнесена высоким каменным забором, правый задний угол выгорожен под место прогулок для будущих арестантов. Здесь по диагонали проходит декоративная стена из крупных необработанных блоков, небрежно покрытых чем-то типа черной смолы. Я (не находящаяся в самом сне) думаю, что стена неуместна по многим причинам. На нее, в частности, нетрудно забраться и с легкостью перемахнуть через забор. К стене подходит старый, потрепанный жизнью толстяк (ветеран тюремных казематов). Он приглашен, чтобы продемонстрировать, возможен ли здесь побег. Толстяк с легкостью взбирается на левое крыло декоративной стены, и повернувшись к основной ограде, кладет на нее локти. Директор будущей тюрьмы, по достоинству оценив толстяка, говорит: «Вот такого мне и надо». Кто-то из специалистов отвечает: «Но он облучен» (имеется в виду, что вследствие облучения тот получил заболевание). Снова предстает декоративная стена, теперь она вдвое короче из-за разобранного левого крыла.
Вхожу в ванную. Вижу крупную черную муху, потом еще одну, помельче, рыжеватую, потом — слабо шевелящуюся колонию черных мушиных личинок. Преодолевая отвращение, давлю их первой попавшейся под руки тряпкой.
Листаю книгу, обращаю внимание на сноски на первых страницах.
Верчу в руках несколько крупных обрывков листа (или листов) с текстом.
Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы: «...и обзавелся ... Странно это. Действительно странно, когда здоровый молодой человек...» (фраза обрывается).
Мысленная фраза (завершившая сон): «Далеко не сразу оставил он меня» (оставил в покое).
Рассказ о ребенке, который переходит из одной школы в другую «и скоро бросает там своих сверстников».
Активный сон, в котором и я принимала участие.
Мысленные фразы (женским голосом, проникновенно): «Лапочка, тут полностью. У меня вообще никто не разбирается».
Незапомнившийся сон, в котором Александра привычно перекраивала под свои мерки доступную ей часть реальности.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом) «Там не было ... быстро, чтобы вот этот вот ремень застегнули». Смутно видится лежащий на кровати человек (пациент?), на талии которого два-три мужчины застегивают грубый брезентовый (похожий на солдатский) ремень.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, нервозно): «...голосом. Почему? Потому что...» (фраза обрывается).
Мысленно пересказываю якобы приснившееся: «Мы с Петей находимся в многолюдном месте. С нами вместе крутится ... собака» (прилагательное не запомнилось). Смутно видится плотная толпа одинаковых условных (бесплотных?) черных фигур, среди которых стоим мы с Петей (реальные, условно видимые), и вертится вокруг нас вживую видимая крупная светлая добродушная собака (типа лабрадора).
