Ноябрь 2003

Три-четыре серпантиноподобные нити тянутся сверху (дело происходит в помещении). Нижними концами они прикреплены к серому, похожему на валун предмету (видна его верхняя, округлая часть). Обрезаю нижницами, одну за другой, у самого основания, эти фиолетовые нити.
То ли вступаю во взаимодействие с клоуном-иллюзионистом, то ли становлюсь клоуном-иллюзионистом во взаимоотношениях с каким-то человеком. Предстают два густо-серых человеческих силуэта, стоящих друг против дуга (видимых в профиль, кажется, по пояс).
Мысленные фразы: «Нет, не так. Когда мы вошли, в двух местах ее резали» (имеются в виду экзаменаторы, срезающие ту, о которой ведется речь).
Подвальное хранилище с низковатым потолком, до которого по всем четырем стенам тянутся светлые металлические стеллажи. Полки забиты разномастными папками с торчащими бумагами. У левого стеллажа стоит неотчетливо видимая молодая женщина.
Мысленная фраза: «Всё, на чем останавливалось мое внимание, на моих глазах изменялось» (возможно, вместо последнего слова использовано идентичное по смыслу).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Когда ... брал меня с собой, он сам испытывал недостаток терпения». Подросток хочет сказать, что тот, кто брал его с собой, проявлял несвойственную взрослому нетерпеливость в ожидании какого-то явления. Бегло, смутно видятся молодой мужчина и мальчик-подросток.
Массивная рельефная двухстворчатая дверь, темно-рыжая, утопленная в стену солидного серого здания. Она приоткрывается, и в здание входит полупризрачная фигура.
Приехавший в гости Петя собирается прокатиться на велосипеде к морю (находящемуся неподалеку). Спрашиваю, что приготовить на завтрак. Не получив внятного ответа, выхожу на улицу. Петя уже садится на велосипед, на спине у него висит на ремешках сотовый телефон. Повторяю вопрос по поводу завтрака, слышу отчужденный ответ, что можно приготовить картошку и яичницу. Звонит оказавшийся у Пети в руках мой телефон (ни к чему не подсоединенный шнур волочится по земле). Петя отвечает на звонок, передает трубку мне. Слышу Грему, мрачным тоном предсказывающую мне что-то неприятное. Не дослушав, вешаю трубку. На петин вопрос говорю, что звонила Грема, пренебрежительно добавляю, что она второй раз докучает мне. Возобновляю разговор о завтраке, решаем, что приготовлю его, а когда Петя вернется с моря, разогрею. По типу, как я выразилась, «самообслуживания» (как, очевидно, привыкла готовить для себя). Петя предупреждает, что такое «самообслуживание» приводит (или уже привело) к нарушению энергии в моем организме. Что из-за неправильного отношения к питанию накапливающейся в организме энергии нет выхода, и что это приведет к плохим последствиям (он назвал их конкретно). Говорит уверенно, с естественным отчуждением человека, поднявшегося на более высокую ступень развития. Вижу, что он порядке, в полном порядке, и это единственное, что для меня важно. Что же касается меня самой, так что ж, со мной будет то, что будет.
Уйма гостей в большом зале, на моем дне рождения. Я и еще несколько человек хлопочем вокруг заваленных снедью столов, остальные в ожидании застолья мирно беседуют в левой части зала. У нас складчина, всего много (может быть, поэтому мы так долго копаемся, хотя требуется лишь разложить готовые закуски). Но вот приготовления закончены, выдвигаем столы, расставляем стулья. Все оживились, подтягиваются поближе. В центре зала Жан-Клод с озорным видом демонстрирует свой способ раскупоривания шампанского. Опускает бутылку на пол, ставит ногу на пробку, давит на нее своим (немалым) весом. Пробка уходит вниз, но недостаточно. Жан-Клод вынужден еще пару раз балансировать на бутылке. Давление в ней возрастает, на кромке горлышка появляются пузырьки. Все глаза устремлены на пробку. Она сдвигается с места, медленно ползет вверх (гости виделись условно, а шампанское и кое-что из снеди - отчетливо).
На дне кухонной раковины вода (хотя сливное отверстие открыто). В ней лежит лист бумаги, с которого смыло текст. Связанный с ним, очень нужный квадратный листок случайно обнаруживается там же, под первым. Его текст тоже, к сожалению, смыт.
Мысленный диалог (мужским и женским голосами).  Неторопливо: «Ведущих. Ведущих».  -   Энергично: «Ведущих? Наверху ведущих или внизу?»
Смутно видно идущего по улице низкорослого бледнокожего, в одних носках мужчину.
Белизной, пышностью, ни с чем не сравнимой мягкостью это было похоже на облака. Было полное ощущение, что я лежу на облаках, белейших кучевых облаках. Блаженствую там. Но по каким-то признакам становится ясно, что ощущение ошибочно. Это все же не облака, а что-то земное, но — белейшее, пышное, восхитительно мягкое... Полупроснувшись, вспоминаю приснившееся. Трезво умозаключаю, что, возможно, время моего пребывания подходит к концу. Возникает туманный бессловесный намек, представление о том, что я появлюсь снова ближе к концу нынешнего столетия. Предстоящее появление смутно обозначается на правом краю шкалы времени... Как интересно, думаю я, что Я-будущая появлюсь на свет полностью готовой (приспособленной с момента рождения) к интеграции в цивилизацию конца века. Цивилизацию, наверно, невообразимо более развитую. Мне кажется это чрезвычайно любопытным.
P.S. Наяву я никогда не полагала (и не полагаю) драматичной и неприемлемой мысль о конечности, одноразовости человеческой жизни. Я воспринимаю это спокойно (не имея, впрочем, ничего против противоположного варианта).
Впервые оказываюсь на чердаке своего дома (дом подразумевается компактным, трехэтажным). Чердак на удивление симпатичен. Это старое, обшитое деревянными панелями помещение с тупичками и большим окном, из которого видна живописная черепичная крыша соседнего дома. Чердак выглядит обжитым, здесь стоит несколько заправленных белым постельным бельем кроватей. Мне захотелось прилечь, и я даже вздремнула. Появляется несколько жильцов. Кто - развесить белье на просушку, кто - по какой-то другой надобности. Не могу встать. Спустила ноги на пол, а тело от кровати не оторвать (может быть, мне все еще хочется спать?) У противоположной стены смутно видится в полумраке еще одна кровать. Непонятно, лежит там кто-то или просто одеяло вздыблено. Решаю для проверки запустить туда оказавшимся в руке комком пластилина. Размахиваюсь (сидя) изо всех сил, но размахи непонятным образом гаснут, пластилин остается в руке. Потом бросок все же удается, из-под одеяла высовывается женщина. В замешательстве бормочу извинения, говорю, что это получилось нечаянно. У появляющихся на чердаке людей спрашиваю, зачем тут кровати, пользуется ли ими кто-нибудь. Мне говорят, что на них спят, например, студенты, приезжающие в гости к родителям. Еще раз осматриваюсь. Замечательный чердак, здесь даже по-своему уютно. Только зимой, наверно, холодно, может быть, зимой используют электрообогреватели? В разных концах чердака бегло видятся старые обогреватели. Пытаюсь встать, опять не получается (будто не доспала). Появляющиеся на чердаке люди доброжелательны, и я думаю, что, может быть, уезжать из этого дома не стоит? [см. сон №2904]
В состоянии полусна (полагая, что проснулась) обдумываю предыдущий сон, принимая его за реальность. Прихожу к выводу, что дом покидать не стоит. Возникает лист бумаги с текстом, содержащим ряд коротких, расположенных столбиком строк. Язык мне не знаком, шрифт четкий, жирный, красивый. Видение сопровождается мысленными фразами (запомнившимися частично): «Не случайно ... Тайна передачи ... через ... как раз разгадана». Имеется в виду, что хотя тайна передачи чего-то через что-то разгадана, суть оказалась в чем-то другом, до сих пор не выясненном. [см. сон №2903]
Мысленная фраза: «С нашим театром поступают точно так же, как с Мариинским».
Молодая женщина с ребенком на руках энергично шагает по кромке многолюдного тротуара. Вдруг, почти на ходу, спускает малыша с рук (якобы за провинность, хотя ничего такого не было видно), и не оборачиваясь, продолжает путь. Ребенок стоит, не в силах поверить тому, что произошло. Его мать удаляется с непреклонным видом, и кажется, даже не намерена обернуться на свое дитя. Это видится смутно, но язык тела малыша и матери более чем красноречив.
У Норы День рождения. Гости находятся в глубине квартиры, мы с ней сидим друг против друга в кухонном углу (Нора видится условно, темновато). Говорю, что хочу спросить кое-что, готова ли она ответить мне искренне и серьезно. Добавляю, что это для меня очень важно. Нора, не выказывая заинтересованности, выражает готовность выслушать. Спрашиваю: «Вот тебе исполнилось сейчас (столько-то) лет. Можешь ли ты в это поверить? Осознаешь ли ты, что тебе уже столько лет?» Поясняю, что мне осознать свой возраст не удается. Нора отстраненно отвечает, что по этому вопросу можно посоветоваться с ее мамой, отцом и знакомыми ей психиаторами. Возражаю, что это не ответ. Но Нора продолжает в том же духе и напоминает о якобы общеизвестном МИФЕ «о прекрасной Амазонке, которая убегает от раввинов».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «То есть она ... слушая. Вряд ли для нее что-нибудь там специальное затевалось» (имеется в виду, что слушая, что-то усваивалось).
Мысленная фраза: «Раньше я в гостинице всегда остановлюсь» (в смысле, останавливался).
Мысленное, медленно, по слогам произносимое слово: «Экспресс» (имеется в виду механизм).
Преодолеваем с Петей массу искусственных препятствий. В частности, требуется взобраться по высокой вертикальной лестнице, огражденной лишь редкими горизонтальными обручами. С нее нужно перейти на длинные узкие, неогороженные мостки — как бы висевшие в воздухе и уходящие влево, за пределы поля зрения. Петя справляется легко, бесстрашно, мне все дается с трудом. Нахожусь на вершине забитой людьми лестницы, перед лазом, ведущим на мостки. Взбиравшийся за мной мужчина просит пропустить его вперед, он куда-то торопится. Пропускаю, однако теперь в лаз намерена пролезть без очереди женщина. Призадумываюсь. Проще, конечно, пропустить, но снизу напирают другие, так что, похоже, придется поработать локтями. [см. сон №2913]
Держу пульт управления, похожий на жезл с темным прямоугольным, изящно отделанным набалдашником. Нажимаю на одну из кнопок, не слышу характерного писка. Для проверки жму на соседнюю - с тем же результатом. Во избежание разочарования, что пульт может оказаться неисправным, медлю с нажатием на оставшиеся кнопки.

Обдумываю предпоследний сон этой ночи (где мы с Петей преодолевали препятствия). Умозаключаю: «Обстановка была ... Шум, крики шамариев» (часть первой фразы не запомнилась). [см. сон №2911]

Мысленная, частично запомнившаяся фраза: «...как я это делаю: если надо пройти это дословно, то я и...».
Окончание мысленной фразы: «...не имеет обыкновения» (речь идет о любительнице строить козни).
Мысленно, глуховатым женским голосом, протяжно, призывно произносится: «Алле».
Мысленный комментарий: « Нужно не разглагольствовать, а не делать плохого».
Мысленное намерение предъявить распечатку телепросмотров в доказательство, что передачи просматривались целенаправленно.
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Конечно, ... но ты должна верить в ... и не вмешиваться в события».
При нажатии дырокол сдвинулся и пробил край металлической пластины, сжимающей бумажные листы. Я озадачена — дыроколом пробит металл(!) Вот на что следует обращать внимание впредь. Этот куплен где-то по дешевке, на нем нет пометок. А в фирменных магазинах, вспоминаю я вдруг, действительно на некоторых типах дыроколов специально помечено: «Не прокусывают металл».
Завершающее слово мысленного обдумывания, произнесенное медленно, врастяжку: «Валерия».
Несу траву, похожую на морковную ботву. Она является молоком, ее лишь нужно растворить в воде. Вхожу в старый сарай, чтобы накормить голодных кошек и котят. На земляном полу стоит несколько консервных банок с водой. Мне оставалось положить в них траву, и молоко было бы мигом готово, но оголодавшие кошки не дают этого сделать. Одна за другой подпрыгивают, на лету выхватывают клочки травы, и зажав их в зубах, разбегаются по углам. Одна, молодая, ненадолго виснет на руке, но когтей не выпускает, так что рука не пострадала (все кошки были серыми).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Тогда бы ... являлась функцией от начинающего».
Обрывок мысленной фразы: «...под видом ее подписи овладевшая...».
Мысленная фраза: «Но она никак не могла понять».
Незапомнившаяся мысленная фраза. Визуализируясь, она занимает полторы строчки, слова как бы видятся и не видятся. Удается разобрать содержимое нижней полустроки: «-счет».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (задумчивым мужским голосом): «...это не мешает, если они уже почувствовали данные и не в состоянии это изменить».
Мысленный диалог (мужскими голосами).  Рассудительно: «Да нет, это же мёдик мёда».  -  Капризно, требовательно: «А мне - мёдик мёда настоящий».
Рабочий день в разгаре, все сосредоточенны, в комнате тишина. Изредка бросаю взгляды на нового сотрудника. Он сидит, чуть отодвинувшись от стола, ноги по колено утопают в раскрученных рулонах бумаги (распечатках?) Ими замаскирована толстая растрепанная книжка, которую он украдкой читает. Вдруг чего-то испугавшись (может быть, ему показалось, что кто-то входит?), человек поспешно сует книгу в глубину вороха. Поворачиваюсь, похлопываю по вороху (чтобы привлечь внимание книгочея), ободряюще говорю: «Не волнуйся насчет книжки. Мы все тут такими вещами развлекаемся. Только молчи».
Мысленный совет: «Закройте глаза, войдите в транс и ставьте вопросы».
Окончание мысленного диалога. «Значит, так надо».  -  «А дети? Подожди, а где они?»
Живу в крошечной каморке, на задворках принадлежащих Камиле апартаментов. У них прием гостей, моя комнатушка временно завалена вещами, периодически входят хозяева, чтобы что-то забрать или положить. Ум мой воспринимает ситуацию как притеснение, а душа спокойна, не задета, бесстрастно фиксирую происходящее. Входят три девушки, в том числе моя дочь (сновидческая). Она тут гостья, я рада за нее. На ней свитер и шаровары, но даже бедная одежда не может скрыть стройной фигурки. Барышни чем-то занялись, отхожу к пианино, тихонько напевая песенку «Тали-тали, тали-тали» (такие у нее были слова). Одна из девушек пренебрежительно говорит, что песенка «Тали-тали» - про глупца, который хочет быть еще глупее. Это камешек в мой огород, но я не ловлюсь на провокацию. Внимательно прислушиваюсь к своим чувствам, мне хочется выяснить, задевается ли нападками моя душа. Удается установить, что душа достаточно мудра и стойка.
Обрывки мысленного диалога. «Нет, что я ... чувствительностью». - «Чувствительностью ... ? Цветной?»
Мысленная фраза: «Они были здесь не по нашей ведомости» (без ведома говорящего и тех, кого он представляет).
Некто должен рассчитать сложную электрическую цепь, он привлекает к этому несколько человек. Те с интересом рассматривают запутанную схему, воспроизведенную на натуралистичном рисунке животного (вепря?) с веерообразно расходящимися лапами. Участки цепи клеммами подсоединены к разным частям тела животного. Входом может быть одна из лап, нужно выбрать оптимальный вариант. Группа решает, что в данном случае проще всего решение отыскать подбором.
Сон о парах диаметральных противоположностей. Они предстают в виде двух одинаковых параллелепипедов, расположенных по разные стороны металлического стержня (конструкция внешне напоминает чашечные весы). Изображение сопровождается мысленным рассуждением.
Сон, иллюстрируемый простыми плоскостными схемами, изображенными яркими цветными линиями.
Мысленно сообщается, что один из древних языков является сосредоточием глубочайшей печали. Слова этого языка — олицетворение, квинтэссенция печали, в этом состоит их изначальная суть.    [см. сон №2940]
Окончание мысленной беседы (мужским голосом, с усмешкой): «Девочка так красиво сделала фокус этому празднику».
Хронология
На туманном, густо-сером фоне, занимающем все поле зрения, идеально круглое отверстие (окошко), сквозь которое льется чистый свет. В нем появляются головы двух живых одинаковых динозавров на длинных шеях. Динозавры представлены в уменьшенном виде, на физиономиях красуется одно и то же симпатичное выражение — слегка наивное, слегка удивленное.

Мысленная фраза: «Раньше я в гостинице всегда остановлюсь» (в смысле, останавливался).

Мысленная фраза: «A start forme for снов». Имеется в виду, что данный момент является оптимальным для восприятия снов. Неясно, относилось ли это к моему состоянию или к состоянию любого спящего (сон приснился в 5:45).

Мысленные фразы: «Я тогда прекращу. Это наш вид государственной (помощи)» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза: «Их учили представлять несуществующее».

Мысленная фраза: «Кажется, прогремели выстрелы, но когда они...» (фраза не договорена, но полностью заготовлена). Имеется в виду, что когда те, о ком идет речь, разобрались в ситуации, выяснилось, что это были не выстрелы, а звуки иного происхождения.

Мысленная фраза: «Торцевые — (это) мы, когда что-то потеряем».

На дворовой автостоянке, окруженной мрачноватыми убогими многоэтажками, лежит, на спине, черноусый упитанный мужчина. Над ним участливо склонился второй, видимый более смутно, якобы только что положивший первого. Первый вдруг начинает конвульсивно дергать руками и ногами, второй панически отскакивает назад.

Мысленное рассуждение о неудобствах, доставляемых ситуацией, когда судьи живут слишком далеко от мест своей работы. В качестве примера приводится случай, «когда шафер (живет) в городе», а судья — где-то далеко (имеется в виду, что шафер является непременным членом судебных заседаний).

Проводим время у восхитительного моря, в гости приезжают беременная Кира и Юджин. Перед их уходом мне захотелось узнать пол ребенка (раздавшийся живот Киры так и притягивал мой взгляд). Острегаясь (из суеверия) спросить напрямую, просто спрашиваю, известно ли ей, кого она родит. Она не сразу, уклончиво отвечает отрицательно. Разговор заходит о родовспоможении. Мы едины в мнении, что несмотря на нынешний прогресс медицины, роды и поныне не застрахованы от риска. А ведь в прежние времена, когда условия были куда как хуже, роды большей частью проходили благополучно, чему свидетельством являемся мы сами (появившиеся на свет в то время). Запомнилась наша последняя фраза: «Да, если бы не мы, у них (нынешнего поколения) и понятия бы такого не было, что можно рожать в таких условиях».

Еду на подножке джипа, двигающегося по темной коричневой земле. Держусь за что-то руками, чувствую себя естественно. Когда машина спускается с небольшого крутого холма и резко сворачивает влево, я спокойно, изо всех сил отклоняюсь назад (не знаю, был ли кто-нибудь внутри машины, я туда не заглядывала).

Мысленная фраза: «А вынести это придется, как придется» (речь идет о том, как с чем-то справиться).

Приехала в гости к непонятной пожилой женщине, да не одна, а с Барбарой (которая с ней незнакома). Все в этом месте было странным. Мы явились с пустыми руками, и это было невежливо. Женщина угостила нас чем-то скудным, что у нее нашлось. Мне захотелось принять душ, стою под струями воды в длинной темной юбке и темной блузке. Ко мне присоединяется Барбара, тоже одетая. Посреди душевой комнаты, в центре круглого поддона, на высокой (выше человеческого роста) треноге стоит большой бак с нагревательным элементом. Из отверстий нижней части бака гроздьями свисает мясной, как бы сварившийся фарш.

Мысленная фраза (ровным женским голосом): «Она сюда приехала безо всяких разговоров, без всего».

Смутно видятся полтора-два десятка балетных танцоров. Стоя у красивой чугунной садовой решетки, они молча выделывают танцевальные па.

Прихожу куда-то (в поисках совета?), нерешительно говорю: «Понимаете, у меня есть КНУТ». Один из тех, перед которыми я стою, бесстрастно откликается: «Ой, какой ужас». Стою я не одна, рядом находится рыхлый, облаченный в серое толстяк с пухлым бесформенным животом. Толстяк является в каком-то смысле моим двойником. И в то же время КНУТОМ, который рассекает человека надвое, сверху вниз, бескровно, метафизически. Отделяет таким образом друг от друга, делает автономными составные части личности. Он будто бы и со мной это проделал, и теперь олицетворяет одну из моих половин. Стоит около меня молча, неподвижно. Лица его я не видела, но и без того можно сказать, что олицетворяет он примитивное начало моей личности. P.S. То, что я обозначила словом КНУТ, являлось гибридом кнута Аврама Бранковича с саблей Аверкие Скилы (см. «Хазарский словарь» Павича). Толстяк тоже был КНУТОМ, хоть и виделся во сне только толстяком.

Мысленно, бессловесно сообщается, что мы с Петей принимаем что-то одно за совершенно другое (имеется в виду явление жизни или одна из ее сторон).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (энергичным женским голосом): «Одно дело, когда подводная лодка плывет в воде и бьет себя по голове, ночью, и другое дело, когда (она) на столе...».

Собираюсь с мужем (сновидческим) на день рождения к Василисе. Вдруг решаю переодеться (хотя одета достаточно нарядно, к тому же нам пора выходить). Начинаю снимать блузку (через голову), застреваю с поднятыми вверх руками. Безуспешные попытки высвободиться приводят к нарастающим неприятным ощущениям. Вспоминаю, что застреваю подобным образом не впервые, и что это чревато очень тягостными ощущениями. Прекращаю бороться с блузкой, подумываю расстегнуть пуговицы (а возможно, начинаю их расстегивать). Неприятные ощущения идут на убыль, и тут меня будит шум, раздавшийся (наяву) в квартире за стеной. P.S. Далеко не впервые в своих снах застреваю я в одежде, и это действительно ведет к тягостным (чуть ли не с угрозой жизни) ощущениям. Но на этот раз я впервые ВСПОМНИЛА ПРЕДЫДУЩИЙ СНОВИДЧЕСКИЙ ОПЫТ. Впервые скорректировала во сне свои действия на основе предыдущего сновидческого опыта, и это начало приводить к положительным результатам. Может быть, мне и удалось бы полностью справиться с ситуацией, если бы меня не разбудил шум за стеной (хотя можно допустить, что шум возник именно для того, чтобы разрешить мое затруднение).

Фрагмент сна: уши (лица, кажется, не было) с крупными, как бы отлитыми из блестящего серебристого материала резными красивыми серьгами.

Мысленная фраза (женским голосом): «Мы еще (погуляемся) с мамочкой» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза (женским голосом, деловито): «Надо как следует проверить наших читателей».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «В их ... полное неверие с полным признанием».

Мысленные фразы: «Почему? От неожиданности? Но ты же не ставил себе это целью?» (во  второй фразе звучит предположение, в третьей — убеждение).

Мысленная утвердительная фраза (женским голосом): «Что запрещено совершенно».

Обрывок мысленной фразы (женским голосом): «...дисциплина будет».

Выхожу утром из спальни в салон гостиничного номера. На задней стене, от пола до потолка, широкая полоса неподвижных серых бабочек и насекомых. Отправляю за окно одну бабочку, вспоминаю, что опять забыла полить комнатные растения. Бегло, смутно видятся чашка с водой и цветочный горшок. Задумываюсь, как напоминать себе о поливке - может быть, держать у входной двери колбу с водой? Бегло видится входная дверь со стоящей около нее колбой с водой. Смотрю телевизор. Идет эротическая передача. Похожий на врача (или психолога) ведущий демонстрирует (это показано условно) свои яички, произносит длинное, замысловатое слово, обозначающее данную часть тела. Говорит, что слово переводится как «любимые». Добавляет, что у женщин есть нечто похожее. Обнажает свою грудь (женскую), прикасается к ней так же бережно и деликатно, как до этого к яичкам, доказывает, что и по названию эти органы в определенном смысле схожи (в поведении ведущего просматривается сугубо научный интерес). Следует еще несколько таких же безобидных эпизодов (в одном, например, я думала, что нужно зайти к кому-то в соседний гостиничный номер). А в финале грубоватый женский голос говорит мне, с напором, как бы подводя итог всему произошедшему: «Хорошо еще, что не убили, правда?»  Заторможенно пытаюсь вспомнить, убита я или нет. Сначала мне кажется, что убита, но потом каким-то образом понимаю, что я не убита, я жива.

Окончание мысленной фразы: «...по показателям, с Александром Сергеевичем». Речь идет о чьих-то показателях, сравнимых (или несравнимых) с показателями А.С.Пушкина.

«Я понимаю, ... но, дорогой, мне нужно сначала взять себя в руки и сказать, что...», - говорю я стоящему рядом, смутно видимому мужчине (часть слов не запомнилась, фраза не завершена).

Куда-то иду. Внимание привлекает яркий прямоугольник солнечного света на земле и стоящая около него птица (типа ворона). Подумалось, что вот — солнце, и вот — птица, и именно сюда стоит выпустить птенца, которого ношу в своей сумке - я как бы вдруг вспомнила про него. Извлекаю из темной глубины сумки маленького птенца. Опять думаю, что недра женской сумки совсем не подходящая среда обитания для птицы. И что птенец хоть и не относится к породе воронов, ему все же будет лучше с птицами, на воле, на солнце, чем в тесноте сумки. P.S. Приснившаяся птица была похожа на птиц из сна №1247.

На пологом склоне песчаной дюны внезапно образуется горизонтальная воронка. В нее, как под действием Неведомой Силы, всасывается песок и попавший в поле этой Силы крупный камень. Габариты камня превышают жерло воронки, так что он лишь прикрывает ее.

Мысленная, незавершенная фраза: «И при чтении ее считывался не весь материал, а...».

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «А про них как раз говорили, что ... это ... да и только».

Условно видимый, воспринятый мной как известное кладбище, склон горы. Над ним, во все Небо распростерлось множество небольших одинаковых, четких изображений женской головы (моей, как мне было известно). Изображения равномерно рассосредоточены в вертикальной плоскости.

Иду на собрание эзотерической группы, неотчетливо представляя дорогу. Повстречавшаяся женщина этой группы предлагает идти вместе. Идем через редкий лес, прибываем к месту назначения, в большой холл светлого многоэтжного здания. Холл умеренно заполнен условно видимыми темными людьми. Продолжая разговор со своей спутницей (смутно видимой светлой фигурой), говорю (по какому-то поводу): «Но у меня сейчас нет денег». Она отвечает, что в таком случае нужно написать письмо к Ошо. Интересуюсь, что будет результатом — он что, пришлет деньги? Нет, говорит она, он пришлет подарки. Для кого, спрашиваю я. Для группы, говорит она. То есть таким образом решится моя проблема приобретения подарков для группы, и каких — от самого Ошо. Бегло, условно предстает ареал его обитания, Дальний Восток.

Мысленные фразы (твердым женским голосом): «Крепко. У нее сломалось кино».

Незапомнившийся сон, место действия которого было залито Божественным светом.

Мысленные фразы (задумчиво): «Размеренность чего-то. Чего-то льется...» (фраза обрывается).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «А под ... лежали, если можно так выразиться, два компьютера». Смутно видятся два старых стационарных компьютера.

Полнометражный красочный спокойный сон, в котором мы, несколько взрослых и четверо детей, держим путь домой. Дети (младшие школьники, две девочки и два мальчика) были будто бы детьми моей (отсутствующей в этом сне) сестры. В конце пути заходит речь о том, что она дала им имена в честь бывших пассий. Дети (возможно, услышав это) буднично, деловито увязывают свои имена с именами бывших увлечений матери. Не в силах сдержать удивления, говорю попутчикам, что вот какие времена настали, теперь все происходит в открытую. Входим в нашу просторную квартиру. В салоне вольготно развалилась собака, которую мы когда-то нашли на улице. Ласково тормошу ее, она с довольным видом поворачивается на спину, но тут же поспешно вскакивает. Догадываюсь, что мы отсутствовали слишком долго, собаку нужно срочно вывести на прогулку (в этом реалистичном сне только взрослые персонажи виделись условно).

Мысленный протест, что так никуда не годится, что если было что-то обещано, оно должно быть предоставлено. Мысленный отклик, что, мол, раз так, то разумеется, обещанное будет предоставлено. Видится серия мелких предметов. Диалог велся Высшими Существами, а обещалось что-то кому-то из нас, человеков (у меня создалось впечатление, что диалог не предназначен для восприятия простым смертным, так что я оказалась в роли неумышленно подслушавшей).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (бесстрастным женским голосом): «Вы знаете, ее, наверно, ... холод, она вышла, наверно, уже...». Речь идет о бело-коричневой корове, которую сон после этого показал стоящей по брюхо в болоте.

Мне нужно уложить в холодильник, в поддон для овощей, три больших кочана капусты. Так как изначально ясно, что они там не поместятся, я озадачена.

В воздухе висит, на плечиках, мужская белая рубашка в темную полоску. Появляется горизонтальная стойка с мужскими галстуками. Мне нужно выбрать один, на свой вкус, это является для меня негласным тестом. С такой же целью нужно будет выбрать одну из пока еще не представленных (но уже намечающихся справа) мужских рубашек. Выбрать не для кого-то конкретно, а просто на свой вкус.

Мысленное (возможно, выпавшее из сна) слово: «Безопасность».

Сон, в котором я активно действовала.

Средних размеров собака совершает прогулку с привычно недовольным видом - она терпеть не может поводок (всё в этом сне было смутным, отчетливо ощущалось лишь хроническое собачье недовольство).

Мысленные фразы (мужским голосом, неторопливо): «Похоже. Похоже чуть-чуть, но...» (фраза обрывается).

Мысленная фраза: «Начало зимы, вот оно началось хорошо». Фраза сопровождается неразборчивым изображением.

Мысленно бессловесно сообщается, что между Утром и Днем не существует четкой разделительной границы. Видится чья-то красивая рука (по локоть) на фоне сильного теплого, восхитительно живого Света, заполнившего все поле зрения.

Мысленный диалог. «В музей».  -  «А когда вы оттуда вернетесь?»  -  «В три-сорок восемь».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «В книге этого ... нету, дословно...».

Сон, повторившийся несколько раз (чтобы разбудить меня?) Демонстрируется небольшая конструкция с несколькими широкими вертикальными, открытыми сверху пазами. Она, будто бы, является моим левым плечевым суставом. Мысленно сообщается, что с ним все в порядке. И так несколько раз — демонстрация сустава и сообщение, что с ним все в порядке.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Ах, нет ... через нее не пролезет».

Мысленное восклицание (как реакция на рассказ или перечисление): «А яблок нету! Забудьте о яблоках!»

Унга, путешествующая с молодым человеком, по пути заезжает к родственникам. Те не знают, как постелить гостям на ночь - вместе или раздельно. Принимается компромиссное решение, стелят отдельно, но кровати сдвигают почти вплотную. Утром выясняется, что гости спали вместе. Этот факт вызывает у клана родственников (их в квартире с десяток) облегчение из-за прояснения ситуации и упрощения отношений. Выясняется, что у себя, в Америке, эта пара, оказывается, уже давно вместе, что тоже воспринимается положительно.

Длинная (кажется, печатная), изобилующая пробелами (многоточиями) фраза. Она видится неясно, удается рассмотреть лишь предлог «к». Воспринимаю ее как законспектированную мной мысленную фразу. Безуспешно пытаюсь ее восстановить.

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Узнав о моей матери, что она (мать) сошла с ума, он...».

Мысленная фраза (быстрым женским голосом): «Взять на экспресс имаго». Медленно повторяю ее, изменив порядок слов и синхронно записывая: «Имаго взять на», - и не успев завершить, просыпаюсь.

Мысленная фраза: "И не заплатил (за своих работников)" (речь идет о фондах, в которые должен вносить деньги работодатель).

Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом, в убыстряющемся темпе): «И у них тоже, так как это был затвор и он немного...».

Мысленная, незавершенная фраза: «Утром, когда комендант ничего не мог понять...».

Мысленные фразы: «Они стояли за нашей спиной. Слишком часто они стояли за нашими спинами».

Мысленный диалог (женскими голосами). Медлительно, издалека: «И им хочется, чтобы их мама сделала побольше».  -  Близко, игриво: «(Чтобы она) начала игру не в четырнадцать лет...» (фраза обрывается; слова в скобках подразумеваются).

Мысленная фраза (мужским голосом, снисходительно): «А почему не сказать?» 

Лежу в своей постели, на спине. Слышится легкий звук порхания, в комнату через открытое окно влетает птица с пучком сухих травинок в клюве. Садится на кровать, прилаживает травинки между пододеяльником (в зоне моей ступни) и выемкой в стене. Ясно вижу молодого, только что оперившегося воробья. Запихав травинки, он выпархивает наружу. Думаю, что у него не получится соорудить гнездо между моей ступней и стеной, не могу же я ради этого не покидать кровать. Размышляю, до какой степени может быть слеп инстинкт, он может натолкнуть птицу строить гнездо в самом неподходящем месте. Но зато тот, кто живет инстинктами, избавлен от огорчений, этого спутника неудач. И воробьишка, притащив следующую порцию травинок и не обнаружив первого пучка, автоматически, без эмоций приткнет свою ношу где-нибудь в другом месте.

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женским и мужским голосами). Быстро: "Так что же ты ... квартиру?"  -   Медлительно: "Куда в такую сказочную квартиру".

Мысленные фразы (женским голосом): «Я нисколько не обижусь, если... Я нисколько не обижусь» (первая, незавершенная фраза произнесена спокойно, деловито, вторая - капризно).

Мысленные фразы (женским голосом): «Ясно, что он направлен. Почему вчера нельзя было сделать».

Мысленные фразы: «Сюда вроде бы хорошо. Сгубили как бы».

Мысленная фраза: «Освободиться от того, от чего можно освободиться».

Мысленная фраза (женским голосом, ласково): «Иди в ... сейчас иди» (одно слово не запомнилось).

Я умираю. Сижу на полу, опершись локтем о свою кровать, и умираю. Жизнь медленно покидает меня, одна за другой отключаются части тела. Думаю: «Так вот как, оказывается, это происходит». Квартира пуста, лишь в дверях моей комнаты стоит сестра, никак на меня не реагирующая. Угасающее сознание наблюдает за происходящим - во рту появились следы рвоты, на миг перехватило дыхание. Отмечаю, что пока еще дышу, и что самым мучительным будет, наверно, прекращение дыхания, удушье. И тут я вспоминаю про Петю, про что-то, чего он может лишиться, если я сейчас здесь умру. Прекращаю наблюдать за процессом умирания, прошу сестру вызвать скорую помощь. Сестра не реагирует, а я не удивляюсь этому, озабоченная мыслями о Пете. Вот я уже слабо пошевелилась, вот с трудом, но встаю, чувствуя, как с каждым мгновеньем состояние умирания покидает меня. Вот уже иду в ванную прополоскать рот и выплевываю несколько небольших черных, непонятного происхождения сгустков.

Мысленная фраза: «Мудрости вам что-нибудь надо». Фраза произносится спокойным мужским басом, с вопросительной интонацией, которая внезапно нарушается тем, что последнее слово звучит совсем по-иному — глухо, издалека, утвердительно, как ответ, вялым женским голосом.

Однократный звуковой сигнал мобильника (похожий на звонок моего).

Под круглым абстрактным изображением идет относящаяся к нему подпись. Легко читаю ее, но когда пытаюсь мысленно повторить (чтобы записать), прочитанное улетучивается.

Мысленная фраза (издалека, будничным тоном): «Лучше снять все, снять все с себя».

Смутно, в блекло-серых тонах видится унылая казенная комната с несколькими темными столами в центре. Здесь находится посетительница, простая женщина с двумя маленькими детьми. Младший сует нос во все углы, старший тихо сидит, положив локти на стол. Мать внезапно подходит к нему и с угрюмым «У-у-у!» толкает его (не сильно) в лоб. Ребенок реагирует молча, набычившись (видно, что подобное отношение ему не в новинку). В этот момент комнату пересекает сотрудник учреждения, проходит позади матери с сыном и ничего не замечает, полностью сосредоточенный на чем-то своем.

Фрагмент сна (под утро): мне рекомендуется чаще находиться среди людей - не с ними, а среди них, как бы для моей же пользы.

В очередной раз заглядываю на чердак нашего дома, где разместилась игровая комната моего сынишки (сновидческого). Это просторное, симпатичное помещение со множеством ярких игрушек. Центральная часть застелена матрацами, на которых набросаны простынки и одеяла — малыш, вволю наигравшись, любит тут поспать. Решаю устроить ему настоящее спальное место, приступаю к делу, но вдруг останавливаюсь. Возникло интуитивное опасение, как бы специально оборудованная постель не приманила на наш чердак кого-либо Постороннего, нежелательного, совсем нежелательного. Мельком вижу наш дом извне, сверху. Бледно-желтое компактное трех-четырехэтажное здание окружено неотчетливыми темноватыми домами. У входа (справа, вдоль наружной стены) стоит аккуратно застеленная узкая кровать, на которой спит мама*, это ее стационарное спальное место.

Категории снов