Мысленный диалог (мужским и низким гнусавым женским голосами). «Ты должна самым?»  -   «Нет».

Мысленный диалог (женскими голосами): «Что случилось?»  -  «Случилось хорошее. О хорошем тоже говорят, что случилось».

Мысленное признание: «Больше всего мне нравится девушка, подруга Коби».

Длинный сон, в какой-то момент которого я записываю дату «03.02.08.», то есть дату ИЗ БУДУЩЕГО.

Встречаю в тексте слово «foonman», немного поразмыслив, перевожу его как «фанаты Луны» (по невнимательности восприняв его как «moonfan»?)

Мысленно напеваю: «Им от меня, подобный...» (фраза обрывается).

Часть математического выражения: "(...)х4х182", сопровождаемая мысленной констатацией: «Скобку какую-то умножают на четыре и на сто восемьдесят два».

Мысленная фраза (полувопросительно, женским голосом): «Хорошо он себя чувствует?»

Мысленная фраза: «А вы что — гении?»

Поселившийся в Крыму Польк приглашает меня на несколько дней в гости. Иду на запутанный вокзал (снящийся не впервые), покупаю билеты (туда и обратно) на "11-е" и "16-е" число. Даты привязывались мной к яви - пытаясь определить, на какие дни недели они выпадают, я отталкивалась от теперешних январских чисел. В определенное время необходимо было сообщить Польку дату приезда, для чего следовало вернуться на вокзал. С возрастающим беспокойством вспоминаю об этом, тут же непостижимым образом забывая, но в итоге, кажется, на вокзал все же возвращаюсь.

В конце сна внимание привлекает необычный фрагмент пола в помещении, где я оказалась. На темном фоне пустой, нечетко видимой большой комнаты выделяются (формой и цветом) несколько плиток. Одна квадратная, к которой справа примыкают три меньших квадрата. Они преливаются перламутровым блеском с разводами в бирюзово-голубоватой гамме. Они так поразили меня, что начинаю их зарисовывать.

Мысленная фраза (возможно, завершающая рассуждение): «Я никому не хотела мешать».

Мысленные фразы: «Минуточку! Минуточку!»

Мысленные, частично запомнившиеся фразы (женским голосом): «И надо ... потому что это жизненный вопрос. Смотрите: спасли девочку и не ...» (не спасли кого-то еще?)

Подравниваю волосы. Состригла кончик одной пряди, берусь за следующую. Непонятным образом ножницы режут уже не волосы, а неотчетливо видимую ткань (волосы не были похожи на мои реальные даже цветом, но это прошло мимо внимания).

В моей постели оказывает непонятно откуда взявшаяся серая кошка. Позже, находясь уже вне кровати, решаю ее выкупать (она выглядела замусоленной). Бережно, осторожно мою ее в небольшом количестве воды. Почти сразу вместо кошки в ванне оказывается маленькая девочка. Превращение (или подмена?) проходит мимо сознания. О кошке не вспоминаю, сосредоточившись на мытье (под душем) девочки. По мере мытья постепенно снимаю с нее одежду — платье, рубашонку, трусики. Мягко упрекаю малышку, что она не хочет постоять спокойно. Пару раз в просторной ванной комнате, за моей спиной, бесшумно появлялся полубесплотный, неразличимый человек в черной одежде, входивший как бы по своим делам (девочка виделась условно, а кошка — совсем вживую).

Мысленная, незавершенная фраза :«Ребенок, который появился от простого солнечного света и...».

Мысленные (мои) фразы: «Тридцать восьмой девятке. Тридцать девятой девятке». Фразы будто бы относятся к первому сну этой ночи.  [см. сны №4684-4687] 

Обрывки мысленной фразы (мужским голосом, деловито): «Это ... здесь ... рвет, рвет» (имеется в виду рвота).

Мысленный диалог. Бормотание: «Земляничная поляна. Земля-нична-япо-ляна. Это не из семьи Бергмана».  -   Возражение: «Но это его фильм!».

Несколько раз за ночь просыпаюсь от ощущения смертоносного запаха, каждый раз тут же снова засыпая.

Мысленная фраза: «Это ваша очередь».

Мысленная, незавершенная фраза: «В отличие от всех нас, протестантских, христианских, католических священников...».

От души веселюсь в незапомнившемся сне по незапомнившемуся поводу.

Мысленная, незавершенная фраза: «Ну, две недели назад Куро...» (Куро является мужским именем).

Мысленное, незавершенное двустишье: «Скорей сочтут сорокодума/ Чем...».

Мысленная фраза (моя): «Когда-то непомерно высоко забирала то себя, то его».

Женщина сняла с малыша (лет полутора) подгузник, на мою долю выпало еще раз ополоснуть ребенка. Оказываемся у ванны. Увлекшись регулировкой воды, упускаю из виду малыша. Вдруг вижу его, ловко приближающегося по закругленному бортику ванны. Он помогает себе руками, уверенно перехватываясь за свисающие ременные петли. Задним числом пугаюсь, что малыш мог упасть. Ловкость, с которой проделан трюк, намного превышает способности ребенка его возраста, и сделала бы честь любому взрослому. Ставлю малыша в ванну, поливаю из ручного душа. Вода, несмотря на тщательную регулировку, то слишком горяча, то слишком холодна, приходится снова и снова подкручивать краны (ребенок виделся условно, а лица его я не видела вообще).

Полновесный сон, в котором что-то неоднократно, терпеливо объяснялось (или советовалось).

Две жирные, обведенные кружками точки, находящиеся на одном уровне и разнесенные почти к боковым границам поля зрения. Точки привлекают мое внимание, заставляют о чем-то размышлять. Оказываются (в результате моих размышлений?) соединенными жирной прямой линией. Под ними появляются еще две, помельче.

Фрагмент мысленной фразы: «Согласна, но без нитротолуола...».

Мысленные фразы (женским голосом, безапелляционно): «Не любишь? Тоже нехорошо. Для психики».

Плотные строчки сгруппированных в блоки шифров, используемых для воздействия на людей.

Эмоционально лабильная молодая симпатичная женищина, яркая блондинка, демонстрирует, как она любит красивые, упругие попки. С восторгом похлопывает чью-то (остальные части тела не видны), склоняется над ней, безудержно целует. Это повторяется несколько раз. Я стою в стороне, справа. Сон показывает то меня, то очередную попку и молодую женщину. Это не выглядит неприличным (поскольку попки очаровательны), просто излишне экзальтированное поведение блондинки приближалось к границе нездорового.

Человек одевает пиджак. Кажется, что он делает это шиворот-навыворот, но при внимательном рассмотрении никаких нелепостей не обнаруживается. В рукава продевается левая, потом правая рука - и пиджак одет. Нелепость состоит в том, что спинка пиджака шире спины человека, поэтому пиджак сложился гармошкой.

Мысленная, незавершенная фраза: «Но он почему-то умолкал, завязузал» (последнее слово является искаженным производным от глагола «вязнуть, увязать»).

Подойдя к стойке досмотра, демонстрирую газету и тычу пальцем в одну из мужских рисованных физиономий в правом верхнем углу страницы (подразумевается, что изображение является для меня пропуском). О чем-то глубоко задумавшийся досмотрщик не реагирует. Повторяю свой жест, досмотрщик полуотключенно спохватывается и нелепо вывернув шею смотрит на указываемое мной изображение.

Нахожусь в общественном здании, иду в туалет. По дороге происходит конфуз, мои экскременты оказываются частично в детском горшке, частично в панталонах (содержимое горшка виделось условно, а про панталоны просто известно). Я поставлена перед свершившимся фактом, будто бы из-за того, что «не успела» дойти. В смятении не могу понять, как такое могло случиться со мной, взрослым человеком. После кратковременного оцепенения крадусь в туалет, привести себя в порядок. Появляются две женщины, мои знакомые. Смекнув, что происходит, решают позабавиться, почти не таясь следуют за мной (досмотреть финал). В состоянии сильнейшей вспышки гнева с силой взмахиваю в сторону одной из них горшком — раз, другой, третий, приговаривая: «Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе!» Сначала брызги не попадают в цель, но на третий раз любительница забав оказывается окропленной с головы до ног. Отчетливо вижу ее, остолбеневшую, бессмысленно шевелящую губами. Но вот она обретает дар речи, разражается серией недобрых пожеланий в мой адрес. Не обращая на нее внимания, гневно поворачиваюсь ко второй. Ситуация повторяется — от троекратного взмахивания горшком до направленных в мой адрес нерасслышанных (как и в первом случае) недобрых пожеланий.

Кому-то, кто не знает, где можно купить ванильный кофе, объясняю, что проще всего зайти для этого в супермаркет на Парижской улице, где он всегда бывает.

Мысленная, незапомнившаяся дословно фраза о том, что многие стараются побывать в Средиземном море на одном из Гавайских островов, потому что там много шпрот.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «Хотя ... это не числилось и это не числилось».

Мысленные фразы (бодрым мужским голосом): «С машины делаешь изложение — ну, если она есть — когда исключение...» (фраза обрывается).

Распутываю провода телевизора и радио.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «...с Лейкиной было двигаться?»

Обрывки мысленной фразы: «Десять ... оказались в неестественных...».

Еду со знакомой женщиной в автобусе по пустынному пространству, между редкими кварталами многоэтажных однотипных жилых домов. Оказываемся на дощатых мостках, проложенных над опасной желтоватой топью. Ими пользуется много народу (почему-то лишь в одном направлении). Обращаю внимание, как безответственно огорожены мостки - любой ребенок по неосторожности может с них свалиться. Не успеваю об этом подумать, как белоголовый мальчуган цепляется за перила, качается и срывается в топь. Проваливается по плечи, и в считанные секунды его засасывает с головой. Все происходит так быстро, что малыш не успевает испугаться, его лицо оставалось спокойным, он не делал попыток выбраться. Недоумеваю, почему родители не бросаются его спасать. Прохожие стоят в оцепенении. Часть из них, в поисках ребенка, начинает шарить руками в топи (которая им чуть выше колена). Оказываемся, среди других людей, на утрамбованной желто-коричневой грунтовой дороге, ведущей к ничуть не приблизившемуся жилому массиву.

Смутно видятся сидящие за круглым столом игроки в карты. «Вероника, у нас есть другая колода карт?» - задается мне мысленный вопрос. Не присутствуя в этом эпизоде, мысленно отвечаю, что есть, но не у этих, сидящих за столом людей, а у кого-то другого. Просыпаясь после своего ответа, преисполняюсь абсолютно РЕАЛЬНЫМ представлением, что вопрос по поводу карт задал мне не кто иной, как сам СОН. Получается, что Сон — это не только какое-либо содержание (не только объект), но это еще и какая-то Сущность (субъект), стоящая за содержанием и способная вступать в контакт со сновидцем.  [см. сон №7674]

Мысленное слово (довольным женским голосом): «Скидка».

Слышу негромкий стук (не исключено, что наяву, из верхней квартиры). Вижу несколько биллиардных шаров (слоновой кости), лежащих в углу какой-то комнаты и постукивающих об пол.

Рассматриваю детскую книгу. Верхнюю часть левой страницы занимает рисунок, ниже идет диалог, местами выделенный жирным шрифтом. Он составлен на нескольких, чередующихся языках, в том числе на английском, удается что-то прочесть.

Мысленная фраза (быстрым женским голосом, как бы дурачась): «Он spider spider spiderman».

На фоне нечеткого темноватого интерьера видны мужчина и женщина. Она стоит на ногах, а он, правее — на голове.

Мысленная, неполностью запомнившаяся, неторопливая фраза: «Без разрушения соборов и сталкивания вниз...». Смутно, в темных тонах видится верхняя часть старинного (культового?) здания. С кромки его крыши неправдоподобно медленно падает крупное архитектурное украшение (оно видится с уровня крыши).

В нашей комнате облезла стена. Ничего не предпринимаем, хотя выглядит она ужасно. Однажды в комнате появляется соседка, невысокая худенькая женщина, и молча начинает оклеивать стену темно-коричневыми обоями (несколько рулонов которых и клей принесла с собой). Спохватываюсь, вежливо говорю, что мы все сделаем сами. Женщина прекращает работу, мы с Петей идем к ней. Пришла она к нам как соседка по квартире, а теперь ведет к себе куда-то далеко. Входим в большую светлую коммуналку. Из недр доносится голос, призывающий чью-то дочь помочь отбившемуся от рук ребенку. Спрашиваю у женщины, где куплены обои и что это за сорт. Она говорит, что обои являются изображением «Старинного Замка». Шепчу Пете, что если этот вид нам приестся, мы его закрасим. Женщина объясняет, где находится нужный универмаг. Объяснение сопровождается его кратковременной визуализацией. Спрашиваю, сколько стоит рулон (чтобы докупить, а возможно, и расплатиться с женщиной). Она говорит: «Семьдесят шесть..» (денежных единиц). Это очень дорого, я ахаю: «Семьдесят шесть за кусок!»

С удивлением вижу катышки пыли на полу своей комнаты — откуда они взялись? Тщательно, не торопясь, подметаю.

Полнометражный сон, оставшийся в памяти как серо-дымчатый клубок (размером с баскетбольный мяч).

Стою в торце длинного узкого коридора, по обе стороны которого (или по крайней мере по правой стороне) множество открытых дверей в светлые комнаты. Около меня крутится черная, средней величины собака с чистой волнистой шерстью. Собака хочет играть. Швыряю вдоль коридора стеклянную банку. Неловко выскользнув, банка падает неподалеку, собака бросается к ней. Швыряю что-то другое более удачно, прямо до противоположной стены.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Нет, ... поддаешься».

В финале сна сидим за столом во дворе, окруженном аккуратно побеленными мазанками. Рассеянно смотрю перед собой, вижу на крыше соседнего домишки Фукса и Нуму, которая, судя по огромному животу, находится на последнем месяце беременности. Оба медленно подходят к краю, смотрят вниз, собираются спрыгнуть. В тревоге предполагаю, что они хотят покончить жизнь самоубийством. Думаю, что дом для этого недостаточно высок, но покалечиться можно. Они прыгают, сначала Фукс, за ним Нума. Легко приземляются, подсаживаются к нам. Не могу придти в себя, с облегчением избавляясь от ужасных предположений и не переставая удивляться, как легко и удачно они спрыгнули. Вспоминаю, что когда-то раньше то же самое, с такой же целью проделали Берберы. Эмоционально напоминаю всем тот давний эпизод.

Мысленное слово: «Полюс».

Группу молодежи в светлых одеждах везут на автобусах на экскурсию. Периодически останавливаемся в деревушках, заходим в магазины сувениров. На околице очередной деревни все спускаются на покрытую тонким слоем белейшего снега землю (но было не холодно, все одеты по-летнему). Водим хороводы (без музыкального сопровождения). Девушка из левого хоровода объясняет мне танцевальные движения, включаюсь во внешний круг танцующих (двигающихся против часовой стрелки), убеждаюсь, что у меня неплохо получается. Оказываемся в автобусах, помчавшихся на этот раз с такой скоростью, да еще без остановок, что это вызывает беспокойство. Кто-то даже (впрочем, довольно хладнокровно) говорит: «Уж не угоняют ли нас?» Оказываемся на окраине села, не можем понять, где мы находимся. Часть разбредается по магазину сувениров. Узнаю одну из стоящих в витрине вещей, говорю попутчикам, что мы уже видели ее, а значит, в этом селе побывали раньше. Это резная деревянная кружка необычной, замысловатой формы, напоминаю, что еще тогда обратила на нее внимание. Это кружки председателей колхозов, и я еще тогда в шутку спросила, хочет ли кто-нибудь быть председателем колхоза.

Мысленный диалог (женскими голосами, зрелым и молодым). Глуховато: «Я это всё выясню. И квартиру».  -  Приветливо: «Может быть, ты пойдешь к нам?»

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Тогда бы ... являлась функцией от начинающего».

Мысленная фраза (строгим женским голосом): «А вы о директоре больше ничего не говорите до конца месяца».

Бегло, бессловесно дается знать, что дни мои подходят к концу.

Мысленное, незавершенное умозаключение по поводу предыдущего сна: «Какие-то альтруистические познания о том, что...».   [см. сон №3812] 

Мысленная тирада, напичканная словом «известно» и его однокоренными сородичами. Запомнилась одна фраза (возможно, завершающая): «Известно, что он был широко известен в известных кругах Москвы» (или Санкт-Петербурга, не запомнилось точно; возможно, было сказано не «он», а «имя его»).

Сижу за круглым ресторанным столиком, покрытым белой скатертью и уставленным всевозможными яствами. По обе стороны от меня стоят два пустых красивых стула. То и дело подходящие мужчины, вежливо взявшись за спинку свободного стула, спрашивают разрешения сесть. Неизменно отвечаю: «Занято», потому что пришла с двумя, ненадолго отлучившимися спутниками (сон начался с момента, когда их уже не было рядом со мной).

Мысленные фразы (женским голосом): «Пораньше, наверно. Немножко поболтаюсь...» (фраза обрывается).

Обрывки мысленной фразы: «Этот ... зверь принадлежит ... Ина» (Ина — это женское имя).

Мысленный незавершенный рассказ про действия учителя и его учеников в не связанной с обучением ситуации. Там фигурирует также кто-то, попавший в беду (кратко изложенную). После этого следует серия фраз типа: «А учитель...», «А его ученики...». Все это смутно иллюстрируется.

Группе чем-то объединенных людей раздают одежду. Одинаковую, похожую на рабочую, новую, красивую, каждому по его размеру.

Обездвиженного кота кладут в светлую матерчатую сумку. Кот намного длиннее сумки, но мягкое тело уложилось так, как надо. Возникает мысленная фраза: «...удивилась, что кот, такой длинный, не влезает» (начало фразы не запомнилось).

Мысленная фраза: «Галя-мама».

Незавершенная фраза (как бы голос за кадром) из сна: «Но особенно страшный след здесь оставило лицемерие, которое...».

Кто-то (видны лишь руки) поправляет в изголовье кровати подушку. Подушка выглядит почти живой.

Мысленные, адресованные третьему лицу фразы (грубоватыми мужскими голосами, требовательно): «Почему не сможешь?»  -   «Завтра принесешь в двенадцать часов».

Находимся в открытом море, далеко от невидимого берега. В нашем распоряжении большие плоты, обтянутые яркой нарядной тканью. Мой находится дальше всех от берега, я распласталась, тихо блаженствуя, наслаждаясь колышущейся прекрасной живой водой, ощущая ее неизмеримую глубину. Мне нет дела ни до кого и ни до чего на свете. Слева появляется каменная гряда, у торца которой, в нескольких десятках метров от меня стоит женщина... заурядная тетенька в немыслимом бикини... вода не достает ей даже до пояса... И это в открытом море, толщу которого я так хорошо только что ощущала... Недоумение сменяется догадкой, что мелко там из-за гряды. Прикидываю, что если захочу вернуться на берег, смогу воспользоваться этой грядой. Предполагаю, что смогу доплыть до нее (хоть пловец я не ахти какой). Мне даже пришла идея попробовать проплыть, просто так, чтобы быть уверенной в случае чего (тут я впервые подумала, что на море могут подняться волны). Дальше идеи дело не пошло, оставляю эту затею, еще какое-то время бездумно блаженствую. Возвращается мысль о волнах, толща воды пару раз вздувается бугром. Нестрашным, сразу улегшимся, но показавшим, что в случае чего с морем шутки плохи. Деловито размышляю, что мы тогда будем делать. Раздается треск моторов. Со стороны берега подлетают два несуразных летательных аппарата, опускаются на крышу появившегося справа сооружения, частично торчащего над водой. Из аппаратов выскакивают похожие на десантников американцы, скрываются в подводной части строения. Наша группа тоже вроде бы там, все чем-то заняты, одна я не могу понять, в чем дело. Я уже нахожусь на крыше сооружения, вижу Лейлу, прошу объяснить, что происходит. Говорю, что сама понять не могу из-за слабого знания английского языка. Поколебавшись, Лейла соглашается объяснить, зовет меня для этого в подводную часть. Оказываемся там (не запомнилось, делали ли мы там что-нибудь, помню лишь, что в помещении больше никого не было). По инициативе Лейлы лезем опять наверх. Она впереди, с легкостью, я позади, с трудом (Лейла виделась условно, а женщина у каменной гряды — отчетливо, хоть и без лица, но со всеми своими жировыми складочками).  [см. сон №7171] 

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «И парень, кстати, тоже ... Ничего не может ответить на...» (фраза обрывается).

Небольшая коммуна (или большая семья) удалилась от цивилизации. Люди поселились в склоченном собственными руками щелястом доме. Он укрыт в глубине участка глухого леса, находящегося невдалеке от морского, усеянного пляжами побережья. До поры до времени все спокойно. Но вот поломойки (приходящие из покинутого людьми мира) сообщают, что дом выслежен. В дом прокрадывается представитель цивилизованного мира, представитель преследователей. Осторожно поднимается по внутренней лестнице, приостанавливается на площадке второго этажа. Из одной из дверей слева бесшумно выходит высокий сухопарый старик (глава дома?) и первым попавшимся под руку предметом бьет по голове незванного пришельца. Тот падает. Обитатели дома (находящиеся за пределами поля зрения) тихо, осторожно готовятся к обороне. Это миролюбивые люди, в них не чувствовалось никакой агрессии — как, впрочем, и в преследователе. Старик нанес удар спокойно, неагрессивно, с целью нейтрализации нежелательного источника информации.