Пересчитываю листы с печатным текстом (собираясь их  копировать), прикидываю, сколько это будет стоить.

Снимаю случайно замеченную крупинку отварного риса с одежды мужчины. Присматриваюсь, вижу и снимаю еще несколько, добродушно приговаривая что-то типа того, что «А вы, оказывается, рис ели» или «Так-то вы рис едите».

Спускаемся по широкой светлой мраморной лестнице, находящейся под открытым небом и замусоренной. Мусор выглядит странно. Вижу две-три, в рост человека, банки из-под майонеза и такую же огромную пластиковую коробку из-под маргарина, в которой, подогнув ноги, лежит человек.

Мысленно возвращаюсь к предыдущему сну, пытаюсь восстановить в памяти фразы. Фразы (не могу сказать, те же ли самые) мысленно произносятся кем-то невидимым. Полупроснувшись, повторяю их, засыпаю. К утру остаются в памяти хвостики двух: «...она моя мать» и «...я должен всё знать». Делаю вывод, это они не могут быть фразами предыдущего сна, - те велись не от первого лица. [см. сон №3479]

Мне снится, что я СПЛЮ. Из прихожей доносится слабый шум. Просыпаюсь, в почти кромешной тьме определяю, что бродит будто бы гостящий у меня Петя. Выхожу к нему. Он непринужденно растянулся на полу, у входа в кухню, опершись спиной на дверной косяк - просто так, для удовольствия. Отчетливо вижу его лицо, светлое, безмятежное (тьма сменилась дневным светом, но внимание этого не фиксирует). Входим на кухню, садимся за стол. Говорю: «Вот ты все знаешь. В чем смысл жизни, конкретной, например, моей?» Петя молчит, потом задумчиво отвечает: «Может быть, именно в пятнадцатом». Он имеет в виду дату моего рождения (безотносительно к месяцу). Рассказываю про вычитанное где-то описание дискуссии о смысле жизни, которую вели несколько друзей (молодежь). Лишь один помалкивал, а когда спорщики иссякли, сказал, что вся штука в том, что никакого смысла в жизни нет. Что понятие «смысл жизни» выдумано для отвлечения людей от каких-то иных аспектов бытия. Мой рассказ бегло, условно визуализируется.

Мысленные фразы (отчеканенные женским голосом): «Нет, нет, нет! Ни в к(оем случае)» (заключенное в скобки не произнесено, но уже заготовлено).

Мысленная фраза (деловитым женским голосом): «Их мОдины — Родины или Полярные Звезды?»

Пышное празднество в большом нарядном зале. Множество гостей в богатых, не нашего века, нарядах, танцуют что-то старинное. Сон начался как черно-белый, и плавно перешел в цветной, окрасив одежды танцующих в благородные светлые тона.

Темная массивная раскрытая книга (типа толкового словаря). Объектами толкования являются числа. В правой колонке левой страницы опознаю число «346», после которого следует несколько пояснительных слов. Ни прочесть их, ни выяснить язык не удается. Под ним стоит число «347», пояснительный текст к нему занимает целый абзац.

Соседи по двору периодически сотворяют мелкие пакости, безобидные, но действующие на нервы. Подходим с Петей к сараю, повесить на просушку махровое полотенце. Крыша сарая обтянута новым черным тентом (вместо блеклого пестроватого старого). Думаю, кто бы мог это сделать. Петя сдвигает на глаза капюшон футболки. Говорю: «И вы думаете, что хоть кто-нибудь подумает, что это не вы? Вы глубоко ошибаетесь».

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Я ей подсказала, а потом пришла к выводу...».

Мысленная фраза (женским голосом): «Уве.яю, где области искать» (одна буква первого слова не уловилась).

На моем попечении четверо малышей. Кручусь с ними, попутно занимаясь чем-то еще. Кто-то сочувственно спрашивает, что, наверно, тяжело справляться. Искренне фыркаю, давая понять, что для меня это не предел.

Мысленная фраза (молодым энергичным женским голосом): «Понимаете что, что вот самое главное?»

Мысленное слово «Ивана» (женское имя).

Пара расположенных друг под другом строк. Удается прочитать верхнюю, содержащую имена «Гиль Таги».

Мысленная фраза: «Здесь маленькое сообщение о том, как олениха умерла при родах маленького живого олененка».

Отец малыша дурным обращением причиняет ребенку боль. Это происходит в большой комнате, где за служебными столами сидит десятка полтора темных фигур. Все в едином порыве бесшумно вскакивают со своих мест и молча застывают. Точнее не вскакивают, а как бы мягким рывком приводятся в вертикальное положение (как, например, иголки под действием магнита). Но силой этой все же была реакция на действия мужчины. Беру острый камень, несколько раз ударяю им по старой вылинявшей ленте горизонтального транспортера — чтобы жестокий отец почувствовал, что такое боль, почувствовал бы на себе самом. Окружающие, вернувшиеся в сидячее положение, единодушно дают мне понять, что так поступать нельзя.

Мысленное четверостишье (кажется, завершившее сон). Первая строчка запомнилась неполностью, в ней говорится про Солнце, которое «...кому-то в руки село/ Но кому какое в этом дело/ Лично вам, в доверчивые руки/ Но возможно, это было все от скуки».

Незавершенная мысленная фраза (женским голосом): «У меня еще скорее, потому что, потому что самый нужный...».

Приехавший в гости Петя собирается прокатиться на велосипеде к морю (находящемуся неподалеку). Спрашиваю, что приготовить на завтрак. Не получив внятного ответа, выхожу на улицу. Петя уже садится на велосипед, на спине у него висит на ремешках сотовый телефон. Повторяю вопрос по поводу завтрака, слышу отчужденный ответ, что можно приготовить картошку и яичницу. Звонит оказавшийся у Пети в руках мой телефон (ни к чему не подсоединенный шнур волочится по земле). Петя отвечает на звонок, передает трубку мне. Слышу Грему, мрачным тоном предсказывающую мне что-то неприятное. Не дослушав, вешаю трубку. На петин вопрос говорю, что звонила Грема, пренебрежительно добавляю, что она второй раз докучает мне. Возобновляю разговор о завтраке, решаем, что приготовлю его, а когда Петя вернется с моря, разогрею. По типу, как я выразилась, «самообслуживания» (как, очевидно, привыкла готовить для себя). Петя предупреждает, что такое «самообслуживание» приводит (или уже привело) к нарушению энергии в моем организме. Что из-за неправильного отношения к питанию накапливающейся в организме энергии нет выхода, и что это приведет к плохим последствиям (он назвал их конкретно). Говорит уверенно, с естественным отчуждением человека, поднявшегося на более высокую ступень развития. Вижу, что он порядке, в полном порядке, и это единственное, что для меня важно. Что же касается меня самой, так что ж, со мной будет то, что будет.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Тяжелее, ...  да, но не нулю...».

Мысленная, незавершенная фраза (убежденно): «Вы, конечно вы, с вашей стороны...».

По дороге в баню обращаю внимание на молоденькую женщину с ребенком. В холле бани вижу этого малыша, с соской во рту, на руках высокого худощавого мужчины (отца). Среди условных темноватых посетителей бани появляется продавщица с ручным лотком соблазнительных сладостей. Мать малыша, заглядевшись на лоток, говорит мне, что они купят этих сладостей в моечном зале. Поясняет, что это «национальное...» (второе слово не запомнилось). Имеется в виду, что это национальная традиция - лакомиться сладостями в моечном зале общественных бань (судя по реплике, семейство, как и я, было не местным). Сон бегло показывает белую бумажную тарелку (с порцией сладостей) на углу скамьи большого мрачного помывочного зала. Зал был пуст, но ведь на эти каменные пористые темно-серые скамьи люди садятся голышом и ставят шайки с водой, которую плещут во все стороны. Спрашиваю (по поводу сладостей): «А как это, гигиенично?» Женщина с восхитительной беззаботностью молодости что-то отвечает и говорит: «Ничего, у нас еще другое печенье дома есть».

Обрывок мысленной фразы: «...в направлении, перпендикулярном...».

Мысленная фраза: «Как, например, Ивонка» (имя произносится не без злорадства).

На безлюдном заснеженном школьном дворе женщина наклоняется к мальчику, и поправляя кушак его шубки, что-то с укором выговаривает ребенку.

Молодая женщина, моя сновидческая дочь, живущая в общине, в красивом сосновом лесу, признается, что принимает наркотики (и уже давно). Мы впервые смогли (и сумели) поговорить откровенно. Когда я услышала то, что услышала, боль и любовь затопили меня. Я поняла, как ей трудно, я поняла, что у каждого человека свой путь, я поняла, что ее путь очень трудный, но не ведет в тупик, я поняла, что приобрела сейчас неоценимое сокровище — доверие дочери. Наркотики, которыми пользовалась она и ее товарищи, были двух видов, один курили, другой жевали (тот, который жевали, был похож на массу листьев алоэ). Когда я спросила, часто ли она их принимает, она солгала мне, просто из жалости. Но мы обе понимали, что главное преодолено, у нее есть силы рассказать, у меня - услышать, понять, принять. Кроме того, мне стало ясно, что она справится со всеми своими проблемами. Когда я спросила, часто ли она принимает наркотики, она несуразно ответила, что это происходит только в последний день месяца, и в то же время только по пятницам, и в то же время, кажется, лишь по вечерам. Пока мы разговаривали (в сумерках, у стола, под соснами) подошел парень и умыкнул дочкин наркотик, слабо тлеющую в пепельнице крупицу. Прижал крупицу кончиком своей сигареты и поднес сигарету с прилипшим наркотиком ко рту. P.S. Сон был очень эмоциональным.

Мысленная фраза (мужским голосом, обеспокоенно): «Подождите, у меня же точно не получается» (на самом деле).

Ближе к концу сна в жилой комнате появляется ворона, которая четко произносит три короткие фразы. Они не имеют отношения к происходящему, ворона  воспроизвела их бездумно (как когда-то слышанные?)

Будто бы припоминаю, что первый сон этой ночи начался по-иному. Оказываюсь в душевой кабинке. Бойлер вдруг покачнулся на своем креплении, задев кисть моей руки, которой я оперлась о стену (вода не была включена). [см. сны №4684, 4685, 4687, 4688]

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (женским голосом): «...лаем. Подержите немножко мышцы, хоть чуть-чуть».

Мысленная фраза: «Но едва он дотронулся до нетронутого танка, — из его недр (вырвались черные клубы дыма)» (слова в скобках, возможно, не были произнесены). На пустом взрыхленном пространстве смутно видится танк, из которого вдруг бесшумно вырываются густые черные клубы дыма.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (оживленным женским голосом): «Давайте-ка ... Я научусь тоже писать термины».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, категорично): «Всё! Я ... не переношу» (имеется в виду чувство неприязни).

Держу печать с круглой прозрачной стеклянной ручкой и цилиндрической золотой рабочей поверхностью.

Мысленный диалог, в котором кто-то подвергает сомнению правдивость только что услышанного. Оппонент в качестве неопровержимого (на его взгляд) довода говорит, что это же самое ему «снилось». Первый скептически замечает: «Но ведь это можно и придумать». Он имеет в виду, что поскольку сны неподвластны проверке, нет ничего проще как апеллировать к ним, проверить все равно не удастся.

Мысленная незавершенная фраза (женским голосом, возвышенно): «И это — память всех дальнейших Властительниц...» (неясно, имеются ли в виду Властительницы Прошлого или Будущего).

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (мужским голосом, просительно): «...билеты. Достаньте мне ... солдатиков» (речь идет об игрушечных солдатиках, о билетах на кинофильм о них).

Три мысленных утверждения. Первое - что я много «ЗНАЮ». Второе - какая это тяжелая, невыносимая участь - «ЗНАТЬ». Третьим отрицается (без аргументации) первое.

Мысленная фраза (мужским голосом): «В конце концов я скажу, что у меня нет маленьких людей».

Кто-то (возможно, я) мысленно приговаривает: «Спасибочки, спасибочки, спасибо-сибо-сибочки».

Мысленная фраза: «А ты, пока не сделал уроков, не кричи на дядю».

Мысленная фраза: «Дома там они разговаривают, разговаривают беспрерывно».

Мысленная фраза: «Только ...ной порошок оставить на местах» (прилагательное запомнилось неполностью).

Прошу хозяина домика, в котором временно проживаю, доставить немного снега и облепить им торчащий в палисаднике земляной бугорок. Это будет для меня горка, я буду с нее кататься.

Мысленный диалог (женскими голосами). «Ну понимаете, я же на счету!!» - Спокойно : «Пятнадцать разделить на сорок — ты видела?».

Незапомнившийся необычный сон в восточном стиле.

Мысленное рассуждение о водоплавающих животных. Смутно видятся (со спины) выходящие на берег животные, напоминающие пингвинов.

Мысленная фраза (женским голосом): «Он оттаял совсем пред своими, весьма своеобразными восьмью женами».

Окончание мысленной фразы: «...а иначе почему ты не начинаешь с уроков этики?»

Мысленная фраза (мужским голосом, спокойно, с расстановкой): «Я не говорю про СНЫ, которые лежат, вот они, все здесь, без остатка» (сны подразумеваются мои, но имеется в виду, что дело совсем не в них).

Мысленная фраза: «Члены семьи Скорпионов».

Нахожусь в гостях. По обе стороны от меня (на значительном расстоянии) сидят хозяйки дома — молодая женщина и ее старушка-мать. Входит подросток, кроткий ребенок, сын молодой женщины. Молча протягивает мне тарелку с омлетом, со смущенной улыбкой отходит в сторону. Тронутая неожиданным вниманием, сердечно благодарю: «Very, very much» (не произнося подразумеваемое «Thank you» и этим усиливая выражение чувств).

Подкрепленная изображениями информация о двух, якобы разных вещах. Думаю по их поводу: «Так это же одно и то же».

Большеформатная книга с картонными глянцевыми листами нежного бирюзово-зеленого с переливами цвета. Внизу одной из страниц - столбец пронумерованных строк (что делало их похожими на оглавление или перечень). Удалось прочесть несколько, они были осмысленными, но запомнилась лишь одна: «Вечный путь».

В начале сна мы праздновали День рождения, а теперь стоим, все такой же темной, неразличимой массой, у выхода из этого дома. Яся с улыбкой интересуется, будем ли мы отмечать в следующем месяце мой День рождения. Так же, как в прошлый раз? Коллективно? (перечисляется еще ряд подробностей). Вижу, совсем как наяву, ее улыбающуюся жизнерадостную рожицу, синющие глаза, чуть растрепанные волосы, всю ее, как всегда распираемую неуемной энергией.

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Но ... является ... направлением, вводящим свой вкус в движение».

Заехали с Петей на автобусе далеко за нашу Рябинную улицу, теперь пешком возвращаемся домой. Пересекаем широкое пространство голой земли. На границе микрорайона ведутся энергичные работы, все перерыто, обновляют дорожное покрытие, тротуары мостят кубиками темноватых камней. Один из дорожников говорит сосредоточенно работающим товарищам, что поребрики будут желтыми. На миг видится несколько довольно высоких, довольно грубых элементов поребрика аляповато-желтого цвета. Здесь так все изменилось, смотрю с жадным любопытством, пытаясь узнать и не узнавая. Говорю Пете: «Я не была здесь со времени нашего отъезда, а ты?» Он говорит, что тоже не был здесь с тех пор.

Мысленная фраза: «Самое трудное было объяснить, что я в этом убеждена, а не поймана этим».

В конце сна формируем (с напарником) котлеты и укладываем их по ободу деревянного вращающегося подноса. Котлеты оказываются снаружи бурыми, а внутри темно-красными (хотя в миске масса одноцветна). Напарник мой не видит и не говорит (что-то не может, а что-то не хочет). Приходится тратить массу выдумки, чтобы обмениваться с ним информацией.

Пара фраз из длинной мысленной тирады: «...пусть все вернется. Мне даже хочется, чтобы он снова разбил ту чашку».

Обрывок мысленной фразы: «...здания, где по утрам...».

Находимся с Петей в просторном, необычном помещении. Хозяин кабинета разговаривает с нами и, кажется, просматривает папки с нашими записями. Говорит, что у Пети существуют определенные проблемы (а у кого из нас их нет?), но его доброта будет тем фактором, который обеспечит ему благополучное существование. В этом же сне фигурировала крупная добродушная светлая собака.

Мысленный оклик: "Вероника!", на который я, тоже мысленно, откликаюсь: «А?»

«А, не знаю, ... племя ... познакомиться. Там вообще-то по списку», - говорит молодой мужчина (посетитель?), наклонившись над столом (за которым сидит молодая служащая) и приготовив ручку, чтобы что-то записать (часть слов не запомнилась).

Смотрю на отпечатанный жирным шрифтом абзац, читаю крайнее правое слово одной из строчек: «Элем».

Опять самочинно прихожу на заседание технического совета. Являюсь незваной, не имея отношения к происходящему. Привычно сажусь на свободное место за длинным столом, где разместился десяток представительных мужчин, плотных, холеных, в белых брюках и рубашках (что создавало особую атмосферу). На меня тут, как всегда, не обращают внимания. Это позволяет беспрепятственно погружаться (для собственного удовольствия) в атмосферу (а возможно, и в суть) происходящего. Как всегда рассеянно поглядывая на сидящих по другую сторону стола, вдруг вижу нечто необычное, nonsense. Вдоль рукава одного из мужчин небрежно свисает белый изящный женский бюстгальтер. Не могу поверить, присматриваюсь — бюстгальтер действительно болтается на плече, на манер сумки. Я даже вижу, что в одной из его чашечек что-то лежит. И никто не обращает внимания. Или не замечает? Впадаю в замешательство, главным образом потому, что это имеет место в таком репрезентативном собрании. P.S. Юнг сказал бы, что это типичные проделки Бессознательного, нивелирующего завышенную (сознательную) ценность объектов.

Демонстрация человека, внезапно резко, сильно (но не необратимо) потерявшего силы. Неясная фигура видится на фоне фрагмента невысокой стены. Стена состоит из крупных темных саманных кирпичей и еще каких-то, алых. Все они что-то символизируют.

Мысленные фразы (женским голосом, неторопливо): «Смотря в какую сторону. Пожалуйста, для...» (фраза обрывается).

Мысленная фраза: «И что-то кричит: не трогай меня, от тебя мне больно!» (почему-то кричит).

Мысленная фраза (ритмично, полушутливым тоном): «Любительница крупных и теплых помидор».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (оживленно): «Расскажите-ка мне, как вы ... как вы собираетесь кушать».

Мысленная фраза: «Их учили представлять несуществующее».

Мысленная фраза (женским голосом): «А ты спать не собираешься?»

Несколько снов этой ночи не запомнилось, но зато я видела (и запомнила), как они удалялись — плоские изображения ускользали в нижний левый угол поля зрения и скрывались за ним.

Фраза из сна: «Вас вызывают военные».

Обсуждаются поступки, описание которых представлено на листе бумаги двумя отдельными, четко разнесенными абзацами (подернутыми серой дымкой). Все полагают, что поступки каждого из абзацев совершены разными людьми, между собой не связанными и друг с другом не знакомыми. Мне же известно (интуитивно, неопровержимо), что эти, якобы разные, действующие под разными именами персоны («Альберт» и «Отто») в действительности являются одним, повинным во всех поступках человеком (использую неоднозначное слово «повинен», так как именно такое, непроясненное отношение к поступкам воспринялось во сне).

Сон, в котором я что-то делала (действовала).

Бульдозер засыпает грудой сухого светлого песка узкую глубокую изогнутую траншею, вырытую в черной земле.