В квартире находимся я, моя сестра, Петя и парень, его ровесник. По какой-то причине (возможно, обозначенной в незапомнившемся начале сна) между Петей и парнем возникает сильное враждебное напряжение, готовое (и стремящееся) перерасти в жестокую драку. Делаем с сестрой все, что в наших силах, чтобы не дать им схватиться. Инициатива затеять драку принадлежит парню, потенциально неистовому. Отчетливо ощущаю излучаемую им агрессию, переполняющую его и ищущую возможности вырваться наружу. Петя тоже способен и готов драться, но у него эта готовность не агрессивная — это готовность и умение постоять за себя, отразить нападение, а не напасть самому. Что же касается соотношения сил, то у обоих  фигуры, комплекция, рост и физическая сила одинаковы, разница лишь в степени агрессивности. Заведомо ясно, что драка закончится вничью — парень разрядит накопившуюся агрессию, а Петя с успехом отобьется. Но мы с сестрой начеку, не даем проскочить искре, хотя напряжение не спадает, а возможно, даже потихоньку нарастает. Эти двое ходят из комнаты в комнату, второй преследует Петю, как тень. Вот они заходят в одну из комнат и прикрывают за собой дверь. Мы настораживаемся, но пока все тихо. Понимаем (и говорим друг другу), что даже если нам удастся предотвратить драку сейчас, они (теоретически) могут схватиться, где угодно в другом месте. У мужских персонажей я не видела лиц, а их фигуры (с обнаженным торсом) и повадки были настолько одинаковы, что их можно было без натяжки принять за двойников. Идем с сестрой на кухню, предлагаю гречневую кашу, сестра говорит, что недавно ее ела. Тут в квартире гаснет свет. Громко спрашиваю: «Эй, кто там со светом балуется?» - и просыпаюсь.
Хронология
Окончание мысленной фразы: «...не имеет обыкновения» (речь идет о любительнице строить козни).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (основанная на игре слов и интонационно подчеркивающая это): «У вас химическая лаборатория, а у нас химическая оратория, которая...».

В незапомнившемся сне фигурировали члены жюри, которые любили вставать на голову, и по очереди предавались этому занятию.

Мысленный диалог (женским и мужским голосами). Решительно: «Заткнуть Шарен Саевен».  -  Выжидательно: «Ну, заткнуть».

Мысленная фраза: «Будто бы и расстегнуть можно было только Иоанном, но это неправда».

Мысленная фраза: «Чтобы не нарушить индивидуальность».

Мысленная фраза: «И тогда вы станете ... и надежнее, и тогда вы сами узнАете, что написано на ваших знаменах» ( пропущенными словами были, возможно, слова «добрее» и «сильнее»).

Мысленные фразы (неторопливым женским голосом): «Обезьянка. Обезьянка. Обезьянка везет рубашку».

Мысленная фраза: «Да, когда поднят ... на завершение спектакля, так он должен петь» (выпало, кажется, слово «голос»).

Мысленно, бессловесно сообщается, что я несколько раз оказываюсь в одной и той же ситуации. Демонстрируется небольшое (с баскетбольный мяч) шаровидное тело, по поверхности которого разбросано штук пять жирных точек.

Фраза из сна: «Первый раз после шести лет».

Мысленные фразы (спокойным женским голосом): «Не шевелись. Не шевелись, не шевелись. Сейчас я его открою».

Находимся на плоской крыше относительно невысокой цилиндрической башни, окруженной водяным рвом. Обороняемся от стремящихся на нее вскарабкаться. Один из нападающих ухватывается зубами за свисающую с башни штуку, и помогая себе руками, карабкается вверх. Смотрю в его широко разинутый рот, вижу даже горло (несмотря на то, что в зубах что-то зажато). Смотрю в это горло и изо всех сил, метко плюю туда. Тип сваливается вниз, я рассказываю, как ловко отбила нападающего.

Выйдя из автобуса попадаю в плотную толпу людей с детьми, сумками, баулами. Остановка обнесена временным ограждением. Вспоминаю, что сегодня на зеленом поле за железной дорогой организуется пикник. Бегло думаю, что такого рода мероприятия не для меня. Пробираясь к выходу, окидываю рассеянным взглядом толпу, в глаза бросается стоящий у ограды высокий несуразный тип с недочеловеческим лицом. Добираюсь до своего участка. Двухэтажный деревянный дом состоит из двух квартир, нижнюю занимает семейство Ланы, верхнюю я. Во дворе Политен и пара их кошек. Кошки ластятся ко мне, глажу одну, она цапает меня, играючи, за рукав свитера, вытянув из него нитку. Политен укоризненно выговаривает кошке. Открываю старый массивный навесной замок, вхожу в сени, поднимаюсь к себе. Кошки крутятся у ног. Открываю теперь свой замок, такой же старый и массивный. Дом чуть дрогнул, как бы освободившись от вызванного замком перекоса. Это служит мне знаком, что в мое отсутствие сюда никто не входил. Очутившись у себя, в просторной мансарде, с привычным удовольствием окидываю ее взглядом. Приходит мысль, что именно так и нужно жить в наше время - чтобы снаружи ничто не привлекало внимания, а внутри, где никто не видит, все было бы по вкусу и со вкусом.

Мысленная фраза: «Многие вскрикивали от этого, смеялись».

Обрывки мысленной, незавершенной фразы: «Он сто раз ... а ... как раз не для того, чтобы...».

Мысленная, издалека донесшаяся, незавершенная фраза (решительным тоном): «А когда там в тюрьме будешь сидеть, чем плохо...».

Мысленная, обращенная к ребенку фраза: «Димочка, не на этом кустике!»

Наблюдаем необычную ситуацию. Она символизируется толстостенной квадратной деревянной коробкой (без крышки), заполненной мелкими предметами. Окружающие находят ситуацию странной, и в этом есть резон. Мне видится простое, логичное доказательство заурядности наблюдаемого. Излагаю свою версию столпившимся вокруг коробки людям, как бы смещая их точку зрения (мне казалось, что их восприятие — это коллективная иллюзия).

Смутно, в блекло-серых тонах видится унылая казенная комната с несколькими темными столами в центре. Здесь находится посетительница, простая женщина с двумя маленькими детьми. Младший сует нос во все углы, старший тихо сидит, положив локти на стол. Мать внезапно подходит к нему и с угрюмым «У-у-у!» толкает его (не сильно) в лоб. Ребенок реагирует молча, набычившись (видно, что подобное отношение ему не в новинку). В этот момент комнату пересекает сотрудник учреждения, проходит позади матери с сыном и ничего не замечает, полностью сосредоточенный на чем-то своем.

«А сейчас я тебя введу к нему», - говорит мне некто невидимый. Тот, кто до этого делал так, что я как бы была и совсем не была в контакте с каким-то лицом (смутно различимой мужской фигурой). То есть находясь (в физическом смысле) почти вплотную к этому лицу, была (в каком-то другом смысле) совершенно от него отстранена. Все время (с этой целью?) перемещалась то вправо, то влево от него, избегая любого взаимодействия. Все это виделось смутно, условно, и закончилось вышеприведенной фразой.

Мысленная, незавершенная фраза, имеющая стихотворный ритм: «Мой допотопный белизной/ Нестарющий объект...».

Открываю маленькую железную дверь из помещения, в котором нахожусь (это что-то типа пустого склада с толстыми каменными стенами). Нерешительно смотрю на валяющийся снаружи мусор. Чуть поколебавшись, кидаю туда скомканную бумагу (кажется, рекламный проспект), от этого резкого движения дергаюсь наяву.

Довожу до кондиции платье для верховой езды. Примеряю, взгромоздившись на лошадь. Платье получилось очень красивое.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «... которые описал в своей книге «Конченый я человек»».

Мысленные фразы (деловитым женским голосом): «Пусть мне это и рассказывают. Я сейчас не могу психологически».

Бегло, намеками излагается история человека, посетившего Светлую страну, не давшего там подаяния нищему и поплатившегося за это.

Подравниваю ножницами края бумажных округлых листов. Складываю пополам, подрезаю, прикладываю к чему-то, светящемуся несильным багровым светом. Обнаруживается, что подрезаю небезупречно.

В просторную комнату селения Адамс вносят тарелку с зелеными яблоками, покрытыми тонкой коркой серой засохшей грязи. Сельчане, как ни в чем не бывало, едят их немытыми. Из-за этого мне неудобно мыть яблоки себе и Пете (предпочитаю в таких случаях быть как все и надеяться, что авось обойдется). Режу яблоки пополам, невольно отмечая, как чисты, свежи, сочны они на срезе по сравнению с загрязненными боками. Возникают сынишки Камилы. Протягиваю им яблоки, Додо деловито осведомляется, мытые ли они.

Мысленные фразы: «На сенсации вычислительных техник. Вот так: выставлялись...» (фраза обрывается).

Предохранительный клапан настенного электробойлера выпускает слабую струйку воды. Специалист говорит: «А это — уровень перенесли» (имеется в виду изменение уровня максимальной температуры воды).

Мысленная фраза: «То, что в иудо-христианской традиции появился третий Пророк...». Дальше в этой фразе дается определение пророческого направления, к которому относится третий Пророк, а конец фразы не запомнился.

Нахожусь в Москве, в командировке, привычно хожу по министерским инстанциям. Одна из сотрудниц (по завершении наших с ней переговоров) говорит, что мне нужно зайти в такой-то кабинет, на предмет разговора о возможном переходе в Министерство. Для меня это более чем неожиданно, я сбита с толку. Иду в указанный кабинет, лишь повинуясь. Восседающая там дама полунамеками сообщает, что Министерство заинтересовано в свежем пополнении, я являюсь одной из претенденток. В моей ошарашенной голове вяло всплывает беспорядочный сонм эмоций — удивление, растерянность, сомнение и т.п. Придя в себя, неуверенно говорю, что вообще-то удовлетворена своей нынешней работой и положением (это была святая истинная правда). Дама многозначительным кивком дает понять, что это известно, и что это ничего не меняет. Оказываюсь (по командировочным делам) в кабинете высокого начальства. По завершении разговора оно собственноручно названивает по своим каналам, чтобы раздобыть мне обратный билет (с этим всегда была проблема). Я опять ошарашена (происходящее неслыханно!) Начальство объясняет, что следует сделать, куда поехать, кому звонить и что сказать, чтобы получить билет. Добавляет, что ехать нужно прямо сейчас. Оказываюсь в коридоре. «Прямо сейчас» меня совсем не восторгает, лишает традиционного предотъездного вечера (проводимого всегда в свое удовольствие). Тут я с прискорбием убеждаюсь, что не запомнила инструктаж. Наверно, у меня был такой вид, что два проходящих мимо молодых энергичных мужчины (здешние сотрудники) по собственному почину берутся мне помочь. Один делает несколько телефонных звонков и доводит дело почти до конца, оставив на мою долю самую малость. Уходя, спрашивает (почти случайно), по какому из номеров мне велел звонить начальник. Не могу вспомнить, мямлю что-то невразумительное. Собеседник отстраненно смотрит на меня, и оба они исчезают (персонажи виделись неотчетливо; первые трое держались степенно, а два последних, худощавые, более темные, двигались резкими рывками).

Брожу по многолюдному рынку, мне нужно купить два гроба. Разыскивая их, безостановочно машинально повторяю двух- или четырехстишье. В людской тесноте вижу, кажется, то, что ищу. Правда, гробы (их было именно два) выглядят залежалыми, их блеклые шершавые доски рассохлись, посерели. При ближайшем рассмотрении оказывается, что это похожие на них размером ящики. Но потом нахожу и гробы.

Мысленная фраза: «Иногда бывают сложные трассы — заплатили и забыли».

Иду по узкой бетонной балке, широкой горизонтальной дугой перекинутой над полосой одностороннего шоссе (на высоте примерно человеческого роста). Над балкой идет мощный виадук. Справа стоит ожидающий зеленого светофора самосвал. Решаю спрыгнуть на шоссе до того, как самосвал тронется. Прыгать страшновато, но все же прыгаю, благополучно приземляюсь и иду куда-то по покрытой редкой растительностью обочине.

Смутно видится что-то промывающий насос. На его фоне происходит мысленный диалог (мужскими голосами): «Твоя застоявшаяся шерсть», - говорит один. Второй растерянно переспрашивает: «Застоявшаяся?»

Смотрю на лист с рукописным текстом. В одной из нижних строк бросается в глаза слово «самолет».

Мысленный, с одним незапомнившимся словом диалог (деловитыми женскими голосами). «Это не...».  -  «Вот сейчас, одну минутку».

Мысленная фраза (женским голосом): «Получите уж чего-нибудь эдакое-эдакое» (необыкновенное).

Мысленные фразы: «Вот. И кому это надо?» (вопрос риторический).

Стою в ванне, после только что принятого душа. Случайно, непонятным образом попадаю кончиками пальцев в стоящий на полке стакан с непонятным содержимым. Присматриваюсь — он заполнен сбившимися в кучу черными мягкими комочками (величиной со спичечную головку), покрытыми слоем воды. Один прилип к пальцу, стряхиваю его, не глядя, на дно ванны. Обнаруживаю, что этот, как я полагала, чуть ли не комочек грязи является живым Существом. Извивается похожим на пиявку тельцем в остатках воды у сливного отверстия, то и дело по-детски разевая крошечный ротик. Думаю, что ему дискомфортно в горячеватой мыльной воде, говорю: «Ой, малютка, давай я тебя вытащу» и водворяю его в стакан. Стакан превратился в микроаквариум, где свободно извиваются пиявочными телами черные Существа (длиной с мизинец и мельче). Решаю взять одного, показать диковинку Пете. Присматриваю самого маленького, высмотрела — и проснулась.

Мысленные фразы (женским голосом): «Немножко мягче. Попробовать».

В компании с двумя женщинами (одной из которых была Грема) прихожу на выборы. Обширная территория заполнена толпами избирателей в светлой одежде. И сама атмосфера здесь светлая, не казенная, спокойно-праздничная. Решаю проголосовать против чего-то. Отмечаю (вспоминаю?), что еще до выборов (и не в связи с ними) отвергла для себя это нечто как неприемлемое. Внимание заострилось на принимаемых мерах безопасности. Они основываются не на традиционном повальном досмотре, а на создании обезоруживающе открытой, праздничной атмосферы. Такой жизнелюбивой, посягать на которую ни у кого не поднимется рука.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Не знаю ... надо быть камнем, вместе со своими темпами».

Петя, я и идущий между нами крепкий рослый, наголо обритый мужчина куда-то направляемся. Петя (являющийся в этом сне фотографом) снимает мужчину, я на ходу восхищаюсь формой черепа этого человека. Помню свои слова: "Экая лысая мозжища".

Где-то плутаю. Оказываюсь у билетной кассы, покупаю билет, интересуюсь названием кинофильма. Кассирша, довольная, что продала билет, отвечать отказывается. Спорю, решаю обратиться к ее руководству. Мне называют невообразимую фамилию (что-то вроде Дромызгайло), повторяю ее про себя, и от этого просыпаюсь .

Кому-то, кто не знает, где можно купить ванильный кофе, объясняю, что проще всего зайти для этого в супермаркет на Парижской улице, где он всегда бывает.

Мысленная фраза (молодым мужским голосом): «Папа вышел замуж».

Неторопливый, подробный мысленный рассказ о двух подходах к явлениям окружающего мира - эмоциональном и интеллектуальном. В канву сообщения вплеталось упоминание о событиях прошлогоднего Мегатеракта в США  (дух сообщения был доброжелательным).

Несу домой где-то раздобытую, приглянувшуюся половинку чайной чашки. Она выглядит декоративным изделием. Но потом вспоминаю, что держать дома разбитые предметы нежелательно, это плохая примета, так что находку лучше выбросить.

Старая кровать. На ней смутно демонстрируется череда полупризрачных фигур (экскурс в прошлое?), а потом, более отчетливо — еще что-то, связанное с ней и вызвавшее укоризненную реплику (укор направлен на неуважительное отношение к ложу, послужившему такому большому числу поколений).

Мысленная фраза (неспешным женским голосом): «Не знаю, почему это вдруг наступает так внезапно».

Мысленная фраза (бодрым женским голосом): «Нет, больше нет ничего по-пу-ля-ри-зующего».

Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы (мужским голосом): «А ты думаешь легко ...? ... возвращается и говорит, что так и надо?»

Убираю комки бумаги со светлого, уставленного книгами и безделушками стеллажа.

Мысленные фразы: «В свете отчаянья ... открывать. При свете отчаянья ... открывать» (пропущенное, дважды повторившееся слово было записано ночью в блокнот неразборчиво).

Мысленная, незавершенная фраза (напористым женским голосом): «Газу вы можете извлекать, (и) потом...».

Незавершенная мысленная фраза (с вопросительной интонацией): «А что ты знаешь, если ты хочешь..».

Мысленная, неполностью запомнившаяся тирада (рассудительно): «И ... и он должен. А он должен тебя благодарить?» (последнее слово оттененно мягким сарказмом).

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «А это значит, что всего лишь подражаем...» (последнее слово является причастием).

Начало сна не запомнилось, а сейчас мне нужно вернуться домой из незнакомой части города. Вижу рельсы внутригородской электрички, не имею представления, моя ли это ветка, и если моя, в какую сторону ехать. Появляется электричка (новая, красивая). По каким-то соображениям решаю, что она мне годится, но билет не покупаю (просто так). Электричка подходит и плавно разворачивается в обратную сторону. Только сейчас замечаю изгибающиеся крутой дугой рельсы (тоже новые). Удивляюсь, что остановка оказалась конечной, вхожу в последний вагон, поезд трогается с места. Иду по составу, редкие пассажиры видятся темными неподвижными, полупризрачными. Подгадываю, чтобы при приближении к остановкам оказываться около дверей (и выйти, если появится контролер). На одной из остановок входит девушка в черной форменной одежде. Я чуть было не вышла, посчитав ее контролером и от этого не сразу заметив в ее руках большой лоток со сдобой (всё, кроме людей, виделось реалистично).

Мне снится, что я СПЛЮ. Сквозь сон чувствую легкие, почти невесомые шаги — кто-то пробирается по примыкающей к стене кромке моей кровати, к изголовью. Останавливается, обильно опрыскивает мою голову спреем. Лежу, не шевелясь, не открывая глаз. На ничтожный миг перехватывает дыхание. Задумываюсь о финале, который меня ожидает. Спокойно, деловито думаю о сопутствующей ему агонии, которую предстоит перенести, но никуда от этого не денешься. Чуть приоткрываю глаза - и без никаких эмоций обнаруживаю, что все это было лишь сном.

В конце сна пожилая женщина спрашивает (энергично, с напором): «...помидоры. Растут в Югославии помидоры?» (начало не запомнилось). Медленно, не сразу отвечаю: «Не знаю, я там не была». Вспоминаю, что у нас бывают в продаже югославские помидоры, говорю: «Наверно, растут».

Мысленные фразы: «Вот этой Земли. Как она еще только держится, непонятно».

Обрывки мысленной фразы: «Не ... обеднять его...».

Мысленная фраза, постепенно пробивавшаяся из глубины, становившаяся все отчетливей, пока я не смогла разобрать и записать ее: «Двести восемьдесят семь». Перед этим были, кажется, еще числа, но они не пробудили меня.

Мысленный диалог. «Рони!» - «Что она хочет?» - «Она хочет поговорить с тобой».

Речь идет о сновидениях. Не запомнилось, имеются ли в виду сновидения вообще, сновидения конкретного лица или единичное, конкретное сновидение. Сновидение (как объект) предстает в виде зыбкого невесомого разреженного потока. Он неторопливо струится внутри желоба, влево. Желоб выглядит рукотворным, имеет прямоугольное сечение и идеально ровные стенки (глубину его я оценила в метр, ширина выглядела поменьше). Поток струится, клубясь, не задевая стенок и дна желоба (можно было предположить, что желоб является как бы руслом, неким ограничителем и/или направляющей сновидения).

Мысленный диалог разоряющихся аристократов, отца и сына, сдержанных, мягких, благородных (начало не запомнилось): «...полЯ». - «Они теперь не наши». - «Ах, Алеша, что ты в этом понимаешь? Как это, не наши?» - «Больше, чем когда-либо». Последняя фраза является дополнительным подтверждением предвиденья сына в отношении почти свершившейся, неизбежной утраты земельных угодий, о чем отец не имеет пока представления (в сыне угадывался юноша, а в отце - старик). [см. сон №4631]

Прихожу на вечер встречи в школу неподалеку от Рябинной улицы, где когда-то учился Петя. Во сне школа была огромной, в ее зале (похожем на цирковой) не было, кажется, ни одного свободного места. Внезапно значительная часть присутствующих устремляется к выходу. Из обрывков разговоров выясняю, что школа эта «только до шестого класса», поэтому все отправляются в школу №932. Решаю тоже пойти туда. Плутаю по белым заснеженным улицам, выхожу к школе (расположенной в здании кинотеатра Катрапс). Перед входом змеится длинная шеренга людей в темной одежде. Пытаюсь проскользнуть без очереди, но на протяжении первых метров очередь обнесена временным ограждением. Собралась было через него перелезть, но вижу идущую параллельно ограждению широкую глубокую канаву. Оценивающе присматриваюсь (канава видится ясно), еще раз окидываю взглядом ограждение. Убедившись, что втереться в толпу удастся лишь за его пределами, иду туда.

Мысленные фразы (женским голосом, кротко): «Господи! Спаси меня! Спасите меня...» (не договорено слово «помилуйте»).

Мысленная фраза: «Не не проходит, а не исчезает».

Девочка-подросток, кому-то возражая, заявляет: «Ничего подобного! Мама сказала: у — они, вы — и...», тут девочка осеклась (последняя фраза произносится ритмично, парами-противопоставлениями).

Мысленные фразы (женским голосом; первая - раздраженно): «Я вообще не знаю. И я вообще не знаю».

Мысленные фразы (мужским голосом): «Это же дети. Дети наших детей. Это же дети, дети» (первая произнесена спокойно, рассудительно, последняя - эмоционально).

Сон, в котором мне предсказывается что-то успешное.

Приятный, вызвавший положительные эмоции сон в нежной цветовой гамме.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Даже... это не что-то такое, обездвиживающее человека».

Обрывки мысленного диалога.  «...требований».  -  «А записывать их...».

Категории снов