Мысленная фраза (мужским голосом, с подначкой): «Не знаешь, кто за чем отходил?»

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: "Да-а, подумать только. ...из-за него написала «Великое завещание (марала)»" (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза (завершившая рассуждение): «И были бы у него сестра и брат» (рассуждение тоже было в сослагательном наклонении).

В дверном проеме хижины стоит мужчина средних лет, черноволосый, смугловатый. Стоит в спокойной позе, опершись приподнятыми руками о дверные косяки. С ободряющей полуулыбкой смотрит на меня, приближающуюся справа. В его улыбке — поддержка мне и радость тому, что у меня что-то получилось. Я, тоже с полуулыбкой, подхожу и легонько, на миг, обнимаю его, в знак благодарности. Как Руководителя? Как Учителя? [см. сон №0581]

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (серьезным женским голосом): «...оюсь, принесу десять строчек».

Мысленная фраза (женским голосом, напевно, ритмично, в мажорном ключе): «Во мне всё заморозили».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (мужским голосом, с досадой): «...тебе эта водичка! Сдалась тебе эта водичка!»

Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Теперь давай-ка посмотрим, сделаем первые шаги» (начнем действовать).

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом, деловито): «Нельзя пускать, нельзя без...».

Обрывок мысленной фразы: «...эта земля рыхлая...».

Мысленная фраза (мужским голосом, бодрой скороговоркой): «Нет, короче говоря, заниматься этим бесполезно, бесполезно, бесполезно».

Мысленная фраза (женским голосом, издалека, с мягким упреком): «А я тебе что сказала?»

Мысленная фраза: «Случай ровного, скорого перехода от одного состояния к другому» (речь идет о душевных состояниях).

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Чудо же сотворил, безусловно, Лев Толстой. Несколько лет тому назад он сотворил историю...».

Перед началом лекции все собрались в общежитии, копошатся в своих комнатах. Входит Жерар, деликатно осведомляется, хочу ли я слушать лекцию из комнаты или в аудитории (находящейся в этом же здании). На этой лекции мы с ним должны сидеть рядом (в соответствии с правилом, разбивающим слушателей на временные пары). Чувствую, что ему хочется в аудиторию, и хотя сама предпочла бы остаться в комнате, решаю уступить, отвечаю, что, конечно же, мы пойдем в аудиторию. Вот мы уже там, народу полно, лекция еще не началась. Садимся на стоящие рядом стулья, я снимаю длинные черные шерстяные носки, под которыми с удивлением обнаруживаю еще одну пару, а под той — еще одну. Вытягиваю пары носок друг из друга, сидящая неподалеку Рена смотрит на мои манипуляции и смеется. Покончив с носками, решаю связать шнурками потрепанные кроссовки (чтобы не потерялись), вижу рядом пару маленькой детской обуви, принимаю ее тоже за свою, решаю связать обе пары вместе.

Мысленная фраза (женским голосом, категорично): «Никто не знает, что у нас есть вообще».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом, деловито): «...и снять эти». «Препоны», - мысленно добавляю я, как бы завершая фразу (и тут же проснувшись, понятия не имею, о чем идет речь).

Мысленная фраза: «Тридцать четыре с половиной».

Смутно, в сероватых тонах видится, как малышка лет трех с серьезным видом катает по комнате в (кукольной?) коляске грудного братишку. Наблюдая за этим (извне сна), думаю, что в таком возрасте ребенок действительно воспринимает младших детей как игрушки.

Мысленная, незавершенная фраза: «Держа в руках такое...» (последнее слово произносится многозначительно).

Мысленные фразы ( женским голосом, эмоционально): «Тут-то пошел дождь. Прислал эту книжку».

Живем с Петей (раздельно) в одноэтажном городке. Случайно встречаю его на улице, заговариваю. Ясно вижу его лицо, но лицо это совсем не петино. Впадаю в недоумение, хотя твердо знаю, что тот, с кем я разговариваю — Петя. Позже, на другой улице, снова встречаю его. Он одет в темный форменный костюм со множеством блестящих пуговиц. Воображает себя одним из тех, для кого предназначена форма, и идет куда-то в связи с вымышленным амплуа. Из деликатности подыгрываю. Быстро идем по покрытым черной бугристой землей улочкам этого странного городка. Отчетливо вижу петино лицо, и опять это совсем не его лицо. Недоумеваю, твердо зная, что несмотря ни на что, это - Петя.

Смотрю на свой лист с записью снов, аккуратно ставлю пропущенный значок в начале одного из описаний.

Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы (женским голосом): «Действительно ... Начиталась ... что она ночевала у подруги...» (фраза обрывается).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Вскоре Алекс увлек за собой бело-... полутигра».

Нужно прибыть куда-то к назначенному времени. Ехать нужно на трамвае, спорим по поводу маршрута. Единого мнения не получается, группа распадается на подгруппы, каждая отправляется своим путем. Трамвай нашей подгруппы сворачивает не в ту сторону, приходится пересаживаться на другой маршрут. В конце концов все прибывают по назначению, хотят заняться чем-то заданным, но я говорю: "Нет, давайте сначала разойдемся и немножко отдохнем".

Кто-то (невидимый) вешает старую влажную футболку на кромку дверцы стенного сейфа. Резвый муравей ползет по футболке, намереваясь прошмыгнуть внутрь сейфа.

Мысленная фраза (женским голосом): «Ветер — в Балте, а ты — в ветре». Интонационно фраза как бы завершена, однако почти сразу следует многозначительное дополнение: «Учуял дорогу».

Люди, которых я КАК БЫ ВИЖУ И НЕ ВИЖУ, демонстрируют приемы КОЛДОВСТВА. Все было четкими, впечатляющими. Я была там в качестве зрительницы, которой (или одной из которых) все это демонстрировалось. [см. сон №1139]

Мысленная фраза: «И дерзает то, что увидели». Смутно видится Высший (небесный) Свет.

Мысленные фразы (задумчиво): «Размеренность чего-то. Чего-то льется...» (фраза обрывается).

Начало мысленной фразы: «Их внутренним молитвам должна...».

Несколько находящихся в учрежденческом холле человек говорят о камере предварительного заключения. Любопытство толкает меня сделать несколько шагов, отомкнуть цепочку, приоткрыть в камеру дверь. Глазам предстает мирное светлое квадратное помещение, двухъярусные нары по стенам и неотчетливо видимый мужчина, сидящий на нижнем ярусе, напротив двери.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «На плюшку. Положи на...».

Верчу в руках левый мужской сандалет, пытаясь выяснить размер. Как только решаю, что размер не указан, он тут же попадается на глаза. Вижу его с внутренней стороны, у пятки, это цифра «6». Мысленно говорю: «Шестое», пытаясь сообразить, какому размеру привычной шкалы это соответствует.

Мысленная фраза: «Тепло людей как дружественный вариант».

Смутно видимый мужчина кому-то помогает, подставляет плечо (не только в буквальном, но и в переносном смысле).

Мысленная, частично запомнившаяся фраза (мужским голосом, с досадой): «Карьеру мешать освободить ...» (речь идет о служебном поприще).

Мысленный диалог (мужскими голосами). Бормотание: «Печени, печени».  -  Бойко: «А теперь я скажу». Смутно видится учрежденческий зал ожидания, уставленный пластмассовыми стульями. На одном (остальные пусты) сидит, заложив ногу на ногу, человек, заявляющий второму собеседнику (находящемуся за границей поля зрения): «А все равно тебя не пустили».

Мысленная фраза, постепенно пробивавшаяся из глубины, становившаяся все отчетливей, пока я не смогла разобрать и записать ее: «Двести восемьдесят семь». Перед этим были, кажется, еще числа, но они не пробудили меня.

Мысленные фразы: «Лиля была великолепна в своей роли. Ей выпало трусостью и нытьем вымолить себе...» (фраза обрывается).

Выхожу из комнаты многоэтажного общежития с голеньким (трех-четырехлетним) сынишкой на руках. Иду по пустому коридору, спохватываюсь, что нужно вернуться и одеть голыша. Он вдруг (прочитав мои мысли?) спокойно, серьезно возражает: «Я взрываюсь». Непонимающе переспрашиваю: «Что?» Он с тем же выражением повторяет: «Я взрываюсь». До меня доходит, что ребенку приспичило в туалет, и он образно дает это понять.

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «...который будет получать пособие. Пособие за яркую душевную жизнь».

Обнаруживаю у себя свидетельство о юридическом образовании. Впадаю в недоумение — этого не может быть, я даже незнакома с юридической терминологией. Откуда оно взялось? Фальшивка?

Обрывки мысленной фразы: "Какое-то время был ... наше с Алей...".

Старая лесная избушка из двух смежных комнат. Задняя, будто бы, моя, в передней, просторной, находится Лана с подругами. Сидим на большой низкой кровати, болтаем обо всем на свете. Лана угощает нас пирогом с яблоками. Ухожу на лекцию, она не состоялась, возвращаюсь в избушку. Поднимаюсь на крыльцо из пары грубо сколоченных толстых досок. Под домом кошка расширяет свою нору (ни норы, ни кошки не видно, воспринимаю это не зрением, а как-то по-другому). В комнате все по-прежнему в сборе. Иду к кровати, вижу под ней кошку, украдкой мусолющую кусочек яблочного пирога. Вдруг вижу скорпиона, предупреждаю всех об опасности. Вооружившись одна газетой, другая тапком, идем с одной из подружек Ланы в наступление. Первой хлопаю я, нужного удара не получилось, скорпион отлетел на край постели. Не видим, куда именно, встряхиваем угол одеяля (я при этом испытываю страх), обнаруживаем скорпиона. Подружка Ланы прихлопывает его как следует. Скорпион замирает, склоняемся над ним. Голова его увеличивается (до размера футбольного мяча). Смотрю в его правый глаз — видно, как быстро, по мере того, как жизнь покидает скорпиона, взгляд угасает.

На моем попечении четверо малышей. Кручусь с ними, попутно занимаясь чем-то еще. Кто-то сочувственно спрашивает, что, наверно, тяжело справляться. Искренне фыркаю, давая понять, что для меня это не предел.

Мысленные фразы (мужским голосом, обиженно): «Вот. Они, кстати, знаете, что?»

Женщина, обратившаяся к молодому человеку с вопросом, получает помощь. В процессе разговора она не называет молодого человека по имени, не интересуется его именем, что выглядит невежливым. Молодой человек тактично, деланно шутливым тоном намекает: «Меня как-то и зовут, да?» Женщина машинально реагирует: «Как?»

Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (женским голосом, деловито): «Сейчас я тебя ... На четвертый этаж возьму - и перенесу».

Обрывки мысленной фразы (мужским голосом, деловито): «Это ... здесь ... рвет, рвет» (имеется в виду рвота).

Окончание мысленной фразы: «...она нападает на волонтера и подвигает его на переустройство матери» (побуждает).

Незапомнившиеся мысленные фразы, произесенные глуховатым женским голосом, таинственно, интригующе.

Засыпая после предыдущего сна, пытаюсь припомнить его подробности. Смутно видится связанный человек, сидящий на полу, спиной к стене. Его связали, чтобы лишить возможности рассказывать анекдот про корзину для грязного белья (будто бы требующий жестикуляции). Но человек все же рассказывает анекдот, жестикулируя кистями прикрученных к животу рук, - ни в этом, ни в предыдущем сне я не услышала из анекдота ни слова. [см. сон №3857]

Короткий сон, мгновенно (бесследно) истаявший, как только я после него проснулась.

Одним из персонажей сна был Петя. В связи с предстоящим в его жизни событием я разговаривала по телефону с незнакомым мужчиной.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Ну, значит, ... когда он есть, о чем говорится». Видится граненый стакан, в который что-то переправляется из стоящей на столе кастрюли. Тот, кто это осуществляет (я?) озабочен тем, чтобы не накапать на стол.

Речь идет о сновидениях. Не запомнилось, имеются ли в виду сновидения вообще, сновидения конкретного лица или единичное, конкретное сновидение. Сновидение (как объект) предстает в виде зыбкого невесомого разреженного потока. Он неторопливо струится внутри желоба, влево. Желоб выглядит рукотворным, имеет прямоугольное сечение и идеально ровные стенки (глубину его я оценила в метр, ширина выглядела поменьше). Поток струится, клубясь, не задевая стенок и дна желоба (можно было предположить, что желоб является как бы руслом, неким ограничителем и/или направляющей сновидения).

Мысленная фраза, настойчиво пробивавшаяся, и отвергнутая, так как показалась никчемной, бессмысленной. Но продолжавшая повторяться до тех пор, пока я ее не записала: «Стены олим и их сыновья».

Незапомнившийся сон, в котором Александра привычно перекраивала под свои мерки доступную ей часть реальности.

Мысленные фразы (женским голосом): «Немножко мягче. Попробовать».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (женским голосом): «Когда я ... я отказалась от предложенной мне работы таким образом, что...».

Мысленная фраза: «Концы их торчат наружу и выходят в тамбур».

Сон о проникновении Нечисти в мое одинокое жилище. Тщедушный полупризрачный, казавшийся бесплотным субъект в черном воспринимался как сын  madame Икс (хотя внешне был совсем на него не похож и лица его я не видела). Вторжение было кратковременным, не причинившим вреда, но вызвавшим тягостное чувство беззащитности. Отдав отчет, что мне негде искать поддержки и помощи, иду (за неимением выбора) в квартиру напротив сама. Молча подхожу к типу и кусаю его в левое плечо. Под черной одеждой почувствовалась нечеловечески жилистая плоть. Тип во время этой кратковременной экзекуции спокойно стоял посреди комнаты (сон запомнился в общих чертах).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...что помимо наслаждения есть еще влияние обычной жизни» (под наслаждением подразумевается селение Адамс). Фраза бегло воспроизводится как фрагмент текста.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (басовитым женским голосом): «Это ... медвежонок. У которого День Рождения».

Начало сна не запомнилось. А сейчас я совершаю воздействия на груду небольших (с полмизинца) однотипных, разнящихся лишь цветом элементов, занимающих всю поверхность стола. Манипуляции воспринимаются как ВОЛШЕБНЫЕ не только двумя-тремя находящимися рядом темными молчаливыми людьми, но и мной самой. Однако мысленно, бессловесно дается знать, что мы заблуждаемся. Не учитываем некоей, вполне прозаической Силы, с учетом которой никакого волшебства в данном случае нет. P.S. Цвета элементов напоминали цвета, фигурировавшие в снах №1099 и №6486.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «А он не ... - туда нельзя и сюда нельзя».

Состригаю с ног редкие волосинки. Но вот в пальцах оказывается ощутимый клочок, смотрю на него с недоумением (этого не может быть), пытаюсь понять, в чем дело. Недоверчиво выпускаю клочок из пальцев, разглаживаю его — рассосредоточившиеся волоски (слева, на колене) видятся привычно редкими, короткими, светлыми, почти незаметными. Однако стоило снова ухватиться за них, как они опять превращаются в ощутимый клочок темных грубых, более длинных волос.

Мысленные фразы (возбужденно): «Вам не стоит даже подносить. Вам не стыдно же».

Мысленное перечисление: «Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать».

Мысленные фразы (молодым женским голосом, настырно, протестующе): «Нельзя! Нельзя пить, да? Нельзя пить, да?»

Нахожусь на Проспекте, где меня преследуют, мне грозит нешуточная опасность. Мчусь по тротуару, чувствую, что не спасусь. Вижу в шествующей (в том же направлении) карнавальной толпе огромного черного быка с блестящей шерстью. Вскакиваю на него, усаживаюсь на носу, недосягяемая для преследователей доезжаю до Мушинский улицы. Соскакиваю на землю, предварительно дав быку обнаруженный в кармане пальто кусочек белого хлеба (с быком нужно было рассчитаться за помощь). Украдкой, дворами и переулками добираюсь до своего дома, вхожу в квартиру. Вижу Снушу и молоденькую девушку, рассказываю, что произошло (когда дохожу до описания эпизода с быком, он воспроизводится еще раз). Решаем, что девушке лучше уйти (для безопасности). Снаряжаем ее в дорогу (даем чем-то заполненную корзинку), девушка уходит. Углубляемся в рассчеты, то ли полагая, что все обойдется, то ли не желая думать о том, что может случиться. Слышим, что кто-то открывает снаружи входную дверь. В комнату входит аляповато одетый парень с ножом в руке, за ним - еще один, тоже с ножом. Понимаем, что нас ждет расправа, шанса на спасение не видим и (возможно, поэтому) не чувствуем страха. Было лишь спокойное (смиренное?) осознание неизбежности предстоящего. Парни с отвратительными ухмылками рассказывают, где и как им удалось схватить нашу девушку. Значит, думаем мы, и ей не удалось спастись.

Мысленный разговор. «Вероника, ты играла в ковшик?» - спрашивает спокойный женский голос (имеется в виду, играла ли я с ковшиком, хотя я в этом сне отнюдь не в детском возрасте). Бормочу что-то невразумительное. Мужской голос раздраженно бурчит: «И всё было в порядке!»

Мысленная, незавершенная фраза: «Бывают же случаи, когда несостоявшиеся полеты...» (иногда имеют преимущества).

А если сны являются одной из систем жизнеобеспечения, то, может быть, пытаться вмешиваться в них так же опасно, как пытаться вмешиваться, например, в частоту сердечных сокращений?

Захожу в кафе. Все места заняты, поднимаюсь пока в служебное помещение, где в ожидании свободных мест уже сидят два-три посетителя. Появляется работница кафе, говорит, что кафе закрывается. Не сомневаясь, что нас все же обслужат, не трогаюсь с места, незаметно засыпаю. Проснувшись, не вижу ни света, ни посетителей. Входит работница, говорит, что все закрыто. Благодарю, что меня тут не забыли, спускаюсь вниз. Директрисса спрашивает, люблю ли я (хочу ли) гуляш. Отказываюсь, она предлагает яичницу (остывшую). Чуть ли не передернувшись, отказываюсь и от нее. Этим дело и кончилось... А теперь я в том же служебном помещении сижу с тремя приятельницами (непонятно, с какой целью мы сюда забрались). Рассказываю, что тут однажды произошло (содержание первого эпизода сна). В смежном помещении копошится ремонтник. Кока вдруг заявляет, что этот тип совершил преступление. С недоумением смотрим на нее. Она уверяет, что слышала, как он сейчас тайком рассказывал по телефону про (только что?) совершенное им тут убийство. Мы удивлены. Парень (услышав Коку?) выходит к нам. Им оказывается Крапычев. С угрожающим видом идет в сторону Коки, сжимая в руке большой черный паяльник. Мы (остальные трое) медленно пятимся, ожидая неминуемой расправы. Крапычев, приблизившись к бесстрашной Коке почти вплотную, в последний миг разряжает обстановку — выясняется, что это он так пошутил. Оказываемся все пятеро на улице. Крапычев сидит за рулем грузовика, мои приятельницы уже в кузове, я безуспешно пытаюсь в него забраться. Грузовик трогается с места, осторожно дает задний ход. Прошу стоящую у моего борта Туву сказать Крапычеву, что на ходу мне не залезть (и так трудно, а на ходу еще и страшновато). Грузовик останавливается. С трудом удается зацепиться ступней за верхний край борта. Тува тянет меня за ногу, оказываюсь в кузове, хвалю Туву за помощь (отчетливо виделись устрашающий паяльник и борт грузовика, лица персонажей не виделись).

Входим в подземный туннель, в нем начинается дождь. Чистые частые капли заливают пол, приходится идти по слою воды (не намокая ни сверху, ни снизу, и не отдавая в этом отчета). Впереди, за изгибом туннеля, слышится шум механизма. Подойдя, видим человека, производящего электросварку. Смотрю на падающие в воду искры, говорю, что наличие воды на участке, где производятся такого вида работы, опасно для жизни. Тут же дается знать (мысленно), что наоборот, именно для защиты от электричества на этом участке пущена вода. Вяло удивляюсь воспринятому, противоречащему моим (полученным, между прочим, в стенах Ленинградского политехнического института) представлениям, в истинности которых уже готова усомниться. Выходим из туннеля. Говорю Атосу, что у некоего молодого человека есть проблема с программированием, излагаю ее. Атос отвечает, что проблема разрешима. Открывает массивный фолиант, говорит, что нужно использовать «гибкие связи». Предстают несколько вертикальных, согнутых пополам толстых кабелей. Признаюсь, что не разбираюсь в компьютерах, и что будет лучше, если молодой человек свяжется с Атосом напрямую. Добавляю: «Знаешь, кто это? Это твой бывший одноклассник Сафт».

Мысленный совет: «Закройте глаза, войдите в транс и ставьте вопросы».

Идем, весело гомоня, к морю. Путь не был простым. Что-то фантастическое было как в окружающем пространстве — мы пересекали темный городок — так и в том, что с нами по пути происходило. В конце сна все разбрелись. Иду с одной из девушек, видим в отдалении, на темном крыльце, еще одну. По ее мимике и телодвижениям предполагаем, что что-то случилось, опасения оказываются ложными. Со смехом пересказываю виновнице переполоха наши немыслимые предположения. Она что-то отвечает, причем одну из фраз произносит, как бы невзначай, на русском языке. Я ошеломлена. Дело в том, что девушки, среди которых я нахожусь, русского языка не знают, мы общаемся на их языке. Как это часто бывает с сильными, неожиданными впечатлениями, это мигом куда-то провалилось. Мы опять сбились в ватагу, все опять наперебой гомонят. Но вот то одна, то другая повторяют проделку первой — с их уст изредка срываются фразы на русском. Я настолько сбита этим с толку, что ничего не в состоянии понять. Тем более, что все держатся непринужденно, будто не замечая срывающихся фраз. Никто никак не реагирует — ни испускающая фразу, ни слышащие ее. Не знаю, что и думать, и вид у меня преглупейший.