Мысленные фразы: «Говорить. Ничего не говорить голословно».

Мысленная фраза, завершающая тираду (жестким женским голосом): «И говорят: вот, возьмите этих людей, которые были тут!»

Смутно видимый малыш молча приподнимается в постели, садится и принимается немного натуженно реветь (плач виделся, но не слышался).

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (страстно, с обидой, с болью): «На меня никто не смотрит! ... но меня не любят».

Обрывок мысленной фразы: « ... с дедушкой ... Эскина...».

Большая светлая комната верхнего этажа двухэтажного особняка, куда ведет крутая деревянная лестница. У задней стены набросаны диванные подушки, коврики, одеяла. Укладываю на них спать Ролла (ему лет шесть), раскрываю большую яркую растрепанную книжку, читаю ему Маршака. Ребенок засыпает. На меня внезапно наваливается непреодолимая сонливость. Даже услышав, как внизу открывается дверь, как входит Камила, как она поднимается к нам, не могу заставить себя проснуться. Открыть глаза удается лишь ценой неимоверных усилий.

Живу в большой, запущенной коммунальной квартире, где проживает и свекровь* Гремы. Грема приходит с детьми навестить бабушку. Дети носятся по квартире, забираются на массивные диванные подушки, прыгают с них на диван. Мебель в квартире допотопная, облезлая (но комнаты большие). Я раздражена проказами детей. Они, не обращая на это внимания, скачут себе с подушек на диван, да еще и интересуются, прыгала ли я сама с этих подушек в детстве. Кипя от возмущения, принимаюсь за утренний туалет. Почему-то не в ванной (может быть, ее в нашей коммуналке нет?), а прямо в комнате. Стою в халате, в моих руках влажная салфетка, забираюсь под халат то через рукав, то через застежку, и обтираюсь, не переставая злиться на детей.

Мысленная фраза (мужским голосом, многозначительно): «Соединяющий себя».

Идет речь о подборе кадров (кажется, в планетарном масштабе) на руководящие должности, требующие высоких интеллектуальных качеств. Подбор производится среди молодых лиц. Кем были осуществлявшие подбор Существа или Силы, я не поняла.

На моей постели, между подушкой и стеной, возник небольшой предмет из серебристо-белого металла. Предмет имеет форму островерхого, немного смятого вбок кулька.

Мысленная фраза: «Успехи были оплачены».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...дерево для рубки леса».

Куда-то иду. Внимание привлекает яркий прямоугольник солнечного света на земле и стоящая около него птица (типа ворона). Подумалось, что вот — солнце, и вот — птица, и именно сюда стоит выпустить птенца, которого ношу в своей сумке - я как бы вдруг вспомнила про него. Извлекаю из темной глубины сумки маленького птенца. Опять думаю, что недра женской сумки совсем не подходящая среда обитания для птицы. И что птенец хоть и не относится к породе воронов, ему все же будет лучше с птицами, на воле, на солнце, чем в тесноте сумки. P.S. Приснившаяся птица была похожа на птиц из сна №1247.

Мысленная фраза, подводящая итог сну. В ней говорится, что если бы не какие-то обстоятельства, можно было бы воспринимать даже отдаленные районы (речь идет о внетелесном восприятии).

Мысленные фразы: «Не развинчивать. Подождите, а как я в журнал?»

В финале сна появляется грубая полуцилиндрическая колода. Сердцевина ее выдолблена, по обе стороны высверлено по паре отверстий, сквозь них продернут толстый белый шнур. Сооружение является будто бы «поясом девственности». Сон показывает, как его (для примера) к кому-то прикрепляют. Удивляюсь такому финалу, поскольку речь во сне шла о чем-то совсем ином.

Собираюсь умыться у старой уличной водяной колонки, набираю в руки воду. Пухлый карапуз топает ко мне, с намерением помешать. Легонько, добродушно брызгаю в него водой, он не останавливается. Брызгаю (так же легонько) еще несколько раз, вижу крупным планом личико, покрытое мельчайшими искрящимися бисеринками воды. У торца стоящей тут же каменной скамьи малыш споткнулся, покачнулся, теряя равновесие. Молниеносно протягиваю руки, чтобы поддержать его. Карапуз справляется сам, он теперь совсем рядом, я возобновляю игру. P.S. В последнее время у меня притупляется желание конспектировать сны. Не объясняется ли это усталостью — ведь я уже десять лет веду записи (16-го сентября был юбилей).

Мысленная фраза (женским голосом): «Так, он открывается так» (таким образом).

В начале сна мы праздновали День рождения, а теперь стоим, все такой же темной, неразличимой массой, у выхода из этого дома. Яся с улыбкой интересуется, будем ли мы отмечать в следующем месяце мой День рождения. Так же, как в прошлый раз? Коллективно? (перечисляется еще ряд подробностей). Вижу, совсем как наяву, ее улыбающуюся жизнерадостную рожицу, синющие глаза, чуть растрепанные волосы, всю ее, как всегда распираемую неуемной энергией.

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (мужскими голосами). «...а максимум сто сорок человек».  -  «Ого!» (имеется в виду, что еще совсем недавно количество учеников того, о ком идет речь, исчислялось единицами).

Столовая селения Адамс. На стоящих у стола стульях лежат серо-коричневые бумажные пакеты, заполненные овощами (или фруктами), которые нужно будет почистить (или нарезать). Мне поручено разложить по пакетам складные однолезвенные ножи. Поскольку ножей меньше, чем нужно, засовываю по одному, наугад, на дно некоторых пакетов.

Блуждаю в разветвленной сети переходов (кажется, подземного метро), оказываюсь беседующей с хозяином квартиры на тему предстоящего переезда.

Мысленная фраза (моя): «Мне никак не сбросить иго».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (мужским голосом): «...пишущая машинка. Спасибо большое».

Мысленные фразы (спокойным женским голосом): «Она не выдержала. Просто стена. Она сама хотела. Она сама хотела».

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом, медленно, четко, ритмично): «Даруя дарами эти и...» (было впечатление, что слова, одно за другим, подбираются на ходу).

Неожиданно нагрянули гости. Пока они располагаются в комнате, лихорадочно навожу порядок, чтобы освободить (расширить) место для танцев. Ситуация меняется, квартира становится просторней, гости в ее глубине. В салоне я и Жан-Клод. Появляется Ролл (ему лет десять), вижу его очень ясно. Спрашивает, зачем я к ним приходила, говорю, что соскучилась по нему. Объясняю сидящему на диване Жан-Клоду, что воспитывала Ролла целых два года, так что можно считать, что я ему как «вторая бабушка». «Да, это как...», - понимающе откликается Жан-Клод и начинает разглагольствовать о школьном образовании (сопоставляет две системы). Ролл и Жан-Клод исчезают. С недоумением смотрю на старых облупившихся игрушечных солдатиков. Откуда они взялись? Кто и с какой целью принес их сюда? Дело в том, что они не лежат открыто, на виду, а как бы припрятаны. Не в силах понять причины их появления, решаю солдатиков выбросить.

Мысленный комментарий (бесстрастным мужским голосом): «Доктор задавал ему упражнения. Семизначный буквенный набор клички собаки начал проявляться». Нечетко, в серых тонах виден человек, замедленно выполняющий физические упражнения. Именно в результате этих, предписанных врачом упражнений и стала проявляться, постепенно выплывать из сознания (или подсознания) пациента умышленно (или неумышленно) скрытая там кличка собаки.

Что-то безрезультатно ищу (в квартире на улице Рябинной). Что-то рассеянно жую на кухне. Зачем-то выхожу в комнату. Возвращаясь на кухню, вижу, что на моей табуретке сидит и ест из моей тарелки невнятный темноватый полупризрачный субъект. Устремляюсь к столу, отгоняю непрошенного гостя в сердцах вырвавшейся фразой: «Уйди от моей тарелки, Черт!» Он исчезает, сажусь за стол. Тут же понимаю, что не смогу есть то, в чем он копался (на тарелке был куриный шницель с жареной картошкой). Сожалею, что отогнала типа. Пусть бы уж поел, раз сама теперь не могу. P.S. Хочется воспользоваться терминологией Юнга и написать, что непрошенный гость был Существом морально индифферентным. Но он не создавал впечатления оголодавшего (иначе я, возможно, не отогнала бы его). Если же он был голоден, прошу у него (мысленно, задним числом) прощения за то, что прогнала.

Смутно видятся сидящие за круглым столом игроки в карты. «Вероника, у нас есть другая колода карт?» - задается мне мысленный вопрос. Не присутствуя в этом эпизоде, мысленно отвечаю, что есть, но не у этих, сидящих за столом людей, а у кого-то другого. Просыпаясь после своего ответа, преисполняюсь абсолютно РЕАЛЬНЫМ представлением, что вопрос по поводу карт задал мне не кто иной, как сам СОН. Получается, что Сон — это не только какое-либо содержание (не только объект), но это еще и какая-то Сущность (субъект), стоящая за содержанием и способная вступать в контакт со сновидцем.  [см. сон №7674]

Никак не удается выйти к месту, где припаркован одолженный у Киры автомобиль. Бегло, смутно, не в цвете видится он у поребрика пустынной улицы. Снова и снова выхожу из похожего на площадь двора, обрамленного величественными, дворцового вида зданиями, и неизменно возвращаюсь обратно. Надеюсь, что ноги выведут меня к нужному месту, но пока этого не происходит. Всякий раз оказываюсь на запруженной пешеходами улице, рядом с остановкой, на которой стоит производящий посадку автобус. Вот я опять вернулась во двор. Случайно замечаю еще один выход из него, решаю попробовать воспользоваться им. Оказываюсь в полном неуловимого волшебства и очарования старом сквере. Со множеством скульптур (на мотивы произведений Пушкина), с огромными, вековыми деревьями и широкими, прихотливо извивающимися дорожками, вдоль которых стоят старинные массивные скамьи. Наверно, была весна, сквер усыпан опавшими сережками. Справа, на излучине дорожки кошка деликатно лакает воду из прозрачной лужицы, на поверхности которой тоже плавают сережки. Из сквера выхода нет, возвращаюсь во двор. Думаю о том, что не помню обратную дорогу, а ехать нужно будет через весь, большей частью незнакомый мне город. Бегло, сверху видится бескрайний мегаполис. Как же я доберусь до места? Знаю, что ехать нужно на восток, ориентироваться можно, допустим, по солнцу. Справа, над крышами домов на миг возникает красный солнечный диск, единственный тонкий красный луч которого направлен в мою сторону. Но у меня нет карты города, улицы могут петлять. А вдруг я въеду под «кирпич», это без водительских-то прав. А вдруг в машине мало горючего, и мне его не хватит? Но даже если хватит, и мне удастся добраться до восточной части города, мне что же, придется прочесывать там улицу за улицей? Похоже, что придется, пока на глаза не попадется знакомый ориентир... И тут я просыпаюсь, с фрагментом непонятно кому принадлежащей мысленной фразы: "...несмотря на то, что это была настоящая жизнь...".

Мысленно, бессловесно сообщается, что будучи предоставленным самому себе, все идет к распаду. Появляется дымчатая мутноватая субстанция с вкраплениями небольших темных ядер, раскалывающихся на части под воздействием врывающихся извне более мелких, быстрых частиц.

Двое темных, смутно видимых мужчин (на тротуаре?) Левый треплет за плечо правого, беззвучно вопящего что-то покаянное.

До окончания отпуска оставалась пара дней, когда меня вызвали на работу и отправили на совещание (в качестве нашего представителя). В большом административном здании нахожу на одном из верхних этажей нужную комнату, перед ней очередь из нескольких молодых людей, одна из девушек стоит с подростком, черты и выражение лица которого были странными, искоса поглядываю на него. Пытаюсь представить, какие вопросы будут решаться на совещании. Вдруг они за рамками моей компетенции? Вдруг нужно будет подписывать бумаги, чертежи? Понимаю, что при необходимости подписать придется, и что потом мы в любом случае выкрутимся, но все же это меня беспокоит. Со мной заговаривает девушка, пришедшая со странным подростком, узнаю от нее, что вызванных в этот кабинет отправляют, оказывается, эмиссарами за границу, недели на три, причем выезжать нужно через два-три дня. Небось, в какую-нибудь глушь, недоверчиво спрашиваю я, примеряясь к новой ситуации. Нет, говорит девушка, эмиссар сам выбирает страну, любую, хоть Америку, в зависимости от выбранного места лишь корректируется срок командировки. Вот так повезло мне! Деловито прикидываю, как успеть за пару дней собраться и решить домашние дела (на моем попечении мама* и Петя, школьник, смутно в этот миг показавшиеся). Кроме того, нужно утрясти вопрос на работе - надеюсь, что там переживут мое дополнительное, сразу после отпуска, отсутствие. Это же надо, думаю я, какая чудесная халява мне подвернулась.

Мне снится, что я СПЛЮ. Сквозь сон слышу доносящийся через незакрытое окно свист. Непрекращающееся посвистывание вызывает беспокойство, просыпаюсь. Свист не исчезает, испытываю «начало страха» (так я сформулировала это состояние ночью в блокноте). Как следует проснувшись, слышу безобидный, совсем не похожий на свист шум воды газонной оросительной системы, страх тут же исчезает.

Терпеливый, доброжелательный сон-поучение, где меня последовательно проводят через множество положений, ситуаций, обстоятельств. Это предстает как перемещение от позиции к позиции в открытом трехмерном пространстве. Начав просыпаться, делаю вывод, что должна направить помыслы на постижение того, на что получила намеки всем тем, что произошло со мной наяву (сон был полупризрачным, в серых тонах).

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Работала и будет работать не для того, чтобы раз в неделю...».

«Девочку хочу», - шепчет Петя (ощущаемый поблизости, в комнате). Пропускаю услышанное мимо ушей, занятая своими делами (или полагая, что это не адресовано мне). «Девочку хочу», - более настойчиво шепчет Петя. Включаюсь, полагаю, что имеется в виду дитя, говорю: «Да, нет ничего прелестней маленькой девочки». «Какую — маленькую?» - недоуменно спрашивает Петя. Понимаю, что ошиблась и имеется в виду не дитя, а подружка. Говорю: «А, так эту? Так ее не хотят молча, ее надо искать».

Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза (женским голосом): «...я в театре видела ... - тебе привет передавала».

Стою на мшистой поляне. Ноги почти по колено утопают в куче крупных (кажется, свалившихся на меня) шишек. P.S. Возможно, имеет место аллегория — про человека, попавшего в определенную жизненную полосу, говорят, что на него все шишки валятся. P.P.S. Мое ночное Я не хотело записывать сон, но сон не оставлял меня в покое, пока не оказался записанным.

Сложенная газета, левая страница которой состоит из кричащих заголовков и крупных черно-белых иллюстраций.

Окончание мысленной фразы (ворчливым женским голосом): «...по всему телефону сидят».

Легким взмахом карандаша зачеркиваю последнее слово первой из двух фраз. Обращаю внимание, что вторая фраза начинается с этого же слова.

Срединная строка сочиняемого стиха (неспешно, с пробной интонацией): «Ледяной Тамарой кроет от дождя».

Выхожу от Камилы с двумя сумками остатков еды, которые должна кому-то доставить. Подхожу к высокому цилиндрическому зданию вокзала, забитому спешащими людьми и имеющему четыре двери во взаимно перпендикулярных направлениях. Вхожу. Зная почти наверняка, что нужно выйти в противоположную, почему-то выхожу через боковую. В толкотне снедь в сумках перемешалась, теряю уверенность, что доставлю ее в товарном виде. Иду по пустой проселочной дороге, навстречу попадается женщина с детьми. Одна из девочек спрашивает, что это за кусочек мыла в моей сумке, для чего он. Останавливаюсь, ищу мыло (чтобы показать ей). Удивляюсь, как малышка увидела его в забитой свертками сумке. Нахожу (себе на удивление) маленький, в форме сердца, кусочек розового мыла, покрытый крошками пемзы. Объясняю девочке, что таким мылом легко отмывать грязные места.

Идущий по тротуару человек на ходу быстро наклоняется и хватает находку.

Мысленный диалог (женскими голосами). «У него ничего не было, и он не был женат?»  -   «Нет, - говорит второй и тут же поправляется:  - А я ничего не помню».

Мысленные фразы (энергичным женским голосом) «Побольше уроков. Кто быстрее сделает, тому и...» (фраза обрывается).

Мысленная фраза (неторопливым женским голосом): «Сначала — понять, а потом можно чего-нибудь добиться».

Мысленные фразы: «Я говорил со знанием. Я говорил со знанием, - тут последовала заминка, после чего сказано твердо: -  своей вины».

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Отметила (рынку), что задача, которую я поставила для себя...» (за слово в скобках не ручаюсь).

Беззвучный редкий, очень мокрый дождь из чистейших капель, похожих на утончающиеся штрихи. Капли падают медленно, немного отклоняясь от вертикали. Я нахожусь левее дождя, он меня не задевает.

Ставлю сковороду (в качестве груза) на что-то, лежащее на загроможденном кухонном столе. Собираясь продолжить какое-то дело, произношу: «Раз, два, три!»

Пересекаю дорогу, иду по заросшей буераками тропинке, огибающей опору автомобильного моста, на который мне нужно подняться.

Сон, начиная просыпаться после которого воспринимаю свою мысленную фразу: «СОН, ПОВЛИЯВШИЙ НА МОИ РЕАЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ». Не имея понятия, что имеется в виду, некоторое время прикидываю, не правильней ли было бы сказать «влияющий». Проиграв мысленно, в полусне, оба варианта, решаю остановиться на первом.

«Да, это так, но почему ты все пишешь на меня?» - говорит молодой высокий мужчина стоящей около него женщине (оба видятся смутно).

Я изо дня в день, годами записывала их, они открывали мне все новые и новые грани. Дело дошло до того, что однажды Сон обратился ко мне как СУБЪЕКТ(!), а пару лет тому назад появилось ощущение, что сны, которые я записываю, хотят выйти к людям. Осознание поначалу было слабым, но повторялось все более упорно, сны хотели осуществить это единственным, повидимому, возможным для них способом - используя меня проводником. Утвердившись в этом, я взялась за дело, для чего пришлось освоить компьютер.

Мысленная фраза: «Почему о них не говорят и не пишут?» (речь идет об уплотнительных прокладках).

Обрывок мысленной фразы: «...соешный камень...».

Оказываюсь (впервые) на Дальнем Востоке, в какой-то момент примыкаю к двум путешественницам-китаянкам. Поражает их приспособленность, предусмотрительная готовность к любой,  даже самой мелкой бытовой ситуации (в их рюкзаках имеется все, что бы ни потребовалось).

Крупный пятнистый серо-бело-рыжий зверь (похожий на поджарую собаку) появляется из-за правой границы поля зрения и неспешно бежит влево. Внезапно  вскидывает голову с простодушно приоткрытым ртом и, как бы что-то увидев, прибавляет ходу.

По темной бугристой земле бескрайнего пустого пространства едет, в сторону горизонта, открытый военный джип. В нем стоит плотная группа людей — главы правительств, решающих проблемы Ближневосточного региона, и их помощники. Джип внезапно оказывается в луже грязи, зачерпывает ее, все выходят, чтобы привести в порядок испачкавшуюся обувь. Вот они сгрудились под большим деревом, на поросшем травой пригорке. Правее, невдалеке, под еще одним деревом стоит, спиной ко всем, с выражением отстраненности и смиренного достоинства, Ясер Арафат. Башмаки его доверху облеплены комьями коричневой земли. Вижу в нем человека, нуждающегося в помощи, отторгнутого от остальных (и еще меня поразило выражение его лица). Подхожу, прошу разрешения помочь. Он, не отвечая, отстраненно смотрит вдаль. Говорю, что только принесу воды, чтобы смыть с обуви налипшую землю. И хотя он по-прежнему молчит, понимаю, что помощь будет принята. Набираю воду из крана над большой квадратной раковиной, находящейся под еще одним, последним тут деревом. Набрала полную сковородку (старую, темную, с длинной, под метр, ручкой), приношу Арафату. Он, все с таким же отсутствующим видом, опирается на мою левую руку, смывает грязь. Вода кончается, предлагаю принести еще, он без слов дает понять, что это совсем не обязательно. Все же снова набираю полную сковородку, но по дороге вода вдруг начинает убывать, хотя я ее почти не расплескивала. Подумала было вернуться к крану, но не делаю этого, и когда подхожу к Арафату, вода (почему-то с примесью песка и соринок) плещется на самом дне. С удивлением вижу в сердцевине дна штырек со сквозным отверстием, сквозь которое и выливалась вода. Показываю это Арафату — и просыпаюсь (Ясер Арафат виделся ярко, отчетливо, в цвете, в том числе рельефно виделись комья земли на его обуви, остальные персоны являли собой условные схематичные темные фигуры, а кем они были, было просто каким-то образом известно).

Мысленное, несколько раз повторившееся слово «Изгнание».

Бесцельно скольжу глазами по полкам магазина канцтоваров. Торговый зал пересекают несколько респектабельных мужчин (во главе с директором), на их одежде и на вещах, что были у них в руках (один, например, нес транзисторный приемник), болтаются товарные ярлыки - они свешивались с брючных ремней, свисали с манжет рубашек и т.п. Провожаю их удивленным взглядом, вхожу в смежный зал, где у двери, на высокой темной кровати лежит старушка-охранница. Спрашиваю про ярлыки, старушка странным образом спускается с кровати и отвечает прозрачным намеком на допускаемые этими лицами правонарушения. Для того, чтобы спуститься, она ухватилась за торец кровати, сделала стойку на плечах (струной вытянувшись вверх) и ловким красивым соскоком приземлилась. Все, ею проделываемое (с будничным видом), так не вязалось с ее обликом, что я, ошеломленная, все боялась, как бы она не грохнулась (стояла наизготовку, чтобы подхватить ее, в случае чего). Выходим из магазина, нам было по пути, но я не захотела идти вместе, и попрощавшись, свернула направо, к рынку. Было, наверно, раннее утро, рынок почти пуст, проходы посыпаны свежей влажной стружкой, в одном месте ею покрыта лишь правая сторона прохода, я шла по левой кромке, но разок наступила на стружку (просто так). Иду между пустыми рядами и думаю, что придется придти еще раз, позже.

Мысленная фраза: «Дома там они разговаривают, разговаривают беспрерывно».

Ждем в аудитории начала экзамена, волнуемся. Находящаяся около меня девушка что-то говорит, отвечаю: «Что ты говоришь! Сдавать в двадцать лет или когда тебе уже под сорок» (намекаю на свой возраст, для пущей важности его преувеличив). Добавляю, что задач не боюсь, боюсь гуманитарных дисциплин. Перед мысленным взором разворачиваются, однако, именно формулы из предметов, которые в свое время изучала. С тех пор прошла уйма времени, а я не удосужилась освежить их в памяти, пальцем не пошевелила для этого. Осознаю, что ничего не помню, но не корю себя за безалаберность, просто констатирую факт. И не ухожу же, сижу тут - и, следовательно, на что-то рассчитываю? Или нельзя было не явиться?

Мысленное обращение: «Владеющий мячом!»

Фрагмент мысленной фразы: «...крепко привязаны к железному трубу...». Видится массивная металлическая решетка (в клетку). Она имеет коробчатую форму, и или просто лежит на земле или закрывает отверстие.

Мысленная, незавершенная фраза (глуховатым мужским голосом, сочувственно): «Вероника, ну почему тебя так ненавидят все...» (имеются в виду все, относящиеся к какой-то категории или категориям).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «...и русских адвокатов, уже поддерживающих идею...».

Обрывок мысленной фразы: «..на два года...».

Мысленная фраза (спокойным глуховатым мужским голосом): «Сейчас выгонят оттуда за историческую мощность телевизора».

У велосипедной стоянки университетского кампуса висит клочок бумаги с объявлением, составленным из сокращенных слов. Оно гласит о предстоящем первом собрании преподавателей, владеющих велосипедами.

Мысленная фраза (медленно, женским голосом): «Вероника, опять снег».

Не запомнившееся дословно мысленное сообщение о положительных качествах вегетарианства.

Проснувшись, смотрю на небольшой прямоугольник плотной вишневой бумаги, расчерченный (от руки) на две колонки горизонтальных строк. В некоторых небрежно, печатными буквами вписаны названия якобы моих, незапомнившихся снов этой ночи. Припоминаю, что в самом деле всю ночь что-то периодически снилось, подкалываю список к своему ночному блокноту и засыпаю. А проснувшись (поутру) по-настоящему, никакого списка не обнаруживаю.

Прогуливаясь, выходим к пологому склону городского парка, где на сочной зеленой траве между редкими деревьями расположились, группками и поодиночке, посетители. Вижу поднимающегося по склону мужчину в светло-серой одежде, с легким пулеметом в руках. Мужчина устраивается среди отдыхающих, никто не обращает на него внимания. Отчетливо чувстствую, что сейчас он начнет расстреливать ничего не подозревающих людей. Говорю об этом попутчикам. Спускаемся со склона, стараюсь предупредить об опасности всех, мимо кого мы проходим. Люди не воспринимают мои слова, звучащие слишком невероятно. Оборачиваюсь. Мужчина в сером стоит около пулемета, раскинув руки вверх и в стороны, его фигура быстро чернеет. Оказываемся у здания, где кто-то, кажется, собирался нас преследовать. Одна из попутчиц объясняет, почему убили бывшего с нами молодого человека. Получалось, что она предвосхищает события, поскольку пока что все мы живы. То, о чем она говорит как о свершившемся, должно произойти немного позже, но я просыпаюсь до этого.

Мысленные фразы (женским голосом): «И не звонить. Сказал(а), что попозже звонить». Слово «сказал» непонятным образом воспринималось и как «сказала» - оно как бы мерцало то так, то так. Даже когда я, уже проснувшись, попробовала фразу на слух, результат был таким же.

Мысленная фраза: «Ничто не предвещало беды».

Мысленная фраза (мужским голосом, повествовательно): «Остался младший сын, Авдотья большинство».