Октябрь 2001

Располагаемся на привал в старой просторной избе, где живет бодрая старушка в темной одежде и маленький мальчик. Они выходят, мы беремся за приготовление пищи. Несколько человек разогревают принесенное нами с собой, остальные (большая часть) сидят вокруг темного массивного стола. Выбираю сковородку, пеку блины. Разогретая еда выставлена на стол, мне осталось подогреть отварной картофель с зеленым горошком. Время поджимает, решаю, что это блюдо сойдет и так.
Реплика одного из участников незапомнившегося сна: «То, что Россия — родина слонов, это известно».
Обсуждаются (оцениваются) разные варианты чего-то незапомнившегося.
Проявив слабость, решаю обратиться к психиатору, мне кажется, что силы мои на исходе. Оказываюсь в большом казенном здании, в ожидании очереди сажусь на скамью. Когда передо мной остается два-три человека, иду ближе к кабинету. По телу пробегает, на миг отключив меня, волна (ощущение было настолько натуралистичным, что его в полной мере почувствовала не только Я-снящаяся, но и Я-сновидящая). Сажусь, пробую мысленно подготовиться к предстоящему разговору - что я скажу психиатору, что смогу ему сказать? Осознаю, что не смогу сказать абсолютно ничего, потому что «у меня нет для него ни единого слова». Получается, что входить к нему незачем (ощущение, что у меня нет для него ни единого слова, было отчетливым, категоричным).
Мысленно сообщается о моем переходе в иное состояние. Сообщение сопровождается незапомнившимися действиями — что-то светлое на светлом фоне. [см. сон №1665]
Сон о благополучно разрешившемся недоразумении.
Плутаю по улицам и в лабиринтоподобном здании.
Незапомнившийся сон (похожий на позавчерашний) о моем переходе в иное состояние.  [см. сон №1662]
По окончании симфонического концерта на авансцену выходит молодой бледный блондин с блеклыми глазами. Поскольку зал безмолвствует, он подсказывает: «Хлопайте!» Раздаются жидкие аплодисменты. Блондин указывает глазами на окошко кабины звукозаписи (трансляции), призывая публику активизироваться. Аплодисменты переходят во всплеск бурной овации, кто-то даже оглушительно рявкает сочным басом: «Браво!»
Мысленная информация о нюансе изменившейся ситуации в системе жертвы-мучители. Мучители оставили в покое жертв. Разъясняется, что это вовсе не было проявлением гуманности, мучители вынуждены оставить в покое жертв ради собственного спасения. Информация иллюстрировалась незапомнившимися блеклыми изображениями.
В активном, отчасти ирреальном сне участвует несколько человек. В финале мы с Каданэ лежим в спальных мешках. Проснувшаяся Каданэ говорит, что ее спальник промок. Прислушиваюсь к своему, удостоверяюсь, что с ним все в порядке. Выглядываю наружу. Мы лежим в неглубоком желобе, подмерзшая вода на его дне схвачена тонкой неровной коркой льда. Лед выглядит неповрежденым, мне непонятно, почему намок спальник Каданэ.
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Стихи ... - посильный вклад ... в развитие ... стиха».
Страница с текстом на незнакомом мне языке (возможно, это не буквы, а знаки). Поверх нее — фигура из трех расходящихся темных лучей. Берусь за точку их соединения, перемещаю фигуру влево, сохраняя первоначальное (горизонтальное) положение среднего луча и не выводя фигуру за пределы листа. Еще пару раз таким же образом и так же неспешно перемещаю ее над листом.
Оказываюсь в небольшом селении, находящемся на военном положении. Слева появляется пара десятков вышагивающих друг за другом книг. Темно-вишневые солидные тома с черными корешками (и ногами) ровным, спокойным шагом идут к одному из домов. Как мне посетовал за мгновенье до этого один из селян, книги были вынесены, к сожалению, из помещения, в котором до сих пор хранились, по связанной с военнным положением причине. Смотрю на них - они высотой не меньше метра, но воспринимаются как обычные. Говорю, что на месте селян все же приобрела бы для них шкаф, хотя и понимаю, что это сложная проблема. Бегло возникает как бы реализация моего предложения - заполненный этими (принявшими нормальные размеры) книгами небольшой, с застекленными дверцами шкаф, стоящий в пустой, частично видимой комнате.
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...прыгала ... слыла самым знаменитым львом в округе...». Дальше в этом мысленном сообщении говорится, что теперь та, о ком идет речь, покинула Землю (умерла?), находится среди Звезд и смотрит оттуда. Бегло видится кусочек звездного Неба.
Живем в селении. Одна из женщин просит мою маму* присмотреть за мальчиком (лет шести). Мама, в силу всегдашней готовности помочь, не возражает. Объясняю, что она не сможет за ним присматривать, поскольку она — сплошное спокойствие, а ребенок — гиперактивный. На миг смутно предстает горизонтальная шкала темпераментов, где зоны мамы и мальчика находятся на противоположных концах. Добавляю, что маме уже под восемьдесят лет (женщина при этом проявляет заметные признаки удивления), так что, вследствие всего этого, кто будет отвечать, если с ребенком что-нибудь случится?
Нахожусь в командировке, вхожу в комнату гостиницы. Все места свободны, выбираю кровать слева от двери. Входят две девушки, двоюродные сестры, занимают правую и среднюю их трех оставшихся кроватей. Ухожу по делам, положив на постель что-то в качестве метки. Возвращаюсь, появляется еще одна девушка, указываю ей на свободную кровать, говорю, что крайнюю справа заняла ее родная сестра, а среднюю — двоюродная. Симметричная схема размещения сестер показалась мне знаменательной (по крайней мере любопытной), так что повторяю сказанное еще раз (девушки были мне незнакомы).
Абсолютно черное тело (диск или сплюснутый шар, размером с футбольный мяч) плавно устремляется вверх (чуть отклоняясь в сторону горизонта). Это возвращается к себе Сон. Каждую ночь он спускается с Небес к человеку, а потом возвращается наверх. Речь идет о чьих-то конкретных сновидениях (уж не о моих ли?). Дается понять, что таким же образом Сны спускаются и к другим людям, демонстрируется нескольких подобных объектов в пространстве между Небом и Землей.
К небольшим, висящим (разрозненно) в воздухе белым бумажным кружкАм поочередно прикладывают светлый металлический диск-шаблон меньшего диаметра. Прижимая к нему очередной кружок, перегибают бумагу по периметру шаблона.
Представление началось, подошедшая к сцене женщина объявляет, что пока идет пролог, зрители могут перекусить в фойе, там для них выставлено угощение. Ощутив дикий голод, я была готова  ринуться туда немедленно, но для маскировки спрашиваю у рядом сидящих, не хотят ли они, чтобы я им что-нибудь принесла. Они (трое) охотно принимают предложение, вхожу в фойе, окидываю взглядом угощение, подавляю желание наброситься на все подряд. Соблюдая приличия, аккуратно вытягиваю четыре ломтика хлеба, потом, не удержавшись, прихватываю для себя еще один. Неторопливо намазываю маслом, осматриваю еще раз содержимое ваз и останавливаю выбор на мясном паштете, наиболее соответствующем моему чудовищному аппетиту.
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза, завершившая сон и что-то в нем объяснющая: «Это редукция на совет как можно скорей покинуть...».
Мысленная фраза (нейтральным тоном): «Ведь я же не сделал зла, пусть меня простят».
Обсуждается проблема (ситуация). Доводы в виде белых стандартных листов бумаги (не запомнилось, был ли на них текст) неторопливо, один за одним, складывают в корытообразную емкость, являющуюся заморозителем. Видны лишь кисти рук, манипулирующие бумажными листами.
Мысленная фраза: «Ну ладно, Вероника, я с тобой встретиться хотел».
Мысленная фраза: «Динайн Пэтн» (возможно, имеется в виду Даймон поэта).
Несколько десятков темных, размером с футбольный мяч Сущностей спускаются с Неба, входят в находящуюся на Земле группу условно видимых людей, и те, с вселившимися в них Сущностями, предаются неистовствам.
Мысленная фраза: «Постойте, где мой сын?» Возникает крупная, в рост человека кукла, состоящая из мужского черного костюма и такого же картуза, натянутых на небрежно связанный пучок соломы.
Находящемуся (запертому?) в комнате мужчине необходимо помочиться. Он приближает пенис к месту стыка дверной ручки с дверью, роняет несколько капель. Кто-то Невидимый говорит: «Нельзя». Мужчина пробует сделать это у другой двери, ему опять запрещают. Он повторяет попытки еще пару раз, с тем же результатом. Виделись (смутно, условно, не в цвете) части дверей с ручками (во всех случаях это были левые края дверей) и часть мужской фигуры.
Сижу на большой пустой выпуклой площади с пустым эмалированным, пожелтевшим от времени чайником в руках. Справа сидят два мужчины (один в тюбетейке),  разговаривают втайне от третьего, расположившегося в отдалении, слева. Пристально смотрю на тюбетейку, вижу, что это имитация, кружок выкрашенных чернильной краской волос на темени, решаю, что это сделано для маскировки. Тело вдруг наливается приятной истомой, начинаю умирать. Оттолкнувшись от земли и став невесомым, тело медленно, как в замедленной съемке, падает с раскинутыми в стороны руками (в правой - пустой открытый чайник). Падаю долго, медленно, хочу прокричать: «Мне плохо! Спасите!» Удается произнести это лишь мысленно, и я медленно, несколько раз повторяю эти слова. Истома по-прежнему заполняет меня, тело продолжает невесомо падать — или подниматься в Небо? И так как что-то во мне этому воспротивилось, умирать я прекратила. То есть проснулась. Но ощущение было такое, что я действительно прервала процесс умирания, а не просто вышла из сна.
Мысленная фраза (из сна): «Если вы свидетель 1873-го года, то вот вам, пожалуйста, иллюстрация».
Находимся с визитом в селении. Нас заводят для ознакомления в одно из помещений - темноватое неуютное, Г-образное, заставленное кроватями (одна, слева от входа, была даже двухъярусной). Обитатели комнаты, несколько мужчин и женщин, неторопливо готовятся к отходу ко сну. На полу, на матраце, сидит женщина-психолог, это ее спальное место. Перед тем как лечь она натягивает на лицо маску — кусок редкой, местами рваной светло-коричневой рогожи с прорезями для глаз и  рта.
Хронология
Мысленный диалог (глуховатыми женскими голосами, задумчиво). «Всякое бывает».  -  «У гостей бывает всякое настроение».

Кто-то выкладывает в ряд небольшие прямоугольные, окрашенные в черно-белую клетку элементы (варьирующиеся по длине). Лента выстраивается влево, вдоль нижнего края бесформенной фигуры, с целью исправления дефекта последней. Мысленно сообщается, что элементов оказалось как раз требуемое количество: "3+3+4=10" (или 4+4+2=10, не помню точно).

На листе бумаги (слева) идут, друг под другом, слова «Двигатель», «sel 1 и 9» и еще что-то. А справа — смутное изображение (двигателя?)

Бульдозер засыпает грудой сухого светлого песка узкую глубокую изогнутую траншею, вырытую в черной земле.

Мысленная, незавершенная фраза (убежденно): «Вы, конечно вы, с вашей стороны...».

Мысленные, адресованные третьему лицу, с пробелом запомнившиеся фразы (мужскими голосами): «Непонятно, по каким причинам ... разговариваете?» -  «По каким причинам вы это спрашиваете?»

Небольшая, заполненная числами таблица. Запомнились стоящие в двух крайних клетках одной из горизонтальных строк числа «2» и «9», и число «8» в последней клетке нижеследующей строки. С числами производятся тут же, на листе, манипуляции (вычисления?) и подводится мысленный итог: «Значит, правильно».

Сон, одним из персонажей которого была Резеда.

Оказываюсь на окраине городка, в огромной старой крепкой избе, где проживает большое крестьянское семейство. Они виделись сероватыми, но вполне конкретными - сильными, рослыми (чрезмерно рослыми), бородатыми (я видела лишь мужчин). Садятся за огромный старый, грубо сколоченный стол с такими же лавками по бокам. Сцена трапезы (в которой принимала участие и я, случайно сюда ненадолго попавшая) не запомнилась (а возможно, не была развита). После еды в кухне остается один, смутно видимый человек (обычного роста), моет груду больших мисок и огромные кастрюли. Осматриваюсь (ни этот человек, ни остальное семейство не обращали на меня внимания, я как бы, повидимому, для них не существовала). Кухня была гигантской, с низковатым потолком, крепкая, прочная, с крепкой старой мебелью и крупной кухонной утварью. Во всем этом, на первый взгляд, нет никакого порядка, все стоит, висит, лежит, казалось бы, как попало. И однако в целом ощущается безукоризненная гармония. Все такое прочное, основательное. Мне неловко, что я ничего не делаю, принимаюсь влажной тряпкой обтирать один из комодов. Тру тщательно, а сознание переваривает впечатления от гигантской кухни. Мысленно дается знать, что длина ее «сто метров» (называлась и ширина, тоже впечатляющая). Чтобы соотнести ее с чем-нибудь знакомым, пытаюсь высчитать в уме ее площадь. Мойщик посуды уходит, остаюсь одна, продолжая тереть комод.

Окончание мысленной тирады (с мягкой полуулыбкой): «...то есть когда ты видишь что-то умопомрачительное» (захватывающее).

Мысленная фраза: «Хоть караул кричи».

Далеко, во все стороны обозримое холмистое пространство, заполненное редкими строениями и частыми людьми. В центре, у одного из строений, я принимаю душ (точнее, там был большой, наполняемый водой таз, который я на себя опрокидывала). Появившиеся экскурсанты, сгрудившись, приближаются к этому месту. Поворачиваюсь к ним боком, зная, что в профиль мои ноги кажутся длиннее (прозаический эпизод фантастического сна).

Утро. В моей просторной (сновидческой) комнате врач и медсестра, мне предстоит несложная операция. Зная об этом, я все же позволила себе легкий завтрак, позже спросив у медсестры, можно ли поесть. Она говорит, что можно, немножко. Врач готовится к операции, я выдвигаю ящик платяного шкафа. В руке у меня чашка, полная прозрачной воды, вода немного выплескивается на дно ящика, вытираю ее, она почти не впитывается. Подходит врач (видимо, закончившая приготовления). Мигом вспомнив про операцию, спрашиваю дрогнувшим голосом: "Уже всё?" Она говорит: "Всё". Прошу дать мне еще минутку, так как боюсь операции. Врач говорит: «Как хотите».

Неторопливо пишу (в зеркальном отображении) и одновременно мысленно произношу: «И я беру то, что изложено выше».

Мысленная фраза (недовольным женским голосом): «Нет, я не люблю эти (бананы)» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленный диалог. Сспокойно: «В биньяне».  -  Задорно: «Биньян-чик».

Темные женские трусики с белым бумажным ценником, на котором напечатана цена «7.65».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Главное - ... это что-то вроде заявки».

Мысленная фраза (женским голосом): «Слышно, как зашуршали птицы, зашумели ребятишки» (возможно, глаголы были другими, схожего смысла).

Мысленная фраза: «Я забираю обе подушки».

Мысленная фраза (энергичным женским голосом): «Остановив эти машины, ты остановила (движение на улице)». Смутно ощущается молодая женщина, своей фразой скорей объясняющая, чем упрекающая.

Вернулись в Город, в котором когда-то жили. Обнаруживается, что бывшая наша квартира (сновидческая) занята. Легкий шок типа «Как же так?» сменяется трезвым «Почему мы раньше об этом не подумали?»

Обсуждаем высказывания Альберта Эйнштейна. Чтобы правильно их понять, тщательно перемешиваю столовой ложкой в миске две кашеобразные темные массы. Одна будто бы является субстанцией высказываний Эйнштейна, другая — субстанцией Фракийских войн. Говорю, что мои действия необходимы для той цели, которой мы задались (персонажи виделись условно). [см. сон №5158]

Я изо дня в день, годами записывала их, они открывали мне все новые и новые грани. Дело дошло до того, что однажды Сон обратился ко мне как СУБЪЕКТ(!), а пару лет тому назад появилось ощущение, что сны, которые я записываю, хотят выйти к людям. Осознание поначалу было слабым, но повторялось все более упорно, сны хотели осуществить это единственным, повидимому, возможным для них способом - используя меня проводником. Утвердившись в этом, я взялась за дело, для чего пришлось освоить компьютер.

Речь идет о двух Сущностях, обменивающихся информацией нематериальным путем. Сущности находятся (помещены?) в разделенных барьером пространствах. Темноватая среда заполнена по всему объему крупинками (взвешенными в воздухе?), Сущности не видны, но подразумеваются. Основное содержание сна составляет незапомнившееся научное обсуждение (или объяснение) феномена такого рода связи.

Донесшаяся издалека мысленная фраза (энергичным мужским голосом): «Я не успел найти мокрые штаны».

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (мужскими голосами).  Быстро: «...чьи?»  -  Флегматично: «А ничьи».  -  Быстро: «Совсем ничьи».

Мысленная фраза (женским голосом): «По поводу операции — он был готов к ней, насколько это возможно» (не уловился смысл слова «операция»).

Мысленная фраза: «Во рту маковой росинки не было».

«Я только хочу, чтобы ты Веронике показал», - говорит женщина стоящему рядом мужчине (оба видятся темно-серыми сгустками). Потом, обращаясь ко мне (непонятно, где находящейся) говорит: «Вот я сейчас покажу тебе Луну».

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женским и мужским голосами). Медленно:  «Почему...?»  -  Быстро: «Меня это на Совете тоже спрашивают».

Мысленная фраза (женским голосом, эмоционально): «Нет, это он должен звонить?» P.S. Любопытно, что поначалу я не смогла разобрать эту фразу, о чем сделала пометку в блокноте. И она тут же, как ни в чем не бывало всплыла в памяти.

Мысленный призыв (сочным мужским голосом): «Так соедини!» («так» является безударной частицей).

Мысленная, незавершенная фраза: «Пока не осталось, не осталось...» (до тех пор, пока).

Рву лист бумаги на части, складываю их вместе, обрезаю ножницами по дуге. Сложенную в несколько слоев бумагу резать трудно, пальцам больно от впивающихся ножниц. Из-за боли напряжение поневоле ослабляется — и процесс тут же начинает идти совсем легко.

Разговорившись на улице с симпатичной молодой женщиной, узнаю, что она связана с издательским делом, и что у них есть типография. Вспоминаю, что дома лежит что-то растрепавшееся, спрашиваю, нет ли у них переплетной мастерской. Женщина говорит, что есть, заверяет, что мне там помогут. Прихожу по указанному адресу, обращаюсь к одному из сотрудников. Он отвечает отказом, в его тоне сквозит непонятная подозрительность. Из глубины офиса доносится странное монотонное бормотание (голосом давешней женщины). На мой недоуменный вопрос кто-то небрежно бросает, что женщина так «разряжается». Собираюсь уходить. Один из сотрудников на прощанье говорит, что если у меня в связи с полученным отказом возникнут на работе проблемы, я могу адресовать свое начальство к нему. Говорю, что этого не потребуется, поскольку у нас "каждый отвечает за себя сам".

Блок передних зубов моей верхней челюсти внезапно обрушился на нижние зубы. Это было похоже на крушение, на обвал. Это ассоциировалось (или синхронизировалось) с внезапным обвалом одиноко стоящего старого нежилого мрачного здания с пустыми глазницами дверных и оконных проемов (оно показано бегло, намеком). Полупроснувшись, не могу понять, что произошло. Ощупываю языком полость рта, убеждаюсь, что зубы на месте. Окончательно проснувшись, понимаю, что это был такой странный, необычный сон.

Обрывок мысленной фразы: «...здания, где по утрам...».

Большая темноватая захламленная комната. Стою в петиной зоне - его спальное место, заваленная чем-то тумбочка и еще какие-то вещи находятся у задней стены. Прошу Петю выйти из комнаты, спрашиваю, не возражает ли он, если я кое-что у него спрошу. Он мнется. Успокаиваю, объясняю, что мое сознание не всегда воспринимает то, что мне говорят. Вот я и хочу всего лишь кое-что переспросить. Петя готовится выйти. Прошу его выключить радио (чтобы оно не мешало спящему в дальнем конце комнаты человеку). Небольшой черный транзисторный приемник стоит на петиной тумбочке, Петя протягивает руку, сдвигает рычажок. Радио умолкает, но тут же возобновляет работу. Даже во сне я не смогла бы, наверно, сказать, какого рода звуки издавало это радио — была ли это музыка, речь или пение, но работало оно громко (не уловился момент, с которого вошел в сон работающий радиоприемник, это произошло как-то незаметно). Еще раз прошу выключить радио, Петя повторяет свой жест, а приемник — свою реакцию. Раздражаясь, требую выключить радио все более строгим тоном. Петя каждый раз привычным, заученным движением сдвигает рычажок, но радио каждый раз замолкает лишь на миг. Выведенная из себя, рявкаю: «Выключи радио!!» Этим заканчивается сон, таящий, на мой несновидческой взгляд, загадку. Ведь я отчетливо видела, как Петя выключал радио, и оно ведь замолкало (на миг). Почему же гнев выплеснулся на Петю, да еще в такой грубой форме - наяву, насколько я помню, мне ни разу не приходилось повышать на сына голос.   [см. сон №3827]

Мысленное перечисление: «Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать».

Мысленная фраза: «Еще надо дом до конца выстроить» (прежде всего).

Мысленная фраза (медленно, женским голосом): «Вероника, опять снег».

Мысленные фразы: «Выглядел лучше. Он уже с двумя гла...» (окончание последнего слова неразборчиво).

Мысленное двустишье (дразнилка?): «Самокат, самокат, колесо в сто карат».

Обрывки мысленной фразы (мужским брюзгливым голосом): «...а не ... в их вшивых улицах».

«Вы меня, пожалуйста, извините», - говорит продавцу пожилая женщина.

Мысленные фразы (мужским голосом, неторопливо): «Подлизывается. Подлизывается, я говорю, под все, эти самые...». Фраза приостанавливается (повидимому, в поисках подходящего слова). Полупроснувшись, завершаю ее сама словом «опоры».

Мысленные фразы (женским голосом): «Мой анализ крови? Его нету».

В финале сна мысленно объясняю, что по таким-то (незапомнившимся) причинам во мне сохранилась «настоятельная необходимость ключевой детской лексики».

Мысленный диалог (женскими голосами). Недоверчиво: «Ну да...».  -  Энергично, проясняюще: «У Лоры скрестили ноги» (возможно, было сказано «У Норы»).

Мысленная фраза (возможно, относящаяся к какому-то сну): "Салон для чистых жен".

Мысленная фраза: «Альтрогены, или другие мысли». Это является названием альманаха, бегло представшего в виде книжицы в мягком светлом переплете.

Мысленная фраза: «Удалось установить, that Polish peoples is spirituals!»

Полосы, похожие на телевизионные помехи. Нужно, чтобы они шли ровно и параллельно друг другу, но они все время искажаются.

Мысленные фразы: «Пожалуйста. Сколько сейчас. Не забудьте упустить!» Первая фраза выражает мягкое согласие, разрешение. Тон второй — доброжелательно-конструктивный. В третьей звучит деликатное указание. Все в целом производит впечатление, что говорящий имеет дело с не очень самостоятельными, инфантильными Сущностями. Я даже в воображении чуть ли не увидела их (по крайней мере почувствовала).

Условно видимый человек (кажется, женщина) делает доклад. Завершает акцентированной оговоркой, что если подход к решению обсуждаемой проблемы будет неверным, это породит ошибки и в решении проблемы.

Обнесенный забором компактный двух-трехэтажный дом на несколько семей, одной из которых является семейство Икс. В конце сна madame Икс предлагает мне буханку хлеба, отказываюсь (предпочитая заботиться о себе сама). Этот эпизод открывает мне ранее неизвестный факт: madame, оказывается, закупает продукты для всех жильцов нашего дома, за ее спиной видится интерьер кладовки, где хранится закупленное, в том числе (на одной из полок) разные сорта хлеба. Нигде  не вижу пометок с фамилиями жильцов, раздумываю, как она во всем этом разбирается. Держит в памяти? (сон был нецветным, в неопрятно-темных тонах; все, кроме хлеба, виделось условно).

Мысленные фразы (бойким женским голосом): «В чужой? В чужой квартире вообще не ночевал(а)».

Мысленная, частично запомнившаяся фраза (мужским голосом, с досадой): «Карьеру мешать освободить ...» (речь идет о служебном поприще).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (деловитым женским голосом): «Молодец, Вероника...».

Сон, связанный, повидимому, с Интернетом. Под его впечатлением то и дело полупросыпаюсь, размышляя о терминах «сайт»,  «атар» и т.п. И никак не могу вспомнить к ним же относящееся слово «файл».

Мысленная фраза (со спокойной подначкой): «Ах, ну, давай».

Мысленный диалог (женскими голосами). «Кэ. Эр. Эл».  -  «Кролик? Подопытный».

Мысленная фраза: «Они были такими грубыми — просто горячо» (грубость вызвана чрезмерно накалившейся атмосферой).

Пышное празднество в большом нарядном зале. Множество гостей в богатых, не нашего века, нарядах, танцуют что-то старинное. Сон начался как черно-белый, и плавно перешел в цветной, окрасив одежды танцующих в благородные светлые тона.

Приходит осознание предыдущего сна. Подоплека в том, что я должна что-то в себе изменить. [см. сон №2533]

Мысленная фраза: «Бараки на девятьсот пятьдесят человек».

Мысленная фраза: «Дела от меня долго отходили — дела, даже создание ветров». Имеется в виду пускание ложных слухов, умышленно (или неумышленно) ассоциировавшееся с пусканием ветров.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «А ... у нас такая, что...».

Чем-то заполняю ряды лунок дощатого лотка. Делаю не так, как положено, нарушаю правила сознательно - из своеволия, ради удовольствия. Высшая составляющая моей Личности спокойно наблюдает и трезво, рассудительно умозаключает, что предпринимать ничего не нужно. Нужно переждать, пока Действующая моя часть натешится и это ей надоест, а это произойдет неизбежно. Визуальная часть сна символизировала, как я понимаю, что-то типа неполезных привычек. Что же касается невидимой Инстанции, которую я обозначила как Высшую часть моей Личности, то возможно, что на самом деле ею была Инстанция более высокого уровня.

Обрывки мысленной фразы (моей): «Ни за что я не ... бы ... а также...». Начало фразы является итогом размышлений по поводу приснившейся в предыдущем сне (но не воспринимаемой как сон) командировки. Говорю себе, что не пошла бы на совершение каких-то действий, если бы меня принуждали к этому в командировке. Второй половиной фразы говорю себе, что не подчинилась бы никаким деструктивным (по отношению к моей личности и к моей жизни) указаниям, от кого бы они ни исходили.  [см. сон №3419]

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «Что до первого (числа) есть ... и я советую вам ее пересмотреть».

Мысленная фраза: «Постарайся, чтобы она переросла в социальную победу». Фраза обращена к женщине, речь идет о достигнутой ею удаче. Смутно, в дымчато-серых тонах, сверху видится женщина, внимание акцентировано на ее правой руке, которую то ли пожимают, то ли настойчиво показывают.

Мысленные фразы: «Один раз в неделю я, один раз — ты. Подметаем...» (фраза обрывается).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (эмоциональным мужским голосом): «Да Наташка ... я пойду ведь не (с) растопыренными глазами».

Мысленная фраза: «Из-за каждого письма меньше радости» (имеется в виду, что чем меньше писем, тем меньше поводов для радости).

Сон о ПРЕВРАЩЕНИИ. Но что это было за превращение, обратимым оно было или необратимым, со мной ли оно совершалось или не со мной, не запомнилось.

Мысленный диалог (женскими голосами). Спокойно: «Это то же самое».  -  Суетливо: «То же самое, если взрослый...» (фраза обрывается).

Просторный красивый, окруженный садом многоэтажный дом, наш с Петей дом. И кошка, вполне приличная, но совершившая недопустимую (с моей точки зрения) вещь - напрудившая в одной из комнат. Правда, окна были закрыты, и ей было не выйти в сад, но это, на мой взгляд, ничего не меняло. Самое ужасное было в том, что лужа была огромной, будто на пол вылили целое ведро мочи. Она была без запаха, светлая, прозрачная, и она медленно растекалась, намочив кусок большого ковра, два коврика поменьше и спинку кем-то уроненного кресла. Почти в истерике от гнева и омерзения, гляжу на продолжающую расползаться лужу, решительно заявляю, что такую кошку нужно немедленно выгнать. Спокойный, рассудительный Петя иного мнения.

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Все знают, что они .... в ... в который они заходят иногда только переночевать». Видится несколько темных пар мужских носков, развешиваемых на бельевую веревку.

Категории снов