Мысленные, адресованные подразумеваемому собеседнику фразы (женскими голосами). Авторитетно: «Посчитать, что всё, уже готово». - Мягко: «Потому что мы опробовали его на людях».
8770
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Иными словами, для ... и ...». Предстает экран компьютера, заполненный текстом, содержащим и эту фразу. Обращаю внимание на непропорционально большой интервал между одной из ее пар слов, решаю недочет исправить.
8771
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (глуховатым женским голосом, задумчиво): «Я не ... . Шимта. Шимта. Шимта танцевать будет».
Мысленная фраза: «Прошел проверку на рейтинг полностью безопасного» (речь идет о материале — возможно, о вакцине).
8773
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (женским голосом). «...в большом городе, - тут степенный тон меняется на энергичный: - Ты ведь тоже где-то родилась».
8774
Сказав что-то маме*, отправляюсь на рынок. Почти добравшись, обнаруживаю, что на мне лишь трусики. В смятении представляю, как шла полуголая на виду у прохожих, и как это выглядело. Предстают светлые улицы светлого города с редкими светлыми схематичными фигурами прохожих (это видится как бы задним числом, моими глазами). Шмыгаю в проулок, стою там, прижавшись спиной к стене, понятия не имея, что делать. Вспоминаю про мобильник, решаю позвонить маме, чтобы она принесла одежду. Кармашек для мобильника пуст — аппарат забыт дома. Ну конечно, всё к одному, обреченно думаю я, продолжая машинально тискать сумку. Руки нащупывают какой-то предмет... Он! С облегчением прижимаю его к уху, и только было собралась набрать номер, как вдруг слышу в нем посторонний разговор. С любопытством прислушиваюсь. «...хочу спросить, можно ли вынуть этот диск... диск... и...», - запинаясь, бормочет женский голос, в ответ на что четкий энергичный мужской как бы завершает фразу, в которой запуталась женщина: «Вставить сторонний?»
Занимаюсь своими делами за письменным столом, придвинутым к стене светлой, полной воздуха комнате. Справа, через открытое окно бесшумно влетает черная птица (ворон?) По-свойски опускается на край стола, заинтересовывается лимонным кексом с изюмом (уже общипанным мной со всех сторон). Осторожно склевывает крошки, не теряя бдительности и припадая, готовая взлететь, при слишком резких движениях — моих и двух условных фигур, стоящих в заднем левом углу. Не желая мешать пернатой гостье (она воспринималась как существо женского пола) приостанавливаю свою деятельность, украдкой наблюдая за птицей. Осмелев, она начинает отламывать кусочки от кекса, потом пытается зажать его в клюве целиком (он был размером с детский кулачок), и потерпев поражение, бесшумно исчезает (все виделось предельно ясно, за исключением бегло показанных светлых фигур за моей спиной).
Мысленные фразы (женским голосом, как ремарка к предыдущему сну): «Они имели дело с Жанной Кис. На самом деле псевдоним продолжается» (то есть он упомянут здесь в сокращенном виде). [см. сон №8783]
8785
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Если оно не ... в обещанном указом сроке, то (придется)...» (за слово в скобках не ручаюсь).
8786
Мысленные, адресованные третьей собеседнице фразы (женскими голосами). Робко: «А чего же ты...». - Пренебрежительно, с ленцой: «Тебя же не собираются».
8787
Щедро посыпаю грубой солью выложенные в миску аппетитные ломтики ржаного рогалика, собираясь залить их водой из-под крана и поставить в микроволновку. И вдруг останавливаюсь, как бы спохватившись, что варево получится несъедобным.
Смутно, в расплывчатых, сероватых тонах видится спокойно танцующая (по-старинке) пара, мужчина и женщина. Вдруг женщина резко сокращается в размерах (до трети метра ростом), однако танец не прерывается, просто мужчина теперь держит ее левой рукой на уровне своей груди.
8796
Оказываемся с Петей в просторной квартире, где живет богемная молодежь. Петя, по их просьбе, закрепил карниз над окном, а я там все о чем-то с недоумением спрашивала — получала ответ, и чуть погодя опять задавала тот же вопрос (сон был натуралистичный, в светлых тонах).
8797
Мысленная фраза (женским голосом, доброжелательно): «Хочешь, я тебе еще нарасскажу тебе?»
8798
Незнакомый мужчина привлекает меня себе в собеседники, это была сдержанная, вполне устраивающая меня форма общения. Но вот появляются две женщины, задавшиеся целью переманить меня (или заполучить параллельно). Такова идея сна, первая половина которого иллюстрируется чем-то невнятным на мутно-сером фоне. Затем четко, в светлых тонах предстают женщины: молчаливая (сзади), и (крупным планом) безостановочно тарахтящая блондинка (я в этом сне не присутствую).
8799
Мысленная фраза (быстрым тенором): «Тебя женЫ не нужно еще, нет?»
8800
Мысленный диалог (женскими голосами). Глуховато: «В крови тетя ... лежит» (одно слово, возможно имя, не запомнилось). - Возбужденно: «В крови».
8801
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «В начале ... года или в начале этого года начинается переселение».
8802
Пришла в клинику, чтобы подбодрить какого-то мужчину. А когда, после достаточно длительного визита, направилась к выходу, меня из клиники не выпустили, кто-то из администрации заявил, что я тут останусь (не объяснив причины). Я в растерянности. Дело происходит сначала в палате, потом — в больничном коридоре. Интерьеры были светлыми, просторными. Пациенты (все ходячие) и персонал — в светлой одежде. Все виделось натуралистично (я лишь не видела ничьих лиц).
Нахожусь с сынишкой (лет пяти, сновидческим) в светлом солнечном городке (нашем постоянном месте проживания?). Подразумеваемые взаимоотношения наши (на мой несновидческий взгляд) оптимальны — ребенок обеспечен всем необходимым, пользуется полной свободой и не злоупотребляет ею. Эта часть сна проиллюстрирована показом широкой полудеревенской (окраинной?) улицы, по которой я иду по своим делам, и на которой, в отдалении, играет с ребятами сынишка. Но вот я начинаю замечать, что ребенка осторожно, настойчиво приваживает немолодая, похожая на няньку женщина, все чаще попадается она на глаза рядом с малышом. Спустя некоторое время смутное, неосознаваемое беспокойство переходит в осознанное — каким-то образом становится известным, что малыша хотят забрать, сманить. Таким же непонятным образом узнаю, что к этому причастен пожилой уважаемый интеллигентный человек (с которым я будто бы немного знакома). Чтобы прояснить непонятную ситуацию, решаю с ним поговорить. Оказываюсь в коридоре одного из верхних этажей административного здания, у раскрытой двери кабинета этого человека. С десяток посетителей ждут своей очереди, сидя на стульях в самом кабинете, стоя в дверном проеме и в примыкающей к нему части коридора. Немного поколебавшись, решаю пройти без очереди, пробираюсь к столу, спокойно сажусь напротив этого человека. Произношу первую фразу, и тут происходит нечто неожиданное. Сбой времени. Я напрочь забываю все, что хотела спросить, в тот же миг произношу (как бы синхронно) ту свою первую фразу вслух, и (от этого?) просыпаюсь, тут же ее забыв (все в этом сне виделось натуралистично, только не видела я ничьих лиц).
Мысленная фраза (мужским голосом): «Притащил целых четыре бутылки молока». Смутно, в темно-серых тонах видится мужчина, подпихивающий ногой деревянный дощатый ящик с несколькими (угадываемыми?) бутылками.
8808
К временно живущему у меня Пете зашла по делу девушка, его ровесница. Они что-то обсуждают в одной из комнат, а я вдруг обращаю внимание на плачевное состояние второй комнаты — обои там кое-где отстали от стен, и местами прикреплены к ним крупными болтами (знаю, что это дело рук Пети, и с благодарностью это отмечаю). Петя появляется около меня, предлагаю купить новые обои и комнату переклеить, Петя соглашается. Тут я замечаю, что обои не в порядке лишь на двух (смежных) стенах, говорю, что можно переклеить только их, так даже получится оригинальней. Петя и девушка идут на кухню, перекусить перед уходом. Спохватываюсь, что холодильник почти пуст, беспокоюсь, найдут ли они там хоть что-нибудь (персонажи виделись условно, а остальное — поразительно отчетливо).
8809
Держу у правого уха мобильник (как бы ответив на звонок). Незнакомый женский голос разражается длинной тирадой на незнакомом языке (судя по интонации, кого-то отчитывают). Говорю: «Вы не туда попали». Женщина замолкает, а я еще раз повторяю свою фразу. Женщина бормочет: «Хорошо», и пока она не отсоединилась, желаю ей доброго дня.
8810
Мысленная фраза: «На острове красных крестов». Медленно мысленно повторяю и одновременно записываю ее.
Смутно, в сероватых тонах видится (как бы немного сверху) большой зал, плотно заполненный массой условных слушателей. Слева, на сцене, стоит за трибуной условный лектор, только что закончивший, повидимому, доклад, и призвавший публику высказаться. Повисшую тишину прорезает возглас из задних рядов: «А мне приснился на эту тему СОН!» Лектор отзывается: «Ну что ж, выкладывай!»
Оказываюсь соучастницей какого-то недоразумения. Невинного недоразумения, которое в результате нелепого стечения обстоятельств предстает (в глазах правоохранительных структур) чуть ли не государственным преступлением. Эта часть сна иллюстрировалась чем-то невнятным, в темно-серых тонах. А сейчас я стою (на открытом воздухе) около высшего военного чина (Верховного Главнокомандующего, упитанного мужчины лет пятидесяти, в мундире — в этой части сна все видится натуралистично). Раздраженная нелепым поворотом дела, излагаю реальную суть произошедшего (ни слова не запомнилось). И чем дольше я говорю, тем шире раскрываются глаза ошеломленного военного (сон показывает его лицо крупным планом). Военный воспринимает мою речь как признание теперь уже чуть ли не во всемирном заговоре. Я же стремилась лишь косвенно дать понять, что если в процессе расследования нелепость не будет развеяна, я не унижусь до оправданий, пальцем не пошевелю для этого. И пусть со мной делают, что хотят, мне на это наплевать.
Мысленная фраза (женским голосом): «Куда спросила — не спросила, а поверила, что нет».
Мысленный, неполностью запомнившийся диалог. «Всё это ... когда ... в классе прочла...» (фраза не завершена). - «В классе?» - «В классе».
В старинном каменном эдании, где разместилась организация, разговариваю с Вейкой. Она важно восседает за столом, роскошная, дебелая, холеная. Там же встречаю Лесю, набрасываюсь на нее с расспросами. Беседу прерывают три собачонки (кажется, карликовые терьеры). Суетливо носятся и потявкивают на нас. Появляется их хозяин. Иду к выходу. Спускаясь с каменного крыльца, спотыкаюсь, судорожно хватаюсь за стену, смотрю вниз и думаю, хороша бы я была, если бы тут свалилась.
Старая неряшливая изба, в которой находится несколько человек. Madame Икс чинит нам какие-то мелкие неприятности. Потом на полу комнаты появляется темный чечевицеобразный диск диаметром с треть метра. Смотрю на яркую никелированную нашлепку по центру диска, кто-то предполагает, что это взрывное устройство, все бесшумно разбегаются. Я была почему-то полуодета, и поэтому отважилась выбежать лишь в соседнюю комнату. Но потом трезво подумала, что если заряд мощный, то может разнести весь дом. Вынужденно стараясь не думать о своем неглиже, покидаю избу, однако взрыва так и не последовало (сон нецветной, в темных тонах; персонажи были полубесплотными, условными, темными; madame виделась отчетливей, а диск — совсем ясно).
Мысленный диалог (женскими голосами). Спокойно: «Я скажу, что вы не можете найти общего языка». - Эмоционально: «Мои, мои ч...» ( не договорены слова «части тела»).
Мысленная торжественная величественная песнь (завершающая сон). Она состоит из многократно повторяющейся строки: «Радостная песня, радостная песня, радостная песнь, заливая конца». Речь идет о небывалой награде, радости, ожидающей героев сна, прошедших через в нем пережитое.
«Вы меня, пожалуйста, извините», - говорит продавцу пожилая женщина.
Небольшое оркестровое произведение под названием «Дождик». Выразительно передаются переходы от ничем не омраченного, безмятежного летнего дня к наскочившим невесть откуда резким порывам ветра, наползающим клубам туч, тяжелеющему небу, сгущению атмосферы и, наконец, к разрядившему напряжение частому чистому дождю. Все это условно, намеками визуализируется, но главной была волшебная музыка.
Ищу работу. За неимением лучшего соглашаюсь на неквалифицированную, отношусь к этому без особых эмоций. Работа еще только предстоит, а сейчас я нахожусь у свой знакомой (нам лет по двадцать), на ранчо. Хозяйка чем-то занята в доме, я случайно замечаю во дворе, на кряжистом дереве удивительное животное. Тело мыши, лапки геккона, прелестные круглые темные глаза, а вдоль хребта светлые конусообразные шипы. Принимаю существо за искусно сделанную игрушку, прицепленную для красоты, решаю, что странные светлые шипы — дело рук хозяйки (для защиты любимого сокровища от посторонних посягательств). Но вот существо, от которого я не отрываю взгляда, дрогнуло, пошевелило лапкой, продвинулось вверх по стволу. Зову приятельницу полюбоваться на необычного (и симпатичного) обитателя дерева. Бредем с ней по уходящей влево дороге. Вспоминаю о предстоящей работе. Говорю, что если предположить, что она досталась бы моим друзьям, то для эквивалентного падения социального уровня мне досталась бы... Застреваю в поисках сравнения, но довольно быстро продолжаю, что тогда мне досталась бы, например, работа по очистке дерева от продуктов жизнедеятельности обитающей там зверюшки. Сон бегло показывает дерево, кое-где заляпанное светлыми пятнами. При упоминании мной друзей, сон так же бегло показал повисшее в воздухе поясное изображение нескольких светловатых невнятных фигур, заключенное в фигурную рамку (приятельница лишь ощущалась, дерево и зверек виделись вживую).
Старая кровать. На ней смутно демонстрируется череда полупризрачных фигур (экскурс в прошлое?), а потом, более отчетливо — еще что-то, связанное с ней и вызвавшее укоризненную реплику (укор направлен на неуважительное отношение к ложу, послужившему такому большому числу поколений).
Нравоучительная книжка с картинками. Ее читают, медленно переворачивая страницы. На одной говорится о том, что в благонравных семьях принято одаривать нуждающихся милостыней. На другой - о семьях неблагонравных, в которых «...потом дурак съедает солдата».
Мысленная кому-то просьба «передать, что на единственной земле его не ищут», и что «так только мы можем ему помочь». Оказываюсь ненадолго в городе, в котором когда-то родилась. Иду со спутниками по набережной, вдоль университетских зданий (а возможно, это был другой уголок города). Здания окрашены в кирпичный и темно-серый цвета с белой отделкой, под ногами у нас ковер осенних листьев. Говорю спутникам, что, оказывается, во мне не умерла любовь к этому городу. [см. сон №0936]
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Между ... (вечно) существует пропорциональная связь» (за слово в скобках не ручаюсь).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Ну, значит, ... когда он есть, о чем говорится». Видится граненый стакан, в который что-то переправляется из стоящей на столе кастрюли. Тот, кто это осуществляет (я?) озабочен тем, чтобы не накапать на стол.
Покрытая матовым налетом инея ледяная бескрайняя полярная равнина. Человек в темной одежде толкает перед собой сани (похожие на финские, с более короткими полозьями и более низкой спинкой). На санях сидит еще один человек, к спинке приторочен темно-красный тюк (цвет которого оживляет картину). Первый человек переходит на бег, разгоняет сани, плюхается на тюк.
Лист с текстом, который я так ясно видела прошлой ночью. Сейчас он почти полностью погружен в щель, вокруг него парит сумеречное облачко. Рассмотреть текст практически невозможно [см. сон № 0249].
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (спокойным женским голосом): «Во-первых, это только ... Для личного пользования». Смутно видится нескольких диванных подушек.
Мысленная фраза: «Через ... он будет сам клоуном или отдаст эти вожжи другим» (в незапомнившейся части фразы оговаривается срок, через который это произойдет).
Мысленная, завершившая сон фраза: «Одни ведут простаков, другие — сохраняя жизнь» (речь идет о фигурировавших во сне механизмах).
Множество гостей за длинным банкетным столом. Одна из женщин, протягивая руку за закуской, неспешно говорит: «Здесь дядя Ира сядет». Кто-то степенно вторит: «Вот дядя Ира придет и сюда сядет» (не исключено, что это произнесла та же женщина).
Мысленная фраза: «И нарядился он женщиной, используя бессилие остальных членов общины».
Спокойно выполняю свою работу. Возникшие субъекты (три нечеткие серые фигуры) с непередаваемой мощью и экспрессией обрушивают на меня поток доводов, на основании которых я должна прекратить участие в этой работе. Прекратить немедленно и бесповоротно, так как своей якобы некомпетентностью навлекаю катастрофические, чудовищные последствия. Для вящего эффекта упоминаются мой Руководитель и Высшая Инстанция. На меня напирают вербально и эмоционально. Но трехголосая (довольно грубая) мощь расходуется впустую, не задевая меня, поскольку это, образно выражаясь, не мой диапазон частот. Кроме того, лежащая на мне часть работы была элементарной и не могла (по определению) привести к тем ужасам, которыми меня запугивали. Продолжаю (под их шумовые эффекты) спокойно, неторопливо работать. Помечаю в лежащем передо мной листе отдельные данные, чтобы потом их просуммировать. Троица не унимается. Не отрываясь от листа, говорю (из вежливости), что исполняю простейшую работу - от меня требуется школьное умение суммировать несколько одно- и двухзначных чисел. Объясняю, что никогда не помышляла сунуться в непостижимый для меня механизм более сложных уровней (это было что-то типа Бухгалтерии, но не в ординарном смысле). Говорю, наконец, что работаю под непосредственным контролем и по поручению того самого Руководителя, которым меня пугают. Субъекты, не обращая внимания, продолжают прессинг. В их поведении (от усталости? от нетерпения?) все более явно проступает наигранность, фальшь. Так они что, ко всему прочему еще и притворяются??
Мысленная просьба: «Бориса Егорович, мне!» (непонятно, почему к имени добавлена буква "а").
Мысленная фраза: «Ходит святой взгляд».
Смутно, в темных тонах видно мужчину, усаживающего укутанного малыша (оказавшегося таким образом около меня). Спрашиваю: «Куда это ты собрался?» Малыш отвечает: «К дяде Боре». Говорю: «К дяде Боре собрался? Подожди, подожди, папа придет».
В открытой в самом начале книге одно из предложений заканчивается числом "7.40", находящимся как раз посредине строчки.
Длинное узкое, плохо освещенное фойе кинотеатра. Молчаливые зрители в темной одежде сидят на старых темных фанерных сиденьях. В углу, на подмостках, собираются музыканты, тоже в темной одежде. Сейчас начнется концерт, традиционно предваряющий киносеанс.
Угол большого темно-серого здания, около которого, среди разбросанного мусора, что-то спокойно вынюхивает крыса.
Мысленная фраза (в финале сна): «Частым отлучением отцов от ухода за ребенками».
Будучи в командировке, вхожу в заводской туалет. В большом помещении, по виду и содержимому больше похожем на склад рухляди, установлены три унитаза (без перегородок). С интересом рассматриваю помещение, кошусь на не блещущие чистотой унитазы, пытаясь выбрать самый сносный. Вниманием завладевают старинные массивные столы и стулья, темные, почти черные, в деревенском стиле. Они нравятся мне все больше и больше. Вдруг понимаю, что помещение СНИТСЯ, что я нахожусь ВО СНЕ. Решаю выжать из ситуации максимум, досконально исследовать это состояние, вот только воспользуюсь все же унитазом. Подхожу к тому, что почище, вешаю сумку на торчащий из стены гвоздь. Начинаю было пользоваться унитазом, слышу шорох (как от сминаемых листов бумаги), решаю, что звук означает, что кто-то посягает на мою сумку. Поднимаю, не меняя позы, взгляд вправо и вверх, к гвоздю, на котором она висит, глаза от этого движения открываются (по-настоящему), и я просыпаюсь. Точнее, по неразумности вылетаю из сна, где впервые чувствовала себя так уверенно.
Мысленная фраза: «Кармен... Кармен-сюита?»
Нянчу пятимесячную девочку. Некоторые трудности создает лишь мой слабоватый английский. Приходим в сквер, вокруг песочницы сидят молодые мамаши, одна рассказывает о вчерашней интересной телепередаче о Сакко и Ванцетти. Думаю, что для этого рассказчице пришлось просмотреть передачу до конца. И если бы та оказалась неинтересной, время было бы потрачено впустую. Вклинивается эпизод, где Петя передает мне листок с составленным им перечнем интересных телепередач. Оказываюсь в красивом вестибюле многоэтажного здания, везу коляску с малышкой к выходу. Сквозь стекла холла вижу стоящего у тележки грустного пони. Может быть, он голоден? Решаю нарвать ему травы, но растительность на газоне пожухлая, к тому же пони сам мог добраться до нее. Вспоминаю про свои рогалики, решаю угостить пони ими. Он (прочитав мои мысли?) срывается с места. Кидается ко мне так стремительно, что я даже немного испугалась, как бы он не сшиб меня с ног и не опрокинул коляску. Дружелюбно подбегает, с разбегу становится на задние ноги (как собака), передние копыта взгромождает на меня (не причинив вреда). Он даже на ощупь, когда я его погладила, напоминал собаку. Дважды запускаю руку в сумку, отламывая кусочки рогалика (сон не отразил моментов, когда бы пони брал их в рот). Прихожу в очередной раз в дом малышки, вижу детские книжки на русском языке. На русском языке? Я заинтригована. Заговариваю с малышкой, как обычно, на английском. Она отвечает на чистейшем русском, строя безупречно правильные, длинные фразы. Я так изумлена, что далеко не сразу спохватываюсь. Спрашиваю, почему она раньше не говорила на русском, ведь это создавало нам столько проблем. Девочка отвечает: «Потому что...» (дальше не запомнилось). Рассказываю про необыкновенного ребенка Пете.
Мысленная, незавершенная фраза: «Он наползал на их спины (и)...». Смутно видятся несколько некрупных мирных животных, покрытых густым темным мехом. На них наползает добравшийся сюда ползком (обессилевший?) человек.
Мысленная фраза: «Я отрою тебя до обеда».
Мысленная фраза: «А вы Борису показывали его жену?»
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (бархатистым басом): «Так что никакого ... у него ради одного коллектива».
Короткая мысленная фраза, улетучившаяся из памяти, когда я собралась ее записать.
Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (мужскими голосами). Баритон: «У меня ... был». - Бас: «Ну, солидно».
Мысленная фраза, подводящая итог сну. В ней говорится, что если бы не какие-то обстоятельства, можно было бы воспринимать даже отдаленные районы (речь идет о внетелесном восприятии).
Мысленная фраза: "Крайний мир не для Ленина, праздников этих мест не хватает".
Мысленная фраза (торжествующе, женским голосом): «У меня начина(ется) в гигантской будке!»
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (оживленным женским голосом): «...с этими американцами. Очень хорошие ребята, такие симпатичные...» (фраза обрывается).
Мысленные фразы (бодрым мужским голосом): «Да! Чего (это) у тебя здесь нет детей?»
Высказываю спутникам мнение в отношении нескольких, видимых неподалеку темных фигур (все персонажи виделись смутно).
Мысленная фраза (женским голосом): «Я думаю, что всё определяется судьбой».
Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женскими голосами): «...расскажу». - "Тогда ты мне всё расскажешь».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «А ... с одной стороны, никто же этого не знает».
Мысленная, незавершенная фраза: «А покуда рассеивалась вся эта публика...».
Мысленная фраза: «Превращ... превращение одно» (первое). Смутно видятся пластмассовые, вставляемые друг в друга стаканчики (недоговоренное слово произнесено в начале этой операции, остальное — по завершении).
Внимательно смотрю в окно (квартиры, расположенной на верхнем этаже). На широкой улице и в Небе над ней происходит, судя по всему, ИНОПЛАНЕТНОЕ НАШЕСТВИЕ. Мягкое, неагрессивное - что-то типа беззвучного воздушного десанта, арена действий которого окрашена в светлые, нежные тона. Все исчезает. Дома на противоположной стороне улицы оказываются разрушенными. Целый квартал темных коробок зданий с выбитыми окнами, пустыми дверными проемами и, кажется, без крыш. Внимательно, изучающе смотрю, переводя взгляд со здания на здание, отчетливо вижу эти мрачные безлюдные коробки. Подходит Петя (он в младшем школьном возрасте). Испуганно указывает на панораму за окном, плачущим голосом говорит, что там все разрушено. Спокойно обнимаю сына, прижимаю к себе, говорю (искренне), чтобы он не боялся, что ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ СОН — МЫ С НИМ ОДНОВРЕМЕННО ВИДИМ ОДИН И ТОТ ЖЕ СОН. Говорю, что это встречается редко, так что мы можем гордиться, бояться же сна не нужно. Идем на кухню, где находятся зашедшие в гости Нора и Снуша (они, как и Петя, видятся условно). Нора спокойно, деловито роняет по поводу произошедшего: «Это ... или Зейнаб» (название первого населенного пункта не запомнилось). На мой вопрос, что это означает, Нора не отвечает. Размышляю, имеет ли Нора право молчать, а я — обижаться на нее за это. Решаю, что она, повидимому, наделена правом умалчивать перед непосвященными о своих Знаниях, и следовательно, обижаться не на что. P.S. Записав сон, пошла в библиотеку и обнаружила в сегодняшней газете аршинный заголовок: «НЕУЖЕЛИ ПРИШЕЛЬЦЫ?» (привет от Карла Густава Юнга с его синхронистичностью).
Мысленные фразы: «Через этот ход, а не через двигательный. Через внутренний вход».
Мысленная, частично запомнившаяся фраза: «И ... тоже не придется долго извиняться» (окончание фразы произнесено с подтекстом).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Основное ... - штурм, в самом широком смысле этого слова».
Обрывки мысленной фразы (моей): «...точно так же и в ... я держала его (птенца) и...». Речь о том, что я держала птенца и беспокоилась, что не найду билет на самолет (из второго сна этой ночи). Вижу себя со стороны - держащей крупного, с индюшонка, плохо еще оперившегося птенца - это видится неясно, не в цвете, в неразборчивом интерьере. [см. сны №4937, 4940]
Расплачиваюсь за покупку. Продавец просит заведомо большую сумму, чтобы ему удобней было дать сдачу. Выполняю просьбу, проверяю сдачу. Бумажные купюры видятся условно, пригоршня монет — отчетливо. Тщательно пересчитываю их, и хотя все вроде бы сходится, чувствую неуверенность, от которой избавляюсь лишь пересчитав монеты еще несколько раз.
Что-то говорю. Слов не слышно, видны (отчетливо) голова и плечи. Вижусь со стороны, юной, с красивым смуглым румянцем.
По какой-то причине не могу покупать яблоки. Петя предлагает приехать за яблоками к нему, в селение Адамс. Оказываюсь там, в просторных общественных помещениях. Между мной и селянами что-то происходит, по их настоянию переходим в другое помещение. Появившиеся яблоки были зеленого сорта. Говорю, что с удовольствием всегда бы покупала яблоки здесь, если бы была возможность оказии для доставки.
Мысленная, издалека, глухо донесшаяся фраза (женским голосом): «Дело в том, что в Настоящем мне совсем не нравится, потому что я не могу его проверить» (начало звучит спокойно, отстраненно, а окончание — ускоренно, с нажимом).
Ставлю сковороду (в качестве груза) на что-то, лежащее на загроможденном кухонном столе. Собираясь продолжить какое-то дело, произношу: «Раз, два, три!»
Захожу в попавшийся на пути продовольственный магазин. Окинув взглядом прилавки и не обнаружив ничего интересного, выхожу на улицу. На глаза попадается столовая, в которой я будто бы была раньше. Вхожу в большой неуютный, почти пустой зал (намереваясь пройти насквозь и выйти через служебный ход). За одним из столиков сидит плотный человек в военной форме (принимаю его за летчика). Перед ним противень с пышными котлетами (темными говяжьими и светлыми куриными). Человек уплетает их с таким аппетитом, что и мне захотелось, но я не знаю, каков тут порядок расплаты. Спрашиваю у дородной работницы, она отвечает что-то невразумительное и исчезает. Вижу за прилавком симпатичную крашеную блондинку, спрашиваю у нее. Блондинка не понимает русского языка. Слышу, как она заговаривает с с подошедшей начальницей на французском.
Демонстрируется замкнутая оболочка неправильной формы (грушевидной, мятой) и столбик математических выкладок (напечатанных крупными белыми знаками). Выкладки содержат описание и преобразование формы оболочки. Оболочка начинает раздаваться во все стороны. Энергично вырабатывает новые элементы (молекулы?) и, как бы вынужденно, раздается вширь (чтобы поверхность расправлялась). Смысл выкладок в том, чтобы достичь заданным образом увеличения площади поверхности. Поверхность имеется в виду внутренняя, сон показывает ее, пользуясь рваной дырой, имевшейся в оболочке с самого начала.
Мысленная фраза (женским голосом, заинтересованно): «Под птиц подделываются».
Сижу с приятельницей в кафе, лакомимся чем-то вкусным. Все замечательно до тех пор, пока не приносят счет, неправдоподобно раздутый. Суммы в "85", "100" и "70" (денежных единиц) невероятны, - особенно если их сравнить с тем, что нами съедено. Но ничего не остается как заплатить, моя сотрапезница свою часть уже внесла. Тут появляется наша общая знакомая и мигом наводит порядок. Доказывает официантам, что счет не может быть таким огромным, говорит так убежденно, что в результате мы обретаем возможность заплатить соразмерно полученному удовольствию и не более того.
Мысленно, протяжно произносится: «Го-о-ол!» (спортивный). И, после небольшой паузы: «Физик!»
В дверном проеме хижины стоит мужчина средних лет, черноволосый, смугловатый. Стоит в спокойной позе, опершись приподнятыми руками о дверные косяки. С ободряющей полуулыбкой смотрит на меня, приближающуюся справа. В его улыбке — поддержка мне и радость тому, что у меня что-то получилось. Я, тоже с полуулыбкой, подхожу и легонько, на миг, обнимаю его, в знак благодарности. Как Руководителя? Как Учителя? [см. сон №0581]
Мысленная фраза (решительным тоном): «Бебен такое — (это) поиск трубы».
Мысленная фраза: «I want nothing».
Будучи небольшой частицей, стремительно выскакиваю вверх из одной из слепленных в блок ячеек. Пулей ЛЕЧУ влево, исчезая за границей поля зрения. Тут же снова оказываюсь справа, выскакиваю из очередной ячейки, стремительно лечу влево. Это повторяется раз пять (не помню, чтобы бегство было окрашено какой-либо эмоцией). Сон не цветной, темноватый. Блок ячеек (похожих на пчелиные соты) был прилеплен к чему-то типа стенки, диаметр ячеек раза в два превышал мой.
Человеку дают завуалированную взятку. Не деньгами, а гарантией оплатить услуги сиделки на время его непродолжительной отлучки из дома.
Странная, похожая на Снушу женщина уверяет, что нос человека должен располагаться не на лице, а на темени. Сон смутно это демонстрирует.
Мысленный подбор оптимальной формулировки фразы: «Так убийца... Сказали убийце...». (видится цокольная часть здания, в котором наяву уже долгое время ведутся непонятные работы).
Мысленная фраза (моя, в завершение незапомнившегося сна): «Интересное место я опять приобрела».
Мысленная фраза (женским голосом, издалека, с натугой): «Но если он на (амплицит), то ничего» (сносно; за слово в скобках не ручаюсь).
