Сон, исчезнувший из памяти, как только я после него проснулась.
8699
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (женским голосом): «Когда я ... я отказалась от предложенной мне работы таким образом, что...».
Мысленная фраза (возможно, моя): «Силой мысли, силой знания и силой памяти».
8705
Полновесный сон с моим участием. В какой-то момент вдруг вижу (со стороны, не без удивления, с удовольствием) свое лицо, смугловатое от загара, с еще по-отрочески припухшими губами, оно виделось совсем вживую.
8706
Мысленная, незавершенная фраза (моя): «Ты, брат, поступил так, потому что...» (слово «брат» является сочувствующим обращением к незнакомому мне человеку, о котором на днях, наяву, стало что-то известным из прессы).
8709
В этом сне я находилась с визитом в селении Адамс, и в финале испытывала (по незапомнившемуся поводу) крайнюю неприязнь к чем-то занятой поблизости Анели.
С трудом ориентируюсь в незнакомом городе, периодически мысленно отмечая схожие с моим городом ориентиры, расположенные здесь по-иному (то есть город этот был, в каком-то смысле, запутанным двойником моего), мне нужно попасть на автобусную остановку. Иду по жилому кварталу, дохожу до широкого длинного крутого спуска. Останавливаюсь, изучающе осматриваюсь, замечаю каменистый V-образный водосток, решаю спускаться по его, сухому сейчас, дну. Чуть ли не неожиданно для самой себя лихо съезжаю по камням, почти без усилий сохраняя равновесие. Внизу, у тротуара, устье водостока расширено, там, по левую руку от меня, лежит живой крокодил (которому, как я тут же представляю, ничего не стоит сожрать меня в этом V-образном устье). Лягнула его разок, и примерялась пнуть еще раз (другой ногой). Крокодил не реагирует, оказываюсь на тротуаре. С автобусом вышла накладка, чувствую, что опаздываю, прибавляю ходу. Мимо проезжает старая разболтанная легковушка, хватаю ее за дверцу багажника, та откидывается вверх, машина останавливается. Сажусь рядом с водителем, трогаемся в путь (с поднятой дверцей, что меня слегка беспокоит), долго не могу замкнуть пряжку ремня безопасности. Спустя некоторое время продолжаю путь пешком, поглядывая на истрепавшиеся при спуске по камням туфли и прикидывая, как их можно привести в порядок. Добираюсь до нужного места (оказавшегося музеем), вхожу в просторный, украшенный экспонатами холл. Служительница музея, навалившись грудью на черную мраморную мемориальную плиту, стирает с нее заметный слой пыли, что-то думаю по этому поводу (сон был цветной, все виделось живьем).
8713
Мысленная фраза (женским голосом, издалека): «Они не занимают очень большой площади».
С интересом наблюдаю за медлительным черным, довольно крупным пауком. Он был в хитиновом панцире, лапки его тоже были типично жучиные, но во сне, не отдавая себе в этом отчета, я однозначно принимала Существо за паука. [см. сон №8715]
Лежа в постели, с любопытством слежу за паучонком, детенышем паука из предыдущего сна. Почти круглый (с ноготь большого пальца), он проворно исследует поверхность нижней половины моего живота, то и дело зачем-то приостанавливаясь. Забеспокоившись в конце концов, не выбирает ли он место для укуса, я паучонка стряхиваю (все виделась отчетливейше). [см. сон №8714]
Еду на поезде (влево) по крутой высокой песчаной насыпи. Поезд движется с умеренной скоростью, делая частые (незапланированные) остановки. Пассажиры (темные призрачные фигуры) выходят при этом поразмяться, а я (в числе нескольких человек) каждый раз лихо, в несколько прыжков слетаю вниз, примерно на три четверти высоты насыпи, у подножья которой виднеется узкая сероватая полоска моря. Прыжки мои были невесомыми, а серый песок — рыхлым, мягким, ноги утопали в нем по щиколотку.
На высоте с полметра над землей тянется длинный, уходящий концами за границы поля зрения металлический трос (технического устройства), в сплетениях которого запуталась светлая пятнистая кошка. С попавших в плен троса лап содраны кожа и мышцы, выглядит это ужасающе (даже при том, что кошка спокойна). Решаю ей помочь, но присмотревшись понимаю, что лапы зажаты слишком крепко (все виделось натуралистично).
8733
Мысленный диалог (женскими голосами). Вяло: «Укладывайся». - Возбужденно: «Укладывайся, хоть стол, хоть стул» (речь идет о упаковке вещей).
8734
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «У тебя нет ... нет дневника? А без дневника нельзя ничего».
8735
Мысленная фраза (женским голосом): «Ну что ты, парадную, древнюю-древнюю, ну, прямо, неузнаваемую» (слово "парадную" является прилагательным).
8736
Мысленный , возможно адресованный мне разговор (тремя женскими голосами). «Сними очки». - «Сними очки». - «Вероника, сними очки, а?»
8737
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Ты только уронила подаренную мной...».
8738
Мысленная фраза (женским голосом): «Я беру на себя обязанность рассказать, что это была за работа».
8739
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Перед ... находится второй ... Он ищет способа перетащить изображение» (компьютерное).
8740
Мысленная фраза (мужским голосом): «Это последняя случайность».
8741
Мысленная фраза (женским голосом): «Такая (вот) тетрадка — если вы увидите, такая желтенькая» (кажется, речь идет о потерявшейся тетради; за слово в скобках не ручаюсь).
8742
Незапомнившийся сон, последнюю фразу которого я завершила вслух, на миг проснувшись.
8743
Сон, который (или фрагмент которого) повторился несколько раз.
8744
Мысленная фраза (женским голосом, резко): «Ты входила не в катастрофу?»
8745
Мысленная фраза (женским голосом, нерешительно): «Забрать ее с собой, с нами, или забрать ее?»
8746
Мысленные фразы (голосом, больше похожим на женский): «А ведь первое письмо я ему написал. Ему, в объяснение».
Длинный, натуралистичный сон, в одном из эпизодов которого я не могу стянуть с себя футболку. Стою с поднятыми вверх руками, не в силах понять, в чем дело, как можно застрять в этой просторной бежевой трикотажной футболке. С трудом начиная наконец высвобождаться, обнаруживаю под ней еще одну, белую плотную, тесноватую... В другом эпизоде, в большой унылой умывальной комнате (в левой половине которой возится уборщица) подхожу к белоснежной раковине, вижу в ней яркую симпатичную тряпичную куклу и еще одну поделку. Вспоминаю, что мы недавно нашли их, вместе с книгами, и за ненадобностью выложили где-то в людном месте. Непонятно, как и почему эти вещи оказались в раковине. Чтобы сделать их более заметными, прикрепляю их к крану... В третьем эпизоде иду по улице, вправо, и замечаю на тротуаре с десяток книг в красивых аккуратных обложках. Узнаю в них те самые, что мы нашли с игрушками. Чтобы сделать их более заметными, аккуратно расставляю их (на тротуаре и на невысокой каменной тумбе). Издали (справа) приближается несколько пешеходов, спешу поскорей закончить раскладку... В следующем эпизоде выхожу из своей комнатушки, иду (по какой-то надобности) по длинному коридору, влево, вдоль череды дверей таких же комнат. Одна оказывается открытой, непроизвольно заглядываю в нее, вижу сидящего за белым ноутбуком Петю. Приостанавливаюсь, говорю, что пора спать, уже ранее утро (называю время — кажется, 6:20). Петя отвечает, что сейчас еще вечер (и тоже называет время — кажется, 18:20). То есть я ошиблась ровно на 12 часов (персонажи виделись условно, а все остальное — вживую).
В финале незапомнившегося сна передо мной оказывается моя тетушка Бьюти* (она виделась смутновато, в блекло-серых тонах). Разговариваю с ней в большой комнате (в присутствии неразличимого мужчины), приглашаю ее в гости. Потом оба песонажа исчезают, я поливаю в этом помещении комнатные растения (высаженные в четыре стоящих по углам декоративных деревянных ящика, почти кубической формы). Занимаясь поливкой, рассеянно думаю о тетушке, пытаясь, кажется, вспомнить, жива ли она на самом деле.
В разговоре с несколькими, условно видимыми персонажами я допустила какую-то невинную ложь. Однако в процессе дальнейшего общения невинная ложь повлекла за собой нагромождение лжи, все более серьезной. Почувствовав, в конце концов, что мне из этого не выпутаться, почитаю за лучшее признаться во всем одной из собеседниц. Женщина мягко, деликатно помогает мне найти выход из создавшегося положения. Сон символически продемонстрировал разрастающуюся груду лжи и действия женщины, начинающей сводить ее на нет.
8750
Мысленная сбивчивая, незавершенная фраза (женским голосом, рассеянно): «Надо спросить, купил ли ... купила ли она...».
Обсуждается (в кулуарах) неблагоприятная ситуация, неожиданно возникшая на физико-математической кафедре. Сотрудники пытаются понять, чем вызваны гонения, и морально поддерживают студентов. [см. сон №8752]
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы: «Отражение ... в сновидении. Отражение факта...» (последняя фраза не завершена и возможно принадлежит другому лицу).
На полу больничного коридора (в котором я оказалась) появляется каменная ЗМЕЯ-РОБОТ. Туловище ее (длиной метра в полтора) состоит из гибко соединенных крупных (с кулак) звеньев светло-песочного, с сероватыми разводами, цвета. Каменно-неподвижное лицо, похожее на человеческое, удивило выражением надменной неприязни. И без того отлично видимую змею сон показывает вблизи, а потом — укрупненно — ее физиономию. Каменная змея мягко, бесшумно пересекла коридор и скользнула (выполняя какое-то задание) в одну из палат по его правую сторону. А я оказываюсь напротив двух дверей, ведущих в туалеты. В правый (мужской) входит темная бесплотная мужская фигура. Почти сразу же оттуда доносится ее протестующий возглас по поводу залитого водой пола. Наклоняюсь, заглядываю в узкую щель под дверью, вижу почти подобравшуюся к ней чистую воду. Вхожу в женский туалет, здесь тоже на полу вода, но совсем не такая чистая. Нечаянно роняю в нее бывшую в руке чайную ложку. Озадаченно смотрю, осторожно поднимаю, собираясь выбросить в мусорный бак, но потом решаю положить на подоконник — вдруг она кому-нибудь пригодится. На миг, бегло, мое предположение визуализируется: некто берет ложку и тщательно ее моет.
8755
Мысленная фраза (женским голосом): «Семью семь — пятьдесят шесть, семью восемь — пятьдесят восемь».
Брожу по незнакомому бесцветному, непримечательному городу. Потом оказываюсь в многокрасочном светлом жизнерадостном здании (компактном, этажа в три). А потом — в серой, лишенной красок, довольно большой комнате. Лежу на стоящей у стены кровати в этой окутанной полумраком комнате, начинаю впадать в дрему, и вдруг замечаю (чувствую?), что у противоположной стены стоит еще одна кровать, на которой кто-то лежит. Внимание направляется туда. Приходит осознание, что неподвижная фигура ждет, когда я усну, чтобы проникнуть в мое сновидение. Это вызывает с моей стороны протест, который я посылаю (кажется, мысленно) притаившемуся человеку. Беспокойство мое так велико, что я просыпаюсь — в ярком многокрасочном доме, где была совсем недавно. Начинаю осматриваться, чтобы понять, где я, и тут глаза мои открываются — и я вижу свою реальную комнату (эти быстрые скачки-пробуждения напоминали переключения ТV-программ).
8757
Мысленный диалог (мужскими голосами, деловито). «У нас есть тема». - «То есть мы вас разорим?»
Мысленная фраза (женским голосом, тоном диктора): «Сильнейший американский футбол».
8760
Примеряю (на улице) только что купленную пару обуви. Останавливается женщина с девочкой-подростком, с интересом смотрит на сандалеты, хвалит, но говорит, что они велики (я вообще-то и сама об этом подумала). С удивлением убеждаюсь, что обувь мне в самый раз. Потоптавшись и почувствовав небольшое непонятное неудобство, снимаю сандалеты — в глаза бросается, что оба они на левую ногу (непонятно, как я не заметила этого раньше, по форме подметок). Говорю об этом женщине, показываю подметки и думаю, что обувь нужно вернуть в магазин.
8761
Отправилась в кино с мамой*, которая по дороге исчезла (потерялась?), я увидела ее лишь в зрительном зале. На обратном пути мама снова пропадает. Иду одна, у меня в руках зонт, кладу его, на ходу, в пластиковый мешок. Я плохо ориентируюсь в этом месте, спрашиваю у группы подростков, как пройти к вокзалу. Спохватываюсь, что нужно срочно заняться поиском работы, и предполагаю, что придется на первых порах соглашаться на любую (сон нецветной, в неопрятных серых тонах; город, в который мы будто бы вернулись после долгого отсутствия, выглядел угрюмым; мама лишь ощущалась).
8762
Мысленно произношу: «Тридцать четыре семьдесят четыре и два», одновременно записывая: «(...3474)2» (в левой половине скобки было, возможно, что-то незапомнившееся).
8763
Мысленная фраза-сообщение (женским голосом): «Там ласточки бьют гнездо, со свинками».
8764
Смотрю на левую страницу новой светлой книги, читаю (или пробегаю глазами) нейтральный текст. А потом абзацы этого текста, каждый раз выделенные четкой черной рамкой, начинают то и дело попадаться мне на глаза. Осознав это странное явление, говорю о нем маме* и начинаю, при каждом новом появлении абзацев, зачитывать их ей (большая жилая комната, где мы находились, виделась условно, в темноватых тонах; мама была еще более условной фигурой, а книга и абзацы виделись отчетливейше).
8765
Мы с Петей (в отпуске?) снимаем часть избы семейства Икс. Темная, запущенная изба просторна, что не мешает хозяевам с невинным видом использовать для своих нужд и отведенную нам территорию. Я же всеми силами стремлюсь обособиться (все это происходит молча). Наткнувшись случайно на большой заброшенный чулан, решаю им воспользоваться, переношу туда кое-что из вещей и запираю на ключ. Но однажды обнаруживаю в чулане кучу хозяйских пожиток (перемешанных с нашими) и самих их в придачу (с привычным невинным видом). Обуянная неудовольствием, начинаю эвакуацию своих вещей, и так как их достаточно много, прошу помощи у находящегося тут же Пети. Он не торопится откликнуться на просьбу, я повторяю ее, добавляя, что эта комната не наша. Петя, не меняя положения, отвечает: «Если она не наша, зачем же ты закрывала ее на ключ?» И без того расстроенная, на миг отрываюсь от дела и раздраженно дергаю Петю за ухо (он был с студенческом возрасте, и виделся, как и хозяева, условно — в отличие от вещей, которые я безуспешно пыталась ухватить за раз).
8766
Мысленная фраза (издалека, будничным тоном): «Лучше снять все, снять все с себя».
8767
Мысленная фраза (издалека, женским голосом, с равнодушным недоумением): «Я не понимаю, что (почему) ты с ним разговариваешь».
Кусты, растущие вдоль наружного края ванны, слишком разрослись, занавеска из-за этого оттопыривается, мешает свободному проходу. Решаю их подрезать. С легкостью извлекаю часть куста, на его корнях нет и следа грунта (воспринимаю это как должное). Обрезаю, втыкаю эту часть куста на место. Извлекаю следующую, и соизмеряя с первой, примеряюсь обрезать ее.
Мысленная констатация (мужским голосом): «Десятый раз мне рыло начищают».
Провожу занятие с группой малышей. От души веселюсь их выходкам, со смехом пересказываю забавные эпизоды пришедшему мне на смену мужчине (сон не был цветным).
Запеленутые грудные младенцы лежат на земле в несколько длинных рядов. Нижний ряд отделен от остальных черной чертой. Детей нижнего ряда нужно (для безопасности?) перенести в верхние ряды, и это уже начали делать.
Круглая деревянная некрашеная ручка швабры (находящейся в помещении) вдруг, скачком, превращается в граненую, окрашенную свежим ярко-синим цветом.
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза (из сна): «Но что делать с этим, который ... и засыхает на корню, когда ... с ним самим?»
Несколько грузовиков, движущихся с зажженными, светящими желтым светом фарами.
Пришла к Лейле, обсновавшейся в роскошном особняке. В ее отсутствие меня водит по дому управляющий — красивый, солидный, безупречно одетый. Степенно обращает мое внимание на все уголки дома. Выводит на газон, подробно рассказывает о со вкусом подобранных цветовых сочетаниях зелени. Возвращается Лейла, по красивой внутренней лестнице поднимаемся на второй этаж, беседуем. Лейла выглядит под стать особняку — великолепно (сон был ярким, красочным, все виделось ясно, в том числе ухоженное лицо Лейлы).
Мысленная фраза: «Девочка предоставляла тело». Появляется «проверяющая машина» - похожее на танк сооружение, сквозь щель между башней и корпусом которого видно девочку (девушку). Она лежит между гусеницами и, кажется, раздавлена ими, но тело не повреждено.
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Вот что я вам скажу — на ... вот уже сколько лет находится ... тело, (а) могила (эта) старая и уже ненужная» (речь идет о непогребенном теле и могиле, куда его предлагается захоронить).
В просторном салоне моей квартиры появляются (небольшими группами и поодиночке) незнакомые мне люди. Рассаживаются на кресла и диваны, заполняют принесенные с собой опросные листы. Сидят, в них уткнувшись, а тем временем подходят все новые и новые. Чувствую, что ситуация выходит из-под контроля, что эти люди могут что-нибудь у меня стащить. Тут же вижу, что те, кто справился с опросниками, озираются (скорей всего, от нечего делать), кое-что потихоньку прихватывают. В руках небольшой, стоящей в дальнем углу группки моя книжка (новая, ясно видимая, с цветными закладками). Деликатно (несмело) протестую. Они дружно, бесцеремонно дают мне отпор. Вспоминаю, что когда-то где-то сама стащила эту книгу. Видя, что мне ее не заполучить, думаю, что раз так, вина за похищение теперь «падет на их головы» (персонажи виделись темными, полупризрачными).
Старый темный деревянный двухэтажный дом. Хозяева отсутствуют, здесь временно живу я. Дом мне нравится, он просторный, со множеством красивых старинных вещей. Появляется Петя с молодой женщиной, забирают часть вещей, поднимаются на второй этаж, к выходу. Вижу, как Петя выходит в дверь (типа балконной), делает шаг — и мгновенно исчезает из поля зрения. Значит, он упал вниз? С такой высоты?!! Я парализована страхом, ужасом! Не помня себя, кидаюсь к двери. Так и есть, дверь выходит В НИКУДА, вижу, как высоко она от земли. Последние силы покидают меня, неестественным от ужаса голосом хриплю вниз: «Петя!!!» Вижу внизу, под этой дверью, несколько мелких сообщающихся прудов, окруженных мягкой землей с редкой травой, но не вижу Петю, хоть он и откликнулся веселым голосом на мой вопль. Внимательно вглядевшись, наконец вижу его, он с довольным видом плавает в прудах. Вода там прозрачная, мелкая, буквально по щиколотку, и несмотря на это, я не вижу Петю. Хотя каким-то образом и ВИЖУ, как он дурачится в мелких прудах. С невероятным облегчением возвращаюсь в комнаты. Мимоходом замечаю отсутствие отдельных вещей (которые забрал Петя), беззаботно думаю, что смогу уладить эту проблему с хозяевами - по сравнению с только что пережитым остальное кажется мне сущей ерундой. Телефонный аппарат замотан темным одеялом (интересно, зачем Петя это сделал?) Вместо телевизора, который тут был, стоит другой, диковинной конструкции (корпус его укреплен на гибком стержне). Потом, наверно, постучали или позвонили в дверь, в доме появляется несколько незнакомых мне молодых людей, и кажется, начинаются новые заморочки.
Мысленный диалог. Глуховато, издалека: «Постарайтесь посмотреть друг на друга». - Четко, с нажимом: «На себя. В первую очередь».
Мысленная фраза: «А вот и слова, которые старушка произнесет незадолго до (своей смерти)» (слова в скобках домыслены, возможно, мной).
Мысленные восклицания (женским голосом, жеманно): «Ой, ой, ой! Они в той комнате!»
Мысленная фраза (мужским голосом): «А ты, убийца, вообще молчи!» Судя по снисходительному тону, речь идет о в шутку преувеличенном безобидном проступке или оплошности.
Мысленные фразы (женским голосом): «Ну, возможно птичка — это была (всего лишь) птичка. Просто птичка» (речь идет о пометке в тексте).
Пришли с Петей в цех, навестить моих знакомых. Они сосредоточенно работают, мы сидим неподалеку, спокойно за ними наблюдаем. Работающие видятся отчетливо, их крепкие, сильные тела обтянуты светлыми футболками и джинсами. Оба склонились над объектом, сборку (или ремонт) которого производят. Говорю, не сводя глаз с работающих: «Я только хочу спросить моего сына — то, что он видит, это служебные отношения или кое-что иное?» Петя говорит: «Кое-что иное». «Правильно. Поехали дальше», - говорю я (понятия не имею, что означают слова «кое-что иное»; словами же «поехали дальше» я предлагаю Пете продолжить рассуждения).
Мысленные фразы: «Наташке. Наташка, смотри, не пукни».
Мысленно сообщается об ошибочных действиях того, кто проложил прямую широкую дорогу к сокровенному источнику (тем самым направив туда толпы, которым до источника нет дела). Среди красивой дикой, заповедной чащобы бьет из земли (в правой части поля зрения) маленький хрустальный ручеек. Слева, как бы прямо к нему, ведет асфальтовая дорога. По ней бессмысленно бредет (вправо) неразличимая масса одинаковых, в темной одежде людей.
Интересный сон, в котором фигурировали маленькие дети, а я была, кажется, их нянькой.
Мысленные числа: «518» и «59.18».
Мысленная фраза из диалога мирно беседующих лиц, представленных сероватыми пятнами неясных очертаний (спокойным мужским голосом): «Мама, ты же знаешь, как я тебя ненавижу».
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «...и счастья — так сказала новому мужу (Жаклин Кеннеди)» (слова в скобках еще только заготовлены).
Мысленная фраза: «Никто не расселит газету».
Мысленная фраза (спокойным, менторским тоном): «Если это не мыло, если это зеленые ноги, то оно называется мокрые ноги».
Мысленная, незавершенная фраза: «Дамир-Натан...».
Нахожусь в гостиничном номере, собираюсь в душ. Рядом возникает почти невидимый человек. Тычет пальцем в мою согнутую в локте, сжатую в кулак руку, говорит: «А вот эту тряпочку снимите». Послушно разжимаю кулак. С удивлением вижу на ладони три мелкие незнакомые монетки (разные) и скомканный лоскуток ткани.
Сон с какими-то переходами, плутаниями.
Мне мысленно объясняют особенности психических явлений. Объясняют терпеливо, неоднократно, сопровождая иллюстрациями.
История любви и охлаждения Пушкина (Александра Сергеевича) к женщине. История повествуется его современником, языком того времени, с упоминанием народных примет. Повествование расцвечивается личным отношением рассказчика к приметам (со ссылками на его собственную жизнь). Такого рода фразы начинаются словами «Когда у меня, например...».
Окончание мысленного диалога. «Значит, так надо». - «А дети? Подожди, а где они?»
Мысленный диалог. «...ей уже года четыре с половиной». - «Да?» - «Да».
«Это его папа и мама. Вот папа, а вот мама», - поясняет ребенку взрослый. Он отыскивает и указывает изображения соответствующих голов (или бюстов) на поле большого детского, испещренного иллюстрациями Атласа мира.
Мысленная, незавершенная фраза (моя): «Когда мое внимание притянул этот ребенок...».
Раскрываю одну из своих старых тетрадей (дневников). С изумлением вижу, что многие записи смыты, многие небрежно выстрижены. Иду к сестре, в соседнюю комнату. Показываю тетрадь, признаюсь, что напугана, спрашиваю, как к этому относиться. Сестра отвечает: «Легко». Спрашиваю, где теперь хранить тетради, сестра что-то советует. Видим на задней стене комнаты, на фоне теплого солнечного пятна, тень движущейся электрички. Вагон за вагоном, в уменьшенном масштабе, видятся, вплоть до мельчайших деталей. Издалека доносится стук колес. Смотрим на тень (она движется вправо, наискосок), удивляемся четкости изображения. Видим силуэт человека, идущего вдоль одного из вагонов (по ходу движения поезда). Сестра со смехом говорит: «Вот кто-то пошел в туалет».
Мысленно, бессловесно сообщается, что эмоции по сути являются кусками пространства. Демонстрируются два-три куска пространства, заключенные в прозрачные, стоящие на попа параллелепипеды высотой в два-три метра.
Худой больной изможденный человек в белой, болтающейся на нем рубахе лежит в постели и из последних сил пишет (или процарапывает) слово «больно». P.S. Этот сон был сверхреалистичным.
Мысленная фраза (женским голосом): «Лиля, они оставили картошку на дереве».
Стул, на нем еще один, перевернутый и, кажется, без спинки, а на нем - большой блестящий гвоздь.
Мысленная фраза: «Стал скаредным».
Женский, с грузинским акцентом, голос спрашивает полноватую женщину: «Вы скажите, вы жить хотите?»
Мысленная фраза: «Но на вопрос вергалес нет ответа».
Действие сна разворачивается на железнодорожной станции со множеством разъездных путей и неподвижных черных составов.
В большой пустой комнате, где кроме меня находится еще пара человек, мечется вдоль стены темная мышь. Оправившись от удивления, пытаемся ее поймать, ее движения убыстряются, сила наращивается, это теперь уже не мышь, а что-то черное, размером с крысу. Пометавшись, крыса превращается в крупную, почти черную птицу. Перья ее постепенно становятся мягкими, пушистыми, приобретают светлый оттенок, птица становится совой. Мне удается ее поймать и выпустить за окно.
Чем-то занимаемся неподалеку от полотна железной дороги. Переходим рельсы, видим за ними размокшую землю, возвращаемся обратно. Мне нужно куда-то поехать, и прибыть для этого в определенное время к железной дороге. Несколько раз справляюсь у окружающих о времени, иду к поезду. Слышу предупредительный гудок паровоза, останавливаюсь. С удивлением вижу проезжающий (вправо) и остановившийся неподалеку вагон (без паровоза). Не пытаясь в него сесть, перехожу рельсы, чтобы идти пешком. Земля по ту сторону полотна раскисла окончательно, вижу, что придется вернуться за резиновыми сапогами. Уходя, мельком замечаю в трясине барахтающуюся девушку. Ноги ее глубоко увязли, она навалилась телом на толстый деревянный брус. Я посмотрела на нее (она виделась со спины) и усмехнулась.
По пустому пространству движется (влево) поезд, составленный из старых темных вагонов. Из окон, по обе стороны, то и дело высовываются смутно видимые головы бывших петиных одноклассников (по последней школе). Один высунулся из последнего окна последнего вагона, Петя с ним разговаривает, следуя за поездом по шпалам. Состав движется так медленно (хоть и не казалось, что он тащится), что Пете даже не нужно ускорять шаги. Я (не находясь в этом сне) прошу Петю быть все же осторожней.
Вид со стороны свинцового, с мелкими спокойными волнами моря на прибрежную часть. Это широкий, полого вздымающийся холм с компактным массивом узких разноэтажных домов со множеством шпилей и башенок, устремленных в серое мглистое небо. Льющийся из окон яркий чистый свет кажется удивительным и загадочным на оттеняющем сером фоне. Компактный массив зданий напоминает издали друзу кристаллов, и тоже выглядит загадочным и удивительным.
Мысленная фраза: «И пошли мы в ту сторону, где зимние вишни расцвели». (речь идет о диковинке, о виде вишневых деревьев, расцветающих посреди снежной зимы).
На очередной остановке в автобус входит молодая чета с грудным младенцем (все в темной одежде). Отец семейства в изнеможении ложится на сиденье (напротив моего). Рассказывает о своих, не завершившихся злоключениях, связанных с безрезультатным хождением по врачам. У меня появляются кое-какие идеи, но я сомневаюсь, тактично ли давать советы постороннему человеку. Молоденькая жена его молча сует мне младенца и идет вглубь салона (к находящемуся теперь там мужу). Покачиваю на коленях малыша, чтобы отвлечь от хныканья, которым он прореагировал на уход матери. Обращаю его внимание на все мало-мальски для этого пригодное. Первым нашим объектом становится появившаяся из глубины салона светлая собака.
Мысленная (моя) фраза: «Я лежу в приятном изнеможении, тело мое отдыхает».
Убегаем от преследования (помню Петю, но кажется, были кто-то еще). Оказываемся в страшном подвале с неисчислимым количеством мрачных захламленных, лабиринтообразно соединенных помещений. Все они разновелики, у многих высокий порог, у некоторых массивные тяжелые (кажется, ржавые) открытые двери (у некоторых дверные проемы пусты). Плутаем, Петя все время впереди на пару комнат, мы даже, кажется, переговариваемся, но я его не вижу.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы, являющиеся фрагментом рукописного текста и заканчивающиеся многоточиями: "Вокруг собралось что-то около ... ...дцати Духов... Дух посмотрел и увидел её...". Фразы прокручивались до тех пор, пока я не проснулась окончательно и не записала их.
Сосед говорит по телефону (начало фразы не запомнилось): «...afterday». Этим он будто бы хочет что-то стереть в моем сознании.
Мысленная, неполностью запомнившаяся тирада: «Эта женщина ... Про нее говорили: таких царей абы в руке перечесть».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «...а? Купив большой градусник...» (фраза обрывается).
Фрагмент диалога невидимых собеседников. «Вот ты говоришь, - рассудительно говорит один, и после непродолжительной паузы продолжает: - Здесь нужно нефть по любой цене, вот здесь вот». Появляется расстеленная на столе светлая карта с условными обозначениями, в том числе Х-образными метками. По одной из них говорящий постукивает указательным пальцем (палец показан крупным планом, а видимый участок карты относится к сухопутному району).
В этом сне я так же страстно хотела уйти, сменить какое-то место (или ситуацию, положение), как и вернуться (или вернуть все) обратно.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Он сидел ... и читал суеверие наше» (имеются в виду Гороскопы лиц, от имени которых произносится фраза).
Слабая кратковременная вибрация извне прошила мое тело (я спала на животе).
Живу в большой коммунальной квартире, деля ее с молоденькими девушками. Между нами нет ничего общего, но атмосфера мирная. Туалет находится в просторном, с высоким потолком, неуютном помещении. Однажды с удивлением вижу там массу нового. Одна стена выкрашена (неумело) в темный цвет. Неподалеку от унитаза красуется самодельная художественная композиция (коробка из-под обуви с непонятным содержимым). Кафельный пол частично вымыт, частично покрыт тонким слоем чистой воды. Были и еще какие-то изменения, которые, на мой взгляд, если и не прибавляли уюта, то по крайней мере демонстрировали стремление к таковому. Выясняется, что это дело рук девушек. Главным в этом сне было, пожалуй, лояльное сосуществование разных типов людей. Один олицетворяли молоденькие девушки, другой — более зрелая я. И если девушки были похожи на всех девушек их возраста, живущих сиюминутным и касающимся только их самих, то я была во сне гораздо более нейтральной и терпимой к Другим, чем наяву. [см. сон №3584]
Автобус стоит на остановке, лампочка на пульте управления сигнализирует об этом. По истечении некоторого времени она гаснет, зажигается соседняя (правее). Когда ее регламент истекает, вспыхивает третья (еще правее) и горит дольше предыдущей. Автобус все еще на остановке, стою около кабины, перед раскрытой дверью, ни водителя ни пассажиров не вижу (хотя они подразумеваются), внимание направлено на сигнальные лампочки. Обнаруживаю симметрию в циклах их работы — такт крайних длинней такта средней. Я поняла, как действует система, но не смогла додуматься, почему она запрограммирована таким образом.
Пышной свежей ухоженной растительностью покрыта территория обнесенного забором частного участка. Маняще свешиваются с низко согнувшихся ветвей плоды (похожие на хурму), такие соблазнительные на фоне упругой темно-зеленой листвы. Безумно хотелось полакомиться, удерживает лишь мысль, что владение частное (мысленный запрет сдерживал, но не искоренял вожделение). Вдруг вижу сидящих за круглым, врытым в землю садовым столиком двух мужчин. Смотрю на них сквозь листву, проникаясь безотчетной тревогой. Эти двое кажутся мне подозрительными, мелькает мысль понаблюдать (последить) за ними. Густые ветви не позволяют как следует их рассмотреть, лиц не вижу вообще. Оба крепкие, одеты в серое - непонятно, чем они могли вызвать такое острое тревожное чувство. Мужчины исчезают. Возвратившись через некоторое время на это место, вижу у столика бледно-серую тряпичную сумку. Она тоже вызывает настороженность - возможно, ее нарочно оставили здесь, возможно, в ней бомба. Осторожно подхожу, заглядываю в сумку. С удивлением (чуть ли не с восторгом) вижу новорожденного ежонка (а за ним, в глубине сумки, был еще один). Ежонок выбирается наружу. Он выглядит только что родившимся, покрытое темными иглами тельце еще не обсохло. Но это не ежонок, у него плоский закругленный широкий клюв (желтоватого цвета). Решаю, что это муравьед. Зверек голоден, теперь уже ничто не может помешать мне сорвать вожделенный плод. Даю кусочек зверьку, мякоть выглядит аппетитно, но зверек не ест. Кто-то говорит, что эти зверьки питаются особым сортом цветов. За неимением выбора, снова и снова подношу кусочки плода к клюву находящегося у меня в руках зверька. Мои усилия вознаграждены, зверек начинает есть, все более умело, с отменным аппетитом.
Крупная фотография в верхней части газетного листа. Она изображает женщину в бикини и стоящего по правую руку от нее мужчину в строгом костюме, жилетке, галстуке, и что там еще полагается. Контраст впечатляющий, отдаю ему должное. Надпись под фото гласит: «Справа налево: Тома Бялик и Эвен Блум».
Мысленная, троекратно повторившаяся фраза (мужским голосом): «Эйн пэ саридж». Первый раз она звучит бесстрастно, потом более эмоционально, и наконец, громко выкрикивается густым, сочным голосом.
Вижу себя со стороны, от макушки до лопаток. Тело ничем не прикрыто, волосы сзади длинноваты, их пора подстричь. Вижу, как поправляю их на темени левой рукой.
Мысленная, неполностью запомнившаяся, незавершенная фраза: «...эта стая обезьян, находящихся в, а частично вне ее зависимости...». Смутно видится несколько крупных темношерстных обезьян в кронах мощных деревьев.
В активном, отчасти ирреальном сне участвует несколько человек. В финале мы с Каданэ лежим в спальных мешках. Проснувшаяся Каданэ говорит, что ее спальник промок. Прислушиваюсь к своему, удостоверяюсь, что с ним все в порядке. Выглядываю наружу. Мы лежим в неглубоком желобе, подмерзшая вода на его дне схвачена тонкой неровной коркой льда. Лед выглядит неповрежденым, мне непонятно, почему намок спальник Каданэ.
Обрывки мысленной фразы: «Он ... подобно ... в...».
Мысленная фраза (женским голосом, официально): «Гарри Нэхиджеру, основателю ... школы в Египте» (одно слово не запомнилось).
Иду по обширному пустому пространству. Идущий во встречном направлении грузный мужчина спрашивает: «Всё?» Молча киваю. Он, не сбавляя шага, проходит мимо.
Мысленная фраза (женским голосом): «Утвержден на вторую степень».
Где-то сижу, вдруг меня охватывает предсмертная дурнота. Она нарастает, меня сильно, однократным толчком рвет, после чего вместо смерти наступает улучшение — очищение, просветление (рвотные массы были символическими). С удивлением рассказываю об этом грузному молодому человеку. Говорю, что ощущение приближения смерти не вызывало неприятия, потому что в моем представлении Смерть — это возможность найти ответ на вопрос, что ждет нас там, по другую сторону Жизни.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «В нашем ... мире мы никому не позволим девочку наделять (чуждым) именем» (вместо слова в скобках было сходное по смыслу). Речь идет о девушке, девочкой ее называют ласково, покровительственно. Фраза сопровождается неразборчивым изображением.
Незапомнившаяся мысленная фраза. Визуализируясь, она занимает полторы строчки, слова как бы видятся и не видятся. Удается разобрать содержимое нижней полустроки: «-счет».
