Иду по лабиринтоподобной системе подвальных помещений, куда выходят запасные двери квартир. Перед одной молодая женщина моет пол. В нерешительности останавливаюсь, даю понять, что мне нужно пройти. Женщина спокойно, многословно, с повторами объясняет, что так как она моет пол, пройти здесь сейчас невозможно. Смиряюсь, настраиваюсь на ожидание — и тут же получаю разрешение пройти. Иду влево, передо мной, в том же направлении, идут мужчина, женщина и мальчик. Мужчина ступает в мелкое прямоугольное, заполненное водой углубление. Смотрю, как он идет по воде, и неожиданно проваливаюсь по грудь в темную воду возникшего передо мной, похожего углубления.
Спрашиваю зашедшего ко мне Петю, хочет ли он, чтобы я покупала ему городскую газету. Получив согласие, еду в город, оказываюсь на окраине, в по-деревенски уютном квартале, брожу там. Перед открытыми воротам обширного пустого серого помещения небольшая толпа местных жителей молча наблюдает за китайцем в серой робе, старательно драющим пол. Не могу понять, чем вызван интерес. Догадываюсь, что в помещении располагается кухня китайского рыбного ресторана, отмываемая после очередного рабочего дня. Оказываюсь в этом (или соседнем) помещении, где по стенам тянутся (на высоте с пару метров) аквариумы, в каждом из которых плавает по одной крупной, хищной на вид рыбе. Все они бархатисто-черные, приоткрытые рты их полны острых белоснежных зубов. Толпа глазеет теперь на рыб, некоторые зеваки прижимают палец к стеклу, напротив рта рыб, как бы поддразнивая их. Умозаключаю, что рыбы эти (с довольно устрашающими физиономиями) предназначены в пищу — по индивидуальному выбору посетителей ресторана. В одном из аквариумов вижу такое же крупное, бархатисто-черное Существо в позе морского конька. Оно придерживало рукой свой длинный тонкий хвост и воспринималось мной как Черт (я еще подумала, неужели и он предназначен в пищу). Оказываюсь в холле (привокзальном?), вижу прилавок с печатной продукцией, спрашиваю газету. Молоденькая продавщица говорит, что не осталось ни одной (все, кроме лиц людей, виделось в этом сне совсем вживую, только Черт был немного нерезким).
Вижу в своей комнате (сновидческой) маленькую темную бабочку. Полагаю, что это та самая, которая пару дней тому назад была замечена мной на стене моей комнаты наяву (значит, я понимала, что я во сне?), и которая непонятным образом тогда скрылась. Без труда отлавливаю ее, высовываю руку за окно, разжимаю кулак. Бабочка влетает обратно в комнату и исчезает из виду. Удивляюсь, предполагаю, что в комнату ее манит свет (за окном начинало смеркаться).
8071
Фрагмент мысленной, незавершенной фразы (деловитым женским голосом): «... а родиться заново и пославить (послать) свою шкуру...».
8072
Полнометражный сон (среди персонажей которого была и я) развивался в каком-то сомнительном месте.
В спокойном сне длинношерстная черно-белая, знакомая мне кошка терпеливо ждала, когда я обращу на нее внимание. И когда я в финале сна погладила ее, кошка отреагировала так эмоционально, что вызвала во мне ответную волну симпатии и теплоты.
8074
Мысленный, с пробелом запомнившийся, дружелюбный диалог (мужскими голосами). «Вот, смотри ... Никто не отвлекает?» - «Нет».
Мысленный диалог (быстрыми мужскими голосами). «Кино смотрели?» - «Смотрели». - «А вот на фестивале не смотрели?»
8081
Мысленные фразы (мужским грубоватым голосом): «Ну, как? Или это не твое дело?»
8082
Кому-то (или чему-то) мешаю, решено меня ликвидировать, но не простым и быстрым способом, а медленным подмешиванием в пищу чего-то смертоносного. Мне это известно, но я лишь мысленно отмечаю, что отравленная пища имеет обычный вкус и не вызывает какого-либо необычного эффекта. Сон был в светлых тонах, мы занимались там какой-то трудовой деятельностью (на открытом пространстве), еду нам приносили прямо туда, это были порции чего-то светлого, аппетитно выглядевшего, похожего на непышные, аккуратные торты.
8083
Раз за разом чиркаю спичкой, но она не зажигается. Присмотревшись, говорю находящимся поблизости людям, что Шон* зачем-то покрыл парафином поверхность коробка. Меняю спички, поворачиваю коробок то одним, то другим боком, нащупываю на краях шероховатые участки, и в конце концов зажигаю спичку, а ею - две свечи. Коробок и спички были чуть ли не с ладонь. Свечи (длиной с палец) закреплены по краям коробка и выглядели, как небрежно сделанные факелы, но загорелись хорошо и сразу.
8084
Спокойный, в темноватых тонах сон, в котором фигурировало несколько больших, вертикально висящих полотнищ тканей.
8085
Мысленные фразы (женским голосом): «А у вас — кто у вас? А у вас — кто у вас? Кто у вас, говорю?» (начатая спокойно тирада завершается резко, почти грубо).
8086
Хороший, активный сон, главными действующими лицами которого были я и Додо (школьник).
Демонстрируется последовательность эпизодов (незапомнившихся). Увиденное воспринимается мной как ошибочное. И тогда (поэтому?) все повторяется еще раз, и я признаюсь (с натяжкой), что все правильно. Сон повторился раз пять.
8088
На занятие все принесли по листку с выборочными записями своих снов, и мы, повидимому, как-то с ними работали. Позже оказываюсь в этой учебной комнате одна, случайно замечаю несколько позабытых листков со снами. Я взволнована — такой интимный, личный материал находится в общедоступном месте. Ясно вижу разный формат, разные почерки, разный цвет чернил этих листов. Один из них опознаю как принадлежащий Арамису. Решаю позвонить ему по телефону, а пока что сую листки в недра парты — большой, грубой, допотопной (засунув в нее руку чуть ли не по плечо).
8089
Мысленные фразы (женским голосом): «Есть какие-то немецкие слушатели. Так принести тебе мясное?»
8090
Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женским и мужским голосами). Вяло: «Мы, лучше, немножко ...». - Примирительно: «Ничего. Ничего, ничего».
Мысленная фраза (женским голосом): «Тут у нас такой, синенько-розовенький».
8094
Мысленный диалог (женским и мужским голосами). Неуверенно: «Нет, я ищу...» (фраза не завершена). - С готовностью соглашаясь: «Хорошо».
8095
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (мужским голосом, категорично): «...ша, доктор — ничего не понимает».
8096
Незавершенная мысленная фраза: «Самолет увидел его, решительно дернул...».
8097
Мысленная фраза (женским голосом): «Взгляд в завершение дела».
8098
Мысленная фраза (женским голосом, неторопливо): «Около нее — мужчина, пытаясь ее перебить».
8099
Мысленные фразы (мужским голосом, обстоятельно): «Хозяйственном. А речь идет — не о хозяйственном речь идет».
8100
Сон о проникновении Нечисти в мое одинокое жилище. Тщедушный полупризрачный, казавшийся бесплотным субъект в черном воспринимался как сын madame Икс (хотя внешне был совсем на него не похож и лица его я не видела). Вторжение было кратковременным, не причинившим вреда, но вызвавшим тягостное чувство беззащитности. Отдав отчет, что мне негде искать поддержки и помощи, иду (за неимением выбора) в квартиру напротив сама. Молча подхожу к типу и кусаю его в левое плечо. Под черной одеждой почувствовалась нечеловечески жилистая плоть. Тип во время этой кратковременной экзекуции спокойно стоял посреди комнаты (сон запомнился в общих чертах).
Окончание мысленного диалога. Я: «Да, это было в моей комнате». - Собеседник: «В твоей собственной комнате?» - «В моей всего лишь комнате». В нашем диалоге слово «комната» имеет аллегорическое значение, собеседник хочет дать мне понять важность того, что речь идет именно о МОЕЙ СОБСТВЕННОЙ «комнате», я же вижу ситуацию по-другому, что выражается в моем ответе.
Мысленная фраза: «Она принесла сегодня».
Верчу в руках листок полученного письма. Текст видится смутно, и то ли я не могу его прочесть, то ли по иной причине он вызывает у меня недоумение. Внезапно смутный лист обычной писчей бумаги (только что бывший с обеих сторон исписанным) превращается в отчетливо видимый узкий, но при этом кажется и первоначально широким (во сне я не заостряла на этом внимания). Вижу аккуратным почерком, на английском языке написанные слова, перемежающиеся обширными пробелами (выбеленными частями первоначального текста). Пытаюсь понять, что это значит. Вдруг больше половины слов оказываются замазанными круглыми свежими сургучными нашлепками. Додумавшись, в чем дело, показываю письмо находящимся рядом (условно видимым) людям. Говорю, что это письмо от девушек, какое-то время живших с нами в одной квартире, и отправившихся путешествовать на Дальний Восток. Первое их письмо оттуда было подробным (повидимому, именно его я вертела в руках в начале сна). А вот это, второе, они соорудили (в ответ на наше) из своего первого, оставив нужную толику слов. В моем тоне звучит восхищение изобретательностью авторов письма (с которыми мои собеседники не знакомы).
Возникает тянущийся откуда-то сверху (бесконечный?) свиток с аккуратно отпечатанным вертикальным перечнем имен. Вскоре замечаю строку со своим (полным, данным при рождении) именем и незапомнившейся фамилией. Список исчезает, а я начинаю мысленный нумерологический анализ своего имени, он сводится у меня к единице. Полупроснувшись, мысленно перепроверяю вычисления, имя теперь свелось к четверке. Наутро, не вставая с кровати, еще раз мысленно перепроверяю — имя сводится к девятке. Анализирую свое вымышленное имя «Вероника», и с удивлением обнаруживаю, что оно тоже свелось к девятке.
Из пластикового пакета в картонную коробку пересыпают стиральный порошок. Отчетливо видны как сам порошок внутри коробки, так и взвившееся облачко его частиц. Долго всматриваюсь, удивляясь четкости изображения. Удивление вызвано тем, что мне кажется, что я уже проснулась, но продолжаю (с закрытыми глазами) отчетливо все это видеть.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Пятнышко на стене...».
Начало мысленной фразы: «Смертью...». Заготовлены, но еще не произнесены слова «у мамы» (речь идет о ее смерти; окончание фразы еще не выработано).
На танцплощадке, где среди других танцует Петя с миловидной девушкой, ненадолго оказываюсь я. Как следует меня рассмотрев, девушка роняет Пете что-то неодобрительное в мой адрес. Слышу ее реплику, воспринимаю ее спокойно (отдавая себе в этом отчет). То есть сознательно признаю за девушкой право видеть меня такой, как ей видится. [см. сон №4443]
Обрывки мысленной фразы: «...поезжайте в ... там хорошо живется...».
Длинный сон, протекавший под знаком нешуточной угрозы (от какого-то лица). Исход сна до последнего мгновенья балансирует между опасностью реализации угрозы и кажущимися случайными моментами ее избегания. В итоге угроза не реализовалась, но вызванное ею эмоциональное напряжение было достаточно сильным.
Проход в каменной стене (или ограде) в виде овального, в рост человека, лаза с неровными краями. Слева к нему примыкает решетчатая дверца, своеобразное переплетение ее несет какой-то смысл. Решетка дверцы является вопросником, а все вместе (лаз и дверца) — пропускным пунктом.
Мысленная фраза (моя): «Мне никак не сбросить иго».
Старая оцинкованная детская ванна на темной деревянной скамье. В ванне сидит малыш, собираюсь его мыть. Вода недостаточна тепла, приношу чайник с кипятком (тоже старый, алюминиевый), осторожно доливаю воду (эпизод не связан с основной частью сна).
Рукописный, исписанный четким жирным почерком лист (на иностранном языке). Поверх него лежит чья-то сжатая в кулак рука. Фаланга указательного пальца примыкает к светло-коричневому пятну в срединной части листа (между словами). Кулак медленно перемещается по диагонали листа, за фалангой пальца тащится пятно. Ползет, медленно уменьшаясь в размерах, и постепенно сходит на нет.
Поднимаюсь по уличной лестнице, ширина ступеней такова, что преодолеваю их в два шага каждую.
Мысленная фраза (женским голосом): «Такая (вот) тетрадка — если вы увидите, такая желтенькая» (кажется, речь идет о потерявшейся тетради; за слово в скобках не ручаюсь).
На вделанном в стену темно-коричневом столе лежит темноватое тыквенное семечко.
Мысленная фраза (с незапомнившимся словом): «Ориентироваться только на ... честной красоты».
Мысленная фраза (женским голосом): «Но в местах общего пользования подчинение общим правилам обязательно».
Мне сказали приготовить еду из основного компонента и добавок. В моем распоряжении были лишь добавки, но я умудрилась раздобыть и основной компонент, и сварила что-то вкусное, где добавки оказались основным компонентом, а основной компонент — добавкой.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Они ... в одной из тусовок они встретились, встретились и полюбили друг друга».
Сегодняшние сны можно объединить общим названием "Мухобойка карающая". В первом луплю огромной мухобойкой тех, кто мешает мне запоминать сны (понятие "те, кто мешает" являлось абстрактным). [см. сны №0063, 0064]
Мысленная фраза: «Из-за каждого письма меньше радости» (имеется в виду, что чем меньше писем, тем меньше поводов для радости).
Сон про селение Адамс, в котором я обменялась парой фраз с Ионом, порадовавшись, что помню его имя.
Держу пульт управления, похожий на жезл с темным прямоугольным, изящно отделанным набалдашником. Нажимаю на одну из кнопок, не слышу характерного писка. Для проверки жму на соседнюю - с тем же результатом. Во избежание разочарования, что пульт может оказаться неисправным, медлю с нажатием на оставшиеся кнопки.
Мысленные фразы (мужским голосом, категорично): «Я не ... Я в физике не слышал вообще» (одно слово не ухватилось).
Стою на высокой железнодорожной насыпи. Снимаю рюкзак, прогуливаюсь по широкому ярко-зеленому газону между двумя ветками рельсов. Газон забит людьми (в черной одежде, с черными рюкзаками), и в то же время безлюден. Пуст до такой степени, что я вижу в траве грибы (светлые, из тех, что идут на засолку). Решаю было насобирать, но понимаю, что их не может быть тут в достаточном количестве. Возвращаюсь к рюкзаку, однако он исчез, рюкзак украден, и не только у меня - несколько жертв кражи снуют по платформе в поисках пропавшего. Кажется, пропажи в конце концов отыскиваются (грибы и трава виделись ясно, а конец сна сопровождался неопределенно-тревожным чувством).
Мысленная фраза: «Мужчина отделался легким испугом, а девушка — переломом ноги».
Незавершенная мысленная фраза: «Не согласен ли ты платить четверть процента за...» (речь идет о налоге на здравоохранение).
Вариант концовки предыдущего сна. Для того, чтобы позвать Петю, я должна взобраться на высокие, растущие вплотную друг к другу, почти полностью сбросившие кору эвкалипты. На верхушках этих деревьев будто бы находится Петя, и я лезу наверх. [см. сон №2598]
Мысленная, незавершенная фраза: «Наиболее конкретной личностью, стоящей за (мысленной) фразой...».
Нахожусь в старой деревушке, среди первозданной природы, полной воздуха и света. На моем попечении малышка. Сижу на крыльце, она топчется неподалеку. Чем-то увлекшись, потихоньку удаляется вправо. Мне нужно вернуть ее, или хотя бы последовать за ней, но я не могу пошевелиться. Тело сморил неуместный сон, с которым никакое чувство ответственности за ребенка ничего не может поделать. Прилагаю неимоверные усилия, чтобы встать. Кажется, что вот-вот удастся, но ничего не удается. Малышка уходит все дальше (я вижу ее, значит, глаза мои были открыты, и сон завладел мной не целиком?) Беспокойство нарастает, понимаю, что если ребенок уйдет далеко, я его просто не найду. Всё сновидение состоит в борьбе с сонливостью. Лишь однажды сон отвлекся и показал узкое окно, слева от крыльца. В окне видится прислоненная к стеклу (изнутри) светлая выразительная (размером с человеческое лицо) маска, которая медленно полуулыбнулась приятной, симпатичной улыбкой. Это вызывало у меня легкое удивление (все, кроме лица девочки, виделось отлично, в том числе маска, похожая на Арлекино; возможно, это была не маска, а кукла).
Мысленная фраза (женским голосом): «Расскажи мне, как они называются, я хоть узнаю, где они находятся».
Несколько человек в темной одежде неторопливо выходят через облицованный светлым камнем проход двора на уличный тротуар.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (женским голосом): «Увеличивает ... автомобилей на улице, и этот прогресс там теперь...».
Спускаюсь в лощину редкого светлого леса. Склоны ее поросли тонкими деревьями, на дне, в центре, находится массивное темное, похожее на бомбоубежище сооружение со скругленными углами, без окон. От него во все стороны равномерно расходятся длинные полосы с поперечным чередованием черного и белого цветов.
Мою маму (сновидческую) убили - за то, что она спасла Сержа от угрожавших ему сил. Точнее, тяжело ранили, и от этих ран она скончалась. Мне было известно, что она, тяжело раненая, находится в больнице. Вижу скульптурную группу. Она увеличивается в размерах, в результате одной из женских голов ее оказывается занятым все поле зрения. Глаза статуи обращены к небу, как бы следя за отлетающей ввысь Душой, понимаю, что это Душа мамы. Я Душу не вижу, но по выражению лица статуи понятно, что она не только видит отлетающую Душу, но и провожает ее взглядом.
Мысленная фраза (женским голосом): «Другие по принципиальным вопросам ссылаются на авторитет».
Мысленная фраза: «Ничего невозможно поделать, пока характер ... не прояснится» (пока не прояснится суть чего-то).
Три-четыре строки, начертанные темно-золотыми матовыми шероховатыми буквами (одинаковыми, клиновидными). Им на смену появляются другие, их раза в два больше, форма букв та же, они тоже матовые, но серебряные.
Мысленная фраза: «В нем представляется возможность побарахтаться в океане».
Малыш со смутно видимыми чашкой и ложкой в руках приближается к моему правому колену. Параллельно визуальному образу (или даже упреждая его) возникает мысленная фраза, в которой говорится, что «он» (малыш) дотронулся своей чашкой до «ее» (моей) «чашечки» (коленной).
Мысленная фраза (женским голосом, уверенно): «Серий, наверно, больше никогда не будет».
Смутно видимый малыш пересекает тротуар, при каждом шаге взмахивая для равновесия руками. Кажется, он намеревается спуститься на проезжую часть.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (с вопросительной интонацией): «Кстати, предстать ... той морской свинке, которая получила...».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Я почему ...? Потому что они не хотели передавать ручку, думая, что я светский» (речь идет об авторучке).
Мысленные фразы (неторопливо, глуховатым женским голосом): «Не отошла, не ... не справилась. Не справилась, и даже не пыталась» (не вернулась в обычное состояние; один глагол не запомнился).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Они на ... на степенном русском языке начинают разговаривать».
Мысленная фраза: «Еще одна дискриминанта».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза (женским голосом): «...находится в такой цветущей форме...».
Наше неформальное либеральное сообщество решает (для дальнейшего облегчения жизни) возложить на кого-нибудь обязанность заниматься организационными вопросами. Идея рождена, кажется, из-за лени, от общего нежелания утруждать себя этими делами. Оставшийся за рамками сна формальный выбор случайно падает на Резеду. И вот уже Резеда выстраивает нас на плацу, демонстрируя дикие диктаторские замашки. Больше всех всегда достается почему-то мне, приходится молча глотать не только приказы, но и унижения. Я ошеломлена, сбита с толку, но поразмыслив, нахожу оправдание такой форме правления (на мой взгляд все же более рациональной в сравнении с нашей разболтанностью). В финале сна мы в очередной раз выстроены на плацу. Резеда объявляет о приобретенных для нас руководством книгах, подводит итог: «Поэтому мы приобрели книги по лишь частично субсидированной цене». Это чревато для каждого из нас нешуточным дополнительным расходом, я опять сбита с толку (в этом сне доминировал эмоциональный фон).
Мысленная, на полуслове оборванная фраза (спокойным женским голосом): «Ты знаешь, не сосредоточиться, в нет...».
Обрывки диалога о моей сестре. Я: "...но это просто необходимо". - Петя: "Я знаю, знаю, а ... где?" - Я: "...в октябре или..." (фраза обрывается).
Читаю полученное от Шона* письмо, содержащее просьбу о помощи. Иду в его квартиру, в ней ведется капитальный ремонт. В руке оказывается комок испачканной ваты, урны поблизости не видно, бросаю вату среди строительного мусора (у временной загородки на лестничной площадке), прикрываю попавшейся на глаза глянцевой брошюрой. После краткого раздумья решаю все же, что лучше бросить в урну, подвернувшимся пластиковым мешком пытаюсь подцепить вату вместе с брошюрой.
В большом зале многолюдного собрания случайно обмениваюсь парой фраз с двумя сидящими рядом женщинами, они говорят, что сейчас что-то мне покажут, одна отходит и возвращается с книгой - квадратной, с грубоватыми серыми листами, где на каждой странице по несколько небольших цветных иллюстраций с короткими пояснительными надписями. Я так увлеклась, что забыла обо всем на свете - и лишь заметив боковым зрением, что одна из женщин переминулась с ноги на ногу, спохватываюсь, понимаю, что прошло много времени и что женщины, не желая мне мешать, деликатно ждут. Возвращаю книгу, с жаром извиняюсь, они что-то говорят, в том числе - о важности восприятия, приводят в пример Яшмана, говорят, что он читал (текст или книгу) «как второй» (воспринял содержание почти так же, как и сам автор, «первый»).
Лист с печатным (компьютерным) текстом. В верхней половине небольшая иллюстрация (медальон), на уровне которой текст разбит на две колонки. Уверена, что разбивка на столбцы является нарушением. В глубине души шевелится слабое сомнение, что если так отпечатан официальный текст, значит, нарушения нет.
Пытаюсь прочесть текст, записанный на верхнем листе блокнота, воспринимаю строчки, но не буквы. Полупроснувшись, пробую срифмовать цель своего стремления «на что-то отыскать ответ, понятия не имея, существует он или нет».
Незавершенная мысленная фраза (с вопросительной интонацией): «А что ты знаешь, если ты хочешь..».
Смутно, в серых тонах видится малыш, приближающийся к уличному ларьку. У ребенка сосредоточенный вид, руки по-наполеоновски сложены на груди. Он останавливается, величественно вскидывает голову, устремляет на ларек грозный взгляд. Из ларька на ребенка смотрит, пригнувшись, рослый мужчина. Его правая рука с безвольно опущенной кистью робким указующим жестом направлена в сторону мальчика.
Смотрю на светлую раскрытую книгу, вижу следы двух вырванных листов. В нижнем углу левой страницы указан номер «101». Прикидываю, каким должен быть номер правой, вижу номер «104», решаю, что все правильно.
Вхожу в спальню родителей*, у входа чувствую (сквозь войлочные тапки) помеху под ковровым покрытием. Обнаруживаю под ним монеты. Вижу рассыпанные монеты и поверх покрытия. Собираю, разглядывая их на ладони, иду к себе. Думаю, что с учетом этих денег подведение баланса расходов текущего месяца для меня упростится.
Где-то плутаю. Оказываюсь у билетной кассы, покупаю билет, интересуюсь названием кинофильма. Кассирша, довольная, что продала билет, отвечать отказывается. Спорю, решаю обратиться к ее руководству. Мне называют невообразимую фамилию (что-то вроде Дромызгайло), повторяю ее про себя, и от этого просыпаюсь .
Делаем последние шаги по направлению к вершине красивой пологой горы. Вокруг другие вершины, покрытые короткой зеленой травой, простор, голубое небо и больше никого и ничего - только мы, небо и горы.
Мысленная фраза: «Вспомни future».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «В ... нас пытались остановить...».
Распутываю связку ключей.
Мысленная фраза: «Быстро передает генерируемую им мощность другому телу». Смутно виден небольшой шар около допотопного механизма (генератора?)
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Так ... кажется, видно, себя там держит».
«Мы хотим все знать» - записано ночью в блокнот, и ничего не могу к этому добавить. P.S. Этой, да и не только этой ночью мое Я не хотело записывать сны, но ключевые слова с похвальной настойчивостью накатывались снова и снова, и добились своего. Сны оказались записанными.
Повторившийся несколько раз сон, содержавший частично запомнившуюся фразу: «Если нет ... то не следует делать...». Фраза незапомнившимся образом иллюстрируется.
Родители заставляют младшего сына (только что перенесшего серьезную болезнь) идти работать, он отказывается, родители настаивают. Противостояние приводит к тому, что молодой человек превращается в Оборотня, в волка, и яростно вцепляется в загривок крупного неагрессивного пса с густой серой шерстью. Пес даже не защищался, хотя Оборотень нанес ему глубокую рану, темные пятна крови проступают сквозь густую собачью шерсть.
