В конце сна закрадывается подозрение, что я потеряла обратный билет на самолет. Время для поиска есть, энергично роюсь в карманах одежды, в отделениях рюкзака, и снова в карманах. Ищу билет везде, только не там, где он должен быть, не в бумажнике. Даже дотронуться до него не позволяю себе, чтобы не убедиться, что билет в самом деле потерян (если он потерян). Сон бегло демонстрирует темный, чем-то набитый бумажник, в одном из отделений которого видится что-то, похожее на билет. [см. сны №4939, 4940]
Обрывки мысленной фразы (моей): «...точно так же и в ... я держала его (птенца) и...». Речь о том, что я держала птенца и беспокоилась, что не найду билет на самолет (из второго сна этой ночи). Вижу себя со стороны - держащей крупного, с индюшонка, плохо еще оперившегося птенца - это видится неясно, не в цвете, в неразборчивом интерьере. [см. сны №4937, 4940]
Смотрю на раскрытую книгу с очень белыми листами. Читаю наугад выбранную часть фразы: «...почему мы...». Получается так, что смотрю я на неразличимые слова, каким-то образом (не зрительно) воспринимаю их, мысленно произношу, и в тот же миг (синхронно) каждое из слов становится отчетливо видимым. [см. сон №4947]
Провожая попутчиков, перевожу их через озеро в известном месте, где чистая прозрачная вода так мелка, а дно так прочно, что это скорей похоже на лужу. На обратном пути беру правее. Иду босиком, с закрытыми глазами, с ватным одеялом в руках. Вода здесь темная, дно топкое. Ноги увязают почти по колено, подмокшее одеяло приходится поднять над головой. Иду осторожно, стараясь не сбиться с направления и не в силах открыть глаза. Ноги то и дело натыкаются на острые камни, но пока все обходится. Внимание обострено до предела. Убеждаю себя, что чтобы не сбиться с пути, я должна открыть глаза (в то же время осторожно переставляя ноги, чтобы не пораниться о камни). Одна из напряженнейших попыток приводит к успеху, глаза мои открываются - я вижу собственную комнату, я проснулась. [см. сон №4973]
Иду по огромному темному пустому пространству, с закрытыми глазами, не в силах их открыть. В конце концов глаза открыть удается. Возникает мысленная фраза: «Тревожность слова поглотила текст». [см. сон №4972]
Петя и мой муж (сновидческий) пришли в приемную научного руководителя, поговорить (каждый за себя) о повышении в должности и получении научной темы. А я - с ними за компанию. Первым входит Петя. Пока он разговаривает, заканчивается обеденный перерыв, выходим с мужем из приемной, идем по широкому, почти безлюдному коридору к своим рабочим местам. Все время оглядываюсь назад, наконец вижу машущего нам Петю в красивой зеленой рубашке. Останавливаемся. Петя говорит, что договориться удалось. Правда, тему он получил условно, с оговорками, но все же получил. [см. сон №5011]
По покрытой мелкой рябью поверхности моря с живой водой движется Петя. Скользит на ногах, не прилагая усилий, лишь взмахивая для равновесия руками. Сон нецветной, нечеткий, в бледных тонах. Из-под петиных ног вырываются микроскопические брызги, образующие серые клубы, похожие на мелкие облака. [см. сон №5031]
Мысленная фраза из трех коротких непонятных слов, каждое из которых содержало букву «ш». Фраза будто бы имеет отношение к предыдущему сну. [см. сон №5030]
Мысленное пояснение к сну предыдущей ночи. Фраза будила меня несколько раз (безуспешно). Запомнилось, что она содержала противопоставление: «Они ... а вы...». [см. сон №5126]
Отдыхаю с мамой* в Прибалтике. Удачный отпуск показан условно, теперь нам пора возвращаться домой. Стою в небольшой спокойной очереди к железнодорожной кассе, спохватываюсь, что забыла что-то важное. Явившись повторно, попадаю в жуткую давку. Ситуация повторяется похожим образом еще раз, только теперь я не знаю, как найти в толпе маму. Чисто случайно замечаю ее у окошка кассы. Мама виделась условней окружающих - молчаливых, в темной одежде, замкнутых на себя людей. Одна я проявляла интерес (спонтанный) вовне. Помню, что внимательно присматривалась к стоявшей неподалеку, чем-то привлекшей внимание женщине. Давка в очереди за билетами так натуралистична, что я, в конце концов, бурчу: «Нет, это никуда не годится». [см. сон №5152]
Законспектировав предыдущий сон и засыпая, пытаюсь припомнить его подробней. Возникает мысленная фраза (возможно, моя, относящаяся к предыдущему сну): «Возвращаемся — и все они задницей на такую кровать». [см. сон №5151]
Обсуждаем высказывания Альберта Эйнштейна. Чтобы правильно их понять, тщательно перемешиваю столовой ложкой в миске две кашеобразные темные массы. Одна будто бы является субстанцией высказываний Эйнштейна, другая — субстанцией Фракийских войн. Говорю, что мои действия необходимы для той цели, которой мы задались (персонажи виделись условно). [см. сон №5158]
В узком столбце газетного листа читаю начало одной из фраз: «Говорят, что от старых монет исходит...» (дальше прочесть не удается). Текст будто бы имеет отношение к предыдущему сну. [см. сон №5157]
В финале населенного персонажами сна появляется (мысленно или визуально) длинная фраза (замысловато разветвленное сложно-подчиненное предложение). Несущая главную смысловую нагрузку часть ее начиналась словами «одну из которых мне довелось (пережить)...» (испытать в жизни). Эта часть, на первый взгляд соотносящаяся с одним из фрагментов фразы, при доскональном прочтении соотносилась совсем с другим, что меняло общий смысл (кажется, в драматическую сторону). Меня крайне заинтересовала фраза-перевертыш. Снова и снова пытаюсь мысленно воспроизвести ее, однако из-за громоздкости и разветвленности это не удается, ожидаемый эффект не проявляется. Вожусь с ней, как с головоломкой. Пару раз получилось то, что нужно, но получилось случайно, так что не запомнилось, как это вышло. И совсем не запомнилось содержание фразы, несущей что-то типа предсказания (увязанного с запомнившимся фрагментом). То, что увязывалось с этим фрагментом при глубинном прочтении, вызывало во мне почти трепет, поскольку воспринималось как предстоящее мне самой. [см. сон №5415]
То и дело просыпаюсь, пытаясь вспомнить фразу из предыдущего сна. В результате снится красивая дебелая обнаженная женщина (вид со спины). Она сидит на пятках, томно запрокинув руки за голову. [см. сон №5414]
«Посмотрите! Посмотрите! Я его обожаю! Прямо диккенсовский персонаж!» - с восторгом обращаюсь я к смутно ощущаемым спутникам. Я имею в виду Усача. Он появился на высоком крыльце многоэтажного жилого дома в сопровождении двух таких же важных джентльменов, облаченных в толстые темные габардиновые пальто и похожих на английских судей. Стоим неподалеку, смотрим на них. Они, теперь уже около крыльца, степенно поворачиваются, красуясь, из стороны в сторону. Поверх их пальто теперь натянуты белые кружевные мантии, а смутно видимые лица их стали, кажется, другими. [см. сон №5881]
Мысленный диалог (мужскими голосами). Раздраженно: «Я не знаю, что вы тут ищете». - Глухо: «Кому что надо».
Обрывок мысленной фразы: «...так много, что я...» («просто не знаю, что и думать», - таким, примерно, должно быть ее окончание).
Крупный пятнистый серо-бело-рыжий зверь (похожий на поджарую собаку) появляется из-за правой границы поля зрения и неспешно бежит влево. Внезапно вскидывает голову с простодушно приоткрытым ртом и, как бы что-то увидев, прибавляет ходу.
Обвожу взглядом комнату, вижу в дальнем углу старый облезлый холодильник. Говорю себе, что этого не может быть, так как на самом деле в этой комнате холодильник новый. Делаю вывод, что вижу комнату ВО СНЕ. Внимательно осматриваюсь, чтобы выяснить, чем еще снящаяся комната отличается от реальной. Появляются три-четыре незнакомых мне человека и что-то рассказывающая им Нора. Подхожу ближе. Нора сидит на корточках у стены, слева от холодильника. С улыбкой протягиваю руку для приветствия (я не видела Нору около десяти лет), она, не вставая, тянет мне свою. Наши ладони легонько соприкасаются, Нора улыбается. С удивлением вижу у нее отсутствие нескольких зубов (в том числе переднего).
Мысленная фраза: «Тоже, не так уж хорошо все его видели и п(омнили)» (последнее слово не договорено; речь идет о чьем-то дедушке).
Мысленные, с пробелами запомнившиеся фразы: «... правильно ли ты поступаешь. ... верую, потому так поступаю».
Большая лужайка заполнена нарядными гуляющими, среди которых бродит нескольких светлых собак. На левом краю лежит темная полуживая рыба (крупный угорь). Мужчина оберегает ее от гуляющих (не замечающих рыбу, могущих ненароком на нее наступить). Появляется молодая американка, готовая оказать рыбе помощь. Смотрю на рыбу. Действительно ли это угорь? Может быть, это змея? Похоже и на то и на другое. Голова же, грубая, примитивная, принадлежит как бы древней рептилии. Наклоняюсь, осторожно протягиваю руку, чтобы погладить неподвижную, полуживую голову. Рыба-змея в тот же миг превращается в черного кота и вцепляется, играя, в мою руку. Очаровательный озорной проказник, полный нерастраченной энергии, самозабвенно царапает и покусывает меня (не больно). Изредка, при слишком резких движениях, кот непроизвольно дергается от боли в животе, но сразу же с удвоенной энергией возобновляет игру. Отдаюсь игре с таким же удовольствием, приговаривая: «Совершенно необыкновенный кот, совершенно необыкновенный кот. Ах, катуся, как ты так расшибся?» Подвижный игривый кот составляет переднюю часть рыбы-змеи. Длинное неподвижное туловище ее является неотъемлемой частью кота, я видела это мельком, во время игры. И боли во время резких движений кота возникали, как мне казалось, в животе той, неподвижной его части.
Окончание мысленной фразы (спокойным женским голосом) «...мешочки я выну?»
Мысленная, незавершенная фраза: «И выросла в своих глазах...».
Мысленная фраза (женским голосом): «Утвержден на вторую степень».
Мысленные фразы (молодым мужским голосом): «Ой, совсем забыл! Был я у этого самого».
Обрывок мысленной фразы: «...стараясь напутать или изменить сына». Это мыслит мать, думающая о сыне и о тех, кто на него влияет.
Действие развивается в моем бывшем отделе программирования, но мне казалось, что это Научная Лаборатория (еще одно место бывшей работы). Спустя немного времени с удивлением обнаруживаю эту накладку. Запомнилось, что что-то происходило с Амалией; что у меня была крупная (очень крупная) сумма денег, и я ее чуть не лишилась (была угроза хищения, но все обошлось). А остальное (многое) не запомнилось.
Мысленная фраза (мужским голосом, как фрагмент радиосообщения): «Возле Шхори пропали две девочки».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Он примчался, как ... на горячем белом короле» (имеется в виду, на белом коне). Смутно видится конь.
Были какие-то слова, и не просто слова, а игра слов, но к утру все забылось.
У стены подземного перехода стоит несколько черных футляров с музыкальными инструментами. Подходит человек, берет самый большой, замысловатой формы футляр, поднимается с ним по широкой лестнице и медленно исчезает вдали. За ним по лестнице взбегает еще один человек и смешно семенит в том же направлении, при каждом шаге дергая спиной и поочередно выставляя вперед плечи.
Фрагмент мысленной фразы: «...и все время ныл, что так не бывает».
Мысленная фраза (издалека, женским голосом, с равнодушным недоумением): «Я не понимаю, что (почему) ты с ним разговариваешь».
Мысленная, незавершенная фраза: «Только в очередной раз дребезжатник...» (телефон).
Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом, благодушно): «Батенька, если шестьдесят процентов...».
Сообщение о том, что некто построил замок. Аляповатое, безвкусное строение видится издалека, но отчетливо.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Солдаты ... наносили точечные удары на...». Удары имеются в виду психические, неназванной целью — психика высших армейских чинов.
Мысленный рифмованный финал сна: «На невесту все любуясь, но не видя, говорят/ Громким шепотом твердят/ Ну загадка, ну загадка, ну загадка, ну загад». Бегло видится темноватая толпа около условно видимой невесты в пышном белом свадебном платье.
Мысленная фраза (женским голосом): «Не этот вот, который, а подчеркивается».
Смотрю на крышу здания с находящимися там рабочими, удивляюсь, как быстро оно построено. Вдруг все заволакивается густыми клубами черного дыма.
Петя сидит на корточках, прислонившись спиной к стене комнаты. За ним, положив ладони ему на голову, стоит женщина, голова ее прижата к тыльной стороне рук. Петя поворачивает голову вправо, смотрит вверх (на кого-то?). Лицо его светлое-светлое, взгляд спокойный, безмятежный. Не находясь в самом сне, вижу его совсем вживую. P.S. В этом сне произошло искажение пространства - Петя опирался спиной на стену, а женщина каким-то образом стояла за ним.
Служащая почтового отделения уверяет, что возвращенная мной магнитная карточка телефонных разговоров частично использована. С недоумением говорю, что этого не может быть, перепираемся. Вижу вокруг себя людей в черной одежде, ощущаю стремительное угасание разума - жарковатое облако заполняет тело. Понимаю, что люди явились забрать меня, и это произойдет с минуты на минуту, как только облако погасит последние крупицы разума. Вяло готова и отдаться в руки этих людей и противиться этому (психически, борясь за разум). Мысленно взвешиваю варианты, вяло склоняюсь все же ко второму (визуальный ряд воспринимался условно, эмоции — отчетливо, а ощущения заполнившего тело облака и угасания разума были даже чрезмерно реалистичными).
Мысленные фразы (женским глуховатым, издалека донесшимся голосом): «Два ведра. Но что это такое? Два ведра. Больше ничего не должно быть?» (вёдра выступают мерилом).
Разговариваю с молодой крупной высокой женщиной. Мы неторопливо бродим по большому неуютному торговому центру, присаживаясь где-нибудь ненадолго, и снова бесцельно бредем наугад. И все это время я рассказываю всевозможные истории о животных. После одной, самой (на мой взгляд) любопытной, говорю: «Представляешь?» Спутница, дотоле хранившая молчание, отвечает: «У меня не хватает для этого воображения. Вы, когда захотите...» (дальше дословно не запомнилось, женщина дает понять, что равнодушна к животным, так что когда я захочу нейтрализовать ее, я могу рассказывать именно о них). Тут обнаруживается, что я где-то забыла свой зонт. Отправляемся, так же неторопливо, и теперь уже молча, на поиски. Оказываемся в небольшой пустой секции, где в углу стоят швабры (и прочие приспособления для уборки этого центра). Полагая, что зонт должен быть тут, внимательно все осматриваю, и не найдя его, огорчаюсь (на мой несновидческий взгляд, чрезмерно). Сон был нецветным, спутница ощущалась условно, как и всплывший в памяти зонт, к ручке которого был прикреплен какой-то мой документ (удостоверение личности?)
Нахожусь с визитом в селении Адамс, сижу на песчаном косогоре, сбегающем к небольшому искусственному озеру с прозрачной спокойной водой. Селянки удочками вытаскивают из воды странно неподвижных крупных черно-белых рыбин. Знаю, что правее, у меня за спиной, есть больший водоем, еще не заполненный водой, а по другую сторону, слева, находится еще одно маленькое озеро. Спрашиваю (без слов), можно ли к нему сходить, ближняя женщина кивком головы дает разрешение и им же указывает направление. Здесь тоже очень красиво, вода такая же живая и спокойная, только озеро это обнесено каменными бортиками (атмосфера сна была безмолвной, фантастической).
«Спасибо за урок! Хороший урок получился, так что до свидания! Нет, не до свидания, а прощайте!» Моя тирада адресована двум молодым мужчинам, потенциальным работодателям. Выпаливаю ее на ходу, даже не обернувшись в тот угол, где они только что непринужденно заявили, что изъяли из моего кошелька энную сумму за неумелое пользование компьютером. Я была поражена услышанным. Отыскала на столе, среди бумаг, сумку, убедилась, что деньги действительно изъяты. Дело касалось суммы незначительной, но возмущал сам факт. Я пришла сюда в надежде получить работу, и какое-то время сидела, упражняясь на компьютере (это был даже не компьютер, а что-то более простое и компактное, типа сотового телефона). В том, что я отрабатывала какие-то операции, не было ничего из ряда вон выходящего, так что претензии работодателей были надуманными. И если абсурд и самоуправство начинаются еще до начала трудовых отношений, что может ждать меня здесь потом? «Нет, я тут не останусь», - бурчу я этим двоим. И устремляясь к выходу громко заявляю: «Спасибо за урок! Хороший урок получился, так что до свиданья! Нет, не до свиданья, а прощайте!»
Выпроваживаю обнаруженного в своей комнате паука прочь, за окно, используя стаканчик и лист бумаги (кажется, был даже не один, а несколько пауков, которые вели себя спокойно).
Обрывок мысленной фразы: «... тетя Ватя, чуть в сторону...».
Мысленный на что-то ответ (женским голосом): «Нет, нет, нет, нет, нет, нет».
Мне становится известно, что Петю похитили террористы, иду его вызволять. Прибыв на место, вижу его привязанным к высокой треноге. Говорю ему несколько слов (подбадриваю или прошу прощения за то, что по моему недосмотру он попал в такое положение). Петя спокойно, односложно отвечает. Ему не до меня, он сконцентрирован на своем состоянии. Оказываюсь в штабе, перед двумя предводителями похитителей (оба в военной форме). Тот, что правее, с живым любопытством расспрашивает о наших с Петей взаимоотношениях. «А это правда, что вы...», - интересуется он и перечисляет удивительные, на его взгляд, вещи - что мы понимаем друг дуга без слов и прочее. Открытое, такое человечное любопытство расценивается мной обнадеживающе.
На крошечном необитаемом острове, лицом к единственной пальме сидят, друг за другом, мужчина и женщина. Она: «Ты меня не слушаешь!» Он: «Дорогая, я так устал...».
Полевой телефонный аппарат, работающий как от сети, так и от батареек. Когда его отключают от сети, он самовольно куда-то звонит.
Незавершенная мысленная фраза (с вопросительной интонацией): «А что ты знаешь, если ты хочешь..».
Оказываюсь (по кратковременной надобности) в отделении больницы, состоящем из многоместных помещений, разделенных полотнищами на единичные секции. В одном из проходов между полотнищами вижу растерянного плачущего малыша, он потерялся. Беру его за руку, отправляюсь на поиски — откидываю поочередно края полотнищ в надежде, что малыш увидит где-нибудь своих родственников (сон нецветной, отчетливо виделись и даже, кажется, осязались, лишь полотнища).
Живу у старика, в просторной квартире (он подразумевается). Наталкиваюсь около ванной на двух женщин. Одна из них, блондинка, указывает мне на чистое, до невозможности застиранное полотенце для рук. Становится известно, что она живет в принадлежащей ей части этой же квартиры. Случайно знакомлюсь с симпатичным молодым человеком, своим ровесником, приглашаю его в гости. Он приходит, садимся смотреть имеющиеся у меня фотографии (запечатлевшие нас с ним?) В результате просмотра обнаруживаю, что молодой человек имеет отношение к квартире, в которой мы находимся - давешняя блондинка является его матерью. Если я и удивлена (а я безусловно удивлена), то лишь тем, как непроницаемо держится гость (ничем не выдавший ставшего мне известным). Не в силах справиться с удивлением, спрашиваю: «Так мы соседи?» Молодой человек какое-то время невозмутимо молчит и спокойно интересуется: «А вы как тут оказались?» Отвечаю: «Я здесь временно»(или "случайно", не помню точно).
Мысленная фраза: «Прошел проверку на рейтинг полностью безопасного» (речь идет о материале — возможно, о вакцине).
Демонстрируется (на двух примерах), как и почему Человек (в обобщенном смысле) смотрит и не видит. В качестве первого примера использован фрагмент циркового представления (фокусы, иллюзии).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Когда ... у него уже не было для этого сил». Смутно видится лежащий на кровати тяжелобольной старик, худой, в блеклой больничной пижаме.
Предродовое отделение больницы (беременные находятся тут на плановом обследовании). Врач говорит, что сейчас нас выпишут домой, но утром мы должны вернуться (рожать). Перед уходом нам велено взять в автоматическом Справочном результаты обследования. Оказываюсь у встроенного в стену автомата, на мониторе список нашей группы. Жму на клавишу, прогоняя смонтированный кольцом алфавитный перечень пациенток. Стоящая рядом женщина вяло протестует, что я проскочила ее фамилию. Не обращаю внимания, щелкаю кнопкой, добираюсь до своей. В правой графе читаю: «Нужно хирурга», и ниже - «мальчик» (пол ребенка). Испуганно говорю: «Ой, нужно хирурга». В поисках сочувствия поворачиваюсь к женщине, она никак не реагирует. Вспоминаю, что хирургические вмешательства производят под наркозом, успокаиваюсь. Смутно мелькает представление, что необходимость вмешательства вызвана неправильным предлежанием плода, этого второго моего (сновидческого) сына (женщины виделись неясными темноватыми худенькими, индифферентными и без признаков беременности).
Собираем полученный в разобранном виде холодильник. Пары указанных в спецификации полок не хватает. Поразмыслив, решаем, что вместо них можно использовать (в эксплуатации) заморозитель, поскольку отсутствующие полки предназначались для замораживаемых продуктов. Предполагаем, что заморозитель встроен взамен них - повидимому, нам прислали другую модификацию.
Мысленная фраза: «По всем вопросам приходил к каждому его тайный друг, который советовал» (речь идет о персональном для каждого друге).
Мысленный диалог (женскими голосами): «Что случилось?» - «Случилось хорошее. О хорошем тоже говорят, что случилось».
Прошу о чем-то смутно видимую женщину. В завершение спокойной речи выпаливаю скороговоркой: «Безусловно, я хочу увидеть».
Люди совершают обряд крещения. Окунаются в речку, настолько мелкую, что им приходится низко приседать, чтобы погрузиться с головой. Две женщины — крупная, полная, в ярком цветастом платье, и невысокая, худенькая, в чем-то темном - уже окунулись по разу, зажав пальцами носы. Теперь худая тянет полную окунуться еще раз. Та не хочет, худая настаивает, уверяя, что это снимет болезни. Под принуждением худой полная приседает, окунается с головой. И вдруг резко выпрямляется, вскрикивает «Ой-ё! Ой-ё!», поворачивается вокруг своей оси и замертво падает. Лежит на дне речки, вытянувшись на спине, ногами к берегу, и всю ее хорошо видно сквозь тонкий слой чистой прозрачной воды (сон был очень живым).
Вдоль широкой заснеженной таежной просеки утрамбовывают бульдозерами тракт. Потом по этому участку движется колонна мощных грузовиков. Кто-то, стараясь перекричать рев моторов, спрашивает: «Куда?» В ответ кричат: «В поселок Егорьево!» «Ах, в Егорьево», - откликается спросивший.
Стою на тротуаре, около седовласой женщины с неестественным румянцем на бледном увядшем лице. Осторожно, поочередно растираю ее щеки. Женщина морщится, говорит: «Тихо, тихо! При чем здесь...» (фраза обрывается, словами «тихо» меня просят быть еще более осторожной).
Фрагменты то ли самостоятельной мысленной фразы, то ли фразы из сна: «...без труда ... в никуда...».
Не сумев скрыть проявившееся в мимике чувство, женщина делает вид, что щурится от бьющего в глаза солнца, поднимает к нему лицо. Несколько человек, ради которых это предпринимается, все видят и понимают.
Чистая мятая, не новая футболка с английским, кажется, словом, напечатанным на груди крупными блекло-бордовыми буквами.
Одним из действующих лиц сна был Лучик.
Нецветной, в темных тонах сон, демонстрирующий что-то типа цепной реакции — череда вытекающих друг из друга эффектов следовала слева направо, эффекты были либо одинаковыми, либо незначительно видоизменялись.
С пробелом запомнившаяся фраза (возможно, мысленная) из сна: «У нас ведь что, кто ... тот и созрел».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: « Он находится в ... где человека считают за пять кубических сантиметров».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «...Лафантен пошел дальше — смеясь, он выражает общее отчаянье, а плача...».
Незавершенная мысленная фраза: «Тот, кто необратимо ослаб...».
Во всех мыслимых подробностях, реальней, чем сама реальность, демонстрируется акт дефекации (эстетично). Стен туалета не видно, но унитаз — чистейший, белоснежный, и все остальное — высшего качества. Затрудняюсь в выборе слов для описания такого своеобразного объекта, но там, во сне, было важно то, что я пытаюсь описать. Не было, например, никакого запаха, на что я во сне обратила внимание. Объект был настолько безупречен, что даже не понадобилось спускать воду — он сам, под действием определенных сил, скользнул туда, куда ему положено, почти уполз.
Сижу в окружении нескольких, почти неразличимых персон. Изо всех сил уворачиваюсь от чего-то, мне навязываемого, подносимого ко рту в столовой ложке. От чего-то, что я должна — в каком-то символическом смысле - проглотить. Отчаянно дергаю головой из стороны в сторону, а потом рефлективно, дико, по-звериному брыкаюсь всем телом.
Мысленная, незавершенная фраза: «Марья Ивановна Власова по мнению Бориса Михайловича...».
Рассматриваю детскую книгу. Верхнюю часть левой страницы занимает рисунок, ниже идет диалог, местами выделенный жирным шрифтом. Он составлен на нескольких, чередующихся языках, в том числе на английском, удается что-то прочесть.
В комнате, около напольной сушилки для белья стоит мама*. Сон крупным планом показывает развешенное нижнее белье, узнаю в нем свое. Мне неприятно, что мама его стирала, выговариваю ей, стараясь облечь замечание в вежливую форму: «А если я попрошу тебя не трогать мои трусики, а? Нив коем случае». Она недовольно поджимает губы.
Мысленная, незавершенная фраза: «Именно спасая свою Душу, он...».
Смутно видится фасад старого, в восточном стиле, двухэтажного дома. На перилах галереи верхнего этажа развешены старые блеклые (как и сам дом) ковры.
Мысленная, незавершенная фраза (выпаленная женским голосом, на одном дыхании): «Ни ощущения (тромбиста), который сидел на первом месте, когда мы сидели напротив него...» (за слово в скобках не ручаюсь).
Иду (в сторону горизонта) по пустому, лишенному растительности пространству. Навстречу, чуть левее, идет человек в темно-коричневом одеянии, с наголо обритой головой и гладким, без единой морщинки, лицом бронзового цвета. Когда мы поравнялись, наши головы соударяются. Не чувствую боли, а его голова издает довольно громкий звук. Ничему не удивляясь, отдаю отчет, что если этот человек и является Землянином, то необычным.
Мысленные фразы (флегматичным женским голосом): «Я не. Я ни за что. Вот пойду и скажу что-нибудь такое» (эдакое).
Было опасение, что на всех прибывающих в общественную столовую не хватит вилок. Однако посетители явились со своими вилками (то есть проблемы не существует). Сон смутно показывает большой зал столовой, входящих посетителей с вилками в руках, и отдельно — груду вилок, принадлежащих столовой.
Активисты какого-то движения трудятся над лозунгом «Не дадим никому голодать!»
Жильцы нашего многоквартирного дома не желают со мной разговаривать (демонстративно, без видимых причин), я ни к кому неприязни не испытываю. Группа таких жильцов входит в многоместный лифт, я (по какой-то причине) остаюсь. Лифт уезжает. Вижу рядом дверцу еще одного лифта, вхожу в крошечную обшарпанную кабинку (и знаю, что в доме где-то есть еще один такой же одноместный лифт). С вызовом нужного этажа вышла заморочка, но вот лифт приходит в движение. Стою в подрагивающей кабинке, обозревая облезлые стенки. У кабинки появляется (слева) тамбур со старой темной газовой плитой. На миг удивившись, догадываюсь, что плиту перенесли сюда жильцы срединного этажа, квартира которых примыкает к кабинке. В правой стене появляется ведущая в эту квартиру дверь, она открыта, вижу большой коридор с проходящими по нему жильцами. Лифт оказывается на открытом пространстве, движется по поверхности земли, как поезд. Смотрю в окна (у него и окна появились), в глубочайшем изумлении кричу об увиденном жильцам смежной с лифтом квартиры (изумляет изменение вида движения, но не изменение внешнего вида лифта, в финальном эпизоде я вообще забываю, что был какой-то лифт). На крик подходит рыхлая затрапезная женщина из той квартиры. Буднично смотрит в окно, буднично говорит, что это место проклято, потому что кто-то что-то бросал в озеро. На миг предстает небольшое озеро со спокойной поверхностью чистой прохладной воды. «Уже (столько-то времени) вот через эту дырочку шесть молодых дураков наговаривают в нее столько глупостей», - бурчит женщина. Пейзаж за окном меняется, доминантой становится молодая Луна, изливающая напряженный, почти белый свет. Лунный серп висит невысоко и выглядит необычно. Присмотревшись, вижу на его нижнем конце дырочку, о которой упоминала женщина. Мы свободно скользим по поверхности фантастического безмолвного (а возможно, и безжизненного) пространства, среди невысоких пологих таинственно-темных холмов, под изливающей напряженный свет Луной. Это показано снаружи, сверху - видно, как скользит под Луной состав, похожий на поезд, его многочисленные окна светятся мягко и уютно (состав двигался в задний левый квадрант, навстречу Луне).
На фоне каких-то действий объясняется суть бизнеса. Он состоит в возможности получать скидки на расходы по производству товара, при условии умелого использования некоего, связанного с временем фактора.
В финале сна одна из женщин высокомерно говорит другой: «Тебе учиться с такой высоты?Что тебя интересует?»
Мысленная фраза: «Самовольный сон развратил старуху» (имеется в виду физиологическое, неограниченной продолжительности состояние).
Мысленно произношу (ласково, полушутя): «Поселенец!» Мужской (похожий на петин) голос мысленно отзывается: «Да».
