Рассматриваю с кем-то старую поблекшую фотографию группы шести-семилетних девочек в демисезонных пальто и головных уборах. Снимок сделан как бы немного сверху, знаю, что среди девочек находимся я, моя родная сестра и одна из двоюродных. Не могу узнать ни одну из нас, и указываю попеременно то на одну, то на другую из девочек (сон не был цветным).
1337
Нецветной сон, в котором, среди прочего, фигурировал громоздкий черный телефонный аппарат.
1338
Мысленно, бессловесно сообщается, что в селении Адамс намного легче приходится тем, кто живет на первом этаже, и следовательно, может ходить по земле. В этой возможности усматривается главная польза для человека. Видятся несколько темных двухэтажных домиков, стоящих среди темных деревьев на темной земле, по которой бродит несколько человек (сон не был цветным).
1339
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «Но в своем ... оно вызывает меньше ... чем борщ в Библейском зоопарке».
Несколько вырытых в земле цилиндрических лунок (диаметром с ладонь и глубиной с метр), имеющих отношение к селению Адамс. [см. сон №3045]
1341
В антракте юмористического представления (кажется, КВН) обращаю внимание на молодого человека. Мне говорят, что это и есть знаменитый юморист (имярек). С удивлением отвечаю, что в лицо этот человек мне знаком, но я и представить не могла, что он — тот самый имярек (сон не был цветным).
1342
Оказавшись в центре города, решаю заодно зайти на почту. Не могу выйти к ней, все время непостижимым образом промахиваясь. Оказываюсь вне города, на пути появляется большой овраг, решаю его пересечь. Спускаюсь благополучно, а при подъеме жирная черная земля расползается под ногами. Склон крут, при попытках за что-нибудь ухватиться комья земли отваливаются и медленно падают вниз. В поисках выхода взглядываю наверх, вижу сторожа в будке и идущую по краю оврага женщину. Сделав еще несколько безуспешных попыток выбраться самостоятельно, обращаюсь за помощью к сторожу. Он и ухом не ведет, женщина тоже не реагирует. Продолжаю попытки. Ситуация выглядит трудной, но не безнадежной, действую без каких бы то ни было эмоций.
1343
Многократно повторившееся, направленное влево, незапомнившееся действие (сон не был цветным).
Провожу занятие с группой малышей. От души веселюсь их выходкам, со смехом пересказываю забавные эпизоды пришедшему мне на смену мужчине (сон не был цветным).
Куда-то идем, перебрасываясь шутками и периодически уточняя дорогу у местных жителей. Один раз взбираемся для этого по наружной металлической лестнице, попадаем в большой мрачный цех. Нам указывают направление, говорят, что путь неблизок. С улыбкой отвечаю, что это далеко по местным меркам, а по меркам большого города это совсем не далеко. Попутчики смеются, топаем дальше.
1346
Нахожусь в фантастическом городе с большими темными дворами. Обсуждаю свою проблему с людьми, пользующимися моим доверием. Они советуют куда-то обратиться (в письменной форме) и съездить в Святое Место. Добавляют, что так как в том районе ведется молодежная стройка, поездка будет недорогой (со скидкой). Выражаю сомнение в отношении добросовестности людей, которых мне рекомендуют. Слышу заверения в их исключительно высокой квалификации. Поддавшись на уговоры, неохотно надписываю конверт для отправки просьбы.
1347
Сначала что-то про меня (связанное с моими гландами). Потом что-то про соседа (направлявшегося к стиральной машине с ворохом белья в руках). Потом что-то про Петю (его лечащего врача подвергали критике за безответственность).
Мысленная тирада (такое впечатление, что она рождается прямо в момент произнесения, слово за словом): «Как это, не веря в любовь, верить, что тебя могут исправить? Ведь любовь — это один из элементов исправления».
Находимся в помещении (кажется, у входа в лифт). Происходит что-то абсурдное (в духе того, что происходит со мной наяву после пережитого год назад потрясения). Мысленно отмечаю (совсем, как наяву), что опять произошло неправдоподобное. Иду куда-то с женщиной. Она говорит, что все, что я предпринимаю (наяву), не только неправильно, но и приносит вред. Говорит, что у нее есть связь с Высшим, поэтому сказанное является истинным. Со всей искренностью отвечаю, что все это время безуспешно ищу помощи, ищу кого-нибудь, кто объяснил бы мне, что происходит, и подсказал бы, что я должна делать. Повторяю это, кажется, несколько раз, но женщина молчит.
Поочередно возникающие цепочки слов. Структура их напоминала структуру Псалмов, а цветовые оттенки отличались, кажется, друг от друга. Читаю - там было что-то, касающееся, кажется, последних событий моей жизни.
Мысленные фразы (женским голосом, размеренно): «Да-да-да. Нашли газету. Она без формы».
Мысленно напевается: «Сердце красавицы склонно к измене». Смутно, в серых тонах видится высокий флагшток с вздымающимся флагом.
Обрывок мысленной фразы: «...то уже помнила однозначно...».
Я с женщиной, объятые ужасом, от кого-то убегаем. Врываемся в большое производственное здание, перебегаем с места на место в поисках укромного угла, где нас не смог бы обнаружить преследователь. Выскакиваем (умышленно или случайно) наружу, пулей мчимся к сложенным неподалеку крупным блокам. Скрючиваемся там, по-прежнему терзаемые страхом, но и обнадеживаемые слабым шансом на спасение.
Обрывки мысленной фразы: «...я не знаю ... в общем ... а придворные ... или обходят их молчанием (или)...».
В активном, отчасти ирреальном сне участвует несколько человек. В финале мы с Каданэ лежим в спальных мешках. Проснувшаяся Каданэ говорит, что ее спальник промок. Прислушиваюсь к своему, удостоверяюсь, что с ним все в порядке. Выглядываю наружу. Мы лежим в неглубоком желобе, подмерзшая вода на его дне схвачена тонкой неровной коркой льда. Лед выглядит неповрежденым, мне непонятно, почему намок спальник Каданэ.
В конце фантастического сна идем по тротуару малолюдной улицы. Сверху, из непонятного (нематериального?) источника звучит перечисление имен (или не только имен). Когда раздается имя «Рафаэль», мы проходим мимо уличного прилавка, на пустой дощатой поверхности которого торчком стоит крупная свежеотрубленная рыбья голова (округлой формы, с приоткрытым ртом). Голова соотносится с произнесенным именем, она и является Рафаэлем. Следующим произносится имя «Рафаель». На похожем, тоже пустом прилавке видим в этот момент вторую, стоящую торчком крупную свежеотрубленную рыбью голову (вытянутой формы). Эта голова является Рафаелем (обе головы виделись натуралистично, как и прилавки, а люди - более чем условно).
Женщина приготавливает купание ребенка - либо потому, что подоспело время, либо потому, что малышу захотелось поплескаться, либо женщина решила занять его, чтобы без помех продолжить общение с приятельницей, либо по всем причинам одновременно. Допотопная оцинкованная ванночка стоит на полу посреди комнаты. В ванне, по бедра в воде, сидит малыш. Женщина осторожно, понемножку доливает туда (из глубокой тарелки) поносного вида фекалии. Малыш спокойно играет с водой и так же спокойно размазывает попадающиеся под руку фекалии по стенкам ванны. Женщина добавляет их с разных сторон, стараясь не попасть на ребенка (как если бы она добавляла горячую воду). Одновременно она полуосознанно, отстраненно фиксирует (мысленно), что сама не знает, зачем это делает (не подумав? не сосредоточившись, потому что ждет подружка?), и что этого можно было не делать. Но делать продолжает. Изнывающая от нетерпения приятельница, почувствовав запах, с отвращением говорит: «Фу-у», заявляет, что все это «противно». Женщина буднично отвечает: «Ой, не говори. Дети иногда такого захотят, чего ты бы никогда не захотел, не будь их матерью» (возможно, этой женщиной была я).
Несу домой где-то раздобытую, приглянувшуюся половинку чайной чашки. Она выглядит декоративным изделием. Но потом вспоминаю, что держать дома разбитые предметы нежелательно, это плохая примета, так что находку лучше выбросить.
Мысленная фраза: «Страсть — это игры на проводе».
Нам грозит опасность (не очень серьезная), что-то предпринимаем, выходим из темной избы. Холмистая местность покрыта снегом. В какой-то момент остаюсь одна, снег набивается в высокие грубые сапоги, выковыриваю его, спрыгиваю в неглубокую яму. Слышу шум, издаваемый враждебными людьми. Замечаю (внутри ямы) уходящий наклонно вниз, освещенный туннель. В дальнем конце видна большая светлая пещера, где несколько человек в темной одежде пилят и колют дрова (поглощенные делом люди меня не замечают). Понимаю, что создаваемый ими шум и есть тот самый, что я слышала раньше.
Две пристройки на крыше многоэтажного здания являются как бы зеркальными отображениями друг друга. Они расположены с зазором, стенки их побелены, и видятся они примерно с уровня крыши, левее здания.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Как только ... он перестанет быть Властителем».
Сосед сумел затопить хозяйский нефтяной обогреватель, в квартире стало замечательно тепло. Причем то, что он до этого додумался, еще удивительней, чем давешняя лошадь с девичьей головой.
Мысленная фраза (недовольным тоном): «Что нам этот круг задавать» (зачем, почто).
Мысленная фраза (глуховатым женским голосом, задумчиво): «Меня уже ничего не пугает — ни твоя злоба, ни твоя беззлобность».
Мысленная, неполностью запомнившаяся, незавершенная фраза, будто бы отражающая суть предыдущего сна: «...заменится шатким рабочим, в ... это...» (слово «рабочий» является существительным). [см. сон №7148]
На людной улице обращаю внимание на малютку в руках одной из трех идущих вместе женщин. Малютка оказывается на тротуаре, устремляется к лестничному спуску. В тревоге ускоряю шаги, чтобы ее перехватить. Не успеваю, малютка сваливается (к моему облегчению, мягко) на ступеньку ниже. Шустрая, в светлой одежде малышка было ростом с четверть метра, под стать высоте ступеней. Беру ее на руки, иду искать нерадивых женщин, по пути сказав что-то нелестное в их адрес находившимся поблизости прохожим.
Мысленная фраза: «Сегодня у нас есть три человека и адвокат, помогающий им, пишущим об СССР».
Старика-утопленника вносят в море, в надежде, что он поможет отыскать его пропавшего там сына. В воде окостеневшее тело оживает, старик медленно протягивает руку. Сильный луч света падает на указанный им участок моря и высвечивает старуху-утопленницу. Кисти ее вздернутых, как бы в мольбе о помощи, рук выступают из воды.
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «Если хотите ... хищника, то сделайте это для него самого».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Я поняла, что скажу им...».
Мысленно сообщается, что две психологини даны мне «не для материального блага, а для духовной закалки».
Въезд в подземный транспортный туннель. К арке примыкает идущий параллельно шоссе участок высокой серой стены. Перед ней видится (такой маленький на ее фоне) человек, обращенный лицом в сторону туннеля.
В полудреме пытаюсь вспомнить подробности завершившегося сна. Предстает гораздо более цивилизованное помещение — современная светлая аудитория с высоким потолком и рядом высоких окон по задней стене. Оригинальная, светлого дерева трибуна на помосте у правой стены, за ней ряд красивых стульев для экзаменаторов. Аудитория пока пуста, смотрю на нее немного сверху (извне сна). Замечаю у левой двери (около трибуны) пару красивых пластиковых (или бумажных), довольно вместительных мешков (из-под покупок). Они заполнены (меньше, чем наполовину) мусором, сон это бегло показал. Скоро в аудитории начнется экзамен, подумываю, что мешки с мусором (моим) нужно бы выбросить. [см. сон №9026]
Листы с детскими рисунками и раскрытый матерчатый пенал с карандашами и прочим.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Ну ... туда, чтобы не брызгаться. Они просили...» (фраза обрывается).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Если .... представлял интересы общества, (то теперь) перестал».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (спокойным женским голосом): «... острое, полУчите сразу на вторую, ну!»
Мысленные фразы (мужским голосом): «За двадцать первого? За двадцать первого я специально не даю — чтобы она с этими ящиками...» (фраза обрывается).
Обрывки моей мысли: «...а ведь ... Отчасти». Последнее слово произношу с расстановкой, взглянув на ходу в зеркало, стоящее на узком выступе стены, в трети метра от пола. Успеваю зафиксировать свое отражение почти у левой его кромки. Успеваю убедиться, что вижу обычное зеркальное отражение, живое, в цвете, но узнать себя не успеваю (или не могу - этот момент запомнился неотчетливо). Сейчас, вспоминая и излагая сон, мне кажется (задним числом), что отражение было чуть ниже и левее, чем ему положено было бы быть. Но во сне я лишь всматривалась в черты лица, которые как бы и видела и не очень видела (и проснулась, так и не успев сделать никакого умозаключения).
Народились и, не успев оформиться, рассыпались три коротких невнятных сна.
Нянчу нового малыша Камилы. Он, совсем еще кроха, уже ходит. Был момент, когда он выбрался из коляски, куда-то утопал, так что я его с трудом отыскала. И говорить он уже умел (по крайней мере понимал, что говорила ему я). Бродим с ним где-то, я периодически смотрю на часы. Они показывают «без двадцати восемь». Говорю малышу, что пора возвращаться. Входим на веранду, извиняюсь, что вместо четырех часов мы явились в семь сорок (мои часы по-прежнему показывают это время, но лишь на веранде обращаю на это внимание). Камила говорит, что все в порядке, она просила нас вернуться в шесть, и сейчас как раз шесть часов.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «...а? Купив большой градусник...» (фраза обрывается).
Стою между странных зданий, похожих на неестественно, непропорционально вытянувшиеся вверх домишки с балконами. Задрав голову, смотрю на неправдоподобно быстро мчащиеся облака. Они были мелкими, частыми, четкими, очень белыми и неслись лавиной вправо (на фоне божественно голубого неба). Пытаюсь понять, что происходит — ведь в действительности такого быть не может. Это похоже на кинематографический прием, но я-то вижу живую природу, вижу собственными глазами. Начинаю думать, что возможно, в каких-то исключительных случаях облака и в самом деле могут так мчаться. А они, тем временем, превращаются в темные размазанные тучи, так же стремительно несущиеся вправо.
Мысленные фразы (издалека, спокойным женским голосом): «Ну, подожди, я тебя напугаю после отпуска. Будешь знать, когда у тебя День рожденья».
Мысленная фраза: «Если есть суд отчаянью в голове и шкала рассудка, тогда все в порядке».
Преодолеваем препятствия. Руины, вздыбленная земля, овраги, завалы, темные силуэты людей. В последнем эпизоде нам нужно спуститься с огромного бревенчатого сооружения, имевшего форму усеченной четырехгранной пирамиды. Ее ячеистые поверхности позволяли ухватиться руками (да и то некрепко), не давая возможности упереться в ячейки ногами. Учитывая нешуточную высоту и почти отвесную крутизну, это вызывает сильное чувство страха. Но все же не такое сильное, чтобы парализовать все новые попытки найти упоры для ног либо спуститься с помощью рук, то есть практически на весу.
Мысленная, незавершенная фраза: "Теперь скажи: Саши, Маши и Наташи".
Играю с ребенком в игру. Он начинает, удивительно мудро заняв наиболее благоприятную стартовую позицию.
Было слово - кажется, географическое название. Полусонное Я решило его не записывать, не захотело этого, и к утру слово забылось.
Обрывок мысленной фразы: «Верхне-... крючки».
Туманно, в серых тонах видится фрагмент дикой природы, поросшая кустами и травой поляна. На ней стоят два четко видимых одинаковых, находящихся вплотную друг к другу белых (мраморных?) камня. Они имеют форму параллелепипедов с плоскими торцевыми и чуть выпуклыми боковыми отполированными поверхностями, ощущается, что более чем на половину высоты камни врыты в землю.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (молодым мужским голосом): «Надо же ... Это холодильник у вас, да?» Смутно видится молодой мужчина, что-то выбрасывающий в пластиковый мешок с мусором.
Мысленная фраза (женским голосом): «Ну, около нашей тетки ведь мы убираем».
Глянцевая, в коричневых тонах суперобложка. Взглядываю не ее пустую белую внутреннюю сторону - в правом верхнем углу мерещится призрачный портрет Ясера Арафата.
Мысленный диалог. Сспокойно: «В биньяне». - Задорно: «Биньян-чик».
Отправилась в кино с мамой*, которая по дороге исчезла (потерялась?), я увидела ее лишь в зрительном зале. На обратном пути мама снова пропадает. Иду одна, у меня в руках зонт, кладу его, на ходу, в пластиковый мешок. Я плохо ориентируюсь в этом месте, спрашиваю у группы подростков, как пройти к вокзалу. Спохватываюсь, что нужно срочно заняться поиском работы, и предполагаю, что придется на первых порах соглашаться на любую (сон нецветной, в неопрятных серых тонах; город, в который мы будто бы вернулись после долгого отсутствия, выглядел угрюмым; мама лишь ощущалась).
Три пары небольших гладких каменных шариков, каждая своего цвета (белого, бело-серого и, кажется, коричневого). Шарики перекатывают в ладонях, что-то из ладоней переходит шарики.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «...что все спят, что бы он тогда ответил? Ему надо на концерт...» (фраза обрывается).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (завершившая сон): «А он ... голова, влюбился как дважды два».
Столбик из двух чисел, указанная под чертой сумма которых равна "581". К ней прибавлено (в столбик) какое-то число. Выведенной под чертой новой суммой является четырехзначное число, в котором первой была цифра "2".
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «А они ловко ... Лучше через плечо». На дальней стороне улицы видится вход в тамбур небольшого магазина. Мимо него двигается гигантский (в рост человека) пухлый мучнистый Червь (не заметила, были ли у него ноги). Стоящий за пределами поля зрения человек в черной одежде (которому будто бы принадлежит сказанное) указывает рукой на Червя и озадаченно подносит пальцы к губам. В этот момент увиделась нижняя часть его лица (сон был не цветным).
Мысленная фраза (неторопливо): «Возрождение от врача».
«Подожди, подожди, чтобы не очень светлее было», - говорит мне смутно видимый в ярко освещенной комнате мужчина, и поворотом выключателя убавляет свет.
Мысленная фраза (завершившая сон): «И вот, когда такой человек выходит на связь, он больше всего на свете хочет, чтобы его оставили в покое».
Люди, которых я КАК БЫ ВИЖУ И НЕ ВИЖУ, демонстрируют приемы КОЛДОВСТВА. Все было четкими, впечатляющими. Я была там в качестве зрительницы, которой (или одной из которых) все это демонстрировалось. [см. сон №1139]
В финале сна фигурируют что-то символизирующие пушистые шарики сочного темно-зеленого цвета.
Мысленная, адресованная мне фраза (женским голосом): «Да, ты знаешь, тетушка Матильда* пойдет и переодеваться не будет».
Демонстрация приемов, с помощью которых некие Сущности добывают из недоступных Источников сведения и секреты. Сущности обладают материальной формой (и похожи на грызунов), тайные сведения изображаются в виде материальной среды (в последнем эпизоде она была похожа на смазочное масло и находилась в большом открытом, углубленном в землю резервуаре). Сущности спускают к поверхности массы одну из особей, держа ее на весу, она окунает лапки в темную густую массу, после чего сотоварищи поднимают ее наверх, все проделывается ловко, вертко, споро этими сообразительными, неистощимыми на каверзы, неугомонными созданиями. Сон был длинным, меня неоднократно будил уличный шум, но сон как ни в чем не бывало (или упорно?) продолжался (возобновлялся), как только я в очередной раз засыпала. Тайны, за которыми охотились Сущности, являлись Тайнами Природы или даже Тайнами Создателя.
Раннее утро. Лежу в постели, рядом, на такой же светлой кровати лежит (спит?) сестра (мы в студенческом возрасте). За стеной, в соседской квартире раздается громкое протяжное страдальческое позевывание (или стон?) Потом такое же протяжное, страдальческое, исторгаемое тем же сочным мужским голосом восклицание: «Батюшки!» Говорю сестре: «Слышишь, там орет кто-то. Больной?» Сестра молча кивает. Говорю: «Или просто спать еще хочет». Смутно видится мужчина, лежащий (одетым) на кровати соседской квартиры.
Находимся в небольшом городище (состоящем из низких толстостенных примитивных домов), обороняемся от отряда враждебных сил. За неимением других средств используем для этого овощи (кажется, полувареные, твердых видов, таких, как репа). Этими боевыми средствами нас снабжают по указанию руководителя. Перед каждым лежит кучка овощей, мечем их в находящихся неподалеку (около одного из строений) врагов. Швыряем овощи хладнокровно, деловито. Единственной моей эмоцией было удивление, что все до одного броски наши попадают в цель (не нанося, впрочем, видимого ущерба врагам, но этот факт не вызывал реакции сновидческого сознания). Мои сотоварищи ощущались светловатыми, под стать более ясно видимому городищу (оно смахивало на стилизованные крепости-городки для ребятишек). Лучше всего виделись половинки овощей, преимущественно желто-оранжевых, крепкие, свежие, аппетитные. Трудно сказать, к какой эпохе относилось происходящее, скорей всего, не к нашей нынешней (а сейчас, завершая описание сна, я подумала, что может быть это аллегория о пользе овощей).
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (женским голосом): «...понедельник. Лучше всего — с четверга по понедельник».
Нахожусь в гостях у Пети, в селении Адамс. Одна из селянок изъявляет готовность рассказать, что происходит с Петей. Мгновенно прихожу в волнение, прошу подождать, отхожу с сигаретой в сторону. Взбодрившись, сообщаю, что готова слушать. Садимся друг против друга (кажется, не в помещении). По мере того как женщина что-то рассказывает, к нам поодиночке приближаются и тихо рассаживаются вокруг другие селяне. Испытываю дискомфорт от того, что часть их сидит у меня за спиной, нет уверенности, что я смогу контролировать ситуацию. Сидящие за спиной люди не дают мне покоя - я их не вижу, их намерения от меня скрыты.
Мысленные фразы (женским голосом): «Зачем? Ну зачем? Зачем же так?»
Серое неуютное многоэтажное здание с темными металлическими лестничными пролетами и такими же галереями, на которые выходят двери квартир. Переговариваюсь в сердцевине здания с несколькими нечетко видимыми мужчинами. Пытаюсь чего-то добиться у нечетко видимой женщины, она возражает, хочет поступить по-своему. Несмотря на ее своевольный, невежливый тон, в глубине души признаю, что она, пожалуй, права.
Мысленная фраза: «А дедушка стал ходить на разведку» (для прояснения бытовой ситуации). Смутно видится улица, направление пути дедушки.
Окончание мысленной тирады: «...оторвалась и начала падать. Он как поднимет ее!» Условно, в густо-серых тонах видится стоящий спиной человек. Правая рука его внезапно (без видимого воздействия) отваливается (чуть пониже плечевого сустава), медленно падает. Человек хладнокровно, на лету подхватывает ее.
Большая темноватая, смутно видимая жилая комната, в которой находится несколько человек. Один берется за разные дела, но все у него получается с ляпами (не оказывающими, однако, влияния ни на его самооценку, ни на энтузиазм). Приятели принимают все как должное (привыкли). В финале сна этот человек сидит за пианино, бросившись исполнять вещь, о которой, видимо, зашла речь. То и дело фальшивит (особенно в аккордах), но упорно продолжает. Один из друзей оказывается рядом, мягко предлагает помощь. Но куда там! Пианист и не думает отступать, сон показывает энергичные кисти рук над клавиатурой, а потом — его самого, согбенного и накрытого (с головой) черной накидкой, примененной пианистом будто бы для большей сосредоточенности (только накидка эта, клавиши, и пальцы пианиста виделись отчетливо).
Вижу в стене большую вертикальную трещину (стена вокруг нее немного вздулась), говорю об этом Пете и девушке. Собираемся что-то предпринять — кажется, заделать трещину своими силами и сообщить хозяину жилья. Позже вижу трещину безобразно разросшейся, уже сквозной. Обсуждаем ситуацию. Становится ясно, что потребуется основательный ремонт, на время которого придется съехать с квартиры. Непонятно только, куда. Петя с девушкой исчезают. Лежа на полу, читаю. Появляется полупризрачный молодой человек (до этого пару раз бегло попадавшийся мне на глаза при обсуждении проблемы с трещиной). Понятия не имею, кто он и как попадает в нашу квартиру. А он садится на пол, сбоку от меня, по-свойски оперевшись спиной на мои согнутые в коленях ноги (я этого не осязаю и не фиксирую вниманием). Утыкается в свою книжку, держится так, будто мы сто лет знакомы. Пытаюсь осмыслить ситуацию. Беззлобно спрашиваю: «Слушай, что ты разлегся на меня?» Он, не отрываясь от книги, отвечает каламбуром. С удовольствием успеваю пару раз его повторить, после чего он из памяти улетучивается.
Мысленные фразы (возможно, мои, жеманные): «Подожди! Меня обуял страх».
Мысленная фраза: «А тетка говорит: не думай, не валяй дурака» (не помышляй).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Запиши ... чтобы запомнить нашу квартиру».
Мысленная фраза: «Пока не пришла (машина) и не выровняла по тебе (наравне с тобой) почти всю дигму» («дигма» является имеющей самостоятельное значение частью слова «парадигма» - как, например, «парапсихология» и «психология»).
