Мысленные фразы (женским голосом): «Кто эти девочки? Положите его сюда».

Разбирается число «18». Кто-то дает много вариантов его представления. Возникает масса мелких, рассеянных в пространстве букв (содержащихся в слове «восемнадцать»?) Варианты, возможно, состоят из произвольных их сочетаний. Кто-то другой, посчитавший такой ответ неверным, с превосходством заявляет, что представляет это число как «восемь» и «дцать» (участников обсуждения видно не было).

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (оживленным женским голосом): «Давайте-ка ... Я научусь тоже писать термины».

Мысленная фраза: «Стена, возвышающаяся между окном и городом».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (спокойным мужским голосом): «Ну, наверно ... обманул. Он вернулся и сказал им».

Сижу в заполненном невнятными людьми зале судебных заседаний. На подиуме, слева, несколько человек переводят с языка на язык материалы следствия. Дело движется медленно, мне непонятно, почему черновую работу делают сейчас, на публике... И снова я там же, на другом судебном заседании. На подиуме опять возятся с переводами, опять недоумеваю. Дело в очередной раз застопоривается - не могут перевести словосочетание, означающее на исходном (русском) языке «пустые хлопоты». Прикидываю в уме выражение «продуктивные хлопоты» - «good ...» (второе слово не запомнилось), по аналогии строю требуемое, громко подсказываю.

Мысленные фразы: «Расскажите, как вы добиваетесь такого результата с людьми? Вы занимаетесь людьми или животными?» (речь идет о дрессировке, обучении). Фразы сопровождаются незапомнившейся иллюстрацией.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Пусть ... но Светлые виды рода человеческого...  -  фраза приостанавливается и уточняется:  -  ... Светлые подвиды».

Едим с Петей в кафе необыкновенно вкусный суп — в жизни не ела такого вкусного супа! Отдав должное кулинарному шедевру, сетуем, что нельзя позволить себе такое удовольствие каждый день. Но потом решаем, что если заказывать на двоих одну порцию, то вполне можно позволить, если и не каждый день, то хотя бы через день.

Мысленный диалог (женскими голосами). «Четыре. Он больше не выдержит».  -  «Он больше не выдержит» (речь идет о мешке, могущем вместить не больше четырех смутно видимых вещей).

Многократно в течение ночи воспроизводятся мои действия, сопровождаемые предостережениями против их чрезмерности.

В конце сна выбираем для кого-то мужские рубашки. Роемся в забитой образцами черной стойке, ничего подходящего не находим. Завершается сон фразой, принадлежащей находящемуся среди нас юноше (не исключено, что рубашки искались для него): «Она чихнула кожей — и я кожей, она чихнула телом — и я телом». Речь идет об индуцированных действиях (чих кожей - это предваряющие чихание содрогания, чих телом - само чихание).

В финале сна кричу изо всех сил, тяну вопль, пока хватает дыхания.

МонЪ спокойно рассказывает мне, как они, создавая ложные впечатления, успешно добивались запланированных реакций со стороны объекта психических манипуляций. «Фокус удался», - как он выразился. Рассказ синхронно иллюстрируется. Иллюстрации были живыми, натуралистичными, и подавались в теплой, насыщенной цветовой гамме.

Женщина читает записку, и покачав головой, передает ее мне.

Вдергиваю резинку в черные изношенные шаровары. Шаровары эти, в то же время, и не шаровары, а что-то, охватывающее большое пространство, вместе со всем, что на нем расположено.

Мысленная фраза: «А вдруг это случится, как у меня, двадцать седьмого января?»

Стою перед комодом, на котором находится простая деревянная черная шкатулка (с каким-то содержимым). Закрываю ее на ключ, пускаю в нее воду, осторожно повернув головку пускателя на ее передней стенке. Слышится шум поступающей воды, слишком, на мой взгляд, сильный. Сон бегло показывает бурлящий, действительно чрезмерно интенсивный поток в левом заднем углу закрытой шкатулки. Думаю, что слишком сильно повернула пускатель, беспокоюсь, как бы вода не потекла наружу, через щель под крышкой (вода была чистой, свежей, а шкатулка ни к чему не подсоединена, на что я во сне не обратила внимания).

Мысленная, незавершенная фраза (напористым женским голосом): «Газу вы можете извлекать, (и) потом...».

Смутно видится человек, с полуживотным урчанием, вызванным соблазнительным запахом пищи, готовящийся приступить к трапезе.

Мысленный диалог.  «...ей уже года четыре с половиной».  -  «Да?»  -  «Да».

Мысленное слово (размеренным женским голосом): «Самосвал».

Сон-рассуждение, в котором рассматриваются какие-то три категории.

Предстоит рыбная ловля. Несколько невнятных сероватых фигур (и я) стоим в пустой комнате, около находящегося у задней стены старого темного платяного шкафа. Стоящий справа от нас мужчина то и дело ловким движением выхватывает из-под шкафа рыб, безошибочно определяя тех, которые даются в руки. Выхватывает и тут же снова выпускает обратно, в воду — пространство под шкафом одновременно является рекой, и видится то так, то эдак. Удивляемся способностям мужчины, заинтересованно следим за его манипуляциями. Возвращаемые им в реку (забрасываемые под шкаф) рыбы, как и те, что в руки не даются, будут в скором времени ловиться (с помощью удочек) мужчиной и/или нами. Мужчина объясняет: «В каждом месяце они (рыбы) оживают». Я мысленно напеваю: «В каждом месяце они оживают, в каждом месяце они бегут». Сон не был цветным, рыбы в руке мужчины были темными, почти черными, змееподобными, разной величины, и виделись вживую.

Мысленная фраза (оживленным женским голосом): «Я украла ее».

Как бы в ответ на предупреждение, следует мысленное слово, произнесенное неуверенно, полувопросительно.

Пробираюсь по участку города, который активно бомбят. Иду сквозь сплошные (беззвучные) взрывы, от которых вздымается земля.

Еду с Окнесом в командировку. На промежуточном вокзале он вдруг почувствовал себя плохо, побледнел, лег на скамью в зале ожидания. Стою рядом в растерянности. Подбадриваю его, в глубине души не понимая, как это могло случиться с ним, таким здоровяком. Уж скорей плохо могло стать мне, гораздо более слабой. Ненадолго отлучаюсь, полагая, что ничего серьезного не случилось, и мы сможем продолжить путь. Вернувшись, вижу около Окнеса врачей в белых халатах. Оказывается, у него сердечный приступ, ему придется пролежать тут несколько дней. Задумываюсь, как просуществовать на вокзале такой длительный срок (вокзал был большим, не очень многолюдным).

Декламирую несколько коротких стихотворений. Одной из строк (последней?) была такая: «А я уйду, уйду в кричащую даль».

Мы четверо — я, Корина и Яшман с женой — проводим летний отпуск в лесной деревушке. Кто-то из оставшихся дома близких, связавшись со мной, советует наготовить побольше еды, выполняю это. Идем в кино. По выходе узнаем, что Яшман только что покинул деревушку, решив раньше срока вернуться в город. Не можем этому поверить. Нам говорят, что видели его машину, из которой неслась патетическая мелодия. Сон демонстрирует проезжающий по широкой лесной дороге новый сверкающий автомобиль, из которого доносится любимая, как нам известно, мелодия Яшмана. Пускаемся вслед за ним по круто уходящей вниз, заросшей кустами дороге. Спохватываюсь, что в домишке остались мои вещи и груда наготовленной еды, решаю за ними вернуться. Останавливаемся. Думаю, что придется возвращаться в город в одиночестве, а сейчас карабкаться по круче, потом спускаться (с вещами), но ничего, как-нибудь справлюсь. Прощаемся — нас опять четверо (это не вызывает удивления). Дружески целую Яшмана, его жену, и не успев поцеловать Корину, просыпаюсь.

Мысленное сообщение: «Восстановление Кэтрин началось сразу же, как только мы встретились». Смутно видится масса прохожих, в толпе которых идем только что встретившиеся мы двое — я и девочка с условным именем Кэтрин.

«А, не знаю, ... племя ... познакомиться. Там вообще-то по списку», - говорит молодой мужчина (посетитель?), наклонившись над столом (за которым сидит молодая служащая) и приготовив ручку, чтобы что-то записать (часть слов не запомнилась).

Мысленные фразы (женским голосом): «Постижимо ли это? Постижимо ли? - проникновенно вопрошается, после чего с нарастающей экспрессией рявкается:  -  Так обманывать Людей!» (последнее слово накачано энергией до предела, но мне показалось, что ярость вызвана не сочувствием к обманываемым Людям, а чем-то другим).

Будто бы припоминаю, что первый сон этой ночи начался по-иному. Оказываюсь в душевой кабинке. Бойлер вдруг покачнулся на своем креплении, задев кисть моей руки, которой я оперлась о стену (вода не была включена). [см. сны №4684, 4685, 4687, 4688]

Случайно взглянув на Небо, вижу огромную, в серых тонах композицию из четырех, стоящих в затылок друг другу человек: трое взрослых (передний похож на Ленина) и (перед ним) мальчик с ружьем наизготовку. Меня охватывает восторг, вспоминаю, что не впервые вижу Небесные видения. Обнаруживаю, что видимое является малым фрагментом развернувшейся в Небе картины, у меня аж дух захватило! На голубом Небе простирается гигантское кольцо с размещенными (как, например, Знаки Зодиака) композициями, пытаюсь рассмотреть остальные, это не удается (та, которую вижу, располагалась в правом нижнем квадранте). Подходит Петя, тоже видевший небесную картину (уже исчезнувшую), радуюсь за него, возбужденно пересказываю то, что удалось рассмотреть самой, обозначаю цифрой «7» порядковый (координатный) номер виденных мной фигур (отсчитывая от верхней точки по часовой стрелке). Говорю, что во всем необычном, что попадается мне на глаза, всегда пытаюсь отыскать знак, подсказку для разрешения терзающей меня коллизии (связанной с пережитым в 1999 году потрясением). Петя бурчит что-то неодобрительное. Горячо добавляю, что так и не могу перестать верить тому, что некогда видела, и в то же время не могу поверить тому же самому. Петя недовольно бурчит. Раздается выстрел, подходим к окну (очутившись в нашей бывшей квартире на Рябинной улице). Сквозь ночной мрак видим внизу, на проезжей части улицы допотопный трактор, из вертикальной выхлопной трубы которого вырывается облачко огня. Так это он издал такой звук? Справа от трактора появляются двое напряженных мужчин, у одного в руке пистолет - кажется, они собираются стрелять по окнам. Быстро выключаем свет, переходим на кухню. С лестничной площадки доносятся голоса соседок, одна говорит, что если эти мужчины позвонят в дверь, нужно открыть им «как ни в чем не бывало» (ради собственной безопасности). Совет кажется странным, решаю уточнить, высовываюсь на лестницу, спрашиваю: «Так дверь не открывать?», Зея вежливо, но холодно отвечает: «Нет, дверь не открывать» и мягко, но совсем не вежливо прикрывает нашу дверь (голова Зеи совсем седая, и это меня удивило больше всего, лицо виделось ясно, но это было не ее лицо). И откуда, думаю я, Зее может быть известно, как нужно поступать в этой ситуации? И почему в ее отношении ко мне сквозит такая неприязнь? 

Мысленная фраза (моя, в завершение незапомнившегося сна): «Становится не по себе».

Группа смеющихся, в яркой одежде подростков, едущих в задней части автобуса.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Скоро уже ... Все относятся спустя рукава». Смутно видится плотный мужчина, неторопливо вытирающий руки висящим на стене полотенцем. Фразы принадлежат ему, пауза между ними несет оттенок неодобрения, в этот момент он особенно тщательно трет полотенцем пальцы, скрепляя свое раздражение.

Сон, начиная просыпаться после которого воспринимаю свою мысленную фразу: «СОН, ПОВЛИЯВШИЙ НА МОИ РЕАЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ». Не имея понятия, что имеется в виду, некоторое время прикидываю, не правильней ли было бы сказать «влияющий». Проиграв мысленно, в полусне, оба варианта, решаю остановиться на первом.

Мысленные фразы (ровным тоном): «Здравствуй, милый человек! У меня...» (фраза обрывается).

Делаю широкий шаг, чтобы дотянуться с края тротуара до подножки автобуса, стоящего на засыпанной белым гравием проезжей части улицы.

Мысленные фразы (женским голосом, задумчиво): «Типа увести с собой или остаться. Типа  массового слияния».

Окончание мысленной тирады (мужским голосом, сварливо): «...Я думаю, что ты выдумываешь. Выдумываешь!»

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Ах, Лилиан, ... но теперь я нашла позицию такта» (имеется в виду метрическая музыкальная единица).

Мысленная фраза: «В смирении перед деревом, в смирении перед деревом».

Мысленная фраза (приятным женским голосом): «Иди сюда, Вероника» (не исключено, что это адресовано мне).

Лежу на широкой постели. Ощущаю слабый укол, нащупываю выступающий из матраца кончик иглы. Извлекаю средних размеров швейную иглу с необычным, открытым с одной стороны ушком, на котором болтается обрывок темной нитки. Удивляюсь, тщательно исследую матрац, одну за другой извлекаю еще пять игл. Крепких обычных, одинаковых игл. Недоуменно смотрю на них, показываю Туве. Говорю, что не может быть, чтобы я, так долго пользуясь матрацем, ни разу до этого не почувствовала иголок.

Мысленные фразы: «Взрыв произошел. Он сказал, что взрыв произошел из-за того, что в прошлый раз...» (фраза обрывается).

Чьи-то (мои?) руки, вертят пистолет.

Мысленная фраза (энергичным женским голосом): «Стиральная машина есть, у меня - своё».

Смотрю на лист с печатным текстом, пытаюсь прочесть хоть одно, выбранное наугад слово. Удается опознать слово «ведёт».

Мысленная, незавершенная фраза: «Сам я — обыкновенный алкоголик, мы пили и...». Смутно видится газетная иллюстрация, где изображен сидящий на фоне природы молодой худощавый мужчина.

Мысленная фраза из трех коротких непонятных слов, каждое из которых содержало букву «ш». Фраза будто бы имеет отношение к предыдущему сну. [см. сон №5030] 

Обрывок мысленной фразы: «...и я говорила: что же, бабушка, может, похлопочем, но она...».

Чем-то заняты (на природе). Среди нас находится инвалид, крепкого телосложения человек на протезах (по колено). Он работает наравне со всеми и излучает редкостное чувство спокойствия, надежности. Меня с ним безотчетно потянуло друг к другу. Сидим на поваленном стволе дерева, почти не замечая остальных, у меня так хорошо, спокойно на душе. Этот человек отстегивает протезы, подходит ко мне без них, сидим, прижавшись друг к другу. Слабо мелькает мысль, не слишком ли быстро произошло сближение, ведь мы увиделись здесь впервые. Мысль слабеет, ее оттесняют другие чувства. Этот человек обнимает меня за плечи, целует. Отвечаю на поцелуй, и вдруг чувствую, что его слюна перетекает в мой рот. В замешательстве, еле сдерживая отвращение, не знаю, как поступить. Очарование пропадает, сменяясь поиском лояльного выхода из неприемлемой ситуации.

Мысленная фраза: «После того, как она очухалась, она, первое, угощает церемонию».

Мысленные фразы (женским голосом, неуверенно): «Так (ждать) мне или нет? -  и не получив ответа, жалобно поторапливает:  - Тетенька, ну тетенька!» (за слово в скобках не ручаюсь).

Незнакомый город с широкими проспектами и монументальными зданиями. Выйдя из одного из них, бреду наугад, захожу в небольшой магазин. На низком прилавке выложена уйма газет, о существовании которых я и не подозревала. С любопытством осматриваю, пытаясь что-нибудь выбрать и не зная, на чем остановиться. В магазине то и дело появляются покупатели (видимые, в отличие от газет, условно, полубесплотными). Неиссякаемый ручеек их наводит на мысль, что я забрела в спальный район. Выхожу на улицу, радуясь, что ничем не соблазнилась — нечего засорять свое жилье подобной макулатурой. О жилье думаю не о временном (в этом городе), а о своем стационарном, которое в этот миг вскользь предстает. Пускаюсь в обратный путь, с беспокойством размышляя, смогу ли найти дорогу в незнакомом городе.

Мысленная фраза (женским голосом, авторитетно): «Он был и остается человеком».

В узком столбце газетного листа читаю начало одной из фраз: «Говорят, что от старых монет исходит...» (дальше прочесть не удается). Текст будто бы имеет отношение к предыдущему сну. [см. сон №5157] 

Распутываю связку ключей.

Пара белесых воздушных шариков, слабо подпрыгивая на ветру, перекатывается по поверхности земли. На одном грубо намалевано обрамленное платком женское лицо и туловище (до середины бедер) в платье с глубоким декольте. На втором - мужская физиономия (рожа) в головном уборе. Шарик-мужчина все время допрыгивает до шарика-женщины и целует ее в декольте, она всякий раз целомудренно отпрыгивает в сторону. Это выглядит так смешно, что стоящие неподалеку подростки (среди которых были Додо, Ролл и их приятель Эрил) покатываются со смеху. Шарик-мужчина в очередной раз допрыгивает до шарика-женщины и внезапно сильно кусает ее за левое бедро. Шарик-женщина хватается за укушенное место - оно предстает в виде настоящей, поврежденной укусом плоти.

Мысленная, незавершенная фраза: «В сущности, это одни и те же...».

Мысленная фраза (женским голосом, пониженным на последних словах до баса): «Впрочем, я вам сейчас скажу, где это найти - вот, под подушкой».

Мысленная фраза (возможно, завершившая сон): «Радость и интуиция живет в блаженном наведении на Человека...» (в незапомнившемся окончании говорится, что именно наводят на Человека).

Мысленно сообщается, что в «Новости сайта» введена (с незапомнившейся целью) сылка на сон «№7975».

Обвожу взглядом комнату, вижу в дальнем углу старый облезлый холодильник. Говорю себе, что этого не может быть, так как на самом деле в этой комнате холодильник новый. Делаю вывод, что вижу комнату ВО СНЕ. Внимательно осматриваюсь, чтобы выяснить, чем еще снящаяся комната отличается от реальной. Появляются три-четыре незнакомых мне человека и что-то рассказывающая им Нора. Подхожу ближе. Нора сидит на корточках у стены, слева от холодильника. С улыбкой протягиваю руку для приветствия (я не видела Нору около десяти лет), она, не вставая, тянет мне свою. Наши ладони легонько соприкасаются, Нора улыбается. С удивлением вижу у нее отсутствие нескольких зубов (в том числе переднего).

Мысленная фраза (произнесенная с завываниями, так рассказывают, например, страшную СКАЗКУ): «Ведь когда он вышел в пустыню, и был там совершенно голый, к нему мог подкрасться любой зверь».

Играю с ребенком в игру. Он начинает, удивительно мудро заняв наиболее благоприятную стартовую позицию.

Мысленная, частично запомнившаяся фраза (женским голосом): «... другой будет вид сзади, с дополнением».

Мысленный диалог. «И это — общее».  -  «Что?»  -  «Это, месье. Написано же...» (фраза обрывается).

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, издалека, деловито): «Нет, нажмите ... Я сейчас сдохну».

«Наташа сдает экзамен», - произношу я название начавшегося сна.

Мысленный диалог разоряющихся аристократов, отца и сына, сдержанных, мягких, благородных (начало не запомнилось): «...полЯ». - «Они теперь не наши». - «Ах, Алеша, что ты в этом понимаешь? Как это, не наши?» - «Больше, чем когда-либо». Последняя фраза является дополнительным подтверждением предвиденья сына в отношении почти свершившейся, неизбежной утраты земельных угодий, о чем отец не имеет пока представления (в сыне угадывался юноша, а в отце - старик). [см. сон №4631]

Возвращаюсь домой. Усмехаясь сама над собой, думаю, что тот, кто достаточно хорошо меня знает и придет сюда впервые, еще издали поймет, что я живу именно в этом доме, непохожем на остальные. На фоне длинных унылых мрачноватых строений он выглядит гораздо более светлым (хоть и немного аляповатым), стены местами покрыты светло-розовой и светло-голубой акриловой краской, крыша уставлена макетами химической посуды из тонкого прозрачного стекла — разнообразными колбами в два-три человеческих роста. В здании расположено химическое производство (оформление — дело рук руководителей этого производства), но для меня, к примеру, здание является просто жилым домом (трехэтажным, кубическим). Взглянув на крышу, с удивлением вижу соседку по дому, с романтическим видом разгуливающую с молодым человеком между гигантскими колбами, в смущении отвожу глаза, вхожу в парадную. В коридоре, соединяющем наш вход с соседним, незнакомый молодой человек держит в руках красивого кота, смотрю на них, молодой человек кота выпускает, тот удаляется (решаю, что парень кота мучил и отпустил только потому, что я некстати появилась). Вхожу в одну из наших комнат, комод стоит почему-то косо, придвигаю его к стене, на комоде мамин* стакан с водой, она скоро должна придти. Ложусь спать. Не успев уснуть, слышу, как в спальню входит сосед, ходит по комнате, открывает и закрывает дверцы моего шкафа (я лежу таким образом, что не вижу, а только слышу происходящее). Поведение соседа удивляет, а он подходит к кровати, присаживается на край, склоняется, начинает меня целовать. Не могу пошевелиться или хотя бы открыть глаза, мое тело мне не повинуется, прилагаю нечеловеческие усилия, но удается лишь чуть-чуть отворачивать голову. А этот человек (очень крупный) все целует и целует меня, бережно, нежно, и несколько раз так же нежно произносит что-то на незнакомом языке, как бы испрашивая на что-то согласие. Продолжаю отчаянные попытки высвободиться, тело по-прежнему мне неподвластно, я испытываю двойной стресс. Отвращение достигает апогея, когда я вдруг ощущаю во рту слюну этого человека, неимоверным усилием удается выпихнуть ее наружу, МОЙ УЖАС НЕОПИСУЕМ. Так продолжается довольно долго, потом этот человек уходит, потом опять бродит по спальне. Открываю глаза — в комнате никого нет, все это мне приснилось. Засыпаю, чувствую сквозь сон, что на кровати сидит кошка, потом она спрыгивает на пол, я опять открываю глаза - и теперь уже просыпаюсь по-настоящему (поведение приснившегося человека было искренним, миролюбивым, простодушным, но он был как бы не совсем Человек, не Землянин, это было какое-то более примитивное Существо).

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Потому что было для него объяснение, что ужинать...».

Мысленная фраза (мужским голосом): «Один-два раза, а потом я заподозрил что-то».

Мысленная, незавершенная фраза: «Но если постепенно считываться, считываться, считываться с тем, что было...».

Мысленные фразы (женским голосом, задумчиво): «В глубокой моей платежеспособности. В глубокой моей платежеспособности».

Листы с детскими рисунками и раскрытый матерчатый пенал с карандашами и прочим.