Мысленная фраза: «Я верю». Фраза не была законспектирована по горячим следам, но упорно держалась в памяти, периодически повторяясь, и успокоилась лишь оказавшись в конце концов записанной.
Возникают (поочередно) все новые и новые тарелки с супом (или супами). Завершается это мысленным рифмованным комментарием: «Где суп? Без суп, без супа — никуда/ А суп, а суп — в тарелке он всегда» (у меня не было сил как следует проснуться, чтобы записать этот сон, но он упорно повторялся до самого утра).
Мысленно, многократно повторяются две пушкинские строчки: «там царь Кащей над златом чахнет, там русский дух, там Русью пахнет» (декламация продолжалась до тех пор, пока не разбудила меня как следует).
Мысленная фраза (моя?), завершившая длинный сон и периодически повторявшаяся до моего утреннего пробуждения: «Физические и психические параметры его (этого человека) мне ни к чему». Из содержания сна запомнилась лишь неоднократная демонстрация какого-то абзаца (или абзацев) печатного текста, ни содержание которого, ни язык текста я даже не пыталась разобрать.
Мысленные фразы (женским голосом): «Я беру это. Я беру это».
В конце сна Петя (школьник) играет во дворе Рябинной улицы с ребятами в футбол. Подхожу, обтираю его вспотевшее лицо. Он протестующе бурчит: «Я уже большой!» Потом просит: «Потрите мне спинку» (она у него зачесалась).
Мысленная фраза: «Скорей поклонники рядом стоит» (скорей всего).
Мысленный диалог. «А какой нос у европейцев?» - «Сто сорок пять». - С недоумением: «Сто сорок три-и-и?»
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «...радостный весь, у меня почти всегда начинается с этого».
Петя находится с кратковременным визитом в селении Адамс, его пребывание там показано достаточно подробно. Все было в темных тонах, селяне виделись невнятными, темными, а само место не похоже на реальное. Возвратившись, Петя разбирает сумки (извлекает, в частности, помидоры), делится отрывочными впечатлениями. Вскользь говорит, что на этот раз для него был устроен прощальный вечер, этот визит был для него последним. Что-то бормочу. Он объясняет, что при каждом гостевом визите для кого-то он оказывается последним, и что предыдущий был устроен для Анели. Отмечаю спокойное, умиротворенное петино настроение.
Мысленная, незавершенная фраза (выпаленная женским голосом, на одном дыхании): «Ни ощущения (тромбиста), который сидел на первом месте, когда мы сидели напротив него...» (за слово в скобках не ручаюсь).
Смутно видимый малыш молча приподнимается в постели, садится и принимается немного натуженно реветь (плач виделся, но не слышался).
Мысленное сообщение о чем-то неприятном. Появляется длинный серый полуцилиндрический желоб, дно которого усыпано мелкими белыми камешками (или чем-то подробным). На ощущение, связанное с неприятным, в голове возникает фраза, которую я (или не я?) мысленно произношу спокойным, рассудительным тоном: «Ну, если сон страшный, то почему бы и не испугаться?» (сон не сопровождался испугом, он вызывал тревожное чувство).
Завожу (наяву) будильник, чтобы не опоздать на ужин. Засыпаю. Кто-то мысленно, с явной насмешкой (или легкой издевкой) начинает потешаться над уверенностью человека, воображающего, что он сам программирует свою жизнь. Этот Некто утверждает, что нет ничего проще, чем смешать планы человека (неясно, имелся в виду Человек вообще или конкретно я). В качестве доказательства многократно, мысленно твердится одно и то же: ты, мол, полагаешь, что сможешь проснуться в нужное тебе сегодня время, но ты не проснешься, ты проспишь, ты проспишь. Однако будильник (о котором Некто, возможно, не подозревал) дребезжит в нужное время, и я не опаздываю к ужину в том месте, где наяву гощу эти дни.
Разрозненные мысленные фразы: «Были»(это глагол) и «Я говорю».
Окончание мысленной тирады: «...и страдает от необходимости. Вот тебе бумажку от себя и от меня».
Мысленная фраза (женским голосом): «Как их отделить?» Полупроснувшись, отвечаю (мысленно, с нажимом) : «Они друг от друга отделяются запросто».
Действие развивается в моем бывшем отделе программирования, но мне казалось, что это Научная Лаборатория (еще одно место бывшей работы). Спустя немного времени с удивлением обнаруживаю эту накладку. Запомнилось, что что-то происходило с Амалией; что у меня была крупная (очень крупная) сумма денег, и я ее чуть не лишилась (была угроза хищения, но все обошлось). А остальное (многое) не запомнилось.
Длинная мысленная фраза. Воспринимаю ее, но как только намереваюсь записать, слова осыпаются. Фраза содержала философское откровение.
Со мной разговаривают (кажется, о Пете) два Духа. Они сидят на противоположных краях застеленной светлым постельным бельем кровати, я стою перед ней.
Мысленная фраза: «Столько зразы» (использован кулинарный термин). По лежащей на столе, накрытой сероватым полотнищем плоти (живой?) чья-то рука наносит сильные удары кухонным деревянным молотком (зрелище вызвало у меня содрогание).
Подросток младшего школьного возраста стоит среди библиотечных полок, и задрав голову, рассматривает верхние ряды книг.
Смутно, в темных тонах, немного сверху видна большая жилая комната. На стоящей у задней стены кровати спит человек. Правее, на некотором расстоянии, на табуретке, лицом к кровати сидит, сложив на коленях руки, женщина. Это я охраняю петин сон.
Кто-то (невидимый) вешает старую влажную футболку на кромку дверцы стенного сейфа. Резвый муравей ползет по футболке, намереваясь прошмыгнуть внутрь сейфа.
Сопровождаемая мысленным комментарием, смутно видится сероватая каменная стена. В ней проделано (или проделывается) сводчатое отверстие под дверцу.
Обрывки мысленной фразы (молодым женственным голосом, в рифму, мягко-задиристо): «...и судили на этой .../ Ни о чем, о исламе-душе».
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «Давай к следующему ... Белье все уже уложено».
Мысленная фраза (мягким женским голосом): «Так хочется скорей еще раз изменить» (произвести изменение).
Длинная горизонтальная колода с выдолбленной сердцевиной (квадратного сечения). В ней находятся четыре деревянных, не соприкасающихся друг с другом кубика (меньшего сечения). Мысленно сообщается, что представленное иллюстрирует «процесс исправления».
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Польской объединенной народной партии...».
Мысленная фраза (решительно): «Буду ...ваться, буду учиться» (одно слово запомнилось неполностью).
Смотрюсь поутру в небольшое настенное зеркало, поражаюсь темным кругам под глазами. Не понимаю, с чего бы это, ведь я так хорошо выспалась.
Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Но утром я не умею разговаривать по телефону». Фраза повторяется несколько раз, с разной интонацией (в поисках максимальной выразительности?)
Записанные (или отпечатанные) в столбик три номера сотовых телефонов. Смотрю на их начала, прикидывая, насколько они близки к реальным, но не отдавая себе отчета, что они снятся.
Войдя в ванную, вижу слабый, истекающий из сливного отверстия поток мутной воды. Почти мгновенно он превращается в мощную бурную, мутно-грязную струю, хлынувшую вглубь квартиры. Входная дверь открыта, но поток течет в противоположном направлении. Состояние духа спокойное, лишь слабо беспокоюсь насчет вещей. Квартира (в сравнении с реальной) распространяется влево, там ощущается ее темная половина. Поток устремляется именно туда, оставляя нетронутой остальную часть жилья (по крайней мере не заливая ее так бурно). Глубина потока с треть метра, а сила такова, что он мог бы, пожалуй, сбить человека с ног. Однако у меня, пока я перемещалась по квартире, не было с ним контакта. Я была сама по себе, а неиссяемый мутно-грязный поток — сам по себе.
Полная, флегматичная воспитательница сидит на детской табуретке. Говорит обступившим малышам, чтобы они теперь принесли ей деревянную линейку с несколькими круглыми отверстиями. Сон показывает эту линейку.
Прибываю в Москву, в командировку от своей новой работы. (в организацию, хорошо известную по работе предыдущей). Выполняю задание, иду на вокзал. Необъятный зал ожидания умеренно заполнен пассажирами. Оказываюсь в огороженном массивными скамьями закутке, раздеваюсь. На мне теперь только темное пальто. Раскладываю снятую одежду по скамьям, заглядываю в сумку, обнаруживаю, что забыла дома деньги. Не понимаю, как это могло произойти. Обдумываю варианты решения проблемы. Шарю в глубоких карманах пальто, вытаскиваю и снова засовываю газетные вырезки и еще какую-то мелочь. Нащупываю на дне левого кармана что-то твердое. Это калькулятор. Смотрю с недоумением. Вспоминаю, что кошелек по форме и цвету похож на него, понимаю, что я их перепутала. Вижу стоящую у стены самоходную тележку, лихо ношусь на ней по залам (на удивление пассажирам). Вволю накатавшись, возвращаюсь в закуток. Вижу рядом со своей одеждой две пары немыслимо застиранных мужских трусов. Недовольно кошусь на них, одеваюсь.
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом): «Из-за этого я ... лук. Прямо отстраненно» (на второй фразе голос понижен до баса).
Мысленная, с пробелами запомнившаяся фраза: «...она пожаловалась ... дочери которого служат у него же привратником».
Еду (влево) в поезде — невообразимо старом, разболтанном, с белесыми щелястыми дощатыми стенками (вагоны скорей похожи на полуразвалившиеся бараки). Редкие пассажиры — под стать поезду, шпана затевает в укромных углах стычки, остальные неподвижно сидят на своих местах. Выхожу зачем-то в левый тамбур, там только что закончилась очередная схватка, последние драчуны (темные, полубесплотные фигуры) разбегаются в разные стороны. В стене неправдоподобно просторного туалета образуется широкий сквозной прямоугольный проем. Сквозь него видно появившегося слева молодого человека, блондина, обнаженного по пояс. Это будто бы жертва нападения, он с трудом держится на ногах, но на его теле не видно ни единого следа побоев. Парень замечает (сквозь проем) меня, и спокойным вежливым тоном говорит: «Я вас прошу дать мне ... и вату» (одно слово не запомнилось). Даю комочек ваты, он прикладывает его к носу. Поворачиваясь, чтобы вернуться в вагон, с удивлением замечаю, что вата слегка окрасилась сукровицей (это удивление было единственной моей реакцией на протяжении сна, в котором все, кроме пассажиров, виделось самым отчетливым образом). [см. сон №9001]
На упаковке (кажется, электродрели), на фоне рисунка в серо-голубых тонах, крупными буквами напечатано слово «YIOE», которое нужно почему-то читать справа налево.
Обрывок мысленной, незавершенной фразы (женским голосом): «...статья на гастролях...».
С улыбкой рассказывая собеседникам о забавном происшествии, говорю: «Запрятались за ... шкаф, он нас запретил...» (фраза не завершена, прилагательное не запомнилось).
Мысленная (перекликающаяся с предыдущим сном?) фраза: "Они храбрые и сильные". Бегло, смутно предстает несколько рослых фигур в длинных, до пят, темно-серых балахонах. [см. сон №1596]
Мысленные фразы (женским голосом, оптимистично): «Но это было в прошлом. А теперь ... после нескольких тренировок должны...» (фраза обрывается; подлежащее не запомнилось).
Мысленная фраза: «Триста двадцать грамм мяса» (количество мяса для приготовления какого-то блюда). Появляется сковородка с жареным фаршем.
Готовимся к экзаменам. Каждый сидит в своем углу большой квартиры и занимается своим предметом. Меня все время что-нибудь отвлекает. То хочется пожевать, то вдруг в помещении становится холодно. Куратор наблюдает за нами, изредка ненавязчиво давая советы. Когда в помещении похолодало, он подошел ко мне и намекнул, что в такой холод хорошо заниматься в теплом зале библиотеки. Не реагирую, предпочитая руководствоваться собственными представлениями. Одна из девушек вдруг запаниковала над конспектами, ей кажется, что она неспособна это одолеть. Говорю: «Ты только не отчаивайся. Когда что-то учишь и оно перестает лезть в голову, то отчаянье парализует способность к усвоению материала».
Додо и Ролл играют во дворе, приглядываю за ними из окна. Вижу въезжающую во двор машину Кима, около которого сидит какой-то мужчина. Бросаюсь расчищать подход к квартире от набросанных мальчиками железяк. Ким с мужчиной входят в квартиру. Сон повторяется еще раз, с другим мужчиной рядом с Кимом.
В приемной врача что-то оживленно обсуждается. Не вникаю в суть не имеющего ко мне отношения разговора. Но когда кто-то занавешивает газетным листом одну из картин на стене, внимание включается. Обсуждают проблему привлечения новых пациентов. Говорят, что нужно убрать картины, воздействие которых может быть устрашающим, заменить их более привлекательными. Приводят в пример оформление приемной удачливого врача-конкурента, работающего по соседству. Смотрю на картины. Левая (закрытая газетным листом) изображает фрагмент дивана с направленным на него пылесосом. На сиденье дивана, у спинки, лежит человеческая фигурка с отчлененной головой. По мере того как я на нее смотрю, она незаметно превращается в искусное изваяние из терракотового камня, отбитая (или отбившаяся?) голова лежит у ног. На второй картине изображены пациент и врач с большим, с длинной иглой, шприцем. Перевожу взгляд с картины на картину, с усмешкой говорю, что они действительно не очень подходящи для приемной врача.
Мысленная фраза: «Кончик независимости пиподного настроения».
Мысленная фраза: «Что делать, если диффамация будет ложной?»
Стою в редком светлом лесу. Осторожно беру в руки странного зверька с длинной, почти неправдоподобно густой пятнистой (в песочных тонах) шерстью. Размером он с барсука, мордочка (из-за густой шерсти) почти не видна, а темпераментом он напоминает коалу. Вижу у своих ног еще одного такого же, отпускаю первого, наклоняюсь, чтобы взять второго (просто подержать в руках).
Где-то сижу, вдруг меня охватывает предсмертная дурнота. Она нарастает, меня сильно, однократным толчком рвет, после чего вместо смерти наступает улучшение — очищение, просветление (рвотные массы были символическими). С удивлением рассказываю об этом грузному молодому человеку. Говорю, что ощущение приближения смерти не вызывало неприятия, потому что в моем представлении Смерть — это возможность найти ответ на вопрос, что ждет нас там, по другую сторону Жизни.
Мысленная фраза: «Мама говорила: так-так, ничего себе, не видишь папу».
Несколько крепких субъектов наседают на худощавого человека. Их агрессия вербальна, это вид психической атаки, имеющей целью дезориентировать, сбить с толку (явно не останавливаясь на этом). Они засыпают человека ворохом слов, они напористы, всё разыгрывается как по нотам. Человек захвачен врасплох, ошеломлен. Но несмотря на неравенство сил, капля здравого смысла им не утеряна. На утверждения Угнетающих он отвечает не пассивным «Да», а более разумным «Да, а что?» (в смысле, ну и что). Не находясь в этом сне, воспринимаю субъектов именно как Угнетающих — угнетающих психику человека.
Раскрытая брошюра, содержащая всевозможного вида небольшие рекламные объявления, некоторые из которых заключены в рамки. Все это похоже (внешне) на относящееся веку к восемнадцатому.
Белизной, пышностью, ни с чем не сравнимой мягкостью это было похоже на облака. Было полное ощущение, что я лежу на облаках, белейших кучевых облаках. Блаженствую там. Но по каким-то признакам становится ясно, что ощущение ошибочно. Это все же не облака, а что-то земное, но — белейшее, пышное, восхитительно мягкое... Полупроснувшись, вспоминаю приснившееся. Трезво умозаключаю, что, возможно, время моего пребывания подходит к концу. Возникает туманный бессловесный намек, представление о том, что я появлюсь снова ближе к концу нынешнего столетия. Предстоящее появление смутно обозначается на правом краю шкалы времени... Как интересно, думаю я, что Я-будущая появлюсь на свет полностью готовой (приспособленной с момента рождения) к интеграции в цивилизацию конца века. Цивилизацию, наверно, невообразимо более развитую. Мне кажется это чрезвычайно любопытным. P.S. Наяву я никогда не полагала (и не полагаю) драматичной и неприемлемой мысль о конечности, одноразовости человеческой жизни. Я воспринимаю это спокойно (не имея, впрочем, ничего против противоположного варианта).
Мысленно констатирую: «Идет по улице и поет». Я имею в виду композитора Мюлье, беззаботно шагающего сейчас по улице. Предвижу, что вскоре ему станет плохо, он рухнет на тротуар, а я подбегу и тревожно склонюсь над ним. Смутно, условно это демонстрируется. Вот молодой мужчина беззаботно вышагивает по кромке заполненного пешеходами тротуара. Внезапно падает. К нему, с той стороны, куда он шел, подбегает женщина, и опустившись на колени, склоняется над ним.
Мысленная фраза (с выпавшим словом): «Если хотите ... хищника, то сделайте это для него самого».
Одна из Близнецов кому-то многословно возражает. Несмотря на грубость голоса и резкость тона, обращаю внимание на безупречно выстраиваемые фразы (и это в состоянии запальчивости!) Фразы визуализируются, повисают в воздухе, так что можно ими беспрепятственно любоваться и восхищаться.
Негромкая мысленная фраза: «Э-э-э, может быть, мы найдем там?»
Идущий по тротуару человек на ходу быстро наклоняется и хватает находку.
В конце сна один из идущих небольшой группой персонажей говорит (как бы подводя итог): «Таким образом, я вижу, что Человечество пришло на нашу планету организованно ...» (окончание фразы, предварявшееся союзом «а» или «но», не запомнилось). Речь идет о планете Земля, на которой находятся персонажи сна, относящиеся (по крайней мере судя по внешности) к когорте ученых.
Обрывки мысленной фразы: «...я не знаю ... в общем ... а придворные ... или обходят их молчанием (или)...».
С недоумением вижу слабый след воды, сочащейся поперек одной из наших комнат. Настораживаюсь, бормочу: «Что это?» Выясняется, что вода стекает из-под плотной глыбы медленно подтаивающего снега, занимающего с треть комнаты. Снег примыкает к трем стенам, в четвертой его грани видится образованное таяньем жерло. Набрякшие, потерявшие белизну стенки его покрыты каплями спадающей вниз прозрачной воды. Внимательно все это рассматриваю.
Мысленные фразы: «Когда. Сколько лет пояснению».
Мысленная фраза (женским голосом, начало гнусаво, окончание бодро): «Прошедший год это совсем не то».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «...а многие говорили, что не поняли главного, чего-то главного».
Иду в баню, меня сопровождает кто-то, кто ждет на улице. Баня мрачная, темная, грязная. В предбаннике появляются грязные тетеньки (одна с забинтованной рукой или ногой) и долговязый мальчик, которому давно пора ходить в мужское отделение. Кто-то положил на ворох моей одежды купальный костюм, я его чуть по ошибке не одела (в последнюю минуту спохватившись и брезгливо отбросив). Думаю, что нужно немедленно отсюда уйти, но продолжаю копошиться. И все же мне не удалось там помыться, так как я не смогла стянуть с себя платье. Несмотря на длинную застежку-молнию, накрепко застреваю в нем (ощущения, при этом испытываемые, были пренеприятнейшими).
Мысленная, незавершенная фраза-пояснение: «Ведь следующий — хема, а кра(сный)...».
Столовая селения Адамс. На стоящих у стола стульях лежат серо-коричневые бумажные пакеты, заполненные овощами (или фруктами), которые нужно будет почистить (или нарезать). Мне поручено разложить по пакетам складные однолезвенные ножи. Поскольку ножей меньше, чем нужно, засовываю по одному, наугад, на дно некоторых пакетов.
В товарном, с открытыми дверьми поезде едет по нескольку человек в каждом вагоне. Молодые женщины, чтобы согреться, развели на полу своих вагонов костры. Молодой мужчина (бригадир?), добравшись до этих вагонов, вскользь роняет что-то насчет того, что костры жгут именно женщины (все виделось условно, только пламя костров, спокойное, несильное, было удивительно живым, реальным).
Мысленная фраза (женским голосом, эмоционально): «Там уже четыре настоящих младенца» (возможно, было сказано не «младенца», а «владельца»).
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «... а (информация) эта была... не очень вкусной».
Мысленная фраза: «Нет, в кашне, в этой шапочке и в туалете» (в смысле, в одежде).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Тяжелее, ... да, но не нулю...».
Мысленные фразы (женским голосом): «А сколько раз по земле складывалось. Читала мама».
Мысленный гомон: «Милиционер», «Милиционер», «А где же милиционер?»
Просыпаюсь (наяву) на рассвете. Не открывая глаз, привычно, терпеливо жду, когда меня снова сморит сон. Слышу вопли уличных кошек, грохот мусоросборочной машины и прочие, доносящиеся с улицы звуки. Вдруг вижу зажженную сигарету (как если бы она была у меня во рту). Смотрю на нее, периодически вспыхивающую (как бы от затяжек, сама по себе, ведь я чувствую, что ее у меня нет). Деловито думаю: НЕТ ЭТО НЕ СОН, ВЕДЬ Я СЕЙЧАС НЕ СПЛЮ. А сигарета курилась, курилась, и погасла (я и в этом состоянии отчетливо ее видела).
