Мысленная, незавершенная фраза (тоном воинственной ученой дамы): «(А потом ситуация складывается так), что они не хотят — ни дальше продолжать испытание...» (слова в скобках передают, возможно, лишь общий смысл; фраза является фрагментом научной дискуссии).
Новая книга (научная?), раскрытая где-то посредине. Белые листы, четкий шрифт, русский язык. Находясь вне сна, смотрю на нее (не делая попыток прочесть), и вдруг левая страница мягко, плавно перелиcтывается (сама собой).
Энергично складываем ненужные вещи в большой фанерный ящик. Ненадолго отвлекаемся, чтобы переправить куда-то нескольких симпатичных крепеньких темных котят (они нам ни к чему). Продолжаем заполнять ящик, и тут из задней (смежной) комнаты появляется более мелкий и не такой крепкий собрат темных котят. Смотрим на него. Сестра предлагает и его переправить. Но я, тронутая его слабостью (и, возможно, в глубине души полагая, что он избежал общей участи неспроста), говорю: «Нет, это будет жестоко». Быстро дозаполняя ящик, обдумываю, как обустроить быт котенка — как и чем кормить, из каких плошек (которые даже ненадолго визуализируются). Сон был светлый, натуралистичный, я не видела лишь лиц персонажей, находившихся с нами в комнате.
Условно, с беглой визуализацией сообщается о трех, разнесенных в пространстве (и, возможно, во времени) однотипных любовных коллизиях. О молодых мужчинах, страстно влюбившихся в несовершеннолетних девочек-подростков, и именно из-за несовершеннолетия не посмевших признаться в своих чувствах. Все три, ни о чем не подозревающие девочки рано уходят из жизни (по естественным причинам). У мужчин к горечи утраты добавляется боль по поводу того, что девочки так и не узнали, что их любят. И третий мужчина кричит (пусть и с опозданием): “Sundy, я тебя люблю!!” Фраза эта на некоторое время повисает в воздухе (в виде рукописной строчки).
9025
Восприняв (или от кого-то услышав) нечто впечатляющее, восклицаю: «Какая ... история!» (часть слов не запомнилась). Собираюсь пересказать ее находящейся рядом, условно видимой сестре.
Сижу на кровати в многоместной комнате общежития, на одном из верхних этажей высотного административного здания. Ожидаю, как и все, вызова на экзамен (это что-то типа аттестации). Думаю, что нужно бы взять туда свой послужной список (или хотя бы освежить его в памяти), но не делаю ни того, ни другого. И вот я уже там, в большой комнате, заставленной рядами стульев. Обстановка неформальная, как в провинциальном клубе, полно народу, и даже ребятишек. У правой стены, за столом расположилось несколько членов комиссии. Задают какие-то вопросы, я отвечаю (не запомнилось, где я при этом находилась, не исключено, что сидела в задних рядах). Последним вопросом, после оглашения которого член комиссии призвал всех поутихнуть, был вопрос о том, волнуюсь ли я сейчас. Говорю, что этот экзамен — первый в моей жизни, на котором я не волнуюсь, а ведь мне пришлось сдавать много экзаменов, с детства, со школы, и я всегда очень волновалась (сон нецветной, все виделось немного условно; ничьих лиц я не видела; главного, как я полагала, вопроса — о послужном списке — мне так и не задали). [см. сон №9027]
В полудреме пытаюсь вспомнить подробности завершившегося сна. Предстает гораздо более цивилизованное помещение — современная светлая аудитория с высоким потолком и рядом высоких окон по задней стене. Оригинальная, светлого дерева трибуна на помосте у правой стены, за ней ряд красивых стульев для экзаменаторов. Аудитория пока пуста, смотрю на нее немного сверху (извне сна). Замечаю у левой двери (около трибуны) пару красивых пластиковых (или бумажных), довольно вместительных мешков (из-под покупок). Они заполнены (меньше, чем наполовину) мусором, сон это бегло показал. Скоро в аудитории начнется экзамен, подумываю, что мешки с мусором (моим) нужно бы выбросить. [см. сон №9026]
9028
Едем с приятельницей (сновидческой) на велосипедах, влево, на мне новый красивый тонкий свитер болотного цвета.
Пара снов, истаявших из памяти, как только я после них проснулась.
9030
Сижу за компьютером, работаю над текстами описаний снов (жирным бордовым шрифтом вношу какие-то ремарки).
9031
Мысленный диалог (деловитыми женскими голосами). «Знает ли он, о чем ему предстоит говорить?» - «Он не имеет ни малейшего понятия». - «Тогда прочитайте ему первую страницу».
9032
Мысленные фразы (бесцветным женским голосом): «И был там ... Он играл волнение на корабле» (одно слово не запомнилось).
9033
Вырезаю из газеты заметку, размещенную в нижней части листа. Решаю поля не обрезать, чтобы сохранить дату публикации.
9034
Смутно, в бледно-серых тонах видится легковая машина, стоящая левыми колесами на довольно высоком поребрике. Возникают мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Человек ... Это крен в левую сторону».
9035
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (добродушным мужским голосом): «Пшишь ... Если спросят, ловил ли я рыбку, что наши дяди не ели, скажу нет. Но если спросят, ловил ли типа карася, скажу да» (первым словом как бы кого-то отгоняют; за буквальную достоверность не ручаюсь, но смысл уловлен верно). Смутно, бегло увиделась растрепанная фигура рыбака, которому будто бы принадлежит сказанное.
Большая иллюстрированная, раскрытая посредине книга. Верхнюю часть левой страницы занимает (во всю ширину) нецветное изображение фрагмента старинного города с крепостной стеной. На правой странице небольшой абзац текста заключен в узкую, вытянутую в высоту рамку. Русский язык, красивый четкий шрифт. Начинаю читать (успешно) этот абзац, почему-то почти сразу же останавливаюсь, просыпаюсь и мгновенно забываю прочитанное.
9037
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (веселым мужским голосом): «А ... у сАмого телевизора. Короче говоря...» (фраза обрывается).
9038
Мысленная фраза (женским голосом, с расстановкой): «Изолировать, понимаете?»
9039
Мысленная фраза (задиристо): «А вы видели, по крайней мере?»
9040
Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом, возбужденно): «Ты смотри, где я тебе...».
Сочная (ночная?) темнота (чернота). Поперек поля зрения (у передней его границы) тянется грунтовая дорога, по-над которой медленно течет (влево) поток светящихся голубоватых частиц (высота его была метра в два).
9042
Мысленные фразы (женским голосом, настойчиво): «Нет, нет, ничего не делай. Ничего не делай».
Яркий красочный, натуралистичный сон о том, как в большую квартиру, где в тот момент находилась лишь я, входит несколько пестро одетых, незнакомых мне людей. Это вызывает довольно острое чувство тревоги, которое спадает после того как незнакомцы просят у меня всего лишь какую-то мелочь (типа коробка спичек), и получив просимое, исчезают. Тревога полностью рассеивается, весело рассказываю о произошедшем появившимся в комнате друзьям (все мы молоды и живем вместе). Завершаю рассказ шутливой, двусмысленной фразой (о себе): «Девочка хорошая дала всем».
9044
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... бессердечность еще существует» (последнее слово произнесено после небольшой заминки).
9045
Мысленные фразы (женским голосом): «Понятно. В психологии?»
9046
Сижу за компьютером. На экране появляются (поочередно) незапомнившиеся предметные изображения, на которые я реагирую незапомнившимися манипуляциями (действую неспешно, почти автоматически, без напряжения). Но вот вместо очередного предмета (они появлялись у правой кромки экрана) я вижу там СЛОВО, печатное слово «waiting». И прежде чем включается мой механизм реагирования, сон показывает это же слово (в таком же виде и в той же части экрана) на личном компьютере Пети, в его жилище (не запомнилось, был ли он там в это время). Приостанавливаюсь, не зная, как реагировать, чтобы ненароком не причинить ущерб Пете, — и просыпаюсь.
9047
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Здесь было ... как в кабинете волка» (на второй половине фразы голос понижен до баса).
9048
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... но с точки зрения ... она бы безусловно знала, что существует ряд болезней, осуществляющихся ...» (не договорено или не запомнилось, каким образом).
9049
Мысленная фраза (женским голосом): «Но в местах общего пользования подчинение общим правилам обязательно».
9050
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... как дислокация отчужденности».
9051
Ставлю на электроплитку кастрюлю (с супом?) и поглядываю вправо, на комплект новых красивых никелированных чайников (заварной находится на основном). Подумываю ими воспользоваться.
9052
Мысленная фраза (женским голосом): «Это уж вам остается». Смутно, в бледно-серых тонах видятся два-три человека, чем-то занятые на природе (поросший дикой растительностью склон, крупные валуны, остатки древней каменной стены).
9053
Стою на балконе одного из срединных этажей, собираясь перебраться на соседний, правее и ниже. Представляю, как перелезаю через ограждение и перепрыгиваю с кромки левого на кромку правого, судорожно вцепляясь руками в его перила. Проигрываю это в воображении несколько раз, отчетливо осознавая, насколько рискованна моя затея. Тем более, что правый балкон принадлежит этой же, двухуровневой квартире, и на него можно попасть, просто спустившись по внутренней лестнице (этот вариант мельком, условно предстает). Но я не принимаю его в расчет (без видимых причин). Представляю в очередной раз свой прыжок, смотрю на черные металлические прутья ограждения правого балкона (они видятся отчетливейше), холодею от жуткого страха, что могу не успеть ухватиться за них или что руки сорвутся, — и просыпаюсь.
Крупный пятнистый серо-бело-рыжий зверь (похожий на поджарую собаку) появляется из-за правой границы поля зрения и неспешно бежит влево. Внезапно вскидывает голову с простодушно приоткрытым ртом и, как бы что-то увидев, прибавляет ходу.
9056
Мысленный диалог (мужскими голосами). Дружелюбно: «А он совсем не такой». - Ворчливо: «Он в домашних условиях не такой».
9057
Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, обеспокоенно): «Мы идем ... Нет, ты скажи: нет, нет».
9058
Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом): «И когда нужно было пойти — собственно, самим установить ...».
9059
Мысленная фраза (женским голосом): «Сто двадцать пять».
9060
Длинный нецветной, в мрачноватых тонах, фрагментарно запомнившийся сон. Пробираемся (без затруднений, неспешно) по усеянному препятствиями пути (по нагромождениям валунов, кучам песка, крутым оврагам с водой на дне, узким неогражденным мостикам), где на глаза попадаются редкие условные фигуры других людей. Достигаем стоящего справа одинокого темноватого строения в пять-шесть этажей, входим внутрь. Здесь находится что-то типа центра развлечений. Мой спутник (сын — не запомнилось, реальный или сновидческий) собирается подняться на один из срединных этажей, в спортзал (мельком показанный по левую сторону сквозного коридора). Я планирую что-то другое, договариваемся о времени связи, чтобы вместе пуститься в обратный путь. Сын уходит в спортзал, я брожу по зданию. Приближается, по моим предположениям, время выхода на связь, набредаю на телефон-автомат. Рабочая панель его расположена горизонтально (и на ней нет приспособления для набора номера, но во сне это меня не удивило). Монетку здесь нужно загонять в щель плашмя, и как только она провалилась в накопитель, из этой же щели выползла «сдача» (монета того же достоинства). Загоняю ее в накопитель, и так как она не моя, представляется, что сейчас я позвоню сыну «бесплатно». Однако из щели опять выползает «сдача», которую я, с теми же эмоциями, отправляю в накопитель. Так повторяется еще несколько раз, но затем «сдача» выползает из соседней, левой, более крупной щели (которой раньше здесь не было) — теперь это монета более крупного достоинства. Удивившись и успокоив совесть тем, что все происходит не по моей вине (и не по моему желанию), воровато (хотя поблизости никого нет) присваиваю «сдачу» и произвожу очередную попытку позвонить. Однако из левой щели опять выползает такая же монета. Удивившись и успокоив совесть вторично, вороватым движением забираю и ее — и просыпаюсь.
Мысленная фраза (женским голосом): «Самое неизвестное всегда предварительно старается пукнуть». Было такое впечатление, что последнее слово помыслено мной самой, не имеющей понятия, о чем идет речь (слово это не несет оскорбительного оттенка).
Наружная стена здания с налепленными под окном почтовыми ящиками. Дверца одного откинута внутрь, ящик выглядит, как вырубленная в стене ниша. Небольшая птица подлетает к нему, и тут же с громким тревожным криком бросается прочь. Распахивается окно, смутно видимый мужчина с беспокойством выглядывает наружу. Находящаяся где-то поблизости птица не умолкает. Бегло демонстрируется, что ее испугало. В узкой щели почтового ящика видится комочек серых перьев, обагренных мазками темной крови — это истерзанный (и непонятно, живой ли) птенец (но не этой птицы). Возникает мысленная фраза (касающаяся того, что увидела птица): «...а спина вся красная» (начало не запомнилось). Имеется в виду обагренная кровью спинка птенца, на миг визуализировавшаяся.
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом, наращивающим интенсивность): «У меня его водительские и священные права...».
Угол коммунальной кухни. Старая, выкрашенная синей краской деревянная дверь со стеклянной (или фанерной) вставкой. За ней, слева, на перпендикулярной стене, большая облезлая полка, забитая хламом и задернутая занавеской.
«А остальное, ладно, не забирай, я заберу завтра утром», - говорю я спутнику, стоящему рядом, на краю широкой канавы с аккуратными, ровными стенками. На дне ее лежат остатки вещей, о которых ведется речь (высокий худощавый спутник виделся условно).
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Разве ... стал бы потешаться над этими...».
Внезапно ощущаю трепетания сердца - серии учащенного сердцебиения. С моим сердцем такое происходит периодически, обычно я фиксирую сознанием лишь сам факт. Но на этот раз серии более продолжительны и слишком часты. Спокойно, чуть ли не деловито отдаю себе отчет, что такой приступ может привести к разбалансировке и остановке сердца. Наваливаюсь на край высокого комода, прижав к груди скрещенные руки, чтобы лучше слышать сердцебиения. На миг возникает графическое их изображение (в виде групп жирных черных вертикальных штрихов). Чем дольше продолжается сбой, тем неизбежней кажется летальный исход, возрастающая вероятность которого принимается мной спокойно.
Прихожу на вечер встречи в школу неподалеку от Рябинной улицы, где когда-то учился Петя. Во сне школа была огромной, в ее зале (похожем на цирковой) не было, кажется, ни одного свободного места. Внезапно значительная часть присутствующих устремляется к выходу. Из обрывков разговоров выясняю, что школа эта «только до шестого класса», поэтому все отправляются в школу №932. Решаю тоже пойти туда. Плутаю по белым заснеженным улицам, выхожу к школе (расположенной в здании кинотеатра Катрапс). Перед входом змеится длинная шеренга людей в темной одежде. Пытаюсь проскользнуть без очереди, но на протяжении первых метров очередь обнесена временным ограждением. Собралась было через него перелезть, но вижу идущую параллельно ограждению широкую глубокую канаву. Оценивающе присматриваюсь (канава видится ясно), еще раз окидываю взглядом ограждение. Убедившись, что втереться в толпу удастся лишь за его пределами, иду туда.
Издалека, повторяясь и становясь все более различимой, входит в мое сознание и будит меня мысленная (возможно, завершающая сон) фраза, произносимая ритмично, женским голосом: «ТЫ МЕНЯ НЕ БОЙСЯ, Я ТЕБЯ НЕ ТРОНУ, Я ТЕБЯ НЕ ТРОНУ, ТЫ НЕ БЕСПОКОЙСЯ».
Стоим на стоянке такси, падает и откатывается к стойке монета, Мона приближается и наклоняется за ней с непередаваемо величественным видом, реагирую каламбуром, где были слова «римский патриций» и «рыжий властитель» (сон был не цветным).
Читатель газетного зала присовокупляет к стопке отобранных газет ту, которую я отложила для себя. Поймав мой недовольный взгляд, говорит (вежливо, но без тени дружелюбия): «Возьмите, если вы сможете прочитать». Вежливо (и дружелюбно) отвечаю: «Я только седьмой номер», но взять газету не могу, у меня мокрые пальцы. Мужчина сбрасывает газету со своей стопки на стол. Пальцы у меня мокрые, потому что я отлучалась в угол зала, проверить тайник. Там стоит ведро, в котором, под влажной половой тряпкой находится кусок мыла в открытой мыльнице и, к моему удивлению, прилипший к ней одноразовый пакетик чайной заварки. Убеждаюсь, что все на месте, никто туда не лазил и ничего не похитил.
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (энергичным женским голосом): «Не снимай. Я быстренько подъеду к клубу и в нем...».
Петя и мой муж (сновидческий) пришли в приемную научного руководителя, поговорить (каждый за себя) о повышении в должности и получении научной темы. А я - с ними за компанию. Первым входит Петя. Пока он разговаривает, заканчивается обеденный перерыв, выходим с мужем из приемной, идем по широкому, почти безлюдному коридору к своим рабочим местам. Все время оглядываюсь назад, наконец вижу машущего нам Петю в красивой зеленой рубашке. Останавливаемся. Петя говорит, что договориться удалось. Правда, тему он получил условно, с оговорками, но все же получил. [см. сон №5011]
Мне снится, что я СПЛЮ. Неудобное положение тела причиняет боль в плечевых суставах закинутых за голову рук. Просыпаюсь (во сне), меняю положение тела, снова засыпаю. Это повторяется несколько раз. Сон имел скрытый смысл, уловить который не удалось. [см. сон №2117]
Мысленная фраза: «Усердно муссируются слухи о начале враждебных действий».
Движемся (влево) сквозь возникшее на нашем пути войско. Поступает мысленный совет не опасаться поднятой войском стрельбы, она мнимая, кажущаяся. Ружья стреляют (влево) бесшумно, безостановочно, выстрелы сопровождаются небольшими клубами светлого дыма. Не прекращаем движения, так как и без подсказки не обращали внимания ни на войско, ни на стрельбу. Сон в светлых тонах, солдаты похожи на грубо вырезанные деревянные игрушечные фигурки. Наша манера перемещения целеустремленностью скорей напоминает движение, например, муравьев, а не людей — мы двигались автоматически.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Вдруг ... раздается звонок» (телефонный).
По широкой горбатой улице едет непрерывный поток разномастных машин. А в моей голове, будто бы, такой же поток разномастных мыслей.
Возвращаюсь домой, звоню в дверь. Петя не слышит звонка из-за громко включенного телевизора. Смутно, бегло видится комната на Рябинной улице с орущим телевизором и сидящим перед ним Петей. Звоню снова и снова, то длинным звонком, то серией коротких. Слышу, что звук телевизора понизился, воспринимаю это как ухудшение ситуации. Звонок почти потерял голос, не знаю, что делать. Подумалось кидать камешки в окно, но решаю, что не доброшу (все же седьмой этаж), да и промахнуться можно, угодить в чужие окна. Предполагаю попробовать позвонить домой от соседей, по телефону. Но услышит ли Петя телефонный звонок?
Мысленная фраза (мужским голосом): «Мне нужно сейчас к себе домой».
Мысленная фраза: «Выбрала другое время в госпитале». Слова «другое время» несут специфический смысл, а фраза в целом представляет умозаключение о какой-то особе.
В незапомнившемся сне смеюсь, что-то напеваю.
Мысленная (возможно, моя) фраза (завершившая сон): «Что они все там, переженились?»
Ночь, в окно салона стучат раскачиваемые ветром ветви деревьев. Смотрю в окно, мне кажется, что среди веток, в черноте ночи, кто-то есть, и мне становится не по себе.
Брожу по центральной части незнакомого города, периодически вступая в кратковременные контакты с доброжелательными местными жителями. Постепенно накапливающиеся зрительные впечатления приводят к осознанию, что я в этом городе уже когда-то однажды была. У меня как бы пелена спадает с глаз, схема города приобретает знакомые очертания, что позволяет теперь более уверенно ориентироваться (сон был светлый, красочный, натуралистичный).
Мысленная, незавершенная фраза: «Наиболее конкретной личностью, стоящей за (мысленной) фразой...».
Мысленная фраза (женским голосом): «Скажите, больше не могу отсюда выйти?»
Мысленная фраза (бодрым тоном): «Мы - патруль».
Мысленные фразы (женским голосом, эмоционально): «Завтра утром. И тогда мне уже завтра утром наехать».
Мысленные фразы (мужским голосом): «Сними собачку. На голову».
В конце сна решаю переодеться у садовой скамьи безлюдной городской аллеи. Когда было снято почти все, справа появляется пешеход. Поспешно хватаю с земли ворох одежды, прикрываюсь. Пешеход, проходя мимо, бормочет: «Надо же, как...». Опускаю одежду, вижу на земле небольшую пластмассовую коробку, заполненную белесым инеем. Необдуманно вытряхиваю его, иней засыпает часть валяющейся на земле одежды. Начинаю одеваться. Вижу стоящую почти вплотную к скамье газовую плиту. Одна горелка светится живым оранжевым, красиво смотрящимся пламенем, на огне стоит ковш. Он будто бы поставлен мной, чтобы растопить иней из коробки(?) Закипающая вода вздымается белой пеной, бросаюсь к плите уменьшить огонь. Сон был живым, натуралистичным, лишь прохожий виделся условно, темновато (и я не припомню, чтобы у меня там был запасной комплект одежды).
Несколько снов, в которых, как я сформулировала полупроснувшись, проявлялись мои свойства и качества.
Упитанный мальчик лет семи в темных шортах с длинными лямками, босой. Он упирается руками о край дивана, чуть приподнимается и усаживается поглубже, к самой спинке.
В Научной Лаборатории кто-то заявляет, что настало время узнать по секрету некоторые скрываемые сведения, которые помогут нам в чем-то разобраться. Все потихоньку потянулись в одну из подвальных комнат, чтобы услышать их из чьих-то уст. В какой-то момент сна я касалась кончиками пальцев столба в этом здании и пачкала (неумышленно) об него пальцы (это было что-то липкое, вязкое, черного цвета, отдававшего темно-красным).
Окончание мысленной фразы (кажется, моей): «...а я буду действовать в соответствии с моими инстинктами».
Чья-то фраза, завершившая сон: «А он целый день знай стучит монетой по монете».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Но ... не очень понравился в такой картине» (ситуации).
Мысленно сообщается, что один из древних языков является сосредоточием глубочайшей печали. Слова этого языка — олицетворение, квинтэссенция печали, в этом состоит их изначальная суть. [см. сон №2940]
Мысленная фраза :«Есть — это полезно» (имеется в виду прием пищи).
Тройное поясное изображение молодого, коротко остриженного мужчины. Внизу они сливаются, вверху расходятся. Одно расположено вертикально, другое отклонено вправо, третье, немного затененное, находится между ними, чуть позади.
Тонкая стопка нотных листов. Знаки не похожи на современную нотную запись, они совсем другие. Внимательно вглядываюсь, но ничего не могу о них сказать — видимое не доходит до сознания.
Кто-то спрашивает: «Идрих дома?» Смотрю на часы, отсчитываю время (от "6:35"), говорю: «Он будет минут через двадцать».
Длинный горизонтальный ряд одинаковых, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга лунок. Они вырыты в мягкой черной земле и похожи на лунки для гольфа (но более глубокие). Эти, вырытые впрок лунки предназначены для захоронений. В крайнюю правую будто бы только что кого-то захоронили (чей-то Дух). Возникает мысленное недоумение. Дело в том, что некоторое время тому назад эта Сущность уже была захоронена в этом ряду. Она была одной из тех двух, которые умерли тогда почти одновременно. Сон переводит взгляд на пару крайних левых лунок, в которых тогда были захоронены эти двое, остальные лунки пусты. [см. сон №1340]
Снятся пустые тарелки, несколько произвольно расставленных простых суповых тарелок. Можно было бы сказать о них просто тарелки, но я их восприняла именно как пустые тарелки.
Окончание мысленного рассуждения: «...когда все положительное, называемое Богом, превращается во Зло».
Сижу в окружении нескольких, почти неразличимых персон. Изо всех сил уворачиваюсь от чего-то, мне навязываемого, подносимого ко рту в столовой ложке. От чего-то, что я должна — в каком-то символическом смысле - проглотить. Отчаянно дергаю головой из стороны в сторону, а потом рефлективно, дико, по-звериному брыкаюсь всем телом.
Передо мной сидит симпатичный малыш. Но вот он поворачивается в сторону — лоб его теперь заметно выпячивается (у виска). Ничего не понимая, смотрю на ребенка в фас, вижу славное личико с чистым, безупречным лбом. Но как только меняю ракурс, отчетливо видится непонятное выпячивание.
С пробелом запомнившаяся фраза (возможно, мысленная) из сна: «У нас ведь что, кто ... тот и созрел».
Серая упитаная кошка неторопливо вгрызается в брюшко второй, тоже упитанной, серой, неподвижно свернувшейся и кажущейся мертвой. В результате она начинает проявлять признаки жизни, чуть-чуть изменяя положение и слабо пошевеливаясь.
Мысленные фразы (молодым мужским, похожим на петин, голосом, мягко, оптимистично): «Я вот не знаю, что делать. Всё окончится...» (фраза выжидательно обрывается).
Мысленная фраза: «Старые брюки».
Мысленная вопросительная фраза. Она произнесена неторопливо, внятно, и тем не менее в ней невозможно было разобрать ни слова.
Мысленные фразы: «Еще одна жизнь. Так же укорачивается».
Призрачно, мимолетно вижу из своей кровати, как из-за левого косяка ведущей на балкон двери бесшумно, украдкой высовывается нога небольшого светлого (возможно, не очень материального) двуногого Существа. Нога высунулась и тут же отдернулась обратно. Не исключено, что Существо отпрянуло, потому что увидело (или почувствовало), что на него смотрят. Ростом оно было меньше полуметра, кроме ноги показалась часть туловища, но все произошло так быстро и неожиданно, что мне не удалось толком его рассмотреть. Я даже не успела задаться такой целью, однако определенное впечатление от увиденного создалось. И если бы наутро, записывая сон, я не обратила бы случайно внимания, что реальный дверной косяк не похож на приснившийся, я могла бы почти поклясться, что это был не сон, а реальное видение.
Сочетание цифр, означающее, кажется, номер газеты: «18/13 — 14».
Мысленная фраза (серьезным мужским голосом): «Выигрыш на десять процентов больше».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Даже... это не что-то такое, обездвиживающее человека».
Мысленная фраза: «Они верили в нереальность сказочных обещаний».
На горизонтальную гранитную плиту падают (справа, под углом) гранитные шарики, отскакивают влево и исчезают за границей поля зрения (коричневатые поверхности плиты и шариков отполированы). Полупроснувшись, повторяю (в полудреме) содержание сна. Снова уснув, воспринимаю мысленную фразу: «Скакала, еще как скакала». Фраза не просто относится к этому сну, она будто бы разрешает мое якобы сомнение по поводу того, действительно ли я была одним из отскакивающих от плиты шариков.
Мысленные фразы: «А вдруг выскочит чья-то ваша? Вы же потом не отмоетесь» (речь идет об угрозе заполучения проблем).
Мысленная фраза: «Семейство Сатаны». Последнее слово визуализируется.
На крыльце здания Коллегии адвокатов умирает молодая женщина. Две-три проходивших мимо женщины склоняются над ней, и почти сразу же умирающая испускает дух.
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом, деловито): «Нельзя пускать, нельзя без...».
Мысленная фраза (быстрым женским голосом): «Тебя записали, а тебя проиграли, в общем, выбросили тебя».
Смутно, в сероватых тонах видится пара рук (до середины предплечья). Руки согнуты в локтях, в левой зажат бумажный кулек, доверху заполненный песком. Эти руки видятся в таком положении, как если бы они были моими, но они не были моими.
Незапомнившееся мысленное сообщение сопровождается демонстрацией нескольких широких белых воронок. В каждой находится по несколько небольших разноцветных предметов простой геометрической формы.
Обрывки мысленной фразы на фоне раскрытой книги, где эта фраза напечатана: «...и знают, что уйдя от ... и найдя...».
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (серьезным мужским голосом): «...и ... но никакие кусок их не обслуживается».
Мысленно произношу: «Одежда, в которой я привыкла его видеть...» (фраза приостанавливается). Смутно видится крупный мужчина, медленно снимающий с себя одежду. Продолжаю: «Он медленно раздевается, и я с изумлением вижу...» (фраза обрывается).
Мысленная фраза (ритмично, полушутливым тоном): «Любительница крупных и теплых помидор».
Какие-то люди говорят, что могут предоставить нам с Петей возможность поразвлечься, дадут ключи от пустой квартиры в Москве и от пустующего жилья в Америке, где мы сможем остановиться. Беру ключи (или это был уже, кажется, другой ключ), иду в туалет - вхожу в парадную, поднимаюсь на последний этаж, ключ несколько раз падает на ступеньки, удивляюсь. Далеко не с первой попытки отпираю дверь туалета, слишком долго там задерживаюсь, чуть ли не физически чувствуя, как уходит время, бегло представшее в виде серого туманного внушительного параллелепипеда (в горизонтальном положении, в правой части поля зрения).
В этом сне белые кисти чьих-то рук были обагрены свежей алой (чужой) кровью.
Выталкиваю палочкой из-под дивана завалившиеся туда предметы. Вместе с ними из-под дивана вдруг вырывается, как под действием Неведомой Силы, струя песка.
Смотрю в окно, вижу нечто любопытное под окнами противоположного дома. На импровизированном, чем-то загроможденном столике сидит несколько птиц. На миг отвлекшись, боковым зрением фиксирую взметнувшуюся вспышку белого огня. С беспокойством всматриваюсь, ожидая увидеть обгоревших птиц, но там все цело и невредимо. Это была вспышка магния, задействованная только сейчас замеченным фотографом. Ему позирует сова. Вот она приподнимает над головой крыло, как бы салютуя кому-то, а вот прижимает крыло к груди, к сердцу. Фотограф знай молча щелкает затвором. Неотрывно слежу за проделками потешной совы (и вижу ее, в отличие от всего остального, ясно). Птицы исчезают. Подходит расхлюстанная толстуха, лезет к фотографу с советами, он не обращает на нее внимания. Из окна высовывается хозяйка этой части двора. Фотограф испрашивает разрешение сделать несколько снимков правее, для чего ему необходимо прикрыть дополнительный участок поверхности. Справа от зеленоватого покрытия, на котором стоит столик, расстилается (кем-то или само по себе) старое потрепанное бледно-серое полотнище.
Смутно видимая, сидящая за служебным столом женщина выписывает что-то на клочке бумаги и протягивает его мне. Вижу текст, но прочесть ничего не удается.
Ускользающе смутный сон про лекаря-МАГА («Калиостро», записала я ночью, но это слово, кажется, не из сна, а просто возникшая при записи ассоциация). Метод лечения весьма своеобразен. Пациентки в живописном беспорядке лежат на разбросанных на полу ковриках, МАГ расхаживает между ними. Завершив объяснения, приступает к манипуляциям. Первой пациенткой должна была стать я, но до этого дело не дошло [см. сон №0379].
Яркий беззаботный солнечный день, наша веселая компания чем-то занята на берегу бассейна. Вхожу в воду, вижу чечевицеобразную светло-серую резиновую ножку от нашей микроволновой печки, ловлю ее. Стоящие на берегу указывают на еще одну, плавающую в отдалении, устремляюсь туда. Бассейн превращается в узкий канал. Подплыв ближе, обнаруживаю, что это не ножка, а торчащий из воды нос большой коричневой змеи. Пытаюсь понять, почему нос змеи показался нам издали похожим на ножку печки. Змея медленно всплывает, вот уже видно всю ее голову. Задорно, энергично брызгаю на нее водой, призываю стоящих на берегу друзей включиться в игру. Некоторые, не приближаясь к змее, обдают ее брызгами. Змея постепенно смещается вправо, к бортику канала, и превращается в большого живописного изумрудного дракона. Слева появляется коричневая игуана. Призываю друзей полюбоваться на эти диковинки, от которых сама в восторге. Изумрудный дракон ухватывает пастью игуану, я все еще нахожусь в воде, неподалеку, а с берега несутся вразнобой радостные вопли: «Динозавр! Динозавр!»
