2010

Мысленная, незавершенная фраза (тоном воинственной ученой дамы): «(А потом ситуация складывается так), что они не хотят — ни дальше продолжать испытание...» (слова в скобках передают, возможно, лишь общий смысл; фраза является фрагментом научной дискуссии).

Мысленные фразы (женскими голосами): «Легкий тип!» - «У, а пишут здорово». - "Не слушайтись!»

Мысленные фразы (женским голосом): «Так, почему...? -  задумчивая интонация после краткого молчания сменяется призывным басовитым восклицанием: - Товарищи!».

Мысленные фразы (женским голосом; первая - раздраженно): «Я вообще не знаю. И я вообще не знаю».

Новая книга (научная?), раскрытая где-то посредине. Белые листы, четкий шрифт, русский язык. Находясь вне сна, смотрю на нее (не делая попыток прочесть), и вдруг левая страница мягко, плавно перелиcтывается (сама собой).

Энергично складываем  ненужные вещи в большой фанерный ящик. Ненадолго отвлекаемся, чтобы переправить куда-то нескольких симпатичных крепеньких темных котят (они нам ни к чему). Продолжаем заполнять ящик, и тут из задней (смежной) комнаты появляется более мелкий и не  такой крепкий собрат темных котят. Смотрим на него. Сестра предлагает и его переправить. Но я, тронутая его слабостью (и, возможно, в глубине души полагая, что он избежал общей участи неспроста), говорю: «Нет, это будет жестоко». Быстро дозаполняя ящик, обдумываю, как обустроить быт котенка — как и чем кормить, из каких плошек (которые даже ненадолго визуализируются). Сон был светлый, натуралистичный, я не видела лишь лиц персонажей, находившихся с нами в комнате.

Однократная мелодичная трель мобильника.

Читаю небольшой абзац на листе своеобразно расположенного текста, и тут же прочитанное забывается.

Условно, с беглой визуализацией сообщается о трех, разнесенных в пространстве (и, возможно, во времени) однотипных любовных коллизиях. О молодых мужчинах, страстно влюбившихся в несовершеннолетних девочек-подростков, и именно из-за несовершеннолетия не посмевших признаться в своих чувствах. Все три, ни о чем не подозревающие девочки рано уходят из жизни (по естественным причинам). У мужчин к горечи утраты добавляется боль по поводу того, что девочки так и не узнали, что их любят. И третий мужчина кричит (пусть и с опозданием): “Sundy, я тебя люблю!!” Фраза эта на некоторое время повисает в воздухе (в виде рукописной строчки).

Восприняв (или от кого-то услышав) нечто впечатляющее, восклицаю: «Какая ... история!» (часть слов не запомнилась). Собираюсь пересказать ее находящейся рядом, условно видимой сестре.

Сижу на кровати в многоместной комнате общежития, на одном из верхних этажей высотного административного здания. Ожидаю, как и все, вызова на экзамен (это что-то типа аттестации). Думаю, что нужно бы взять туда свой послужной список (или хотя бы освежить его в памяти), но  не делаю ни того, ни другого. И вот я уже там, в большой комнате, заставленной рядами стульев. Обстановка неформальная, как в провинциальном клубе, полно народу, и даже ребятишек. У правой стены, за столом расположилось несколько членов комиссии. Задают какие-то вопросы, я отвечаю (не запомнилось, где я при этом находилась, не исключено, что сидела в задних рядах). Последним вопросом, после оглашения которого член комиссии призвал всех поутихнуть, был вопрос о том, волнуюсь ли я сейчас. Говорю, что этот экзамен — первый в моей жизни, на котором я не волнуюсь, а ведь мне пришлось сдавать много экзаменов, с детства, со школы, и я всегда очень волновалась (сон нецветной, все виделось немного условно; ничьих лиц я не видела; главного, как я полагала, вопроса — о послужном списке  — мне так и не задали).   [см. сон №9027]

В полудреме пытаюсь вспомнить подробности завершившегося сна. Предстает гораздо более цивилизованное помещение — современная светлая аудитория с высоким потолком и рядом высоких окон по задней стене. Оригинальная, светлого дерева  трибуна на помосте у правой стены, за ней ряд красивых стульев для экзаменаторов. Аудитория пока пуста, смотрю на нее немного сверху (извне сна). Замечаю у левой двери (около трибуны) пару красивых пластиковых (или бумажных), довольно вместительных мешков (из-под покупок). Они заполнены (меньше, чем наполовину) мусором, сон это бегло показал. Скоро в аудитории начнется экзамен, подумываю, что мешки с мусором (моим) нужно бы выбросить.  [см. сон №9026]

Едем с приятельницей (сновидческой) на велосипедах, влево, на мне новый красивый тонкий свитер болотного цвета.

Пара снов, истаявших из памяти, как только я после них проснулась.

Сижу за компьютером, работаю над текстами описаний снов (жирным бордовым шрифтом вношу какие-то ремарки).

Мысленный диалог (деловитыми женскими голосами). «Знает ли он, о чем ему предстоит говорить?» - «Он не имеет ни малейшего понятия». - «Тогда прочитайте ему первую страницу».

Мысленные фразы (бесцветным женским голосом): «И был там ... Он играл волнение на корабле» (одно слово не запомнилось).

Вырезаю из газеты заметку, размещенную в нижней части листа. Решаю поля не обрезать, чтобы сохранить дату публикации.

Смутно, в бледно-серых тонах видится легковая машина, стоящая левыми колесами на довольно высоком поребрике. Возникают мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Человек ... Это крен в левую сторону».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (добродушным мужским голосом): «Пшишь ... Если спросят, ловил ли я рыбку, что наши дяди не ели, скажу нет. Но если спросят, ловил ли типа карася, скажу да» (первым словом как бы кого-то отгоняют; за буквальную достоверность не ручаюсь, но смысл уловлен верно). Смутно, бегло увиделась растрепанная фигура рыбака, которому будто бы принадлежит сказанное.

Большая иллюстрированная,  раскрытая посредине книга. Верхнюю часть левой страницы занимает (во всю ширину) нецветное изображение фрагмента старинного города с крепостной стеной. На правой странице небольшой абзац текста заключен в узкую, вытянутую в высоту рамку. Русский язык, красивый четкий шрифт. Начинаю читать (успешно) этот абзац, почему-то почти сразу же останавливаюсь, просыпаюсь и мгновенно забываю прочитанное.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (веселым мужским голосом): «А ... у сАмого телевизора. Короче говоря...» (фраза обрывается).

Мысленная фраза (женским голосом, с расстановкой): «Изолировать, понимаете?»

Мысленная фраза (задиристо): «А вы видели, по крайней мере?»

Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом, возбужденно): «Ты смотри, где я тебе...».

Сочная (ночная?) темнота (чернота). Поперек поля зрения (у передней его границы) тянется грунтовая дорога, по-над которой медленно течет (влево) поток светящихся голубоватых частиц (высота его была  метра в два).

Мысленные фразы (женским голосом, настойчиво): «Нет, нет, ничего не делай. Ничего не делай».

Яркий красочный, натуралистичный сон о том, как в большую квартиру, где в тот момент находилась лишь я, входит несколько пестро одетых, незнакомых мне людей. Это вызывает довольно острое чувство тревоги, которое спадает после того как незнакомцы просят у меня всего лишь какую-то мелочь (типа коробка спичек), и получив просимое, исчезают. Тревога полностью рассеивается, весело рассказываю о произошедшем появившимся в комнате друзьям (все мы молоды и живем вместе). Завершаю рассказ шутливой, двусмысленной фразой (о себе):   «Девочка хорошая  дала всем».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... бессердечность еще существует» (последнее слово произнесено после небольшой заминки).

Мысленные фразы (женским голосом): «Понятно. В психологии?»

Сижу за компьютером. На экране появляются (поочередно) незапомнившиеся предметные изображения, на которые я реагирую незапомнившимися манипуляциями (действую неспешно, почти автоматически, без напряжения). Но вот вместо очередного предмета (они появлялись у правой кромки экрана) я вижу там СЛОВО, печатное слово «waiting». И прежде чем включается мой механизм реагирования, сон показывает это же слово (в таком же виде и в той же части экрана) на личном компьютере Пети, в его жилище (не запомнилось, был ли он там в это время). Приостанавливаюсь, не зная, как реагировать, чтобы  ненароком не причинить ущерб Пете, — и просыпаюсь.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Здесь было ... как в кабинете волка» (на второй половине фразы голос понижен до баса).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «...  но с точки зрения ... она бы безусловно знала, что существует ряд болезней, осуществляющихся ...» (не договорено или не запомнилось, каким образом).

Мысленная фраза (женским голосом): «Но в местах общего пользования подчинение общим правилам обязательно».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «... как дислокация отчужденности».

Ставлю на электроплитку кастрюлю (с супом?) и поглядываю вправо, на комплект новых красивых никелированных чайников (заварной находится на основном). Подумываю ими воспользоваться.

Мысленная фраза (женским голосом): «Это уж вам остается». Смутно, в бледно-серых тонах видятся два-три человека, чем-то занятые на природе (поросший дикой растительностью склон, крупные валуны, остатки древней каменной стены).

Стою на балконе одного из срединных этажей, собираясь перебраться на соседний, правее и ниже. Представляю, как перелезаю через ограждение и перепрыгиваю с кромки левого на кромку правого, судорожно вцепляясь руками в его перила. Проигрываю это в воображении несколько раз, отчетливо осознавая, насколько рискованна моя затея. Тем более, что правый балкон принадлежит этой же, двухуровневой квартире, и на него можно попасть, просто спустившись по внутренней лестнице (этот вариант мельком, условно предстает). Но я не принимаю его в расчет (без видимых причин).  Представляю в очередной раз свой прыжок, смотрю на черные металлические прутья ограждения правого балкона (они видятся отчетливейше), холодею от жуткого страха, что могу не успеть ухватиться за них или что руки сорвутся, — и просыпаюсь.

Мысленная фраза (мягким игривым женским голосом): «Ка бэ эн, ка бэ эн» (это какие-то инициалы).

Крупный пятнистый серо-бело-рыжий зверь (похожий на поджарую собаку) появляется из-за правой границы поля зрения и неспешно бежит влево. Внезапно  вскидывает голову с простодушно приоткрытым ртом и, как бы что-то увидев, прибавляет ходу.

Мысленный диалог (мужскими голосами). Дружелюбно: «А он совсем не такой».  -  Ворчливо: «Он в домашних условиях не такой».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы (женским голосом, обеспокоенно): «Мы идем ... Нет, ты скажи: нет, нет».

Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом): «И когда нужно было пойти — собственно, самим установить ...».

Мысленная фраза (женским голосом): «Сто двадцать пять».

Длинный нецветной, в мрачноватых тонах, фрагментарно запомнившийся сон. Пробираемся (без затруднений, неспешно) по усеянному препятствиями пути (по нагромождениям валунов, кучам песка, крутым оврагам с водой на дне, узким неогражденным мостикам), где на глаза попадаются редкие условные фигуры других людей. Достигаем стоящего справа одинокого темноватого строения в пять-шесть этажей, входим внутрь. Здесь находится что-то типа центра развлечений. Мой спутник (сын — не запомнилось, реальный или сновидческий) собирается подняться на один из срединных этажей, в спортзал (мельком показанный по левую сторону сквозного коридора). Я планирую что-то другое, договариваемся о времени связи, чтобы вместе пуститься в обратный путь. Сын уходит в спортзал, я брожу по зданию. Приближается, по моим предположениям, время выхода на связь, набредаю на телефон-автомат. Рабочая панель его расположена горизонтально (и на ней нет приспособления для набора номера, но во сне это меня не удивило). Монетку здесь нужно загонять в щель плашмя, и как только она провалилась в накопитель, из этой же щели выползла «сдача» (монета того же достоинства). Загоняю ее в накопитель, и так как она не моя, представляется, что сейчас я позвоню сыну «бесплатно». Однако из щели опять выползает «сдача», которую я, с теми же эмоциями, отправляю в накопитель. Так повторяется еще несколько раз, но затем  «сдача» выползает из соседней, левой, более крупной щели (которой раньше здесь не было) — теперь это монета более крупного достоинства. Удивившись и успокоив совесть тем, что все происходит не по моей вине (и не по моему желанию), воровато (хотя поблизости никого нет)  присваиваю «сдачу» и произвожу очередную попытку позвонить. Однако из левой щели опять выползает такая же монета. Удивившись и успокоив совесть вторично, вороватым движением забираю и ее — и просыпаюсь.

Мысленная фраза (женским голосом): «Самое неизвестное всегда предварительно старается пукнуть». Было такое впечатление, что последнее слово помыслено мной самой, не имеющей понятия, о чем идет речь (слово это не несет оскорбительного оттенка).

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «...чонка районная, из шестой поликлиники».

Мысленные фразы (женским голосом, издалека, с натугой): «Это. Что у меня тут, в принципе?  Я предпочитаю сейчас».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (деловитым женским голосом): «Сейчас мы больше интересуемся ... другим».

Незапомнившийся сон, среди персонажей которого были мы с сестрой.

Хронология
Смутно видно мчащийся вправо грузовик. Открытый кузов так забит стоящими людьми, что они неестественно выпирают наружу, свешиваясь в стороны, как цветы слишком пышного букета в вазе.

Окончание мысленной фразы (спокойным мужским голосом): «...ничего, не помочь тебе».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Проделали бы то же самое с ... дружественного села».

Какие-то люди говорят, что обеспечат мне (в состоянии обеспечить) удачу в делах. Эти, незнакомые мне люди явились по собственной инициативе. С моей стороны не следует никакой реакции.

Мысленная фраза: «А на дороге Вэйч расставил ноги» (речь идет о крутом ковбое).

Снимаем на лето комнату в старой темноватой избе. Тут же живут хозяева — муж, жена и их взрослый (лет сорока) толстый индифферентный сын. Все идет мирно, спокойно. Но однажды вижу, как хозяйский сын стрижет ногти (на ногах) на темное байковое одеяло нашей кровати. Сел сбоку и воодрузил босые ступни на наше одеяло. По выражению лица невозможно понять, поступает он так из наглости или по тупости. Ничего не говорю хозяевам, чтобы не вносить разлад в наши отношения, просто как следует вытряхиваю одеяло. Чуть позже вижу в руке хозяйского сына узкий длинный нож. Слева от нашей кровати появляется топор, переношу его в укромное место. Все это странно (ногти, нож, топор), но я не акцентирую на этом внимание (бессознательно). Спустя какое-то время снова вижу топор у кровати. Пристально смотрю на него. Топор срывается с места и убегает за кровать. Потом у хозяйского сына снова в руке нож. Потом он снова стрижет ногти на нашем одеяле. Решаю обсудить его поведение с хозяевами. Они невозмутимо отвечают, что ничего такого во всем этом нет, что все так и нужно. Возникает проблема с пользованием хозяйской посудой, прежде предоставлявшейся в наше распоряжение. У меня нарастает ощущение странности происходящего (усугубляемое тем, что все происходит тихо, безмолвно). В итоге мы почитаем за лучшее покинуть это место, не дожидаясь конца отпуска. Мы — это я и мой взрослый (сновидческий) сын (он лишь ощущался, хозяева тоже были достаточно призрачными, их сын — более материальным, совершенно же материальными были топор, нож и одеяло с обрезками ногтей).

Яркий красочный телевизионный мультфильм про природу и зверят. Войдя в комнату, вижу на экране большую цветочную клумбу. Стоящий там на задних лапках забавный еж старательно намывает мордочку обильной росой. Ахнув от удивления, обращаю на него внимание сидящей у меня на руках малышки и подзываю сестру.

Бродим по фантастическим местам. Оказываемся в троллейбусе, едущем по покрытому белейшим снегом Проспекту. Пешеходы в черной одежде видятся невнятно. На каждой остановке кто-нибудь из наших должен выйти, чтобы расчистить от снега участок тротуара. Настает очередь Снуши - покинув троллейбус, она орудует дворницкой лопатой. Выхожу там же, иду к Площади. Появляется Федор, говорит, что хочет «посмотреть на наших» (бывших институтских соучеников), дружески обнимает меня за плечи, какое-то время идет рядом.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Ну, значит, ... когда он есть, о чем говорится». Видится граненый стакан, в который что-то переправляется из стоящей на столе кастрюли. Тот, кто это осуществляет (я?) озабочен тем, чтобы не накапать на стол.

Мысленная фраза: «Кончилось тем, что собака обревелась, у собаки был истерический припадок».

Мысленная фраза (спокойным женским голосом): «Особенное время».

Обрывки мысленной фразы (мужским голосом): «...и ... ну, от несчастных случаев».

Мысленные фразы (мужским голосом): «А так — надо еще. Надо еще, надо еще, надо еще» (последняя фраза прозвучала гулко, постепенно затухая).

Идем куда-то (Лейла, Мона, МонЪ и кто-то еще) в поисках работы. Отстаю ото всех, натыкаюсь на них лишь на остановке транспорта. Они говорят, что подали документы на работу в Университет и заказали билеты «на шестое число». Я уязвлена их предательством до глубины души.

Мысленные фразы: «Когда. Сколько лет пояснению».

Обрывок мысленной фразы: «...эта земля рыхлая...».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «...готовит что-то вкусно, ты съедаешь...».

Мысленная фраза: «Успехи были оплачены».

В щель аппарата, встроенного в стену здания, вводят ключ. Раздается мягкий (похожий на хлопок) сигнальный звук. Операцию повторяют, звук не возникает. Ключ вводят еще несколько раз, но безрезультатно.

Вхожу (без стука) к Камиле, в одноэтажную виллу. Молча пересекаю салон, краем глаза вижу Кима, в одной из комнат нахожу Камилу с младшими сыновьями. Спрашиваю, не пришла ли к ним по ошибке бандероль, адресованнная Лучику. Смутно видится трепещущий от нетерпения Лучик, ожидающий дома бандероль, и сама она, обернутая в грубую коричневую бумагу. Бандероль была размером с книгу и содержала что-то, обозначенное во сне словом «Молитва».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза (женским голосом): «...не с кем, единственный ... с кем поддержать».

Разновозрастные дети в светлой одежде активно проводят время в уличном сквере.

Читаем текст (напечатанный, кажется, готическим шрифтом). Куски текста соскальзывают со страниц фолианта, повисают перед нами, и по прочтении возвращаются на место. Кто-то говорит, что смысл читаемого не таков, каким мы его понимаем, совсем не таков.

В финале сна идем по пустой узкой улице, между массивными буро-коричневыми домами. Попутчики вдруг беспокойно, как бы в поисках укрытия, заметались. Не понимаю, в чем дело. Объясняют, что Конференция решила, что город нужно бомбить. Слышится гул приближающегося, низко летящего самолета. Мечусь от стены к стене, затаскиваю в подворотню противоположного дома темный стол, чтобы взрывной волной его не швырнуло на нас. Распластываюсь, по примеру других, вдоль здания, лицом к стене. Петя лежит тут же, лицом наружу (мы лежим голова к голове). Советую повернуться к стене - это, на мой взгляд, безопасней (сон не был цветным; проснувшись после него, я услышала гул самолета).

Три-четыре светло-серые, неопределенной формы Сущности передавали мне часть чего-то своего, нематериального. Их головы расщеплялись, из каждой вытягивался в моем направлении тонкий темный стержень (или луч?) Однако перед самым моим лицом лучи, к моему удивлению, скачком превращались в ничто. Попытки Сущностей повторились несколько раз, но результат был одним и тем же — передаваемое превращается в ничто, и я каждый раз слегка этому удивляюсь.

Мысленные, частично запомнившиеся фразы (женским голосом): «Теперь у нас ... Аппарат чудесный, который...».

Мысленные фразы (мужским голосом, спокойно, неторопливо): «Ну что я могу сделать тебе? Наехать на тебя с твоим отцом?» (судя по интонации, тирада не завершена; трудно понять, успокаивает или угрожает говорящий).

Ем салат из свежих овощей. Сон не цветной, ингредиенты окрашены в разные оттенки серого. На поверхности оказывается густо-черный кубик (в отличие от остальной массы имеющий четкую геометрическую форму). Удивляюсь, но продолжаю есть. Полагаю, что наверно это кубики (их уже несколько) вареной свеклы. Пытаюсь узреть в черноте свекольный оттенок, однако его ни при каком, самом внимательном (и ангажированном) рассматривании не обнаруживается. С неохотой признаю, что кубики являются посторонним включением. А если это так, то кто и с какой целью добавил их в салат? И не благоразумней ли прекратить этот салат есть? Есть не прекращаю, снова говорю себе, что это свекла, опять ищу в черной окраске свекольный оттенок. Все отчетливей убеждаюсь, что кубики на свеклу не похожи, и салат есть не стоит. Так и колеблюсь между двумя противоположными чувствами. Одно я безусловно предпочла бы, и прилагаю усилия, чтобы его утвердить. Второе, признаваемое неохотно, предпочла бы отвергнуть, но на это остается все меньше шансов — кубики определенно выглядят чужеродным включением.

Последняя строчка рукописного текста завершается числом «130». Оно плохо уместилось, цифры наползают друг на друга. Зачеркиваю его, чтобы записать в следующей, пока еще пустой строке.

Молодой мужчина (каким-то образом им являюсь и я) заменяет в пустой квартире поврежденные электрические патроны. В какой бы комнате он ни работал, в дверном проеме (дверей там, кажется, не было) неизменно стоит молоденькая, поучающая его девушка (квартира, кажется, принадлежит ей). Мужчина прикрепляет последний патрон, девушка говорит, что ей нужны носилки. Мужчина отвечает, что они (имеются в виду носилки для мусора) находятся в такой-то комнате. Девушка заявляет, что он сам должен взять их и на них отнести ее, девушку, в одну из комнат. Я (уже развоплощенная с мужчиной) думаю, что молоденькие барышни, даже самые лучшие их экземпляры, не могут без того, чтобы не придумать какую-нибудь несусветную чушь. И что если даже не принимать во внимание нелепое желание прокатиться на носилках для мусора, как вообще может нести носилки один человек.

Мысленная, терпеливо подаваемая, несколько раз повторившаяся информация. Запомнилось лишь, что в качестве иллюстрации представал аккуратный прямоугольный блок сероватого, похожего на пемзу материала. Блок каждый раз как бы раскрывался (в вертикальной плоскости, параллельно боковым граням).

Мысленная фраза: «Превращ... превращение одно» (первое). Смутно видятся пластмассовые, вставляемые друг в друга стаканчики (недоговоренное слово произнесено в начале этой операции, остальное — по завершении).

Сон о том, как прекрасно Новое, приходящее на смену Старому. Предстает бескрайнее, заросшее сорной травой пространство, по которому, по колено утопая в сорняках, идет человек. Процесс показан его глазами. Человек видит, как с каждым шагом бурьян перед ним сникает, вянет, опадает, и в тот же миг вместо бурьяна вырастает нечто невообразимо прекрасное.

Меня будит посторонний запах. Он был нерезким, но ощущался отчетливо и имел неопределенный, сладковатый оттенок.

Молодая женщина входит в аудиторию (или зрительный зал). Кивком головы приветствует кого-то из немногочисленной публики, и вдруг, медленно приседая, прячется за спинку стула.

Мне снится, что я СПЛЮ и вижу сон, в котором, наряду с другими персонажами, участвую сама. А проснувшись после этого сна во сне, кому-то его пересказываю. Точнее, бойко, энергично пою, запомнилась последняя фраза: «Дима, Дима, я на проводе, а студенты на земле» (обращение к Диме провторялось на протяжении песни как рефрен; провод — сон мельком показал его - имеется в виду электрический, находящийся под напряжением, не причиняющим мне вреда).

Заполняю таблицу. Левый столбец содержат текст (определения?), правый пуст. Запомнились три заполненных мной поля: знак «-», не являющийся прочерком; знак «Х», означающий отсутствие чего-то; и знак «мат», означающий математику.

Держу лист бумаги, на котором разбросаны знаки (символы). После каждого, на котором останавливается взгляд, медленно произношу по одному слову: «Средствовать. Скопировать. Знать» (судя по интонации, должно последовать четвертое, завершающее слово).

Мысленная фраза (в финале сна): «Частым отлучением отцов от ухода за ребенками».

Мысленная фраза (женским голосом): «В ящик валится шишка или шишка на тебя валится?»

К Пете (он в младшем подростковом возрасте) пришел в гости товарищ. Чувствую, что они собираются устроить беготню по квартире. Опасаюсь, как бы, увлекшись, они ненароком не сбили с ног бабушку*. Предлагаю: «Раз бабушка дома, поиграйте во что-нибудь, не такое безумное».

Пересекаю дорогу, иду по заросшей буераками тропинке, огибающей опору автомобильного моста, на который мне нужно подняться.

Наклонная треугольная площадь, частично окруженная аккуратными, европейского стиля домами и вымощенная матовыми бледно-желтыми каменными кубиками (лишь правый угол ее еще не замощен).

Смутно, бегло видится поддергивающий брюки мужчина, являющийся будто бы сновидческим моим мужем из второго сна этой ночи.   [см. сон №5008]

Мысленные фразы (женским голосом): «Сейчас мы едим, а вот тогда... А вот тогда, (как) сказал этот умный человек».

Читаю инструкцию (печатный лист с серым, нечетким текстом): «Получается соединение внутри ...».

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (женским голосом): «Тут несколько ... в общем, вы получите».

Сон, в котором фигурировали деревья - фиговые и еще какие-то. Они периодически куда-то вдвигались как объекты чего-то безусловно истинного.

Мысленная фраза (женским голосом, с легким удивлением, вызванным чем-то, обошедшимся без нежелательных последствий): «Макс, ни чуточки!» (Макс — это мужское имя).

Мысленная фраза (мужским голосом): «Самое главное — чувствовать и уважать».

Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Как только он получил статус временного жителя, его жена Нелли сразу же...».

Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «Это ... двадцать девятого мая».

Мысленная фраза (женским голосом): «У таких женщин все просто замечательно».

Стою на высокой железнодорожной насыпи. Снимаю рюкзак, прогуливаюсь по широкому ярко-зеленому газону между двумя ветками рельсов. Газон забит людьми (в черной одежде, с черными рюкзаками), и в то же время безлюден. Пуст до такой степени, что я вижу в траве грибы (светлые, из тех, что идут на засолку). Решаю было насобирать, но понимаю, что их не может быть тут в достаточном количестве. Возвращаюсь к рюкзаку, однако он исчез, рюкзак украден, и не только у меня - несколько жертв кражи снуют по платформе в поисках пропавшего. Кажется, пропажи в конце концов отыскиваются (грибы и трава виделись ясно, а конец сна сопровождался неопределенно-тревожным чувством).

Активный сон, среди персонажей которого была и я.

Мысленное слово (спокойным мужским голосом): «Мама».

Мысленная фраза (женским голосом): «Мы еще (погуляемся) с мамочкой» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза: «Вот ты орешь: чтО ты капаешь, чтО ты капаешь». Видится чья-то согнутая в локте рука, по которой стекают капли темной крови.

Мысленная фраза: «Вы объяснили, что так люди открывают, а так люди не открывают» (противопоставляются точки зрения).

Мысленная фраза (деловитым женским голосом): «Ой, у меня уже голова кружится».

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «...типа карточка. Я не очень люблю писать».

Оборванная на полуслове мысленная фраза: «Он о нас позабо(тится)». Видится небольшой круглый стол, уставленный красивой посудой с яствами. Речь идет о нас с Петей, а Он - это Бог.

Лана, опираясь на тросточку, идет мне навстречу по Мушинской улице. Спрашиваю, почему она с тросточкой. Отвечает, что потому что очень холодно, особенно в одной из комнат. Продолжая говорить, взбирается по наружной лестнице к себе, на седьмой этаж. Оказываюсь в своей бывшей квартире на этой улице. Сестра дома, входная дверь открыта, в прихожей крутится небольшая короткошерстная светлая собака. Недоумеваю, почему дверь не заперта и почему дверные замки обшиты грязными матерчатыми чехлами, говорю, что чехлы нужно выбросить. Сестра отвечает, что не смогла закрыть дверь, потому что замки старые, их нужно сменить. Большим ржавым допотопным ключом с трудом запираю входную дверь. Думаю, что новые замки, может быть, и лучше, зато старые надежней, так что менять, пожалуй, не стоит.

Мысленная, незавершенная фраза (выпаленная женским голосом, на одном дыхании): «Ни ощущения (тромбиста), который сидел на первом месте, когда мы сидели напротив него...» (за слово в скобках не ручаюсь).

Обрывок мысленной фразы (женским голосом): «... и с цветочками».

Незапомнившаяся фраза, в которой дважды повторялось обращение «доктор».

С упоением гоняю (по местности со сложным рельефом) на невысокой самоходной табуретке, снабженной рулем и подставками для ног. Останавливаюсь на взгорке, в сквере.  Глядя на свежие темно-зеленые кроны деревьев, вспоминаю, что у Кастанеды где-то говорится, что если пристально смотреть на лист дерева, то непременно куда-нибудь унесешься, окажешься в красивом незнакомом месте. На миг предстает светлое, сказочное место. Решаю попробовать. Встаю справа у крайнего левого дерева, пристально смотрю на лист. Его изображение расплывается, исчезает, это место заполняется облачком серого тумана. Перехожу к противоположной стороне кроны, где все повторяется. Продолжаю попытки. И в какой-то миг, не успев ничего сообразить и превратившись в точку, стремительно, чуть ли не со свистом уношусь — наискосок и вверх - в темноватое Космическое Пространство.

На протяжении большей части ночи мысленно произносится восьмистишье (изредка даже условно визуализирующееся). Каждый раз после этого просыпаюсь, и после безуспешных попыток хоть что-нибудь из него вспомнить, снова впадаю в сон. И так почти до самого утра (это было, можно сказать, что-то типа наваждения).

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Этот ... прошел митинг в одном из оставленных городов».

Парикмахерская. Прошу Лорэну состричь мне волосы на затылке как можно короче, она соглашается. По окончании стрижки встаю, провожу рукой по затылку, с удовольствием ощущая, какими упругими, приятными на ощупь стали волосы после шампуня. Тут до меня доходит, что Лорэна не выполнила просьбы, волосы недостаточно коротки. Выражаю претензию. На контр-доводы Лорены говорю, что не могу часто ходить в парикмахерскую, поэтому и попросила коротко состричь затылок. Спорим (корректно). Вдруг Лорэна и ее подруга хватают меня сзади за шею, намереваясь, кажется, задушить! Это происходит в тесной прихожей бывшей моей квартиры на улице Рябинной. Ситуация меняется. Теперь Лорэна (или это была не она?) в моих руках. Окунаю ее голову в заполненную водой ванну (или во что-то подобное), держу пару мгновений и отпускаю (не запомнилось, чем закончился сон, в эмоциональном плане он был спокойным).

Мысленная фраза: «Никак нет, Ваше Сиятельство».

Мысленная фраза (серьезным женским голосом): «У каждого есть свои связи, которые не представлялись возможными».

Сон, в котором действовали два соперничающих между собой мецената. Все завершается мысленной, с пробелом запомнившейся фразой: «(Захватывающий) поединок между ... и ... войдет в учебники истории» (за слово в скобках не ручаюсь).

Мысленная фраза (мужским голосом): «Будем с тобой кушать или нет?»

Мысленные фразы (женским голосом): «А, ну здесь пройдете? Нету».

Мысленная фраза (женским голосом): «Я сказала: пойдем морем, а она сказала: нет». Видится небольшая морская отмель.

Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза: «Но ... этого мало, он не унимается». Речь идет о человеке, впадающем в агрессивное состояние. Незапомнившееся имя человека состояло из пяти букв, одной из которых было буква «ш». Смутно видится мужская фигура.

Мысленные, с пробелом запомнившиеся фразы: «Подскажите мне ... Что, у нас есть лампочка для этого?»

Мысленная фраза (женским голосом): «А муж клиентки очень богат».

Мысленный, с пробелом запомнившийся диалог (женскими голосами). «Вы теперь...».   -  «Хорошо, но дай им (возможность) позавтракать».

Категории снов